Трус не играет в хоккей

−Еще раз. Асса прохаживалась по залу, заложив руки за спину, и давала последние наставления милиции. −На входе проверять всех и каждого. Просить расстегивать пальто и плащи. Открывать сумки, даже если это тонкая планшетка. Особо габаритные тщательно досматривать и просить сдать в камеру хранения. Никаких исключений. Досматривать всех – от генсека до рядового работяги. Канадских болельщиков тоже. Будут возмущаться – морду кирпичом. И улыбайтесь, товарищи, улыбайтесь. Не пугайте интуристов. Обо всех подозрительных предметах и гражданах докладывать лично мне. Вроде бы все. Ну, пошли. На локоть легла рука. Асса обернулась. Рядом стояла Наташа в черном брючном костюме. −Все получится, Асса Иосифовна. – тихо проговорила Романова. – Не переживайте. Асса усмехнулась, погладила девушку по руке и отцепила от своего локтя. −Конечно, получится. Жаль только, я матч посмотреть не смогу. Наташа прищурила зеленые глаза. −Вы по реакции болельщиков все поймете. Надеюсь, арена не обвалится. −Типун тебе на язык. – совершенно серьезно заявила Леденёва. – Андропов с нас три шкуры спустит. Все, иди работай. Наташа шутливо козырнула и убежала. Асса глубоко вдохнула, выдохнула и направилась к узкой технической лесенке встречать Барнса. Пускать его в катакомбы Дворца спорта «Лужники» страшно не хотелось, но от него мог быть толк.

***

Джеймс одобрительно кивал. Русские развернули такую строгую пропускную систему, что становилось жутковато. Обыскали даже канадскую сборную. Парни возмущенно бухтели, но открыто недовольство выражать опасались. За люстру-то заплатить пришлось. Барнс распахнул кожаную куртку, позволяя осмотреть себя. Ножи в потайных набедренных и нарукавных ножнах все равно видно не было, а ощупывать его молоденький милиционер постеснялся. Джеймс подмигнул мальчишке и выразительно прикусил губу. Тот покраснел и отскочил, как ошпаренный. Откуда-то сбоку возникла Асса, ловко подцепила под руку и не говоря ни слова потащила за собой. Джеймс с интересом крутил головой, разглядывая серые барельефы. Советы как-то очень странно изображали людей. Чересчур прямыми, мускулистыми, но почему-то все равно плоскими. А еще непонятного пола. Асса заметила его любопытство. −Я слышала, как в Европе наше искусство называют тоталитарной эстетикой. – проговорила она, открывая тяжеленную железную дверь. За дверью начинался узкий коридор. Стены были выкрашены совершенно кошмарной зеленой краской. Кое-где были намалеваны прямоугольные стрелки. Джеймс до сего дня не подозревал, что такие существуют. −Ваши люди такие брутальные. – промурлыкал Джеймс. – На плакатах, я имею в виду. −Все брутальные люди сегодня будут драться на льду. – отозвалась Асса, спускаясь по ступенькам. – А мы будем их поддерживать. Пришли. Она распахнула еще одну дверь. За ней оказалась комната, сплошь заставленная телефонами, коммутаторами и какими-то уж совсем чудовищными приборами. Джеймс смутно предполагал, что на них выводится прослушка. Но утверждать не брался. Слишком уж устаревшими они выглядели. Сидевшие в наушниках три девушки и парень при их появлении даже не пошевелились. Асса кивнула парню, взяла со стойки еще одни наушники, но надевать не стала. Приложила к уху, прислушалась и повесила обратно. −Асса Иосифовна, вас хочет видеть генсек. – сказала крайняя девушка в очках. Джеймс насторожился. Асса Иосифовна. Теперь бы еще фамилию добыть. Хотя, вряд ли она будет настоящая. Да и имя тоже. Насколько он знал, имени Асса в русском языке не было. −Поняла. Асса одернула черный пиджак, стряхнула невидимые пылинки с рукавов и быстрым, почти незаметным жестом поправила кобуру на поясе. −Сиди здесь и ничего не трогай. – приказала она Джеймсу. – Я скоро. И скрылась за дверью. Джеймс хмыкнул, обвел глазами приборы и неожиданно наткнулся на дуло пистолета. Оружие направляла знакомая по «Интуристу» блондиночка. −В пол смотри. – на хорошем английском прошипела девушка. – Нечего тебе тут шпионить. Джеймс широко улыбнулся и уселся на ближайший стул, развернув его спинкой вперед. Рука девушки не дрожала. Голубые глаза метали молнии. −Зачем же в пол, мэм? Лучше я буду смотреть на вас. Вы куда симпатичнее пола. Девица одним легким танцевальным движением оказалась рядом. Ствол недвусмысленно уткнулся в висок. Джеймс скосил на него глаза, скорчил остальным рожицу и развел руками. −Очень надеюсь, что Асса тебя пристрелит. – сообщила блондиночка. – Поиграет и пристрелит. −От руки Ассы я готов принять все, что угодно. – клятвенно заверил Джейм. – И от вашей тоже. Скажите, а в Советском Союзе все девушки такие красивые? Паренек, последние несколько минут давившийся смехом, фыркнул: −Все, друг. Выбирай любую. Правда, не жалуйся, если не справишься. −Справлюсь. – самоуверенно заверил Джеймс и ловким движением выбил пистолет из руки девушки, подсек ей правую ногу и уронил себе на колени, зажав между своей грудью и спинкой стула. Девица сперва замерла испуганным кроликом, а потом взвизгнула и подскочила, как ужаленная, одним прыжком оказываясь в дальнем углу. Джеймс невозмутимо поднял макаров, поставил на предохранитель и перекинул ей. Блондинка хмуро поймала оружие и убрала в кобуру. −Не доставай ствол, если не собираешься стрелять. – наставительно заметил Барнс и подмигнул парню. – И это не только об оружии. Этот паренек оказался крепче и на двусмысленный намек только усмехнулся. Джеймс удобнее устроился на жестком стуле и глянул на часы. Матч должен был вот-вот начаться.

