Собачье Дело (Том 1)

Каковы шансы сбежать из места, где время, пространство и здравый рассудок либо не существуют вообще, либо существуют в очень странном виде? Вопрос, конечно, риторический, по крайней мере для человека с исключительно человеческим восприятием мира. Я не ответил Валькирии сразу же, отдав ей должное на протяжении всего праздника Дисабло. Была слабенькая надежда, что меня не будут задерживать после окончания праздника, но она не оправдалась. Праздник закончился, а ставшая уже привычной указующая тропа в лесу так и не появилась. — Ты на удивление упрям, идущий тропой волка, — заметила Валькирия, когда к нам подошли её сестры. — Было бы странно сдаваться, даже не попробовав, — отзываюсь спокойно. Волноваться, по крайней мере пока, действительно не было смысла. Королева обещала, что у меня будет сколько угодно времени, пока я не сдамся или пока не решу эту загадку. А вариантов там предостаточно. Быть может Серая Дама сможет меня вывести, хотя надежды на это мало. Очень сомневаюсь, что она пойдёт против королевы Неблагого Двора. Можно попробовать найти в этом лесу Агуане. И если получится, то это реальный шанс. Высшая Благого Двора, может и попытаться как-нибудь подгадить Королеве. Не прямой помощью, так советом. Да даже этот чёртов подарок, данный мне королевой всё ещё при мне. И я скорее попытаю счастье с одним из зубов, чем буду есть и пить в земле фейри. Насколько бы параноидальны не были представители Отдела Тайн, но причин не доверять их гипотезам относительно пищи дивных не было. — Воинский дух, — усмехнулась одна из подошедших валькирий. На это моя «суженая» на один день усмехнулась и сняла с пояса флягу. — Если твоя хитрость не сработает, то моё предложение всё ещё будет в силе, — она передала флягу мне и я по весу отчетливо ощутил, что та пуста. — Наберешь в неё утренней росы, а затем пожертвуй Фрее. Она даст мне знать, что ты ищешь встречи. Краем сознания отмечаю, что ни обещания явиться на зов, ни подробной инструкции, сколько росы собрать и как жертвовать мне не дали. Валькирии занимают достойное место среди Фейри с их постоянными загадками, испытаниями и недосказанностью. Но возмущаться нет смысла, так что принимаю подарок и молча кланяюсь, выражая признательность. Лишний шанс выбраться отсюда. Распрощавшись с валькириями, которые прямо при мне взмыли вверх белой дымкой, отправляюсь на поиски Серой Дамы. К сожалению, как я и думал, помочь мне та не могла чисто физически. Так уж сложилось, что королева Теней, занимала не последнее место не только в их сказочной стране, но и в загробном мире фейри, так что баньши отправили с каким-то поручением в этот самый загробный мир. Серую Даму буквально упокоили прежде, чем я успел подойти к ней. Это было настолько неожиданно, что я не сразу даже нашёл, что сказать. — И как теперь факультету Равенкло без своего факультетского приведения? — вопрос был откровенно тупой, но ничего другого в голову не пришло. — Уже мёртвое умереть не может, — пожал плечами сид, что и упокоил, считай убил, Серую Даму. — Выполнит поручение Королевы и вернётся. — Поручение? В принципе так я и узнал, что Серую Даму не просто отправили в мир иной, а отправили с поручением. Сделавший это сид, Диан Кехт, был мне знаком по Дикой Охоте, и теперь он условно был свободен. То есть мог делать что хочет и идти куда хочет, вопрос лишь в том, чего именно он хотел. — Могу я нанять тебя в качестве сопровождающего? — спрашиваю у всадника. Клятвы охотников были принесены, и пока меня официально и показательно от неё не избавили, я буду считаться частью братства. Это должно было обеспечить более безопасные взаимоотношения. — Мне нужно добраться до Благого Двора. — Можно и прогуляться, — он задумался, но почти сразу кивнул. — И какова плата? — Ты мне скажи, — я не имел ни малейшего представления, что ему может быть нужно. И уж в чём можно было не сомневаться, так это в том, что он точно знает, что у меня можно попросить. — Ты хочешь попытаться обмануть Королеву, — спокойно заметил Диан Кехт, как будто мы тут погоду обсуждаем. — Никакого