Ледяная пропасть.

Хоакин и Джагхед сбежали вниз по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки сразу. Пенни уже стояла за стойкой, подавая себе и другим посетителям напитки, в то время как Свит Пи остался там, где они оставили его в своей кабинке. Джагхед крикнул Пенни через плечо, когда он шел обратно к их кабинке: — Пенни, ты должна подойти сюда. — когда Пенни не двинулась с места, Джагхед остановился и повернулся вполоборота, впиваясь «кинжалами» ей в грудь. Сейчас. Пенни, которой не нравилось, когда ею командовали, возмущенно дернула головой, но в конце концов подошла к тем трем мужчинам, которые ее ждали. — В чем дело, супербой? — Джагхед стиснул зубы, когда Пенни сделала еще один укол в его так называемый героический комплекс. — Мы выяснили, кто она, — рявкнул Джагхед — Ну, вроде того. Джагхед заметил, как расширились глаза Пенни, и понял, что теперь он заслужил ее внимание. — Как раз то, что мне до смерти хотелось узнать.– Джагхед едва сдержался, чтобы не закатить глаза в ответ на слабую попытку Пенни проявить безразличие. У нее было самое бесстрастное лицо в их команде. — Она уроженка Нортсайда, — заявил Хоакин, — помнишь парня, которому я сказал, что помогаю сегодня утром, потому что его лучший друг пропал? Ну, он прислал мне ее фотографию, чтобы я знал, кого искать. Это все та же гребаная девчонка. –его слова вырывались в спешке, борясь друг с другом за опору в ушах их слушателей, когда он поднял свой мобильный телефон, чтобы Пенни и Свит Пи увидели телефон блондинки наверху. — Дерьмо. — выдохнул Свит Пи. — Что же нам теперь делать?» Джагхед фыркнул на этот вопрос. — У нас нет особого выбора. Хоакин уже сказал парню, что она у нас есть. Я думаю, что они будут здесь примерно через пять минут. Так что мы должны собрать все наше дерьмо вместе и быть готовыми к любому дерьму, которое придет с ними. При упоминании о них Пенни снова подняла бровь и выразила свое беспокойство. — Это они? Откуда ты знаешь, что они есть? Может быть, это просто один парень. Хоакин стиснул зубы, услышав это замечание. — Я очень в этом сомневаюсь. Кевин-довольно умный парень, и он определенно не пришел бы к белому змею без поддержки. Отчасти потому, что я очень хорошо напугал его, чтобы он держался подальше отсюда. — остальные тоже пробормотали что-то в знак согласия. Каждый из них был хорошо осведомлен в том, чтобы держать посторонних подальше от белого змея. В лучшем случае, это было не место для обычных южан, и определенно не место для северян. — Ну, ты, очевидно, знаешь его лучше всех, Хоакин. — заявил Стив. — А с чем мы здесь работаем?» — С Кевином все в порядке. Он просто хочет вернуть своего лучшего друга. Но я ничего не знаю о парне — или парнях, — которых он привезет с собой. Я понятия не имею, чего ожидать. — тот выжидательно посмотрел на Джагхеда, ожидая, что тот примет участие в разговоре. Джагхед сжал челюсти от развернувшегося перед ним разговора. Он не ожидал, что все так быстро усложнится, но должен был. Когда речь заходила о змеях, все редко шло гладко. Он надеялся, что девушка наверху проснется и расскажет ему, откуда она и от кого убегает, прежде чем все усложнится. Тот факт, что Хоакин спал с лучшим другом девушки, был тем самым ударом, который Джагхед провел большую часть своей жизни, учась кататься. — Может, кто-нибудь сядет рядом с ней? — спросил Свит Пи. Джагхед рассмеялся над тем, что Стив был единственным, кто не боялся его вспыльчивости. Он знал, что заметно волнуется, и знал, что Хоакин и Пенни будут легко обходить его в это время, но душистый горошек никогда не потрудился изменить свои действия, чтобы успокоить кого-то еще. Это было одной из причин, почему Джагхед так близко подошел к высокому мужчине. — Я думаю, что нам здесь нужна помощь больше, чем ей там, наверху, Свит, — тихо пробормотала Пенни, обращаясь больше к себе, чем к кому-либо другому. У них больше не было времени обдумывать стратегию, так как все четверо услышали хруст гравия под шинами снаружи. — Должно быть, это они, — выдохнул Хоакин. Джагхед сделал несколько шагов ближе к двери, упираясь