***

В правительственной ложе Асса задержалась. Дежурившие здесь ребята шепотом отчитались, что все в порядке. Косыгин глянул подозрительно и изобразил бровями сложное послание. Асса не без труда расшифровала обещание отправить всех причастных на лесоповал в солнечный Коми, если хоть что-нибудь сегодня пойдет не по плану. Брежнев в ее сторону даже не глянул, лишь коротко спросил, как идут дела. Асса забилась в темный угол и жадно уставилась на белое полотно катка, по которому красно-белыми молниями носились фигуры хоккеистов. Леденёва в хоккее не разбиралась, но неплохо знала военное дело. Тактика отслеживалась на раз-два. Канадцы сходу ушли в глухую оборону, редко-редко предпринимая короткие контратаки. Наши, напротив, атаковали яростно, долгими хитрыми комбинациями. Соперники то и дело сшибались, впечатывали друг друга в борта, валили на лед. Вокруг бушевала толпа. Ассе на мгновение показалось, что она оглохла. Людское море кричало, волновалось, подпрыгивало. Особенно старались канадцы. Советские, глядя на них, кричали еще громче. Асса изо всех сил стиснула кулаки. Толпа манила за собой. Хотелось тоже скакать, кричать, срывая горло и не слыша себя, но зная, что твой голос вплетается в тысячный рев. Асса хорошо знала это чувство. Единство толпы, как на демонстрациях. Как в атаке. Когда ты становишься ничем и одновременно всем. Она с усилием заставила себя отвернуться и скользнуть в двери, ведущие к лестнице. Пока общий порыв не утащил за собой. Болельщики за ее спиной разочарованно завыли. Канадцы забросили шайбу.

