Судьба: Жестокий мир

Легкий снегопад, очаровательный в своей холодной красоте, плавно шел с чистого бледно-голубого неба, на котором все еще встречались яркие редкие звездочки. Белое холодное солнце уже выпустило первые уверенные лучики, озаряя промерзший насквозь лес ясным светом, тут же получая в ответ пение красногрудых снегирей и пестрых чижей. Морозный воздух пробирал все тело насквозь, несмотря на теплые шерстяные накидки из толстой шкуры горного медведя. Обшитые мехом сапоги тоже приносили не так много пользы, как хотелось бы, заставляя двух людей, решивших разбить в этом месте своеобразный лагерь, то и дело переминаться с ноги на ногу и недовольно фыркать от намокших носков обуви. Лениво и протяжно зевая, один из людей неосторожно и оттого резко вдохнул ледяной зимний воздух, благодаря чему заметно взбодрился, закашлявшись в кулак и потерев покрасневший нос. Все еще несколько сонливо он бросил замученный взгляд в сторону своего товарища и тихо произнес: — Элис, ты готов? Высокий темноволосый мужчина повернулся в сторону неперестающего тереть красный нос паренька с взъерошенными короткими локонами и бодро кивнул. — Да! Сейчас пойдем, Айзек. — Тогда ты собери вещи, а я разберу палатку и потушу костер, — парень широко зевнул, они проснулись совсем недавно. Айзек постоянно с трудом выходил из сонного состояния, особенно ранним утром, когда понимал, что многие сейчас спят. За это Элис часто называл его лентяем, вызывая тем самым волну недовольств и отрицаний у чересчур впечатлительного напарника. Ссоры были частым явлением у этих людей, пускай и схожих по возрасту и телосложению, но отличающихся как характером, так и в целом отношением к жизни. Зато у Айзека нельзя было отнять одной удивительной сверхспособности, которой он искренне гордился — молодой человек всегда легко и быстро мог отправиться в царство Морфея, и порой казалось, будто ему не составит труда спать стоя. Будучи все еще сонным, он устало протер глаза и с тяжелым вздохом принялся за работу. Сборы быстро подошли к концу и от небольшого лагеря, сделанного на скорую руку, почти ничего не осталось. — Элис, а ты уверен, что мы идем верно? Мы уже четыре дня как в пути, — несколько тоскливо пробубнил Айзек, закидывая массивный мешок на лошадь. — Еще пара дней, и мы будем у границ фронта, а там присоединимся к нашим войскам, — пояснил Элис, надевая толстый меховой капюшон на голову. Начинался сильный ветер, из-за которого отросшие черные локоны постоянно лезли в глаза мужчине. — Хм, скверная, конечно, была идея отправиться на войну вдвоем, так еще и никому не сказав об этом. А если мы наткнемся на вражеский отряд? — Айзек несколько раз щелкнул суставами пальцев и осмотрелся по сторонам, пытаясь сохранить на лице спокойствие и невозмутимость, но у него это совсем не удалось — врал парень еще хуже, чем просыпался по утрам. Элис знал его далеко не первый день и четко видел нарастающую с каждой секундой панику в глазах своего слишком мнительного друга. Мужчина сразу же нашел нужные слова, чтобы ободрить его и оборвать этот нарастающий снежный ком из тревоги, страха и паранойи. — В наших землях еще нет врага, и мой отец не пустит пламя войны на территорию Балиаса, — медленно и четко произнес Элис, смотря в широко раскрытые от волнения темно-карие глаза друга. Тот нервно кусал нижнюю губу, хмурился, но слова товарища подействовали в достаточной мере убедительно, заставляя успокоиться и согласиться с Элисом. — Я надеюсь, ты прав, — Айзек тяжело выдохнул. На лице парня читалось легкое смущение, недовольство и какое-то необъяснимое раздражение одновременно. Было ли это из-за того, что молодой человек смутился перед более смелым другом, или же Айзек до сих пор был недоволен перспективой идти по холодной погоде в опасное путешествие, Элису было в какой-то степени любопытно. Черноволосый воин склонялся больше всего к двум вариантам сразу, изучив поведение и характер товарища еще со времен, когда им двоим первый раз выдали в четыре года по маленькому тренировочному мечу из крепкого бука и отправили учиться воинскому мастерству к престарелому и ужасно придирчивому