ногами и стоя на месте, готовясь к хаосу, который вот-вот должен был прорваться через переднюю дверь «змеи». Он скорее почувствовал это, чем увидел, как трое его товарищей встали по обе стороны от него. Хоакин подошел и встал справа от него, — Стив- слева, а Пенни бочком подобралась к нему. Джагхед знал, что они выглядят устрашающе. Он уже видел это отражение, когда был подростком, у своего отца и его ближайших последователей. Он знал, на что способны черные кожаные куртки и армейские ботинки-основные элементы любого змеиного гардероба. Он знал, что мускулы Свит Пи и прищуренные глаза Пенни заставили людей остановиться. Он знал, что быстрого мышления Хоакина и его собственных резких слов было достаточно, чтобы удержать врагов от броска в бой. Это была его команда «а». Его первая линия обороны. Он не выбирал их, они больше выбирали друг друга. И именно из-за этого знания, что все они были верны друг другу, Джагхед не боялся того, что вот-вот войдет в парадную дверь. На крыльце послышались шаги, предупреждая четырех змей о приближении незваных гостей. — Приготовься, — выдохнул Джагхед. Входная дверь распахнулась с такой силой, что треснула на петлях и врезалась в стену позади нее. Яркое полуденное солнце светило так ярко, что человек, стоявший в дверном проеме, превратился в силуэт, и Джагхед не мог разглядеть его лица. Впрочем, ему не пришлось долго размышлять, потому что фигура сделала три гигантских шага внутрь, и дверь за ним захлопнулась. Джагхед бесцеремонно заметил, что прямо за бегемотом перед ним стоит человек поменьше. Джагхед услышал, как Хоакин справа от него тихо прошептал себе под нос: — Черт, Кевин. — Где же она? Человек впереди закричал, его голос эхом отразился от стен, требуя внимания всего змеиного нутра. Голос был настолько пугающим, что половина змей внутри бара поднялась на ноги, готовая защищать своего лидера, если понадобится. Однако Джагхеду было трудно сосредоточиться на словах этого человека. Вместо этого его привлекла копна рыжих волос на макушке и темные брови над карими глазами, что-то в этом сочетании казалось знакомым. Джагхед не мог отделаться от ощущения, что знает этого человека, оно мучило его в глубине души, требуя ответа. Он знал, что все ждали его следующего шага, ожидая приказа атаковать, он расправил плечи и посмотрел вниз на большого человека перед ним. Теперь, когда двери закрылись и глаза Джагхеда привыкли к темноте, он мог полностью разглядеть человека, стоящего перед ним. У него были широкие плечи, которые были одеты в серый хенли, так плотно, что это показывало каждый мускул в верхней части тела человека, которых было много, отметил Джагхед. Его лицо было искажено гневом, а в карих глазах горел огонь. — Ты что, оглох? Я спросил, где же она? — Джагхед вскинул бровь в ответ на оскорбление, чувствуя, как его собственная ярость начинает расти. Ты же не войдешь в логово змеи и не начнешь наступать на хвост только потому, что тебе этого хочется. Это был хороший способ быть укушенным. Джагхед расхохотался и покачал головой, понимая, что его тихое веселье только еще больше разозлит стоящего перед ним человека. И он был прав. Рыжеволосый сделал два гигантских шага к нему, почти прыгая по всему полу змеи, но Джагхед все еще не двигался. И только когда нападающий был уже в двух футах от Джагхеда, а его рука была отведена назад для удара, Джагхед наконец сделал свой ход. Кулак взмыл в воздух, целясь в щеку Джагхеда, но тот вовремя увернулся. Другой мужчина, казалось, был смущен тем, что промахнулся, но потом снова разозлился. Он нанес еще один удар, от которого Джагхед снова легко уклонился, нырнув в сторону. Джагхед почувствовал, как ярость внутри него, кипя от жара и свободно растекаясь по венам, медленно начинает остывать, а вездесущий лед замораживает его изнутри. Его тело и разум слились в единую сплоченную единицу, многолетний опыт спарринга с отцом и борьбы с другими бандами взял верх над его движениями. Он уперся задней ногой, сильно размахнувшись, когда перенес свой вес на переднюю, его кулак нашел опору на скуле рыжеволосой