Мальчик и Тень

Десятый день странствия начался для Пикли поздно и не очень приятно. Ему было нехорошо и почему-то, сильно разболелась голова. Переживая такое ощущение, впервые, он был несколько обескуражен навалившимся недугом, а потому, к завтраку не вышел, да и вообще, на всякий случай, не вылезал из-под одеяла. Норфольг заглянул к нему ближе к обеду, когда справился с последствиями разгульной ночной гулянки, и разогнал качающихся матросов по делам, перепоручив их вразумление бодрому как огурец мистеру Ханисону. Выпивка, словно, не брала этого худощавого черноволосого аккуратного джентльмена и после празднеств, он чувствовал себя прекрасно и, похоже, был полон сил, как следует поторговать. Он уже приготовил свой зелёный блокнот, и хищно обозревая просыпающихся торговцев и открывающиеся лавочки, уже составив у себя в голове четкий план по их "захвату". Активно опохмеляющаяся команда яро его костерила, но была вынуждена заткнуться и уныло, ползти с корабля в порт. - Пикли, ты ещё спишь? Мужчина осторожно приоткрыл дверь и заглянул в комнату. Занавески на окнах были плотно запахнуты, отчего в ней царил тихий сухой полумрак. Мальчик ничего не ответил, только гора одеял на кровати шевельнулась и на пол упала подушка. Норфольг понимающе хмыкнул и зашёл, прикрыв за собой дверь, поднял с пола подушку, отряхнул с неё пыль. - Ну как ты, малышь? Пикли ещё немного просидел молча, а потом, зашевелился, и из одеялок показалась встрёпанная детская голова. - Не знаю, голова очень болит. - Голова? Норфольг удивленно приподнял серые брови и присев на кровать, дотронулся до лба мальчика. - Да ты горячий! Тебе не жарко? - Иногда. И тут мужчина, наконец, заметил, что ребёнок глубоко и тяжело дышит, а на шее блестят бисерина пота. - Пикли! Ну-ка вылезай, тебя надо остудить! - Я не хочу, мне холодно. - Ничего не холодно, это всего лишь лихорадка - ты заболел и тебе надо срочно понизить температуру тела - Уууу. - Так! Не рыдать! Норфольг подскочил с постели, снова уронив злосчастную подушку, и метнулся к двери, на ходу инструктируя мальчика. - Сейчас приведу тебя врача, никуда не уходи и в одеяла не кутайся, потери немного, просто приляг и постарайся не о чем сильно не думать. - Х-хорошо. Пикли снова почувствовал, как его начинает трясти от холода и потянулся к одеялу. - Понятно. В общем, потери ещё немного, я мигом! Старший помощник капитана унесся прочь, пытаясь напрячь память и вспомнить, где же он видел сегодня этого толстого, русоволосого коротышку, который вчера больше всех принимал на грудь и потом ещё пол ночи орал скабрезные и совершенно пахабные песенки. - Чёрт! Где же этот пьянчуга? Тирис! Норфольг успел поймать за локоть, пробегавшего мимо рулевого. Тот, с трудом затормозил и уставился на старпома чистыми синими глазами. - Да, шеф? - Эстебальда не видел? - Пф! Как его можно не увидеть, если он выбрал для своей лежанки мостик? Да от него так разит, что я вообще подняться туда не смог. Похоже, его ещё и вырвало там. Беее. Паренек скривился, красочно изображая упитого в хлам корабельного врача, и мужчина только скорбно вздохнул. - Нет, точно, возьму и когда-нибудь запрещу эти ваши коллективные попойки, может хоть кто-то работать начнёт! - Но капитан непротив. - Капитана на корабле сейчас нет, а значит, я вполне имею на это право. - А мистер Пикли? - Что мистер Пикли? Норфольг вопросительно поднял бровь. Юноша смутился и неловко замялся, старательно отводя глаза. - Ну, он же теперь капитан. - Это с чего бы?! - Ну-у-у.... Тирис окончательно сконфузился и попытался сбежать. - Тирис Коббейн! Смирно! Матрос тут же замер, вытянувшись по струнке и тоскливо заныл. - Ну, господин Фариз! Я просто так это сказал. - Не-ет, давай теперь объясняй. Старпом обошел верткого как уж, рулевого и, скрестив руки на груди, деловито замер, ожидая от него ответа. Тирис, понял, что попал, и отвертеться уже не удастся и обреченно склонил голову. - Просто, по законному праву, при