наставнику. Еще будучи детьми, они не понимали всей важности владеть мечом практически с пеленок и уметь без колебаний рваться в бой, хотелось лишь бегать и играть в прятки. Впрочем, Элис готов был поспорить — предложи Айзеку сейчас бросить меч и посоревноваться в умении лучше спрятаться, то он бы без колебаний согласился. Ухмыльнувшись, мужчина заправил за ухо выбившиеся из-за капюшона и уже успевшие растрепаться на ветру смоляные волосы, после чего запрыгнул в седло лошади. — Конечно, я прав, — воодушевленно ответил Элис. — Давай, седлай свою кобылу. Нам пора в путь! Айзек глубоко вдохнул, чувствуя, как со свежим морозным воздухом уходят последние нотки сонливости. Пускай молодой человек и не любил риск, но еще больше он не любил сидеть без дела и поддаваться своей трусости, с которой он честно, уперто, но пока что безуспешно боролся. Подойдя к своей горячо любимой лошадке, парень погладил ее по загривку, на что животное тут же довольно фыркнуло и дернуло ушами, упираясь мокрым мягким носом в ладонь хозяина. Откликалось это очаровательное создание на прекрасную и лаконичную кличку Дымка, над которой в свое время Айзек ломал голову не одну ночь. Проведя рукой по шелковистой серой шерсти в мелкое темное пятнышко, парень умело оседлал любимицу, с теплотой похлопав ту по крепкой изящной шее. Элис подъехал к напарнику, слегка толкнув того кулаком в плечо. — Готов? — Да. Двое молодых людей выехали на большую дорогу, усыпанную толстым слоем белоснежного снега. Солнце уже полностью вышло из-за горизонта, ярче озаряя заснеженный лес, заставляя пушистых рыжих белок выбраться из своих дупел, а мясистых темных глухарей спуститься с деревьев на землю и затокать вблизи голых кустарников. Захваченная в тонкий слой хрупкого льда багряная рябина ярко отражала солнечные лучики, поблескивая сродни хорошеньким алмазам. Элис несколько нахмурился, немного прикрыв глаза ладонью — погода быстро сменилась с ветряной на солнечную. Черноволосому воину такой расклад совсем не нравился, в отличие от Айзека, который с удовольствием подставил свое лицо яркому свету, тряхнув короткими, несколько рыжеватыми в солнечных лучах, каштановыми волосами. Элис фыркнул, лишь сильнее натягивая капюшон. Путь товарищей лежал прямо через всю глубину леса. Их целью являлось, как можно скорее добраться до реки Брунос — именно на ее северном берегу разгоралась кровавая битва, о которой Элис с недавнего времени узнал из письма своего отца. Балиас представляло собой сильное, но абсолютно не воинственное королевство, которое было затянуто в водоворот жесточайшей войны совершенно случайно и скорее было вынуждено защищать себя в окружении воинствующих земель, построив огромную стену и тем самым дав защиту мирным жителям, ведя все военные действия у широкой неспокойной реки Брунос. Причина развязавшейся войны брала свое начало с Хёрдсколла — скверного местечка, находящегося южнее от Балиаса, чей король имел самую нечистую из всевозможных репутаций. Неудивительно, что однажды ему взбрела в голову идея о необходимости захватить ближайшие от Хёрдсколла земли. С тех пор, как враги совершили первую и неудавшуюся попытку напасть на земли Балиаса, прошло менее одного года. За довольно небольшой срок, ряды королевской армии значительно поредели, многие семьи лишились отцов и сыновей, дети порой оставались полными сиротами, особенно ситуация ухудшилась за последний месяц. Элис не мог позволить себе отсиживаться, к тому же, последней каплей для молодого человека стало известие о том, что в плен попал его старший брат Алвор. Несмотря на то, что отец был категорически против подвергать еще и младшего сына опасности, Элис в тайне от всех покинул родные земли и направился на фронт с твердой целью освободить Алвора и внести свой вклад в спасение Балиаса. Айзек, на удивление, поехал с ним, однако так и не раскрыл свои истинные цели. Прошло уже около пары часов с тех пор, как молодые воины покинули место привала. На лице Элиса читалось абсолютное, ничем непоколебимое спокойствие, однако вдруг послышалось щелканье суставами пальцев и бубнеж, который невозможно было ни с чем перепутать. — Все