The book of life

Переступив порог, Северус ощутил лёгкое головокружение — сработала защита дома. Теперь предстояло выяснить, чем это могло обернуться. Слабый мерцающий свет на кончике волшебной палочки осветил просторную прихожую, и стало понятно, что на дом наложены чары Незримого расширения. С виду особняк казался значительно меньше, чем изнутри. Половицы, устланные протёртыми коврами, поскрипывали при каждом шаге. От стен веяло сыростью и плесенью, а потускневшие картины покрывали трещины и внушительный слой пыли. Одна рама зияла чернотой, и только обрывки холста намекали на то, что когда-то здесь находился портрет мужчины. Старинные газовые рожки́, висевшие по обе стены коридора, не работали. Некоторые плафоны имели сколы, а то и вовсе отсутствовали. Сделав шаг, Северус почувствовал хруст стекла под каблуком. На втором этаже что-то бýхнуло. В углу послышался шелест и через мгновение из-под кучи полугнилых досок с писком выбежала большая крыса и, проскользнув мимо мужчины, скрылась во тьме коридора. Снейп палочкой проверил помещение на ловушки и прочие сюрпризы. На первый взгляд, они отсутствовали, но странный магический фон вызывал неприятное чувство тревоги. Осторожно продвигаясь вглубь коридора, Северус заметил узкую полоску рассеянного света под дальней дверью. Значит, в доме он был не один. Подойдя ближе, он толкнул дверь и шагнул в кабинет. Помещение было просторным и грязным. Спиной к двери в старом кресле сидел крупный мужчина. Его силуэт сла́бо освещало затухающее пламя камина. В одной руке он держал почти опустошённый стакан с алкоголем, другая расслабленно свисала с подлокотника. — Проходи, Снейп, не стесняйся, — голос мужчины был низкий и хриплый. — Не замечал раньше за тобой излишнюю скромность. Помнится, ещё не так давно ты ураганом проносился по поместью моей свояченицы на поклоны к Тёмному Лорду. А здесь — сама скромность. — Лестрейндж. Я полагал, что одноместный номер Азкабана стал твоим пристанищем на долгие годы. — Как видишь, не построили ещё тюрьмы, из которой я не нашёл бы выхода, — Рудольфус допил содержимое стакана, бросил его в огонь и развернулся к собеседнику. Стекло рассыпалось мелкими осколками, коснувшись кирпичной кладки, и пламя в камине ярко вспыхнуло, осветив лицо Пожирателя. Полтора года, проведённые в Азкабане, оставили отпечаток: сальные с проседью волосы свисали паклями на лоб, неопрятная щетина покрывала подбородок, а под глазами и между бровей залегли глубокие морщины. В потухшем взгляде читалось отчаяние — этому человеку больше нечего терять, а значит он будет идти до последнего. Прошло около двух лет с их последней встречи, но от некогда ухоженного мага древней чистокровной фамилии не осталось ровным счётом ничего. А ведь он был всего на десять лет старше Снейпа. Еле заметным движением палочки Лестрейндж зажёг огромную хрустальную люстру, затянутую паутиной, и взгляду Северуса открылась библиотека, совмещённая с кабинетом. Полки, до самого потолка уставленные книгами, занимали целую стену. Плотно задёрнутые бархатные гардины не пропускали свет с улицы. В дальнем углу стоял большой стол, а перед ним два глобуса на деревянных подставках: на правом были изображены материки и океаны, левый отражал детальную карту звёздного неба. Предметы в комнате покрывал густой слой пыли. Некогда шикарная обстановка старинного особняка постепенно превращалась в труху, очевидно, нового владельца не интересовало будущее наследства. — Чувствуй себя как дома, Снейп. Не желаешь промочить горло? — Вынужден отказаться, — Северус поудобнее зафиксировал в рукаве сюртука запасную палочку, пока собеседник наливал в новый стакан очередную порцию чего-то крепкого. Если придётся сражаться, а в том, что бой состоится, Северус не сомневался, он мог рассчитывать только на незарегистрированную палочку, удачно приобретённую у старого знакомого в Лютном. Используй он основную, уже