отсутствии капитана, корабль достается его наследнику и в таком случае... - Что-о в таком случае? Норфольг, который, и так уже всех подозревал, напрягся ещё больше и пристально буравил взглядом парнишку. - Господин Фариз! Ну, он же его сын, вся команда в курсе! Мужчина молча положил ладонь на лицо и тихо застонал. - Малкольм меня убьёт. - Сер... - Так! Норфольг сердито показал юноше кулак. - Фиг с ней с командой, пусть знают, что хотят - главное, чтобы мистер Ханисон пребывал в блаженном неведении. Надеюсь, насчёт него у тебя нет никаких сюрпризов? - Нет сер! Господин Генри - исключительный тупица! - ЧТО-О?! Рулевой испуганно вытаращил глаза и, не взирая на команду, мгновенно сорвался с места и белкой улепетнул от справедливого гнева начальства. - Тупица! Это надо же! Да чтоб они все тут понимали!! - Господин Фариз. - Да?! - Кхем... Рыжебородый боцман несколько сконфузился и отошёл на шаг от излишне импульсивного мужчины. Норфольг смущенно сбавил обороты и спросил. - Да, мистер Хаш? - Да я тут это...как бы по частному вопросу. - Какому? Ударага замялся, видимо, не зная как подойти к разговору. Наконец, он решился. - Мой сын. - Что с ним случилось? - Да пропал он. - В смысле? Норфольг окончательно потерял связь с реальностью, не понимая, как все эти события могли произойти в один день. - Ну, был он, под ногами маялся все время, палубу драил, а вот со вчерашнего дня ни слуху ни духу. Я уже везде проверил, весь корабль обошёл, у всех спросил - никто не помнит, когда он исчез-то. - Эк оно! И что же вы раньше молчали? - Дык, надо было же все проверить, а вдруг лежит где-нибудь, спит просто, а я уже и панику поднять успел. - Тоже верно. Норфольг устало выдохнул и почесал затылок. - Так, мистер Хаш, давайте вы мне поможете привести в чувства нашего врача и вылечить Пикли, а уже потом мы будем разбираться с вашим сбежавшим сыном. - Хорошо, сер. А что, юный капитан заболел? Сероволосый мужчина, чуть ли не подпрыгнул на месте от возмущения - И вы туда же?! - Куда? - Вы тоже считаете Пикли капитаном? - Ну да. А что? Старый боцман явно не понимал, что он такого сказал и растеряно топтался на месте. - Ох, ничего! Все, пойдемте будить Эстенальда. - Угу, только бочонок воды прихватим. Норфольг только махнул рукой, давая своё согласие, и пошёл в сторону оккупированного мостика. Мысли в его голове роились подобно разозленным пчёлам и, похоже, доставляли ощутимое неудобство. Он злился на самого себя, за то, что не смог сохранить тайну, но с другой стороны понимал, что после того, как обнаружилась принадлежность Пикли к табальдам, выбора особого и не осталось. Лишь то, что мистер Ханисон до сих пор ничего не узнал - являлось поистине удивительным фактом и в какой-то степени, мужчина был согласен с рулевым. - Нет, это не он тупица, это мы все тупицы, раз за один день с нашего корабля пропало два человека, а капитаном стал девятилетний болеющий мальчик! - Сер, я принёс бочонок. - Отлично мистер Хаш! Я очень на вас надеюсь. Когда, совместными усилиями, корабельный врач был приведен в более-менее живое состояние и матерящийся Норфольг, добился от яростно отбивающегося крепыша, адекватного взгляда, прошёл целый час. Потом столько же, они все втроем перерывали личную каюту господина Эстебальда, в тщетных поисках нужной микстуры, которая должна была сбить температуру. Микстура, тщательно упакованная в стеклянную бутылочку, потом коробочку, потом в сундучок и наконец, в большой серый мешок из-под картошки, была найдена и с радостным воплем извлечена на свободу. Норфольг разгреб ногами пустые бутылки, пробираясь к выходу и утянув за собой, уже присосавшегося к какому-то кувшину, врача, потащил того в каюту мальчика. - Ты вообще представляешь, что ведешь себя как свинья?! Кто разрешил тебе так напиваться?! - Да я-я не-е-е...