в порядке? — участливо спросил Элис, даже не повернув голову в сторону Айзека. И так было понятно, что это он опять придумал себе причину для беспокойства, из-за которой теперь не может нормально жить. — Да, все хорошо, — отмахнулся Айзек, уставившись безучастным взглядом куда-то в черную гриву Дымки, продолжая при этом бубнить. Элис тяжело вздохнул. — Ты боишься? Говори прямо. — Не то, чтобы боюсь, — отвечал парень, продолжая пусто смотреть перед со-бой, — я просто не знаю, что там будет нас ждать, может, кого-то ранят или убьют. Что если мы не вернемся? — он перевел взгляд на Элиса, с тревогой ожидая ответа и напоминая тем самым филина. — Все будет хорошо, Айзек, — с улыбкой ответил черноволосый воин, поправив капюшон, так как снова начинался небольшой снегопад. С ухмылкой глянув на надувшегося друга, мужчина вдруг насмешливо спросил:  — Если бы Лидия тебя сейчас видела, что бы она подумала? Как и ожидалось, реакция парня последовала незамедлительно, и теперь он смотрел не пустым взглядом в гриву лошади, а четким и яростным в насмешливые светло-зеленые глаза напротив. — А причем тут она?! — вопрос был с настолько возмутительной интонацией, что Элис не смог сдержать хохот, из-за чего тут же поспешил увеличить ход. Теперь ранее подавленный с виду Айзек больше походил на сердитого ребенка, чью заветную тайну, тщательно им скрываемую, безжалостно раскрыли. — Эй! А ну стой, куда ты поехал? — так же ускорился парень, намереваясь догнать обидчика. — Не волнуйся. Уверен, ты ей тоже нравишься, — продолжал смеяться мужчина. Было невероятно смешно с того, что за столько лет общения Айзек каждый раз, как в первый, очень эмоционально и искренне взрывался на колкости друга. Из-за громкого голоса стая сидящих на елях ворон тут же поспешила с громким криком улететь в другую часть леса, подальше от раздражающих людей. — Знаешь, это уже не твое…- попытался что-то вякнуть Айзек, но Элис вдруг остановился и жестом показал ему закончить свою едва начавшуюся тираду, на что парень только громче засопел и возмутился. — Приехали, — сообщил Элис. — Смотри, отсюда хорошо видно местность. Парни всмотрелись вдаль. Со спуска холма хорошо виднелась дорога, которая сквозь лес вела к застывшему озеру. — Ну, и куда нам дальше? — надуто фыркнул прерванный парень. — Видишь озеро? Нужно перебраться на другой его берег. — Чудесно. Только моста я что-то не наблюдаю! — сердито прорычал Айзек, сверля друга недовольным взглядом. — Его тут и нет. Но лед должен быть крепким, думаю, он способен нас выдержать, — будто не замечая злобного настроения товарища, легкомысленно махнул рукой мужчина. Со способностью понимать малейшее изменение в мимике и голосе друга, Элис также и обрел навык все это мастерски игнорировать, изображая из себя твердолобого и непонятливого пня. За время общения с Айзеком брюнет усвоил для себя одну важную истину — будешь как-то отвечать на косвенное ворчание этого человека, получишь убийственную дозу нытья и этого же ворчания, только увеличенного троекратно. — Думаешь? То есть ты не уверен? — Нет. Айзек был готов возмутиться с новой силой, но Элис поспешил к озеру. Топот скачущих галопом кобыл перебил бы любой разговор. Спустя всего четверть часа герои почти вплотную подъехали к озеру. Элис спешился. — Приехали. Айзек, слезай, верхом переходить озеро опасно, можем провалиться. — А если пешком, — сапоги парня коснулись земли, — уверен, что лед не треснет? — Нет. Но шансов значительно больше, — невозмутимо ответил Элис. — Умеешь ты ободрить… — Хватит ныть, идем! — не выдержал и рявкнул Элис, у которого уже разболелась голова. — А лошади? — А что с ними? Берем за поводья, и все. — Ох, не нравится мне это все, — с прищуром прошипел Айзек, за что получил оплеуху от уже взбесившегося не на шутку товарища. — Тебе за весь наш поход понравилось только спать. Вперед! — воскликнул брюнет под визг и рычание напарника. Айзек нервно вздохнул — противоречить Элису не было смысла. Он схватился за кожаные поводья лошади и кивнул. — Я готов. Только… — молодой человек не успел закончить фразу, Элис стремительно ее оборвал. — Что еще? — Ты иди первым, а