через несколько минут прибудет толпа авроров. В лучшем случае его без разбирательств отправят в Азкабан, в худшем — убьют на месте, обставив всё попыткой сопротивления при задержании. — А зря. Бренди превосходный. Тётушкиным запасам элитного алкоголя мог бы позавидовать сам Люциус. Кстати, где он сейчас? — Не поверю, что ты не в курсе. Твой родственничек почил летом девяносто восьмого, не протянув в камере и недели. — Слабак. Только и знал, что деньги считать, а на деле не смог даже… Ладно, Мерлин с ним, — Рудольфус поболтал стакан и сделал глоток, смакуя напиток. — Отменный вкус, не хватает хорошей кубинской сигары. Казалось, что мужчины ведут приятную светскую беседу на отвлечённую тему. Ничто не выдавало истинных мотивов каждого. Лестрейндж поставил пустой стакан на резной столик, обогнул его и облокотился бедром о кресло. От взгляда Северуса не укрылось, что Рудольфус прихрамывал на правую ногу, но это вряд ли сильно помешает бывалому Пожирателю в схватке. — Зачем ты пришёл сюда, Снейп? — Есть ли смысл озвучивать очевидное? — безэмоционально ответил Северус. — Не знаю, лишь догадываюсь. Доставь мне удовольствие — подтверди мою теорию, — Рудольфус сложил руки на груди и злорадно ухмыльнулся. — Где девушка? — Которая? У меня их было много, всех не упомнить, знаешь ли. — Где Гермиона Грейнджер? — А-а-а, — протянул Лестрейндж и зашёлся смехом, который эхом разносился по дому. — Какая ирония, Снейп. Признайся, ты ведь испытываешь чувство déjà vu? — Не понимаю тебя, Лестрейндж. Говори прямо. — Да ладно, не притворяйся. Скажи, она ведь хороша? Иначе ты не примчался бы в такую даль… — Прибереги свои грязные намёки для Рабастана. Она моя ученица. — Ну-у-у. Ты, конечно же, обучил её правильному обращению с твоей «волшебной палочкой»? — Рудольфус медленно облизнул пересохшие потрескавшиеся губы, а в глазах полыхнула искра ярости и презрения. — Грязнокровки, ты всегда испытывал к ним слабость. Как там её звали? Лили? Северус сжал плотно челюсть, отчего на скулах заиграли желваки. Нежных чувств к подруге детства он уже не испытывал, но слышать из уст Пожирателя имя женщины, на алтарь памяти которой он положил столько лет, было невыносимо. — Ты ходишь по лезвию ножа, Лестрейндж. — Только не говори, что тот самый нож — это ты! Снейп, ты имеешь неплохие боевые навыки. Но согласись, против фамильных проклятий тебе нечего противопоставить. — Рискнёшь проверить? — Риск — дело оправданное, когда противник на твоей территории, — Рудольфус растянулся в улыбке, обнажая пожелтевшие зубы. — Но вот в чём дело, Снейп, ждал я совсем не тебя. Северус молча поднял бровь. — Поттер. Как ни банально это звучит. Желательно с рыжим придатком Уизли, но тот, по моим све́дениям, любуется красотами Софии. А твоё появление, скрывать не стану, меня приятно удивило и даже, можно сказать, порадовало, когда увидел твою рожу за барной стойкой. — И чем тебе так насолил мальчишка? — Многовато вопросов, — Рудольфус перехватил поудобнее волшебную палочку в руке, а свободной опёрся о спинку кресла. — Надеюсь, ты не строил планов на вечер? — Я никого не посвящаю в свои планы, оттого-то я ещё жив. — Это ненадолго. Ты ведь не рассчитывал уйти отсюда на своих ногах? — Отчего ж? Поговаривают, что я живуч, — отшутился Северус. — Да брось, неужели ты думал, я буду ждать гостей и не приготовлю «подарки»? — Полагал, что без них не обойдётся. — И всё равно пришёл? Безрассудно, теряешь хватку. Как я говорил, ты на моей территории. Не понимаешь? А-а, да ты же не в курсе… Тётка моя, внебрачная дочь деда, выскочила за маггла. Я бы про неё и не вспомнил — Лейстренджи предателей… — он сжал кулак и взмахнул рукой, но тут же осёкся. — В общем, наследничков у неё не осталось, так что её барахло перешло мне. И знаешь что? Ваше слабое, магглолюбское Министерство прогнулось настолько, что не отслеживает имущества, доставшегося от грязнокровных ублюдков — вот почему меня так и не нашли, и не найдут, даже когда ты сдохнешь здесь. Тебе отсюда не выйти, Снейп. Марианна на свой дом наложила охранные чары. Скреплённые её кровью. Такая магия — магия чистой крови, магия настоящей волшебницы, какой бы предательницей она ни была — обладает подлинной силой, ты-то должен знать. Без моего позволения снять её невозможно. Он снова рассмеялся, хрипло и безрадостно. «Дерьмо. Если я хочу выбраться отсюда, убивать его нельзя. Только измотать и обезвредить. Найти девчонку. Предупредить Поттера». — Десять баллов Слизерину, мистер Лестрейндж. Вижу, вы снова посещали библиотеку Блэков. — Тебе бы за юмор второй Орден Мерлина у министра попросить. Слышал, он тебя лично наградил, — Рудольфус почесал щетину на шее, прикрыв глаза. — Ладно, Снейп. Пора заканчивать этот бессмысленный диалог. У меня нет на тебя времени. Только отличная реакция помогла Северусу выставить усиленный Protego и отразить первую невербальную атаку Лестрейнджа, прежде чем заклинание сорвалось с его палочки. В ответ Снейп кинул Сектусемпру, но проклятие лишь мазнуло противника по щеке, оставив неглубокий порез. — Это всё, на что ты способен, Снейп? Я думал, ты лучше владеешь боевой магией. — Я даже не начинал демонстрировать свои навыки, — парировал Северус, уворачиваясь от летевшего в него Incendio. Заклинание угодило в портьеру, и та загорелась. Не обращая внимания на огонь, волшебники продолжили смертельную схватку. Проклятия и щиты сменялись так быстро, что уследить за происходящим было невозможно. То тут, то там взрывались стёкла, осыпая осколками пол, в щепки разлеталась мелкая мебель и фарфоровые статуэтки на полках. Из палочки Рудольфуса вырвался зелёный луч. Северус ловко увернулся от непростительного. Падая на пол, опрокинул журнальный столик, послуживший не самым надёжным, но всё же укрытием. Передышка дала отличную возможность отдышаться. Огонь перекинулся на соседние шторы и густой дым постепенно заполнял комнату. Ещё несколько минут и находиться в библиотеке будет невозможно. Промедление может стоить жизни, а при таком раскладе миссия по спасению Гермионы Грейнджер плавно перерастёт в безрассудное самоубийство. Снейп расстегнул верхние пуговицы сюртука и вытянул шейный платок, заправленный за ворот рубашки. С помощью Aquamenti он намочил ткань и обернул ею нижнюю часть лица на манер бедуина в пустыне. Дышать стало легче. — Снейп, тебе всё равно не выбраться отсюда живым, — тяжело дыша, проговорил Лестрейндж, прячась за кресло от очередного проклятия. Воздух искрился магией от заклинаний. Яркие вспышки появлялись и исчезали в мгновение ока. При очередной атаке Северус послал в противника стоя́щую на столе хрустальную вазу — она разбилась над головой Рудольфуса, осыпав того тускло сверкнувшими осколками — и, воспользовавшись замешательством Рудольфуса, выскочил в коридор. Переступая порог дома, Снейп полагал, что без сюрпризов не обойдётся, а Лестрейндж лишь подтвердил его догадку. Защитное заклинание, скреплённое кровью, снять без повеления хозяина не получится, а добровольно Рудольфус на такое не пойдёт. Он скорее отправится к праотцам, чем позволит предателю покинуть ловушку. В несколько шагов Северус преодолел лестницу на второй этаж и кинулся к первой двери. Заперто. Внизу раздался треск и послышались неторопливые шаги в коридоре. «Очухался…» — Expecto Patronum, — с кончика палочка Северуса сорвалась лань и, описав круг, в несколько прыжков преодолела коридор и исчезла в окне. Плечом выбив дверь, Снейп скрылся в темноте комнаты. Сквозь плотные шторы в помещение просачивался свет от фонаря. По очертаниям мебели Северус понял, что находится в спальне. Девушки здесь не было. Скорее всего, комнатой не пользовались последние лет десять. — Expelliarmus! Палочка Снейпа отлетела под ноги Рудольфусу. Лестрейндж поднял оружие противника, и с хрустом переломил древко. — Это было настолько