ой, мутит что-то. - Я тебя убью... - Но се-ер, сжальтесь над страдающим. - Я те сжалюсь, пьянь! БЫСТРО ПРОТРЕЗВЕЛ И ВЫЛЕЧИЛ ПИКЛИ!! - А! Так капитан приболел? Что же вы сразу-то не сказали? - ААААААААА!!! Норфольг буквально влетел в каюту мальчика, чуть не вынеся при этом дверь. Он яростно пнул горе-врача к постели и сам подошёл следом. Мальчик, похоже, снова спал, закуклившись в одеялах. - Эй, Пикли, ты там как? - Мистер Ханисон, просыпайтесь, мы вас смотреть будем. - Смотреть он собрался! Меньше пить надо было! - Ну, я ведь уже объяснил... - Мм...дядя Фариз? - Да, мой дорогой, давай, вылезай, я привёл тебе доктора. Пикли выкарабкался из своего убежища, и устало оглядел мужчин. За эти два часа в духоте и жаре ему стало ещё хуже, и пот уже тек с него рекой. Он был весь красный и мокрый. - Ох, ты ж! Капитан, вылезайте, вам нужно остыть. - Не называй его так!! Да Пикли, и ещё я, пожалуй, открою окно. Мужчина пошёл раздвигать занавески, а компетентный корабельный врач, деловито посадил мальчика, заставил его снять рубашку и открыть рот. - Мда-а, горло конечно, красное. - Очень глубокомысленно! Норфольг раздраженно распахнул створки, впуская свежий воздух и вместе с ним свет. - Я все по уму! - Да ты пропил последние мозги! Откуда ум-то?! - Обижа-аете сер. - Ой! Старпом тоже попытался осмотреть бедного ребёнка, заглянув ему в рот и с важным видом помычав. - В общем, горло красное! На последовавший за этим громогласный хохот врача, в каюту любопытно забежал рулевой. - А чего это вы тут делаете? Крупнолицый крепыш, покатывался по полу и не мог вымолвить слова, пока окончательно выведенный из себя Норфольг, яростно пинал того ногами и упоенно матерился. - Капитан! Да у вас же температура, ну как выпейте. Тирис зашёл внутрь, подхватил со стола забытую всеми микстуру и заставил мальчика выпить большой глоток. - Ну вот, скоро должно подействовать. А горло у вас болит? Глотать больно? Ну-ка скажите "Ааа". Пикли, наконец, получив хоть какую-то помощь, и почувствовав твёрдую руку, послушно подчинился и юноша, деловито осмотрев шею, зрачки, нос и рот, провозгласил. - Ну что же, у вас ангина, наш дорогой капитан. Надо бы потом полосканиями заняться, как жар спадет, и вам лучше станет. - Тирис! - Да, сер? - Вы что, смыслите в медицине?! - Два года учеником у хирурга ходил, пока в пираты не подался. - Куда?! - В торговлю! Служу своей любимой стране и её доблестным правителям, один из которых - мировое зло! - ТИРИС!!! Рулевой подскочил, словно его кнутом полоснули, и птичкой вылетел из каюты. А между тем, Пикли действительно начало легчать и температура градус за градусом поползла вниз. - Ну как ты себя чувствуешь? - Уже лучше, голова прошла и больше не холодно. - Вот и отлично. Тогда слушайся советов Тириса и скоро совсем придешь в норму. Норфольг, наконец, приведший в порядок и каюту и врача и, что особенно важно, себя, сидел на постели мальчика и следил за тем, как тот ест принесённый на обед суп. Он прекрасно понимал, что Пикли обязательно должен поправиться за те два дня, что они стоят в порту, ведь на обратном пути им снова предстоит встретиться с теневым змеем, и Пикли к тому времени должен быть очень сильным или хотя бы здоровым. Норфольг скорбно глядел на жадно уплетающего легкий рыбный суп, мальчика, и заметил, что его татуировка переместилась на шею. - Ну как, ты уже освоился со своей тенью? - Угу, только она иногда убегает от меня. - Наверное, ей просто нужно привыкнуть. Мальчик промолчал, обсасывая попавшуюся широкую прозрачную кость, а потом внезапно спросил. - А я могу отправить к дяде свою змею? - Что? - Ну, когда мы были на причале, дядя Сантьяго прислал мне своего змея, чтобы тот напугал там всех. Вот я и думаю... - Стой! В смысле, "прислал"? То есть, это была его тень и ты знаешь, где он и что с ним? - Да нет. Пикли неопределенно пожал плечами, и стал вылавливать пальцем толстый кружочек моркови, которую он всегда терпеть не мог, как, впрочем, и фасоль. - Что нет? Ты не уверен?! Слушай, Пикли, это очень важно! - Я просто на секундочку услышал его голос и увидел его лицо. - Он