девушки. Удар подействовал как катализатор. В один момент было всего несколько ударов, но после того, как хит соединился, весь ад вырвался на свободу. Змей вскочил со своих стульев, подбежал к Джагхеду и встал вокруг них в круг. Но никто даже не попытался прикоснуться к рыжеволосой девушке. Все его люди знали это правило. Змей сражался честно. Рыжеволосый сделал еще один агрессивный выпад вперед, от которого Джагхед легко увернулся, ухмыляясь. Человек перед ним, очевидно, не знал, как бороться, его техника оставляла его широко открытым, факт, которым Джагхед воспользуется в своих интересах. Он поднырнул под руку и быстро ткнул рыжего в ребра, заставив того, что повыше, схватиться за бок и отойти в сторону, отвернуться от Джагхеда, чтобы защитить себя. Джагхед снова почувствовал, как сквозь него пробежал лед, почти приветствуя его на этот раз. Он хотел, чтобы его сердце замерзло, а конечности превратились в осколки стекла. Он чувствовал силу и мощь в каждой клеточке своего тела, силу, с которой приходилось считаться. Джагхед наблюдал, как его улыбка отразилась на лице мужчины напротив. Он на мгновение задумался о том, как он выглядит, когда его охватывает лед. Как ледяной холод, пронзивший его, исказил его лицо, скрутил мышцы. Джагхед облизнул губы, высунул язык, чтобы облизать их, и сделал маленький шаг к стоящему перед ним человеку. Без всякого предупреждения он рванулся вперед, размахнувшись рукой в сторону рыжеволосой девушки, сохраняя свое движение контролируемым и быстрым. Удар пришелся точно над бровью мужчины, и Джагхед почувствовал, как треснула кожа под костяшками его пальцев. Его желудок скрутило от восторга, а затем от чувства вины за это удовольствие. Рыжеволосый отшатнулся назад, и только в этот момент Джагхед смог разглядеть маленького человечка позади себя. Его лицо было окутано ужасом, а глаза постоянно метались между Джагхедом и тем, что он мог только предположить-Хоакином. Именно этот взгляд страха и ужаса заставляет его на мгновение остановиться. Это достаточно долго для рыжеволосого, чтобы сориентироваться и снова привести себя в порядок. Он, казалось, дважды подумал, прежде чем снова броситься на Джагхеда, на этот раз впившись в него взглядом. Джагхед почти видел, как его мыслительный процесс проявляется через выражение лица. Они еще несколько мгновений оценивающе смотрели друг на друга, и тишина в баре стала оглушительной для Джагхеда. Не было слышно ни звона бокалов, ни шепота разговаривающих мужчин и женщин. Никто не двигался, никто не дышал, все глаза были прикованы к Джагхеду, бесстрашному предводителю змей и разъяренной рыжей девице, которая ворвалась в их двери, пытаясь выбить пулю из Джагхеда Джонса. Глаза Джагхеда сузились, когда он увидел своего противника. Его взгляд скользнул по телу рыжеволосого мужчины в поисках слабых мест. Было очевидно, что он не был искусным бойцом. Каждый раз, когда он двигался или перемещался, он оставлял новые цели на своем теле широко открытыми. Джагхед ухмыльнулся, чувствуя, как на его лице расцветает улыбка. Борьба давалась ему легко, но, по крайней мере, его противники обычно были более умелыми. Он сделал резкий шаг вперед, готовый ударить рыжего кулаком в ребра, но тот остановился и опустил руки. Движения Джагхеда резко остановились, сбитые с толку тем, что его противник настолько ослабил бдительность. Он наблюдал, как глаза более крупного мужчины сфокусировались на чем-то позади него, и в следующий момент обнаружил, что его грубо оттолкнули в сторону, только в последнюю секунду восстановив равновесие. Он проследил за взглядом рыжеволосой женщины и увидел блондинку, которая стояла, прислонившись к перилам лестницы, и смотрела вниз на бой. Ее глаза были широко раскрыты от того, что должно было быть страхом, и что-то похожее на облегчение. Рыжеволосая оттолкнула змей и поспешно поднялась по лестнице, остановившись на пару ступенек ниже того места, где стояла блондинка. — Бетти! — более крупный парень обнял маленькую женщину за талию, и ее руки обвились вокруг его шеи. Джагхед молча наблюдал за происходящим, его сердце