просто, что даже смешно, — он неторопливо подходил к обезоруженному Северусу. Северус на мгновение прикрыл глаза, глубоко вдохнул и погрузился в омут сознания. По кончикам пальцев скользнул холодок, разливаясь приятной волной по телу. Все эмоции исчезли. Сердце, словно метроном, отбивало точный и спокойный ритм. Окклюменция для каждого индивидуальна. И также как не бывает двух одинаковых снежинок, ощущения, которые дарит защита разума, столь же уникальны. Но не все наделены даром «чувствовать» Окклюменцию. Для многих она остаётся лишь редким умением контролировать и защищать своё сознание от стороннего вмешательства. Лишь истинные мастера-окклюменты способны почувствовать физически щиты и барьеры, воздвигаемые сознанием. Первый раз, когда Северус ощутил физически ментальную магию, запомнился хорошо. Словно брошенный в холодные воды горной реки, он судорожно хватал ртом воздух, чтобы не утонуть в поглотивших его эмоциях, но каждая новая попытка затягивала глубже в ледяную пучину. Тело обжигало холодом, вскоре начались судороги и сознание поглотила тьма. Северус очнулся на полу, когда тёплые солнечные лучи ласкали бледное лицо. Тогда впервые за долгое время он почувствовал себя выспавшимся и отдохнувшим. Последующие погружения уже не вызывали таких ощущений, и постепенно Снейп не только привык, но и стал получать удовольствие. — Знаешь, а ведь я поначалу думал, что у тебя есть шансы меня победить, — Лестрейндж ухмыльнулся, — но твой дешёвый трюк с вазой… «Палочку достать не успею, он прикончит меня при малейшем движении руки». — …Ты весь провонял грязнокровками, ублюдок, — Рудольфус громко втянул ноздрями воздух. — Хотя о чём это я? Твоя же кровь тоже не так чиста. Где ты там рос? Какая-то маггловская отхожая яма… Палочка Лестрейнджа упиралась Снейпу в горло. Он кожей почувствовал покалывание магии, но не отвёл глаз от противника, пытаясь во взгляде распознать дальнейший шаг. — Что-то ты тихий без палочки. Боишься? — А здесь есть кого бояться? — спокойно ответил Северус, приподняв бровь. — Загнан в угол, а хорохорится. Под кроватью кто-то закопошился, и Лестрейндж отвлёкся на мгновение. Этого времени Северусу хватило на удар в челюсть. Пожиратель потерял равновесие и, падая, ударился затылком о комод. Снейп присел на корточки и вгляделся в расслабленное лицо Рудольфуса. — В одном ты прав, я вырос не в самом благополучном районе. Там есть золотое правило: хочешь убить — убивай, а не болтай. Северус подобрал палочку Лестрейнджа, связал его руки верёвкой и покинул комнату. Время на поиски девчонки таяло с каждой секундой. Чужая палочка слушалась плохо, но худо-бедно наложенное Homenum Revelio показали отсутствие людей на обоих жилых этажах. Неизученным остался только подвал. — Не так быстро, Снейп! — голос Рудольфуса заставил обернуться. Лестрейндж кинул стеклянный шар к ногам Снейпа. Из разбившейся сферы вырвалась фиолетовая дымка, окутавшая Северуса. Вдохнув пары, он закашлялся и, словно подкошенный, рухнул на пол. В голове гудело, как после хорошего похмелья. Сквозь туман проглядывалась надвигающаяся фигура Рудольфуса. — Думал задержать меня верёвками? Я предупреждал тебя, выродок, ты неровня чистокровным волшебникам, — Лестрейндж сплюнул сгусток скопившейся во рту крови и подошёл вплотную к лежащему на боку Северусу. — Ни в бою, ни в жизни, тебе никогда не быть на одной ступени с нами. А сейчас ты там, где тебе и место — у моих ног. Пинком он перевернул Снейпа на спину. Зрение потихоньку возвращалось, и Северус увидел, как Лестрейндж, сидя на корточках, протянул зажатый в руке кулон в форме черепа ворона. — Ты помнишь чьё это? Помнишь. Она умерла по твоей вине, выблядок. Я любил жену больше, чем она меня, но сейчас это не имеет никакого значения. Я, наконец, отомщу за Беллу, — он повесил кулон на шею и наставил на Северуса волшебную палочку. — Прощай, Снейп. Avada… »…Kedavra. Ну