что-то говорил? - Сказал, чтобы я не боялся и что он рядом. - Ага, что-то ещё? Ты видел, где он? - Не-а. Мальчик покачал головой и, наконец, выковырял ненавистную морковь из тарелки. - Понятно. Норфольг не знал, что и думать. Пикли огорошил его этой новостью, и надо было теперь все хорошенько обдумать. Может, удастся что-нибудь разузнать, пока корабль ещё не отплыл или найти какие-то зацепки. К тому же, со всей этой суматохой, он совсем забыл про разгромленную каюту, надо было бы более внимательно её осмотреть. - Так что, смогу? - Что сможешь? - Отправить змейку? Мужчина уже и забыл об этом его вопросе и растерянно ответил. - Я не очень хорошо разбираюсь во всех этих табальдовых штучках, но, думаю, если ты очень хорошо постараешься, у тебя может получиться. - Правда?! Мальчик радостно просиял, откидывая ложку в пустую тарелку. - Ну...Я всего лишь предположил. - Ура-а-а! Мы спасем дядю Малкольма!! - Ага... У Норфольга не было столь оптимистичных мыслей, так как, он примерно представлял кто мог похитить из капитана и хоть секунду удерживать того в плену. И если это было так, то надежда на благополучный исход таяла очень быстро и каждая минута промедления, грозила страшной катастрофой. - Ладно, Пикли, поправляйся, я зайду к тебе попозже – сходим, поглядим на дядину каюту - может ты, как юный табальд, что-нибудь там почувствуешь. - Ура-а!! Мальчику, похоже, было все равно, что делать, главное, чтобы это было как-то связано с Сантьяго и ещё потому, что постоянное одиночество ему уже порядком надоело. Норфольг поднялся, забрал с собой пустую посуду и, потрепав Пикли по давно не чесанным и не мытым волосам, напомнил себе, что ребёнку кроме еды и лекарств нужен ещё и хороший душ, а лучше ванна. Он улыбнулся на последок и скрылся за дверью. Пикли снова остался один и тут же забрался под новое, чистое и сухое одеяло, укрывшись с головой и свернувшись под ним комочком. Внезапная болезнь напомнила ему, что в темноте - лучше, правда, она де, чуть не лишила его жизни при этом, так усилив жар, что хотелось окунуться в лёд, тело страшно мерзло, и Пикли только глубже зарывался внутрь своего тёмного убежища. Именно тогда, в его голову и пришло понимание, что если ты слабее темноты, она не применно убьет тебя, каким бы замечательным ты не был и что бы про себя не думал. В этот раз, он смог ускользнуть от неё, но что-то упрямо подсказывало мальчику, что при следующей их встрече, тьма будет очень сильной и Пикли придётся её перебороть, если он сам хочет жить и хочет спасти дядю Малкольма. Мальчик понимал, что по неким странным причинам, тьма может быть его помощником, и он имеет все права на неё, просто, он должен быть всегда на шаг впереди и на грамм сильнее. - Эй, Брайн, ты сможешь отыскать дядю? Змейка на его шее зашевелилась, откликаясь на мысль и присвоенную кличку и любопытно выползла, дрожа туманчиком около подушки и вопросительно заглядывая ребёнку в глаза. Пикли деловито перевернулся на живот, вытянувшись и свесив с кровати ноги, перенеся свою маленькую ручную тьму на ладошку. - Ну, что молчишь? сможешь? Змейка задумчиво начала складывать туманные кольца и чуть расплачиваться. Наконец, она дернула тонким хвостиком и быстро кивнула. Пикли радостно взвизгнул и осчастливленный ответом, полез целоваться. Змейка тут же испуганно отпрянула, брезгливо поджимая колечки и тихонько возмущенно шипя. - Ну, ла-адно тебе! Я же не кусать тебя собрался! Тень только вредно прищурила красноватые глазки и высунула тонкий раздвоенный язычок. - Фу, какая невоспитанная! Пикли в отместку схватил змейка за хвост и, откинув одеяло, стал раскачивать её а воздухе. Змея тут же пришла в истерику и стала иступлённо биться и вырываться из цепких тонких пальцев, но они были словно приспособлены для того, чтобы крепко удерживать любую тень. Наконец, строптивый узорчик сдался и, признав поражение, уныло обвис чёрным шнурочком, сделав вид, будто совсем сдох. - И не надо притворяться! Я