я после тебя. — Опять ты трусишь? — Дело не в этом. Если кто-то вдруг провалится, то второй сможет помочь, протянуть руку помощи, — закатил глаза Айзек, смотря на ухмыляющегося друга. — Тогда так и сделаем, — Элис взял лошадь за поводья и не спеша встал на лед. — Надеюсь, ты не сбежишь, пока я тут иду, — ехидно добавил он, медленно делая шаг вперед. — Очень смешно! — фыркнул парень, наблюдая за передвижениями друга. Последний шел медленно, очень осторожно, но стремительно. — Рад, что повеселил тебя. А вот мне что-то совсем не до смеха, с каждым шагом все страшнее, — вдруг заявил Элис, заставив Айзека несколько удивиться. Поняв, что это идеальный шанс для мести, парень попытался изобразить насмешку: — На берегу ты был смелее! — Ох, знаешь, я посмотрю, как пойдешь ты, трус, — фыркнул черноволосый, продолжая передвигаться по льду и аккуратно вести следом лошадь. — Ладно-ладно. Ты уже больше половины прошел и живой же. Спустя минуту неспешного преодоления ледяного пути, нога Элиса наконец-то коснулась земли. — Получилось, Айзек! Давай, теперь ты. — Да-да, — парень аккуратно сошел на лед. — Ты ведь точно уверен, что здесь нет моста? — Точно. — Искренне жаль. — В чем дело? На берегу ты, кажется, был смелее! — громко рассмеялся мужчина, с удовольствием наблюдая за тем, как напряженное выражение лица друга сменяется на страдальческое. — Ха-ха! Айзек перешел ледяную реку довольно быстро, с облегчением выдохнув на берегу. Однако ноги настолько сильно устали за последние несколько часов, что воин решил все-таки уговорить несгибаемого товарища на привал. Лошади у обоих мужчин выглядели уставшими. — Давай остановимся? Ненадолго. — В чем дело? Устал? — Немного. Элис и сам почувствовал ломоту в пояснице и ногах еще за пару километров до озера. Карамельного цвета лошадка, с белой, слегка изогнутой, вертикальной полосой на мордочке, из-за которой носила кличку Молния, положила голову на плечо хозяина, фыркая и всем видом показывая, что привал действительно необходим. — Хорошо, давай. Нужно только привязать лошадей, — согласился парень и повел Молнию к ближайшему дереву. — Слушай, а привяжи и мою, а то у меня появились неотложные дела, — Айзек выдержал неловкую паузу, — вон в тех симпатичных кустиках. — Ладно, — хмыкнул Элис, — только помни, что привал будет коротким, — уточнил он, привязывая животных к большому, старому дубу. Лошади тут же нашли под редким снегом клочок завядшей травки, принимаясь ее жевать. — Я и не сомневался, — спокойно сказал его товарищ, стремительно скрываясь за снежным кустарником. Элис уселся на поваленное дерево возле озера и с удовольствием стал рассматривать зимний пейзаж. Большие сугробы, высокие темно-зеленые ели, накрытые шапкой толстого снега, блестящие на солнце сосульки успокаивали и давали голове отдохнуть от тягостных мыслей, которые терзали душу воина еще с начала похода к реке Брунос. Что, если Алвор мертв? Что, если сам Элис или, что еще хуже, Айзек погибнет на войне? Что, если отец не договорил большую часть происходящего и там все намного хуже? Сейчас, наполняя легкие чистым прохладным и вкусным воздухом, и смотря на насупившихся на деревьях снегирей, мужчина, наконец, может ни о чем не переживать, пускай это счастье и будет мимолетным. Иногда Элис вспоминал свое детство. Его трудно назвать беззаботным: постоянные тренировки, закалка характера, соблюдение жесткой дисциплины и режима дня — все, чтобы вырастить идеального воина. Однако воспоминания об играх с друзьями, вкусных драже из имбиря и миробалана по праздникам, чтении захватывающих коротеньких книжек перед сном рождали в груди большой затягивающийся узел из тоски и ностальгии. Сейчас бы подраться с Айзеком на деревянных мечах и пойти пить теплое молоко с анисовым пряником, а все хлопоты пускай достаются взрослым. Спустя недолгое время раздался хруст снега, шум в кустах и неразборчивые ругательства — это Айзек протаптывал себе путь назад. — Гребанные сугробы! Еще и в лесу так воняет, словно кто-то сдох! — возмущался парень, махая руками и выпучивая от ярости глаза. Элис тяжело вздохнул — счастье действительно было мимолетным. — Ты, я