вот, Снейп, Finita la comedia, как говорится. Так ты закончишь своё жалкое существование. У тебя не будет могилы, а твой труп будет медленно тлеть на грязном полу в богом забытом месте…» — внутренний голос всегда просыпался в подходящие моменты. С этой мыслью Северус приготовился умереть. Второй раз в жизни он смотрел смерти в глаза. Если в первый умереть от клыков крестража одного из сильнейших магов современности во имя победы — стало бы жертвой во имя благой цели, то сейчас, получить ненавистную Аваду, лёжа на гниющем полу заброшенного дома — унизительный финал. Если бы человек мог выбирать, где и как ему умереть, то, безусловно, все предпочли глубокую старость, в кругу родных, оставив детям и внукам солидное состояние. Но зачастую желания остаются несбыточными мечтами. И мог ли такой человек, как Северус рассчитывать на подобное или за всё содеянное он должен вечно гореть в Преисподней? Неужели он выжил только для того, чтобы так позорно подохнуть, не искупив грехов? Или второй шанс был лишь насмешкой судьбы, и грешники не могут рассчитывать на искупление? Недоговорив, Лестрейндж замолчал и рухнул рядом без сознания. — Мистер Снейп! — где-то вдалеке слышался голос Поттера. — Сэр! Что с вами? Сфокусировать взгляд у Северуса не получалось, но очертания фигуры точно принадлежали не Рудольфусу. Звон в ушах сводил с ума, внезапно он почувствовал, что его тормошат. Чья-то рука грубо запихнула в рот предмет размером с небольшой грецкий орех, и прохладная жидкость потекла в горло. «Вода и безоар. А мальчишка не так безнадёжен…» Вскоре зрение и слух пришли в норму, хотя голова всё ещё кружилась от малейшего движения. — Сэр, я пришёл, как только получил вашего патронуса, — начал рассказывать Гарри, помогая Северусу встать. — Отлично. Займитесь Лестрейнджем. Если он сдохнет, мы не выберемся отсюда никогда, — проговорил Северус, тяжело дыша. — В библиотеке пожар, времени у нас в обрез. Я найду Грейнджер. — Сэр, может, лучше я? — Я сказал — займитесь Лестрейнджем! — рявкнул Снейп. — Лишь Мерлину известно, какие «сюрпризы» ждут в подвале. Северус, опираясь рукой о стену, шагнул вниз по лестнице. — И да, Поттер, он неплохо владеет беспалочковой магией, так что свяжите его покрепче, — через плечо кинул Снейп.

~***~

Внизу пахло плесенью и сыростью. Под ногами юркнула крыса и скрылась в прогрызенной половице. Северус зажёг старую керосиновую лампу, висевшую на ржавом гвозде, надавил на ручку и слегка толкнул дверь. В тёмном помещении проглядывались очертания наваленных друг на друга вещей. Северус поставил керосинку на комод при входе и достал волшебную палочку. — Homenum Revelio. Перед глазами проступали еле заметные, будто нарисованные мелом, очертания комнаты. В дальнем углу на схеме Снейп заметил лежащий в позе эмбриона человеческий силуэт. Пробираясь сквозь груду хлама, Северус периодически отталкивал крупные вещи магией. С каждым шагом усиливалось чувство тревоги и неприятно сосало под ложечкой. Почти двадцать лет назад он уже был в подобной ситуации. Почти двадцать лет назад он также пробирался сквозь груду поломанной мебели и там, в конце, он нашёл только смерть. Смерть, которая забрала дорогого ему человека и навсегда изменила его самого. По позвоночнику скатилась ледяная капля пота, вызывая волну мурашек. Сердце отбивало бешеный ритм, отдаваясь глухими ударами в голове. Добравшись до угла, Снейп поставил керосинку на ближайший табурет, с помощью Lumos Maxima осветил помещение, воткнул палочку в щель между досками на полу и присел на корточки возле свернувшейся калачиком девушки. — Мисс Грейнджер, — он слегка коснулся её плеча. — Мисс Грейнджер, вы меня слышите? Реакции не последовало. Северус развернул Гермиону к себе. На её лице виднелись ссадины и синяки, а волосы у виска сплелись в колтун с запёкшейся кровью пятно. Глаза были открыты, но затуманенный взгляд не выражал ни единой эмоции. Безвольно