знаю, что ты меня прекрасно понял и шипишь только из врожденной вредности. Когда ты сможешь отправиться в путь? Змейка ещё немного безвольно повисела, видимо, поминая свою растоптанную теневую гордость, но, все же, откликнулась, поднялась, и внимательно посмотрела мальчику в глаза. - Да ты что? А это обязательно делать таким способом? Тьма неопределённо качнулась, словно пожимая плечами. - Эх, ну ладно. Тогда давай, но только смотри, возвращайся быстрее! Дядя Фариз сказал, что мы уплываем через два дня. Змейка напоследок ещё раз утвердительно кивнула, и снова потеряв плотность и очертания, быстро ускользнула к лицу мальчика, и мягко осела на его глазах, потихоньку рассасываясь и втягиваясь в круглые, слегка расширенные зрачки. Через несколько секунд тень полностью исчезла в его недрах, и мальчик понял, что она покинула его тело, уйдя какими-то своими тайными тропами. - Эх... Пикли ещё раз вздохнул и, перевернувшись на спину, раскинулся в сторону руки. - Надеюсь, она сможет его найти. Так, что там дядя Фариз говорил насчёт каюты? По-моему, именно там остались мои пушистики, точнее, господин Жёлтый, Синий и Красный. Надо будет их найти... Через сорок минут, Норфольг, как и обещал, вернулся и забрал Пикли с собой, дабы осмотреть место недавнего преступления. Он подозревал, что и таинственное исчезновение юного мистера Хаша, тоже как-то было с этим связано, поэтому, он решительно шагал по кораблю в сторону капитанской каюты, ведя мальчика за собой. - Как твоё горло? Тирис приходил? - Да, мы с ним полоскались. - Делали полоскания. - А? - Говорить "полоскались" не очень правильно, Пикли. - Но мы же ещё и купались! - Что вы делали?! Только тут Норфольг заметил, что волосы мальчика снова блестят чистотой и аккуратно причесаны. - Вы когда успели?! Я тебя на сорок минут оставил! - Ну-у.... - Понятно. Ох уж этот пройдоха! Мужчина не то, чтобы был зол на шустрого паренька, но скорее, больше раздосадован на себя за то, что сам оказался настолько бесполезен. - Ладно, хоть заботиться и на том спасибо. Так, мы пришли. Норфольг остановился напротив знакомой, золотистой, деревянной лакированной двери и достал из кармана большую связку ключей, выловил один, вставил в замочную скважину, повернул и медленно распахнул створку внутрь. Пикли тут же бросилась в глаза странная изгибающаяся тень на полу, её образовывали точно расставленные, уже знакомые ему, шипящие ящики. Причём, это было единственным, что изменилось с того момента, как они с дядей покинули эту комнату в последний раз. Норфольг осторожно прошёл внутрь, стараясь ничего не тревожить. Для хорошего расследования, нужны были даже мелкие детали. - Что-нибудь приходит на ум, Пикли? Мужчина снова посмотрел на расправленную кровать и печально висящие на стуле вещи. - И как он только мог не взять с собой оружия? А между тем, как взрослый человек блуждал по развалинам в поисках скрытой в них истины, Пикли молча разглядывал подозрительные коробки. Он присел рядом с ними, и потыкал пальцем внутри, тихонечко зашипело и зашевелилось. - А что в этих коробках, дядя Фариз? - Змеиные камни. - Что? - Ну, такой поделочный полудрагоценный камень, который при внешнем воздействии, издаёт шипящий звук, очень похожий на шипение змеи. А что, это важно? Думаешь, в этом причина погрома? Но зачем их надо было сюда переть, если можно было просто украсть? Пикли ничего не ответил и снова постучал по коробке. Та зашипела. - Какие интересные камни! Они бы очень подошли для моей Прерии. - Ого! Строишь Прерию? А ведь, я в ней когда-то действительно побывал. - Правда?! Аааа!!! Мальчик тут же забыл и про ящики и про камни и вообще, про все на свете. Он в гигантском восторге глядел на разом ставшего героем в его глазах, мужчину и не мог закрыть рта в удивлении. Заметивший эдакую бурную реакцию на свои слова, Нофольг, смущенно кашлянул и отвернулся, якобы обследуя подозрительные синие занавески. - Ну, было дело. - И что там?! И что там?! И как он?! А он весь сохранился?! А башенки все на месте?! А его кто-нибудь сейчас охраняет?! А туда можно попасть?! Мальчик, который просто бредил древним замком королей всех мрачных земель, был просто на седьмом небе от счастья, от того, что появился хоть кто-то еще, кто знал Прерию и ДАЖЕ был в нем. - Так, так, ну ты это....