обмана, — делаю небольшое уточнение. — Мне не запрещали сделать всё по-своему. — И хотя сам по себе ты вряд ли сможешь сделать хоть что-нибудь, — он как будто и не слышал меня. — Но некоторые пути есть. — Так что насчёт платы, — я решил по умолчанию считать, что он согласен и вопрос только в цене. Хотел бы отказаться, уже послал бы меня, ну или пошлёт в ближайшее время. — Я провожу тебя, — он кивнул. — И даже помогу попробовать. Твоей платой будет обещание. Каким бы образом ты не покинул земли фейри, ты сюда вернёшься. — Когда? — это был очень важный момент. Если его условием будет вернуться сюда лет через пятьдесят или вообще после смерти, то и чёрт с ним. Валькирии уже заявили права на мою душу, так что спокойное посмертие мне не грозит в любом случае. Если оно вообще мне светило. Насколько я помню воскресные проповеди, библейский магов не жаловал. Любое колдовство от демонов. Даже интересно, если старые религии оказались правдой, я лично некоторых богов видел, что насчёт библейской истории? Есть ли настоящие ад и рай, Бог и Дьявол? Не уверен, что точно хочу знать ответ на этот вопрос. — На каждый следующий праздник, — Диан Кехт усмехнулся. — Ты уже был на Самайн и Йоль, так что не будем нарушать зарождающуюся традицию, юный друид. Если сможешь вырваться из леса, то вернёшься сюда на следующий праздник. — Способ уйти должен быть многоразовым, а не сработать только один раз и всё, — ставлю дополнительное условие. — Конечно, я ведь хочу, чтобы ты приехал на «праздники», а не один следующий праздник, — он тут же на это условие согласился. На том мы заключили договор и отправились в путь. Так началась моя дорога домой… Ну, если Хогвартс, куда я собирался вернуться, можно считать домом. Так бы я, конечно, предпочёл бы вернуться в куда более спокойное место. *** Когда Гарри не вернулся в школу к утру, как обещал, Генриетта заволновалась. Волновались и профессора Хогвартса, но не очень сильно. Фейри были известны своими шутками и играми со временем. Не появился утром, значит появится вечером, ну или на следующее утро. И кто бы знал, как подобное отношение бесило. У Генриетты складывалось такое чувство, что только она сама, да её мать по настоящему волнуются о Гарри. Всем остальным как будто плевать. Даже дядя Сириус и отец относились ко всему этому несерьёзно. Это было настолько обидно и несправедливо, что Генриетта была готова сама отправиться в запретный лес на поиски брата. Благо Гермиона не поддержала этот откровенно глупый порыв и сдала подругу взрослым. Девчонки на этой теме, конечно, поругались, но хотя бы не пришлось потом искать по лесам сразу двух человек, вместо одного. Когда же Серая Дама, которая сопровождала Гарри на праздник, вернулась без него, Генриетта думала, что взорвётся от злости. Только когда этот чёртов призрак рассказала, что Гарри собираются запереть в стране фейри, взрослые зашевелились и заволновались по настоящему. Даже невыразимцев вызвали. Ох как же юная Поттер была зла. Это понимали все, как друзья, отношения с которыми несколько пошатнулись, так и враги. Шутка ли, но даже эта склочная змея Малфой, старалась обходить Генриетту десятой дорогой. Чувствовала, змеюка подколодная, что и проклятие может прилететь за любое неосторожное слово. Не добавлял ей настроения и тот факт, что Генриетта не так уж много знала о фейри. Что-то где-то слышала, но без каких либо подробностей. И когда все вокруг обсуждали какие-то намеки многозначительным тоном и с долгими, нарочитыми паузами… В какой-то момент Генриетта начала подозревать, что всё это делается специально, чтобы позлить её. Но как бы она не бесилась, а ситуации это ни разу не помогало. Гарри как не было, вот уже четыре дня кряду, так и не появилось. Зато в Хогвартсе появились невыразимцы, что что-то там расспрашивали и вынюхивали. Да даже родители приехали в Хогвартс, вместе с той самой девчонкой, которую Гарри в прошлый раз вывел из леса. И как раз родители, конкретно мама, подсказала хоть одно дельное решение. — В прошлый раз вы смогли увидеть его при помощи Кубка