свисающие руки покрывала фиолетовая сеточка сосудов и несколько крупных затянувшихся порезов. — Мисс Грейнджер, — повторил он настойчивее, — вы слышите меня? Тишина. Северус пальцами нащупал сонную артерию на шее и прикрыл глаза. Под похолодевшими пальцами чувствовался еле заметный сердечный ритм. «Жива…» Мужчина облегчённо выдохнул. Аккуратно перехватив Гермиону за плечи, он бережно встряхнул её. — Мисс Грейнджер, вы меня слышите? Снейп смахнул прилипшие к лицу девушки волосы и повторил громче: — Мисс Грейнджер! Гермиона не реагировала. Последствия Cruciatus всегда непредсказуемы. Действуя на нейроны, оно, словно безумный музыкант, дёргает за струны нервных окончаний, доставляя жертве невыносимые страдания там, где этого больше всего хочется магу. Даже опытный целитель не сможет определить, как долго и часто пытали несчастного. Чета Лестрейнджей всегда славилась особым пристрастием к этому заклинанию и наилучшее доказательство тому — десятки пациентов в Мунго, которые так и не оправились после непростительного. По всем признакам Гермиону пытали незадолго до прихода Северуса. Очевидно, в какой-то момент Лестрейндж переборщил, и девушка оказалась на грани жизни и смерти. Сейчас любые чары или зелья только усугубят состояние и вызовут предсмертную лихорадку. А смерть не будет быстрой и безболезненной. Агония, продолжающаяся часами, постепенно отнимет разум. Ей будет казаться, что кости плавятся под горящей плотью, заполняя раскалённым свинцом каждую клеточку организма. Она будет кричать, срывая голос и раздирая горло в кровь. И только когда обессиленное тело будет не в состоянии справляться с муками, она умрёт. В замке у Северуса было экспериментальное зелье. Долгие месяцы он совершенствовал формулу и тестировал на себе составы. Полностью вылечить последствия пыточного так и не удалось, но уменьшить боль во время приступов — уже было прогрессом. Уверенности, что зелье поможет Грейнджер, у Снейпа не было, но и времени на обдумывание — тоже. Аппарировать из Брайтона в Хогвартс с девушкой в таком состоянии он не мог, перемещения она не переживёт. Единственный вариант — каминная сеть. Осталось заставить Лестрейнджа открыть камин… Но прежде — привести в чувство Гермиону. — Мисс Грейнджер, нам надо уходить отсюда, — Северус аккуратно похлопал её по щекам, на которых уже выступил нездоровый румянец. «Ей хуже…» — Мисс Грейнджер! Да очнись же, глупая девчонка! Снейп замер рядом с бесчувственным телом девушки. Её бледное лицо и лишённый эмоций взгляд… Мёртвый взгляд. У Лили был такой же, когда он нашёл её в разрушенном доме. На мгновение его пробрал холодный ужас: ничего не исправить, не изменить, зелёные омуты глаз Лили навеки закрылись по его вине, и теперь ещё одна — пусть не любимая, но юная и хрупкая — девушка умирает на его руках. Только усилием воли он заставил себя успокоиться. Грейнджер была ещё жива. Она не умрёт. Он не допустит этого. Северус вытер мелкую россыпь пота со лба девушки. — Мисс Грейнджер… Гермиона… Она казалась такой беззащитной. Северус наклонился к ней ближе, потянулся в неясном желании обнять, защитить от опасностей, но тут же остановил себя. Секундный порыв прошёл, сменившись недоумением. Что это было? Жалость? Сочувствие? Нет. Нет, он знал причину. Опустив голову, занавесил лицо волосами, не желая смотреть в бледное лицо. Это совесть терзала израненное сердце, дёргая за ниточки. В день, когда Поттер и Уизли забрали её из замка, он смотрел в спину удаляющимся фигурам, замалчивая беспокойство, оставляя всё на волю случая — но в глубине души он знал, что ничего не будет в порядке. Знал, что нельзя надеяться на двух бестолковых мальчишек. В произошедшем была его вина, и вина немалая. — Ми-и-сте-е-р С-с-ней-п-п, — хриплый шёпот заставил Северуса вздрогнуть. Снейп поднял голову, чтобы посмотреть в глаза Гермионе. Её взгляд приобрёл осознанность, но это не означало, что