болезненно сжалось по какой-то неизвестной причине. Джагхед почувствовал толчок в плечо и, обернувшись, увидел рядом с собой Свит Пи. — Ты должен что-то сделать, а то парни начинают нервничать. — Джагхед быстро оглядел толпу вокруг него. Стив был прав. Змеи хотели драться, а они не привыкли, чтобы им отказывали. Джагхеду нужно было взять ситуацию в свои руки, пока все не вышло из-под контроля. Он побежал к лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, пока не оказался лицом к лицу с рыжеволосой и блондинкой, которая, как он теперь знал, была Бетти. — Ты должен убраться отсюда, — тихо прошептал Джагхед мужчине. Он видел, что тот уже готов был ответить ему тем же, но тут Бетти положила руку ему на плечо, и в глубине его глаз затаилась ненависть. — Он прав, Арчи. Осмотрись. Мы не выберемся отсюда, пока он немного не остынет. Эти слова заставили парня, Арчи, как его называла Бетти, посмотреть вниз на толпу, собравшуюся у подножия лестницы. — Возвращайся в свою комнату, — пробормотал Джагхед, — там ты будешь в безопасности, а я позабочусь об этих ребятах. Бетти коротко кивнула и, взяв рыжеволосого за руку, повела ее вверх по лестнице. Джагхед снова почувствовал болезненный спазм в груди, но списал это на нерастраченный адреналин. Бетти подождала, пока она выйдет на лестничную площадку, чтобы сломаться. Ее ноги подкосились, заставляя Арчи поддерживать ее вес. Слезы потекли ручьем, когда Арчи без всяких усилий поднял ее и понес к единственной открытой двери. Она обвила рукой его толстую шею и зарылась в нее лицом, горячие слезы струились по ее щекам. — Что случилось, Беттс? Где тебя черти носили? — её рыдания застряли в горле, когда она услышала обеспокоенные слова, вырвавшиеся изо рта Арчи. — Я так испугалась, и это больно, Арчи. Это так больно. — её голос был слаб, рыдания рвались сквозь нее. — Что болит, Беттс? Скажи мне, что болит, покажи, где болит. — Бетти кивнула ему в шею, когда он опустил ее на кровать, прислонив спиной к изголовью и вытянув перед собой ноги. — Это моя нога.– Бетти посмотрела на Арчи, пока он обрабатывал ее состояние раздетости. Одна штанина была отрезана, другая все еще цела. Рана была перевязана, а это означало, что Арчи не мог видеть никаких повреждений. Рука Бетти мягко нашла один из уголков бинта и сняла его, морщась от боли, вызванной тем, что клей растягивал кожу. Бетти и сама ахнула, увидев это под повязкой. Там, где несколько часов назад был ужасный порез, теперь виднелись швы, сердито натягивающие кожу. Она наблюдала, как Арчи пристально смотрит на нее, прежде чем его глаза снова затуманились от гнева, возвращая свой гнев обратно к змею внизу. — Что он тебе сделал? Я убью его! — слова едва слетели с его губ, когда он был уже на полпути через комнату, намереваясь найти тех, кто причинил боль Бетти — Арчи, это был не он! Не ходи туда! — Движения Арчи остановились от паники в ее голосе. Он повернулся, чтобы посмотреть на нее, слезы все еще катились по ее щекам. — Пожалуйста, не оставляй меня. Бетти возненавидела свой жалкий голос. Ненавидела, что она говорит так слабо. Это была не та, кем она была. Это был не тот человек, которого она сама себе придумала. Но ее нельзя было оставить одну. Только не сейчас. Арчи быстро вернулся к кровати и придвинул стул, стоявший рядом с туалетным столиком. Он нежно положил руку на лицо Бетти, и она наслаждалась ее теплом. Рыжеволосый, казалось, совсем забыл о своём гневе, когда смотрела на девушку на кровати. Его голова опустилась, когда он встретился с ней взглядом. Бетти смотрела, как Арчи смотрит ей в глаза. Она ненавидела, когда он так делал. Ему казалось, что он смотрит прямо в ее душу. — А что случилось потом? — Бетти закрыла глаза, не желая выдавать себя и боль, которую она чувствовала вдали. Бетти прерывисто вздохнула, ее голос дрожал где-то в глубине горла. Большинство людей не стали бы давить на Бетти, когда она не хотела о чем-то говорить. Большинство людей считали ее хрупкой куклой, которую нельзя сломать или грубо обращаться с ней. Но Арчи был ее другом столько, сколько она себя помнила. и он