Огня, — заметила Лили во время очередного обсуждения о том, то делать. — Это можно повторить? — Хм-м… — Дамблдор честно задумался над этим вопросом. А подумать действительно было о чём. — Вообще юный мистер Эванс отказался от участия в турнире, а потому узы кубка на него не должны распространяться. Но и ситуация, благодаря которой он стал четвертым участником турнира… — Заклятие Барти Крауча-младшего никто не снимал? — вклинился один из невыразимцев, перебив Дамблдора. — Нет, — директор Хогвартса в ответ на подобную грубость прикрыл глаза, но делать замечание не стал. — И сейчас это может сыграть нам на руку. Спорить с ним не стали, хотя многие, кто наблюдал этот разговор, почувствовали некоторое напряжение между Дамблдором и невыразимцами. Сторонники Дамблдора от этого лишний раз уверовали в тупость министерства, которые пытались спихнуть старика с его постов и всё распилить. Лили же, с её сомнениями в директоре, лишний раз подумала, что старик умудрился отдавить мозоли даже Отделу Тайн, который очень редко вылезал из своих подземелий. За такими размышлениями все и собрались в зале, где стоял Кубок Огня. Помимо самого Кубка, там была куча студентов, которые просто слонялись поблизости, и глазели на приз турнира. И хотя у некоторых, например МакГонагалл, появилась мысль разогнать зевак из помещения, но такие разумные люди были в явном меньшинстве. Основной состав взрослых магов сразу же приступил к колдовству над Кубком. Естественно, эти шевеления не остались без внимания учеников, что были в зале. Само по себе совместное колдовство стольких могущественных магов было интересным. Да и сложно было не узнать ситуацию, когда директора трех школ колдовали над Кубком Огня. В прошлый раз после такого действия все желающие смогли наблюдать кусочек пира фейри на Самайн. И конечно же все затаили дыхание, в ожидании очередного представления, которое можно увидеть лишь раз в жизни. Дамблдор оказался прав, заклятие Барти Крауча-младшего, всё ещё действовало, а значит Гарри всё ещё считался четвертым участником Турнира Трех Волшебников. А потому посмотреть, что с ним можно было. В это время, МакГонагалл как раз пыталась разогнать зевак из зала, но ни прямые указания, ни снятие баллов не помогали от слова совсем. Никто не собирался пропускать такое событие. Наказание можно пережить, сколько их было и сколько ещё будет. А вот хотя бы одним глазом заглянуть за завесу сказки получается далеко не у всех. Да и иностранных студентов в толпе хватало, которых никто не разгонял. МакГонагалл власти над иностранцами не имела, а их родные директора были заняты чародейством над Кубком. Им и самим было интересно заглянуть, куда опять влез неугомонный гриффиндорец. Как и в прошлый раз Кубок вспыхнул зеленым пламенем, из которого сформировался шар огня, который сработал как зеркало связи, ну или телевизор, если на магловский манер. В огне показался крайне живописный берег озера, и Гарри Эванс, что сидел перед костром и помешивал какое-то зелье в котелке, что стоял на огне. Напротив же него сидел мужчина, чьё нечеловечески прекрасное лицо и змеиные глаза более чем наглядно выдавали в нем сида. И тем страннее было видеть, что оба они, и юный волшебник, и не бессмертный то ли бог, то ли что-то близкое к богу, были одеты в похожую одежду. Старомодные плащи, под которыми можно было увидеть гербовые сюрко и стеганки. И если герб Сида, серебряная рука на синем фоне, был делом ожидаемым, все высшие сиды благородные рыцари. А вот герб у Эванса был делом совершенно неожиданным. Черная голова волка на белом фоне очень много сказала всем, кто был в курсе «пушистой проблемы», как было принято говорить в семье Поттеров. Но даже без этого символизма для своих, герб нельзя было просто взять и придумать для самого себя. Его выдают, и выдают вместе с неким статусом. И получить герб среди фейри… у этого может быть слишком много значений и последствий. — Уже месяц в пути, — заметил Сид, посмотрев прямо в сторону точки обзора Кубка. Как и «Хозяйка Ручьёв» в прошлый раз, сид видел наблюдателей. — Верно, — Гарри