поменьше вопросов, я сказал, что всего лишь был там один раз, вот и все. Я почти ничего не могу про него рассказать. - Почемуу-у-у? Мальчик раздосадовано заныл, готовый по привычке удариться в истерику, но проницательный Норфольг, его опередил. - Давай договоримся так: если мы благополучно сходим в это плавание, в следующее, мы поплывем сразу на запад и посетим Прерию, хорошо? - Хорошо! Пикли активно кивнул и принялся радостно прыгать по комнате. - Осторожно, Пикли! Ты можешь уничтожить улики. - А чего тут уничтожать? Это мы с дядей играли и все перевернули. - Что? Норфольг в который раз за все время общения с этим мелким десятилетним шалопаем, был непомерно удивлён. - Ну, мы тут играли, и дядя Сантьяго Сеня догонял, а потом пошёл читать мне сказку и укладывать в постель. - Это когда было? - Когда мы в порт плыли. - Пикли! Да ты вообще представляешь насколько это важная информация?! Что же ты молчал все это время?! Я тут как дурак хожу, думаю, что его похитили, пытались убить. - Так его и похитили. - Ты же сказал, что это вы так играли. - Но коробки мы не расставляли. Я знаю, что в этот момент они лежали внизу, я их видел, когда гулял там. - Вот как. Норфольг, уже не стараясь аккуратничать, прошёл к злополучным ящикам и стал внимательно их оглядывать. Пикли, между тем, уже ползал на карачках по полу и словно, что-то искал. - Так, коробки не тронуты, их даже не повреждали. Может дело в их расстановке? Может, это какая-то мания. Как ты думаешь, Пикли? - Магия! - И какая? - Тёмная! - Ну, это ясно! Тут другой и быть не могло. А что-то более конкретное чувствуешь? - Змея. - Слушай, прекращай уже говорить загадками, говори развернутым предложением. Итак, что ты чувствуешь? - Пахнет теневой змеей - чужая злая тень была здесь, там сейчас ящики стоят. Она дядю и похитила. - Но как? Съела что ли и унесла в желудке? - А ты точно в Прерии был раньше? - Пикли! Отвечай на вопрос! Мальчик тяжело вздохнул, понимая, что настырный взрослый не отстанет и не обнаружив пушистиков и под комодом, уныло ответил. При этом, он сам даже не осознавал того факта, что говорит вещи, которые никогда не знал. Ответы словно сами приходили в его голову, стоило ему только задать себе вопрос. - Те-ле-пор-ти-ро-ва-ла! - Телепортировала? Ты откуда вообще такие слова знаешь? - Из книжек! Когда была вторая битва за Прерию, старший сын короля, который владел древней темной магией, телепортировал целое войско к стенам замка. - Да ну, у него бы сил её хватило столько народу переместить. - А у него хватило! - Сказки. - Не сказки!! - Так, так, ну все, главное я понял. Значит, Малкольма телепортировали с помощью этих коробок. Но как? И, главное, куда? Обиженный подлым неверием взрослого в могучую силу древнего мага, мальчик, надулся и полез под кровать. В её сумраке он, наконец, обнаружил свою пропажу. - Вот вы где, ну-ка бегите ко мне. - Что у тебя там? - Ничего! Пикли понизил голос и зашептал, подманивая к себе сжавшиеся в кучку пушистые глазастые комочки. - Ну что вы там застряли? Пойдемте, я вас не обижу, будете жить у меня за пазухой. Надо будет только понять, чем же вас кормить. На этих словах шарики распушились и тихо радостно запищали, попрыгав к мальчику. - Пикли! - Иду! Пикли быстро запихал пушистиков за пазуху и поднялся, направляясь к мужчине. - Так, отправляйся к Тирису, он даст тебе лекарства и потом я к тебе еще зайду, расскажешь мне подробности этого перемещения. - Хорошо-о-о... Мальчик уныло прошаркал по ковру, в сторону выхода. Мужчина проводил его строгим подозрительным взглядом, но ничего не сказал. Он понял, что ребёнок знает много больше того, что рассказывает, но выкладывать все сразу не будет хотя бы из вредности, даже, если тоже очень хочет найти своего дядю. Норфольг удостоверился, что Пикли ушёл в нужную сторону, и снова вернулся к осмотру уже порядком осточертевших ему коробок. - Надо же, усомнился, что я там был! Да мы с Малкольмом в своё время немало народа под его стенами, покрошили, ещё до того, как он Сильвану встретил. Вот же...