***

−Ну как там? – с порога спросила Асса. Где ее столько времени демоны носили, она, конечно же, не доложила. −Три – ноль в пользу Канады. – бойко отрапортовал паренек. Асса закатила глаза и уселась на край стола. Джеймс покосился на ее длинные ноги в строгих черных брюках. −Я про обстановку, а не про счет. −Пока все тихо. – буркнул парень. Асса кивнула и взглянула на Джеймса. Тот пожал плечами. −Можем пройтись по ярусам, проверить. – предложил он. −Я только что оттуда. – отмахнулась Асса. – Там такая вакханалия, что не пробьешься. О, забыла спросить. Где тебя так хорошо русскому обучили? Джеймс оскалился. −А вы откуда так хорошо английский знаете? −Туше. – усмехнулась Асса. – Секрет? −Угу. – кивнул Барнс. – Вы мне тоже никаких секретов не выдаете. Даже это – он обвел комнату широким жестом. – не секрет. −Ага. – согласилась русская. – Такого добра и у вас полно. −Внимание. – напряженно произнесла блондинка. – Пост Юг-два-А. Найдена бесхозная сумка. Асса подскочила на ноги. −Так, поддерживать связь. Барнс, за мной. Джеймс послушно бросился за Ассой в какой-то уж совсем кошачий лаз, наклонился, протискиваясь в низкую дверцу. −Куда он ведет? −Под трибуны. – отозвалась Асса, тоже согнувшаяся под немыслимым углом. Джеймс даже не стал залипать на ее задницу. В крови разгорался азарт опасности. Лаз вдруг кончился, и они выкатились в небольшое полутемное помещение. Над головой слышался глухой шум трибун. К Ассе подкрался немолодой усатый милиционер. −Дамская сумка. Ничего не трогали. Сумка и правда лежала себе в уголке. Сумка как сумка. Достаточно массивная, с накладными карманами и многочисленными витыми жгутиками. Странная сумка. Асса мягко, на цыпочках, подошла ближе и поманила за собой Джеймса. Замерла, подняв указательный палец. −Слышишь? Джеймс слышал. В глубине сумки тихо, но отчетливо тикало. −Бомба с часовым механизмом. Асса кивнула и пронзительным шепотом скомандовала. −Оцепить помещение. Сохранять спокойствие. −Может, все-таки остановить матч? – несмело спросил милиционер. Асса метнула на него убийственный взгляд. −Выполняйте приказ! −Есть! – вытянулся милиционер и вдруг почти простонал. – Мы же все сумки осматривали! Не было нигде бомбы. −Верю. – спокойно кивнула Асса, присаживаясь на корточки. – Потому что бомба не в сумке. Помолчала и припечатала: −Сама сумка и есть бомба. Вон отсюда! Милиционера как ветром сдуло. Асса медленно потянула из кармана пиджака плоский футляр, щелкнула замочком и вытащила маленькие кусачки. −Барнс, поможешь. −Так я же не сапер. – растерянно пробормотал Джеймс. −Ты снайпер. – безапелляционно заявила Асса. – Значит, руки не дрожат. Иди сюда. Джеймс осторожно обошел сумку и опустился на колени перед ней. Асса осторожно расстегнула пуговку застежки и открыла сумку. −Держи края. Эх, фонарик бы… Барнс молча вытащил из кармана тактический фонарик, зажал его в зубах и взялся за края сумки. Тиканье зазвучало отчетливее. А над головой вновь взревели болельщики. −Канадцы забили. – констатировала Асса, скользя тонкими пальцами по скрытым в шнурах проводам. – Ну, давай. Джеймс напряженно следил, как руки Ассы бережно копаются во внутренностях сумки, открывают большой внутренний карман. На свет показались толстые трубки заряда с примотанными к ним наручными часами. −Семь минут. – прошептала Асса. – Так, и что у нас тут? Она отложила кусачки и взялась за перочинный ножик, надрезая один из шнуров. Показался бок красного проводка. Потом желтый и черный. Джеймс с трудом сглотнул скопившуюся в приоткрытом рту слюну. Фонарик качнулся. −Не урони. Так… Асса одну за другой отщелкнула три клеммы. Тиканье и не думало прекращаться. Руки Ассы застыли над зарядом. Словно пошла не по плану хирургическая операция. Джеймс сильнее стиснул зубами фонарь, чувствуя, как градом льется по спине пот. А Асса тихонько запела: −Суровый бой ведет ледовая дружина, Мы верим мужеству отчаянных парней. Щелкнула еще одна клемма. Левой рукой Асса потянулась за плоскогубцами и замерла над двумя проводками. −Джим, тебе какой больше нравится? – спросила она. Барнс замычал, недвусмысленно намекая, что вот сейчас совсем не время шутить. −Вот и я не знаю. – созналась Асса. – Они же одинаковые. И что делать? Часы дотикивали последние минуты. Джеймс отчаянно глянул на склоненную над сумкой темноволосую голову. Асса прошептала: −В хоккей играют настоящие мужчины. Трус не играет в хоккей. И щелкнула кусачками. А потом потолок взорвался.

***

Викулов отталкивается от бортика, крутится волчком вокруг себя, закрывая шайбу своим телом. Мимо кучей-малой проносится двое канадцев. Он обходит их, выскакивая прямо на вратаря, Тони Эспозито. Уворачивается от здоровенной красной туши и бьет. Быстро, резко, только вперед. Шайба влетает в ворота. Вспыхивает лампочка. 4:5 в пользу СССР. Это победа.