знал, что она была жесткой, что означало, что он также знал, что только потому, что она не хотела говорить о чем-то, не означало, что она не будет этого делать. — Я была на кладбище. — глаза Арчи взлетели до самой линии волос. — Все это время? Бетти кивнула, не желая рассказывать ему все ужасные подробности. Арчи мягко положил руку ей на ногу и провел пальцами по синякам, оставленным ее похитителями. — Кто это сделал? — она заметила перемену в его тактике, но также знала, что он обернется И снова спросит ее об этой истории. Его пальцы снова коснулись синяков. — Какой-то мелкий головорез. Я так и не узнал его имени. Они продолжали посылать разных парней. Я думаю, это было для того, чтобы я не мог понять, кто они такие. Арчи коротко рассмеялся лающим голосом. — Ну, тогда они явно тебя не знают. Ты знал, кто они такие, еще до того, как ступил в тот бар. Его пальцы коснулись внешнего края ее теперь зашитого бедра. И снова ее сердце сжалось при мысли о том, когда она получила эту рану. Карие глаза, которые были жесткими и холодными, почти черного цвета. Татуировки бежали вверх и вниз по его рукам, холод в нем, который Бетти могла почувствовать, когда он подошел слишком близко. — Его зовут Малахия. Он-предводитель упырей. Арчи глубокомысленно кивнул, принимая информацию и впитывая ее. — У тебя еще где-нибудь болит? Бетти отрицательно покачала головой. — У меня есть еще несколько синяков. — Я хочу их видеть.– Бетти начала качать головой, не желая, чтобы Арчи видел, какое оскорбление она приняла на себя. —Он мягко положил ладонь на ее руку. — Сними свой свитер, Беттс. Бетти тихонько вздохнула, зная, что Арчи ее не бросит. Это было не в его характере. Она осторожно вытащила руки из рукавов и натянула капюшон через голову. Состояние ее верхней части тела, должно быть, было хуже, чем она себе представляла, потому что, когда она сняла свитер и обнажила свои плечи, майка, которую она носила, позволяя все показать, вздох Арчи зазвенел по комнате. — Господи Иисусе, Бетти. Бетти смотрит вниз, ее сердце сжимается при звуке голоса Арчи. Ей было стыдно, что ее поймали, и еще больше стыдно за то, что с ней плохо обращались. — Ты такая крошечная. — прошептал он. При этих словах она мрачно усмехнулась. — Да, я не думаю, что упыри действительно понимают гостеприимство. — её мысли вернулись к тому времени, когда она была в подвале кладбища. Ей давали поесть один раз в день. Этого никогда не было достаточно, чтобы на самом деле позволить ей восстановить свои силы, что, вероятно, и было целью. Она почувствовала, как руки Арчи скользнули по ее плечам, теперь уже кожа да кости. Его ладони скользят вниз по ее рукам и скользят по синякам, которые были в разной степени заживления. — Эти синяки? — Бетти подняла одну бровь, и ее губы изогнулись в болезненной улыбке. — Ну, ты же меня знаешь, Арчи. Я не сдаюсь без боя. Оказывается, когда вы хлопот, люди любят поставить вас на свое место. Арчи пристально посмотрел ей в глаза, пытаясь точно понять, что означали ее последние слова. Она слегка покачала головой, и он кивнул. Негласное соглашение между ними. — Арч? Как долго я там пробыла? Густые брови Арчи взметнулись к небу, достигая самого неба. — А ты не знаешь? Бетти печально покачала головой, опустив глаза на одеяло, на котором сидела. — В комнате, где я находилась, не было окон. Я никогда не знал, была ли это ночь или день, или сколько часов прошло. После первых двух дней, все просто перетекло друг в друга. Глаза Арчи говорили о печали, которая исходила прямо из его сердца. Бетти была его семьей, и он подвел ее. — Что, черт возьми, случилось, Арч? Наш план был безупречен. Арчи поднял глаза, полные боли и сожаления. Она уткнулась лицом в свое лучшее бесстрастное лицо. Арчи пристально смотрел на нее, и на его лице одна эмоция сменяла другую. Сожаление, разочарование, разбитое сердце. Они гонялись друг за другом по его лицу, пока у нее почти не закружилась голова от этого зрелища. — Ты можешь сказать мне, Арчи. Что случилось? Арчи снова тяжело вздохнул и снова посмотрел на кровать. Казалось, он собрался с