смотрю, успел получить массу эмоций. — Я серьезно! Ужасный запах, прям мерзкий донельзя. Еще мороз такой, что можно себе там все отморозить! — чуть ли не переходя на крик, Айзек показывал пальцем куда-то в район того, что можно было отморозить. Он так сильно увлекся, что даже не заметил резко побледневшего лица товарища, который вдруг стал похож на жуткое привидение. — Айзек, — оборвал его Элис, он напряженно и очень внимательно смотрел туда, откуда вернулся его друг. — Нет, не перебивай меня. Вот черт, на чем я остановился?! — Айзек, мне кажется, в кустах что-то есть, — голос черноволосого мужчины стал намного тише. Было видно, что он сильно напрягся. — Чего? — недовольно фыркнул пострадавший и посмотрел на кусты. — Да нет тут ничего! Едва он произнес свои слова, как нечто выскочило на него, повалив на землю. — Вот дерьмо! Элис, сними эту хрень с меня! Крик Айзека заставил его друга резко выйти из оцепенения и тут же поспешить на помощь. Фигура нападавшего напоминала человека, но было совершенно ясно, что оно им не являлось. Подбежав ближе, Элис рассмотрел до ужаса неприятное существо, с прогнившей и местами облезшей кожей. Парень обхватил чудовище сзади и из всех сил старался оторвать гнилого от своего друга. Айзек едва ли мог что-то сделать — лишь продолжал отчаянно кричать. Монстр сопротивлялся, но в итоге ослабил хватку, и Элису все-таки удалось откинуть его в сторону. — Хватайся за руку, вставай, — напряженно сказал мужчина, быстро поднимая друга на ноги. — Что это такое? Откуда оно? — задыхаясь от страха, с тревогой спросил Айзек, не зная, куда деть дрожащие руки. — Не паникуй, оно встает. Соберись, один я с ним не справлюсь, — Элис тоже был напуган, но он не давал панике захватить себя, стараясь сохранять сосредоточенное выражение лица и готовясь дать отпор монстру. Айзек был поражен решительностью друга, так же собираясь с мыслями и настраиваясь на битву. Чудовище медленно поднялось на ноги, и теперь его можно было рассмотреть во всех красках: человеческое, но крайне истощенное тело, изуродованная гнилая кожа, большие острые когти на непропорционально длинных руках и пальцах, полное отсутствие лица на голове, за исключением мерзкого, скошенного на бок носа и уродливых ушей, как у летучей мыши. Живот чудовища пересекал большой и кривой рот, в нем было не меньше шести десятков зубов. Какого-то органа зрения у монстра так и не обнаружилось. Оно присело на корточки и стало осторожно ощупывать землю перед собой, капая вязкой серой слюной себе под ноги. Парни шокировано переглянулись. Элис сделал осторожный шаг назад, но под его сапогом предательски захрустели раздавленные хлопья снега, на что чудище моментально среагировало, вздернув голову и прислушиваясь к происходящему. И, будто вновь услышав шум, вдруг резко бросилось в сторону Элиса. Оно бежало на четырех конечностях, будто дикий пес, издавая хриплое рычание. Чудовище набирало скорость. — Айзек, меч! — прокричал Элис, хватая рукоятку своего клинка. Оба героя одновременно обнажили оружия. Услышав звон мечей с двух сторон, тварь остановилась, поднялась на ноги, закрутила головой и попятилась назад. Элис встал в стойку и занес меч для удара, посмотрев в глаза Айзеку и кивнув. Сейчас вся трусость напарника куда-то моментально делась, в темных глазах читалась решительность и готовность к атаке. — Эй! Тупица! Иди сюда, давай же! — кричал Айзек, заходя за спину товарища. Монстр медленно направился к источнику шума, по негласному плану оно должно было пройти мимо Элиса, который в этот момент нанес бы смертельный удар. Пара метров отделяла острое лезвие клинка мужчины от монстра, однако, сделав еще шаг вперед, чудовище вдруг замерло на месте. Оно покрутило головой в разные стороны, затем повернуло ее на Элиса, будто смотря на него. От косого носа чудовища пошел пар, какой обычно бывает при дыхании на морозе. Оно подвинуло голову еще ближе и резко принюхалось к черноволосому воину. Только сейчас в голову героям пришла гениальная мысль о том, что монстр полагается не только на уши. — Вот черт, Элис! В это же мгновение тварь бросилась на мужчину, тот сбился с равновесия и