сын своего отца! Самоуверенный упрямец! Норфольг сердито отколупал тонкую дощатую крышку и расшерудил прикрывающие камни, опилки, поднял один из них, разглядывая. Камни были тёмные и теплые, они переливались полированным боком, отливая зелёным, синим и малиновым. Мужчина неуважительно потряс камень и тот тут же, яростно зашипел и задергался в его руке. - Мда-а...Загадка на загадке. И как мы докатились до жизни такой? Ведь были же - приличными пиратами! Потом, старший помощник исчезнувшего капитана, тут же громко себя обругал за такие слова и, положив змеиный камень на место, прикрыл ящик и пошёл прочь из каюты. Здесь он больше ничего полезного не найдёт, лучше пойдёт, проверит как там дела у позабытого всеми мистера Ханисона. Что-то подсказывало старому вояке, что этот "гражданский" зря времени не терял. За то время, что Норфольг возился с Пикли и улаживал срочные дела, мистер Ханисон успел пополнить своё состояние на четыреста золотых алей, и в данный момент, оформлял очередную очень выгодную сделку с одним из своих старых знакомых. - Джони, ты должен мне верить! - Да я верю, мистер Ханисон, просто вы сами тоже явились свидетелем данного происшествия. Ваш сын - табальд, а значит, полноправный гражданин нашего континента. Ну а уж вы, профессионал в торговом деле должны знать, что товар, приобретаемый табальдом или его спутниками, продаётся по скидочным ценам! - Но не пятьдесят же процентов! - Так это ещё по-божески! - Джон! Да что ты мне тут лапшу на уши вешаешь! При Сантьяго ты и не заикался о каких-то там скидках! Максимум, мы с тобой договаривались процентов на пять! - Так это при господине золотом пирате! - При ком? Малкольм добропорядочный гражданин своей страны и честный торговец! Седой, лысеющий мужчина с небольшим пивным животиком и мягкими женскими руками, как-то странно посмотрел на мистера Ханисона, словно сомневаясь в его адекватности, но ничего не сказал, снова заведя свою шарманку про пятьдесят процентов. - И ещё раз я вынужден вам отказать! Пятнадцать и не процентом больше! Иначе, в следующий раз я пойду сразу к Ниону. - Вот только не надо угрожать! - Мистер Ханисон! Ну, слава богу, я вас еле нашёл. - Что такое? Мужчина обернулся, глядя на запыхавшегося старшего помощника капитана. - Как продвигается ваша торговля? - Если вы продолжите меня отвлекать, то никак! - Ох, простите. Вы, кстати, знаете, что Пикли заболел? - И что? Это повод меня разыскивать? Норфольг, честно говоря, и так ожидавший подобной реакции, все равно, на некоторое время подвис. Мистер Ханисон же, продолжил наседать. - Если у вас больше нет столь же ВАЖНЫХ новостей, будьте добры, оставьте меня в покое и занимайтесь ВАШИМИ корабельными делами. - Эээ...Да сер. Растерянность Норфольга, впрочем, прошла очень быстро и снова сосредоточился на нужной мысли. - Просто хотел вам напомнить, что мы отплываем через два дня на закате - вам нужно будет успеть... - Я все прекрасно успею, господин Фариз! Что вы учите меня прописным истинам?! Лучше бы ответили, где мотает этого шалопая Малкольма, а не забивали бы мне и без того, загруженный мозг! - Ну что, тридцать восемь? - ПЯТНАДЦАТЬ ДЖОНИ!! Норфольг понял, что большего от этого человека не добьётся и молча развернувшись, никем из активно спорящих людей, не замеченный, пошёл прочь. - Не могу понять, как вообще можно было выбрать ЭТО на роль его отца? Он же самовлюбленный тупица, и при этом, ещё и жадный до невозможности! Мужчина раздосадовано пнул, попавшийся под ноги камень, и пошёл уже к своим "старым знакомым".