***

Асса с громким выдохом села на пятки и ссутулилась. Часы больше не тикают. Над головой беснуются болельщики. Советский Союз победил. Джеймс напротив выплюнул фонарик, облизал пересохшие губы и с трудом отпустил края сумки. −Получилось. – прошептал он. −Ага. – отрешенно кивнула Асса, массируя виски. – Получилось, слава Революции. Джеймс вдруг приподнялся, подался вперед, накрыл ее руки на висках своими, притянул к себе и коротко крепко поцеловал в губы. Асса застыла памятником Дзержинскому, даже не помышляя ответить. Джеймс отстранился сам. Вблизи его глаза показались светло-голубыми, с редкими капельками серого, как море под пасмурным небом. −Можешь звать меня Баки. – хрипло прошептал он. – Так только близкие зовут. −Я всего лишь обезвредила бомбу. – усмехнулась Асса, соскальзывая взглядом на его влажно блестящие капризно изогнутые губы. Джеймс – Баки – улыбнулся. −Ты обезвредила бомбу. – произнес он. – И спасла кучу народа. Так что не прибедняйся. Где вас только готовят, таких… −Каких? – усмехнулась Асса. Баки неопределенно взмахнул руками. −Бесстрашных. Уверенных. Не знаю. Я бы не взялся сам ее разминировать. Наши протоколы предписывают начинать немедленную эвакуацию. Асса вытерла рукавом пот со лба и повела плечами. −Мы бы не успели эвакуировать всех. Разве что генсека со свитой, и то не факт. Так что, как у нас говорят, умри, но сделай. Баки опустил глаза на сумку и прищурился. −Гляди-ка. И вытащил незамеченный Ассой лист бумаги. Леденёва подалась вперед, жадно вчитываясь в каллиграфические строчки. −«Надеюсь, вам было весело, госпожа Белая Смерть и господин Сержант». – вслух прочитал Баки. – Вот ублюдок, он над нами издевается! Асса согласно хмыкнула, отбирая записку. Плотная мелованная бумага, черные чернила, перьевая ручка. Написано по-русски и продублировано по-английски. Почерк один и тот же. От бумаги слабо пахло порохом. В углу красовалась характерная печать Гидры. Череп с щупальцами. −Он с нами играет. – пробормотала Леденёва. – Он знал, что мы найдем и обезвредим бомбу. −Ты найдешь. – поправил Баки. – Он с тобой играет. Я тут вообще на подтанцовках. −Очень может быть. – согласилась Асса, убирая записку в карман.

***

Джеймс издалека наблюдал за ликующей сборной Советского Союза. Ассу там, очевидно, знали. Стоило ей только подойти и окликнуть, как к ней бросились всей гурьбой, облапили, приподняли над полом и зацеловали. Тренер в синей спортивной кофте со смехом крикнул: −А ну поставьте товарища на место! Ишь моду взяли! Вот я вам! Лохматый чернявый парень легко выцепил Ассу из объятий товарищей, поцеловал в щеку, шепнул что-то на ухо и, наконец-то, поставил на пол. Асса похлопала его по плечу, еще раз расцеловалась со всей командой и заспешила к канадцам. Джеймс побрел следом. Неожиданно навалилась усталость. Очень хотелось завалиться на кровать и уснуть. И чтобы не пришлось вскакивать ночью и призраком шастать по этажам. Мечты так и остались мечтами. Около полуночи в двери постучали. Джеймс, ворча, сполз с кровати и поплелся открывать. На пороге никого не было. Сон, как рукой сняло. Джеймс нащупал в кармане нож. Теоретически, он мог не услышать только шаги Ассы. Но зачем Ассе эти выверты? Под ногами белел листок бумаги. Джеймс подобрал его и развернул. 10 утра, улица Горького, 11Б. Асса Ниже от руки был нарисован план, как пройти к указанному дому. Джеймс нахмурился и почесал переносицу. К чему такая секретность? Ладно, утром за завтраком можно уточнить у Ассы. Которой на завтраке не оказалось. Джеймс внимательно оглядел каждый закуток столовой, но увидел только блондиночку. Та при виде него скривилась и уткнулась в тарелку. Барнс подсел к ней за стол и без обиняков спросил: −Где Асса? −Не знаю. – процедила девушка. – Она мне не докладывает. Барнс поднялся в комнату, надел куртку, рассовал по потайным карманам ножи, сунул за пояс пистолет и выдвинулся на поиски указанного дома. Схема оказалась достаточно подробной. Нужный дом нашелся без труда и представлял собой весьма подозрительную двухэтажную развалюху в глубине двора. Джеймс обошел дом по периметру, но ничего толком не увидел. Дом был очень старым, деревянным и, очевидно, готовился под снос. −Ау. – негромко позвал Барнс. – Асса. Никто не отозвался, лишь скрипнула потревоженная ветром незапертая дверь. Джеймс толкнул ее ногой и прокрался внутрь, вскинув пистолет. Внутри было пусто. Совсем пусто. Вверх уходила старая лестница, еще одна вела вниз, в подвал. Пол покрывал толстый слой пыли, на котором отчетливо просматривались следы женских туфель. Следы уходили в подвал. Джеймс по стеночке двинулся вниз, миновал открытую железную дверь. В нос ударил ядовитый запах плесени, мокрой слежавшейся земли, глины и терпких духов. Джеймс принюхался и насторожился. Духи Ассы пахли по-другому. А потом густая темнота в глубине ожила и плюнула иглой. Слишком быстро даже для модификанта. Джеймс успел только схватиться рукой за шею и рухнул, как подкошенный. В глазах потемнело.