посмотрел на сида, вопросительно выгнув бровь. — В этом есть какая-то тайна или проверка? — Мне просто интересно, что ты об этом думаешь, — сид скривил губы в улыбке. — Ты ни разу не высказал недовольства на эту тему. — Я ожидал, что всё будет не так просто, — Гарри пожал плечами, продолжая работать над своим зельем. — Могу предположить, что ты специально испытываешь мою волю. Своим умом или нет, разницы особой нет. — Нет, — ухмылка сошла с лица сида, и он серьезно посмотрел на парня. — Я дал слово и не собирался его нарушать. Никаких испытаний и подстав. — Хорошо, — Гарри просто кивнул, как будто его слова только что не задели крайне могучее существо. Благородный сид имел все шансы быть богом, ну или почитаться как бог. — Почему тогда ты завел разговор о том, что мы уже месяц в пути? — Я уже ответил. Ты никак не возражал этому, мне интересно, почему? — Потому что я не могу это никак изменить. Да и мне нет смысла жаловаться. Сид на это задумался, даже с некоторым вопросительным интересом покосился на зрителей из Хогвартса. Он как будто спрашивал у них, что тут вообще происходит и как на это реагировать. Но это наваждение быстро прекратилось, после чего сид повернулся обратно к Гарри. — Из мира людей войти в Грёзы можно в любом месте. А вот внутри грёз приходится путешествовать уже более или менее привычным способом, — пояснил Сид, имени которого так и не было названо. — Есть особые пути, но не между двумя дворами. Да и в чужом дворе путями пользоваться не получится, не отзовется Грёза чужаку. — Интересно, — кивнул Гарри, сняв зелье с огня и парой движений палочкой остудив его. Зелье в итоге оказалось кормом для двух крайне необычных скакунов. Здоровые, с золотыми гривами и совершенно спокойно гуляющими по воде. Наполнив две подвесные миски зерном и залив его приготовленным зельем. Именно в этот момент показались и кони, вызвал немалый переполох среди профессоров. — Гульфакси, — с придыханием проговорила мадам Оливия. — Божественные кони, — невыразимцы тоже были впечатлены увиденным. — Они так красивы, как будто пришли из сказки, — прошептала мадам Оливия, рассматривая великолепных скакунов. — В каком-то смысле так и есть, — заметил Дамблдор, как и все рассматривая коней, что по преданию произошли от скакуна, которого Тор подарил своему сыну. — Приятного аппетита, красавица, — Гарри с неожиданной для него нежностью погладил по гриве одно из легендарных животных, что оказалась девушкой. На это второй конь недовольно фыркает. — Да-да, ты тоже кушай на здоровье. — Когда ты сказал, что оруженосец из тебя не получится, ты явно преуменьшил свои возможности, — заметил Сид, вставая с камня, на котором сидел и извлекая меч из ножен. Это зрелище само по себе уже напрягло зрителей в Хогвартсе. Когда же Сид махнул резко разрубил воздух перед собой и Кубок Огня погас. При том с концами, совсем. Уже вторая попытка понаблюдать через Кубок Огня за Гарри Эвансом заканчивалась невероятной истерикой и скандалом. Кто-то орал, что Эванса сейчас убьют. Другие орали от того, что он стал оруженосцем Сида, а значит, по факту, сам теперь является высшим дивным. На языке обычных людей это означало, что Гарри Эванс стал богом. На фоне всего этого стенания тот факт, что надо по новой запускать Кубок Огня с иллюзорным шансом, что турнир сорвался и придется выбирать новых участников, прошел как-то даже буднично. В том, что Сид сможет разрушить клятвы никто не сомневался. Хотя никто толком не мог понять, зачем бы ему это понадобилось. Кубок зажгли ещё только на следующий день. Четвертый чемпион просто исчез из общего договора турнира, как будто его и не было. Оставшиеся же три сменились. Вместо учеников трех школ в оставшихся двух испытаниях теперь были обязаны участвовать их директора, они же теперь и были держателями клятвы. Седрик, Виктор и Флер просто перестали быть чемпионами, без каких либо проблем и последствий. И эти две информационные бомбы взорвались одна за другой. Гарри, стремясь вернуться домой, даже не подозревал, какой мир его встретит по ту сторону Грёз.