духом, прежде чем снова поднять глаза. — Все было прекрасно. Я смотрел, как ты лезешь в окно. Я прождал пятнадцать минут, как ты и сказал. Я как раз собирался позвонить тебе, когда из боковой двери бара вышли двое парней. Он подошел ко мне, и я вытащила пистолет, который ты мне дала. У девушки у Бетти перехватило дыхание. — Арчи, это же должно было быть только на крайний случай! –Ну, я запаниковал. Мне было страшно. Как только они увидели пушку, хотя все шло на юг. У одного из парней был свой пистолет, он вытащил его, и я заколебался. Мне следовало бы спустить курок, но я этого не сделал. — А что случилось потом? — спросила Бетти. Вместо ответа Арчи медленно вытащил одну руку из рукава рубашки и положил ее себе на плечо. Бетти увидела прямо сквозь кожу его плеча рану, идеально напоминающую пулевое отверстие. Очевидно, ранк зашили и позаботились об этом, но слезы все еще свободно текли из ее глаз. — Тебя подстрелили? — Да. Когда пуля попала в меня, я выстрелил сам, скорее от шока, чем от чего-либо еще. Это напугало их, и они убежали, а я позвонил 911. Я подумал, что если позвоню, то, возможно, они смогут помочь мне и вытащить тебя оттуда, но к тому времени, когда приехала скорая помощь, я был почти без сознания. — Арчи тяжело вздохнул, его собственный голос застрял в горле. Бетти положила руку ему на плечо, надеясь успокоить его или, по крайней мере, хоть немного успокоить его собственную боль. — Бетти, пожалуйста, поверь мне, когда я говорю тебе, что пыталась сказать им, что ты была в здании. Но они не захотели меня слушать. Они просто продолжали спрашивать меня, кто стрелял в меня, куда они пошли, почему у меня был пистолет и что случилось. Они погрузили меня в машину и отвезли в больницу, где я по дороге потерял сознание. Они сказали, что я не приходил в себя четыре дня. К тому времени, когда я наконец проснулся, я был так накачан обезболивающими, что не мог функционировать. Я пытался дозвониться до тебя, но твой телефон сразу переключился на голосовую почту. Затем я позвонил Кевину, и он был в истерике. Он позвонил моему отцу, и они оба пришли в больницу в одно и то же время и — Арчи вцепился в руку Бетти, которая лежала на его плече, и Бетти поморщилась от этого давления. — Арчи, — Бетти положила ему на плечо свободную руку, — я знаю, что ты, вероятно, сделал все, что мог. Я знаю, что ты не оставил бы меня там, если бы у тебя не было выбора. Арчи кивнул на это, как будто позволяя словам впитаться, но Бетти могла сказать, что он был не в состоянии простить себя. Сколько она себя помнила, Арчи всегда был ее защитником. Он всегда был рядом, чтобы прийти ей на помощь или вытащить ее из щекотливых ситуаций. Она знала, что это должно было убить его, чтобы застрять на больничной койке, не зная, все ли с ней в порядке. — Я в полном порядке, Беттс. Нет ничего хуже того, что у тебя есть. — он указал головой вниз на ее ногу, швы натянулись от ее распухшей кожи и порезов гнева и хлеба. — Я собирался сказать Шерифу Келлеру, где ты, — руки Бетти сжались при упоминании имени шерифа. — Но ведь ты этого не сделал, верно? Арчи, пожалуйста, скажи мне, что ты этого не делал. Арчи сделал движение, чтобы освободиться от хватки Бетти. — Конечно, нет, — усмехнулся он. — Может быть, я и не самый умный, но я умею хранить секреты.– Бетти вздохнула с облегчением, по крайней мере, это было единственное, что не пошло наперекосяк во время их операции. Я никогда никому не расскажу твои секреты. Бетти улыбнулась, услышав признание рыжеволосой девушки. — я знаю, Арчи. — Ее глаза снова наполнились слезами, когда они нашли пулевое отверстие в его плече. Она протянула один палец, чтобы осторожно обвести рану, услышав, как он резко втянул воздух под давлением ее пальца. Она снова почувствовала руки Арчи на своих плечах и услышала его тихий голос у своего уха. — Беттс, перестань. Я в порядке, видишь? Я здесь, и со мной все в порядке. И ты тоже в порядке. И это все, что имеет значение. — Господи Иисусе, Арчи, ты хоть понимаешь, где это? Еще пара сантиметров и ты мог бы умереть! — её восклицание прозвучало громче, чем