едва успел пригнуться от удара когтями, похожими на кинжалы. Чуть не упав, он сделал шаг в сторону, выпрямился и ударил мечом наотмашь, ранив врага в костлявое плечо, из которого тут же брызнула смердящая красно-коричневая холодная кровь. Пусть с привычной для себя излишней осторожностью, но Айзек уже спешил на помощь другу. Элис с отвращением стер со щеки капли крови монстра, встал опять в стойку и попытался снова нанести удар, но чудовище увернулось, согнуло когти и ударило в ответ: острие когтей просвистело в миллиметрах от лица Элиса, едва не ранив его. Крепко сжав меч в руках, брюнет с размаху поразил и второе плечо монстра. Айзек был близко, и, решив, что поймал идеальный момент для атаки, занес меч и с криком ринулся вперед. Но он не успел ничего сделать, существо наскочило на него резким выпадом и крепко схватило за плечи, с нечеловеческой силой толкая его назад, из-за чего из рук Айзека выпало оружие — парень старался оказывать сопротивление, но монстр был намного сильнее него. Элис сжал зубы и быстрым сильным ударом клинка отсек ногу чудовища. Послышался скрипучий рык. Айзек взял всю волю в кулак, вцепился в руки гнилого и повалил его на землю, чтобы нанести решающий удар, пока монстр потерял бдительность. Но чудище слетело с небольшого холма и, упав на спину, слегка пробороздило снежный берег. Выругавшись про себя, Айзек и Элис незамедлительно подоспели к чудищу, первый взял его на удержание, чтобы оно не могло пошевелиться. — Давай, я его держу! Элис подошел ближе, резко вздохнул и отрубил голову монстра. Какое-то время царила мертвая тишина, оба парня не сдвинулись с места, пытаясь прийти в себя и немного перевести дыхание. — Думаешь, оно сдохло? — нарушил молчание Айзек, ошеломленно смотря на неизвестное существо. Оно все еще подергивалось, рот то и дело непроизвольно судорожно искажался. — Надеюсь, что да. Герои осторожно отошли от безглавого тела монстра, все еще в глубине души ожидая какой-то атаки от него. Когда существо окончательно утихло, стало точно ясно, что оно мертво и можно выдохнуть спокойно. Айзек подобрал свой меч и нервно убрал его в ножны. Элис сделал то же самое, но перед этим он с отвращением протер меч от смердящих пятен крови. Они вернулись к лошадям, которые, как оказалось, к счастью, были не по вкусу местному обитателю. Страшно было представить, что бы было, если бы монстр напал на животных, и мужчинам пришлось бы идти до Бруноса пешком. — Что это такое было, Элис? — Точно не знаю, но думаю что падальщик. — Падальщик? — будто съев кислый лимон, уставился на друга молодой воин. — Да, отец мне рассказывал о них. В основном эти твари питаются лесной падалью, но от сильного голода могут подходить ближе к жилым местам и нападать на людей. Честно признаться, всегда считал это байкой, — завязывая черные волосы тонкой нитью в небольшой низкий хвост, с тяжелым вздохом пояснил Элис. Перед глазами все еще стояло острие когтей падальщика, которые едва не лишили мужчину глаз. — Вот оно как… — словно ушел в себя Айзек, пытаясь переварить услышанную новость и от того, меняя цвет лица с белого то на серый, то на красный. Элис поспешил прийти на помощь другу, дабы отвлечь его от неприятных мыслей. — Ладно, давай по коням! Отдыхать теперь будем не скоро. Айзек повернул голову в сторону напарника и, сделав невинный взгляд, заявил: — Хорошо, только вот, кажется, я опять хочу в кустики. — Ну, уж нет, больше никаких кустиков! — Ладно-ладно, — рассмеялся парень, похлопав друга по плечу. Мужчины отвязали своих лошадей, устроившись в седлах и дав себе пару минут на небольшой отдых. Вдруг лицо Айзека преобразилось, парень выпрямился и стал лихорадочно тыкать пальцем куда-то в сторону хвойного леса ближе к горизонту. — Элис, смотри! Дым! Брюнет почувствовал, как на душе становится чуточку легче. Если они вдруг наткнутся на уютный домик какого-нибудь доброго лесника, который не откажется угостить их чем-нибудь сытным, жизнь будет казаться на йоту не такой паршивой. — Кажется да. Давай туда, скорее. Ударив ногами по бокам лошадей, воины стремительно отправились к предполагаемому лагерю, вперед к неизвестности.