ей стало лучше. — Мисс Грейнджер, я знаю, что вам плохо и если мы не поторопимся… — Что я, — Гермиона прикрыла глаза и на выдохе договорила: — должна сделать? — Держаться за меня настолько крепко, насколько сможете. Она еле заметно кивнула, и в следующее мгновение тонкие ручки обвили его шею. Северус нащупал свободной рукой воткнутую между досками волшебную палочку и спрятал её в потайной карман мантии. Поднявшись с девушкой на руках, Снейп зашипел. Левое плечо пронзила боль. Очевидно, падая, Снейп выбил его. — Вы ранены, — уткнувшись в сюртук, констатировала Гермиона, — но помогаете мне. — Мисс Грейнджер, вам… — Северус оборвал себя на полуслове, встретившись взглядом с Гермионой. — Берегите силы. Они вам очень понадобятся. Она прикрыла глаза и снова зарылась лицом в складки мантии. Поттера и Лестрейнджа в коридоре не оказалось. В голове табуном абраксанских коней пронеслись не самые приятные мысли, а в ушах отдавался набатом каждый удар сердца. Если Рудольфус убил Поттера и сбежал, то обязательно вернётся прикончить оставшихся в доме. Если же Пожиратель и поджидает удобного случая напасть, с девушкой на руках у Северуса нет шансов. Быстро палочку достать он не успеет, а исследовать дом на предмет опасности — нет времени. Решив рискнуть, Снейп крикнул: — Поттер! Ответа не последовало. — Поттер, мантикора дери! Где… В библиотеке послышались частые шаги. Северус замер. Повернулась ручка двери. «Страх убивает разум. Страх — это малая смерть, несущая забвение…» — Сэр… вы её нашли! Снейп облегчённо выдохнул. Никогда раньше он не был так рад видеть мальчишку, как сейчас. — Поттер, помнится, вы как-то приложили непростительным Управляющего банком. Не растеряли навыки? — Конечно. Но… — Палочка Лестрейнджа в потайном кармане слева. Поторопитесь. Гарри подошёл к Северусу, кинув опасливый взгляд на бывшего профессора, запустил руку в складки мантии и достал волшебную палочку. — Заставьте его открыть камин. Когда мы покинем это место, обеспечьте себе безопасное нахождение в доме. Он должен сделать вас гостем, чтобы вы могли беспрепятственно покинуть особняк. Затем, выведите его за порог и сдайте аврорам. Надеюсь, в этот раз его камеру Азкабане будут охранять усерднее. Гарри кивнул и направился к лежащему на полу Рудольфусу. — Incarcerous. Верёвки словно щупальца спрута опутали тело обездвиженного Пожирателя. Поттер шагнул ближе, сел на корточки, наставляя палочку ему в лоб. — Finite Incantatem. Изо рта Лестрейнджа вырвался глухой рык. — Вам нико… — Imperio! — ледяным тоном проговорил Поттер. Рудольфус замолчал на полуслове, а его лицо расслабилось. — Открой доступ к каминной сети, — Северус заметил, как Гарри поморщился от собственного повелительного тона. Лестрейндж безвольно кивнул и направился к огромному старому камину. С полки рядом он взял нож для бумаги и рассёк ладонь. Несколько алых капель упали на пепел и камин на миг окружили золотые искры. Северус стремительно пересёк комнату и ступил в камин. Гарри не сводил глаз с покорного и молчаливого Лестрейнджа. Поттер насупил брови, отчего его лицо посерьёзнело, и Снейпу показалось на мгновение, что мальчишка выглядит значительно старше своих лет. Оставлять их наедине с Рудольфусом Северус не хотел: горячность молодого аврора могла привести к непоправимым последствиям, а объясняться перед Кингсли, куда сгинул спаситель Магической Британии, у Снейпа не было ни малейшего желания. Безусловно, Поттер переживал за подругу и при удобном случае не преминет воспользоваться отсутствием свидетелей и «душевно» пообщаться с Лестрейнджем. — Поттер, не стойте столбом! Стараясь не встречаться со Снейпом взглядом, Гарри подошёл к камину, зачерпнул из вазы на полке горсть летучего пороха и кинул ему под ноги. — Хогвартс. Кабинет директора, — отчеканил Северус. Последнее, что он заметил перед перемещением, как недобро сверкнули глаза Поттера в свете зелёных искр.