она хотела, и слова эхом отразились от болезненно желтых стен вокруг них. Арчи схватил ее и отстранил на расстояние вытянутой руки, чтобы посмотреть прямо в ее мерцающие глаза. — Они не смогли бы убить меня, даже если бы попытались. Бетти сделала глубокий вдох, о котором даже не подозревала. Она поднесла одну руку ко лбу, закрывая глаза от головной боли, нарастающей за ее глазами. — Давай просто пойдем домой. Мне нужно идти домой. Арчи кивнул головой в знак согласия, не желая давить на нее. — Беттс? — Она снова посмотрела на него, и вопросительный тон его голоса обеспокоил ее. — А как же твой отец? Ты же сама пошла туда ради него. — Вы нашли его? Бетти слегка усмехнулась. — Это самое худшее, Арчи. Я заглянула в каждую комнату, прежде чем меня поймали. Но его там не было. Арчи от неожиданности отшатнулся. — Если его там не было, то где же он, черт возьми? — Я не знаю, Арчи, мне нужно вернуться домой и снова все обдумать. — Конечно, Беттс. Могу я помочь тебе встать? — Бетти медленно кивнула головой, чувствуя, что она весит фунтов десять. Он протянул ей руки, и она легко положила на них свои. Она повернулась лицом к краю кровати и опустила ноги на пол, чувствуя, как нога со стежками теперь кричит от боли. Она безуспешно пыталась сдержать вздох. Арчи на мгновение перестал двигать ими, ожидая, что она даст добро. Она глубоко вздохнула и кивнула. Он осторожно потянул ее за руки и поднял в полный рост. Она осторожно перенесла весь свой вес на здоровую ногу. Она быстро поняла, что порез на ноге подействовал на нее гораздо сильнее, чем ей хотелось бы признать. Девушка попыталась перенести вес тела на ногу и почувствовала, что та неуверенно покачивается. Ее нога вышла из-под туловища, конечность не могла выдержать даже часть ее веса. Она быстро схватила Арчи за плечи, пытаясь удержаться, а он, в свою очередь, обнял ее за талию. — Дерьмо. — она вздохнула, ее голос был пронизан болью. — Успокойся, Беттс. Я тебя понял.– прежде чем Бетти успела сообразить, что он имеет в виду, он просунул руку ей под колени и нежно приподнял ее одним непрерывным движением. Она стиснула зубы от боли, которая пульсировала в ее бедре от этого движения, и сжала пальцы вместе позади шеи Арчи. — В порядке. Пойдем домой. Когда они вышли из комнаты, Бетти невольно положила голову на плечо рыжеволосого мужчины. Он был ее скалой и всегда будет ею. — Хоакин, убирайся к черту с моего пути. Я собираюсь навестить Бетти. Джагхед с удивлением слушал, наблюдая за дерзким темноволосым мужчиной, стоявшим перед ним. Он был почти такого же роста, как Джагхед, с широкими плечами. У него было угловатое лицо и темно-карие глаза. Кевин давал Хоакину трудное время с тех пор, как он попал туда. С того момента, как Джагхед пришел, чтобы успокоить змей, до сих пор Кевин стрелял вопросами, как будто он был частью инквизиции. — А где же Бетти? С ней все в порядке? Я хочу ее видеть. Почему ты не даешь мне ее увидеть? Джагхед наблюдал за этим уже около пяти минут, и вопросы даже близко не замедлялись. Когда Кевин потребовал, чтобы Хоакин убрался с его пути, Джагхед разразился смехом, который, как оказалось, был фатальной ошибкой. — Кто ты такой, черт возьми? Он стоял там и смеялся над ним. Джагхед не мог не улыбнуться еще ярче. Не так уж много нашлось людей, достаточно храбрых, чтобы противостоять ему. Между блондинкой, Бетти, напомнил он себе, и Кевином было достаточно отваги, чтобы развлекать его в течение нескольких дней. Кареглазые мужчины еще больше прищурились, глядя на Джагхеда, и тот шагнул вперед. Он заметил, что огонь в глазах Кевина немного потух, и Джагхед ухмыльнулся. Его позабавил огонь в Кевине, но уважали за то, что человек знал, когда надо бояться. Джагхед повернулся к Хоакину и хорошенько хлопнул его по спине. Если это тот, к кому ты тайком пробирался посреди ночи, чтобы пойти посмотреть? — Я вижу интригу, Кевин. Джагхед усмехнулся и направился к кабинке, где его ждали Пенни и Свит Пи. Он усмехнулся, услышав, как Кевин яростно шепчет что-то Хоакину, не сомневаясь в том, что Джагхед только что сказал ему. Он оглянулся через плечо как раз вовремя, чтобы увидеть, как Кевин свирепо смотрит на Хоакина, очевидно разозленный тем, что змея поделилась личной информацией. Джагхед снова усмехнулся про себя, понимая, что, хотя Хоакин и не поделился никакой реальной информацией, он все же сумел угадать достаточно, чтобы рассердить обоих мужчин. Его улыбка посерьезнела, когда он подошел и сел рядом со Свит Пи и Пенни. Они покорно ждали его. После того как Бетти и рыжий ушли наверх, им не потребовалось много времени, чтобы успокоить остальных змей. Джагхед просто спустился вниз и объявил, что в баре есть бесплатный выстрел для всех. Он усмехнулся, увидев раздражение на лице бармена, невысокой латиноамериканки с розовыми волосами. — Какого черта, Джонс? — закричала она, когда одетые в кожу мужчины ворвались в бар. — Что же нам теперь делать, Джаг? — его вернули к двум молодым змеям, сидящим перед ним. — Я еще толком не разобрался в этой части, Пи. Но они не уйдут, пока мы не получим некоторые ответы. Я не стал подставлять свою шею какой-то случайной девушке, чтобы мы могли остаться в темноте. Это было почти так же, как если бы слова Джугхеда вызвали двух людей, которые были спрятаны наверху. Джагхед услышал шаги на лестнице раньше, чем увидел их. Он наблюдал, наполовину поднявшись из кабинки, как худощавое тело рыжеволосой девушки показалось ему, когда он спускался вниз. Мужчина нес Бетти вниз по лестнице грациозно, как будто она ничего не весила. И Джагхед точно знал, что она этого не делает. Джагхед полностью встал со своего места в кабинке и подошел к нижней ступеньке лестницы. — Так скоро выезжаешь? — тихо спросил он, не желая привлекать внимания окружающих его змей — Убирайся с дороги. Я отвезу ее домой. –его голос был суров и высокомерен, и это действовало Джагхеду на нервы. Он стиснул зубы и постарался сохранять спокойствие. — Слушай. Нам нужно знать, что происходит. Какое-то объяснение того, что, черт возьми, произошло. Он видел, как его Бетти вздохнула, прижавшись головой к шее Арчи. — Я же сказал, уйди с дороги. Мы не обязаны вам ничего объяснять. — Джагхед наблюдал, как его карие глаза немного смягчились. — Я ценю, что ты забрал ее и привез сюда, но мне нужно отвезти ее домой. Она через многое прошла. Джагхед удивленно оглянулся. Он не привык, чтобы ему говорили «нет», и уж точно не привык, чтобы ему отказывали в том, о чем он просил. Джагхеду нравилось думать о себе как о достаточно уравновешенном человеке, но единственная причина, по которой он был уравновешен, заключалась в том, что люди поступали так, как он говорил. Он ненавидел то, что люди боялись его, но это делало работу выполненной и в большинстве случаев облегчало ему жизнь. Он знал, что временами он был бомбой, ожидающей взрыва, с слишком коротким запалом. Он почувствовал, как внутри него затрещал фитиль, и изо всех сил постарался взять себя в руки. — Я не думаю, что вы понимаете, в каком положении находитесь, — мрачно сказал Джагхед. — я сегодня высунул голову, чтобы убедиться, что она жива. Ты не думаешь, что я заслуживаю какого-то объяснения, почему я должен был это сделать? И снова он увидел, как рыжеволосый собралась с духом, чтобы предпринять какие-то действия, но его остановила блондинка в его объятиях. В ее глазах явно читалась усталость. — Арчи. Это не имеет значения. Мы можем рассказать им, что случилось. Они южане, возможно, они действительно могут дать некоторое представление о том, что мы ищем. Бетти протянула руку к Джагхеду: — Я Бетти, а это Арчи.– Джагхед на мгновение задержал взгляд на ее руке, прежде чем взять ее. Ее руки были мозолистыми и грубыми, на них виднелись порезы и царапины. Он быстро пожал ей руку и отпустил. Он смотрел, как Бетти толкнула локтем мужчину, державшего ее за грудь, и кивнула головой в сторону Джагхеда. Арчи вздохнул и слегка отодвинул ее, сняв руку со спины и протянув ее Джагхеду. Джагхед тихонько хмыкнул при виде разворачивающейся перед ним сцены, удивляясь, как кто-то, кто казался таким сильным и полным ярости, мог управляться таким маленьким существом. Он взял протянутую руку и крепко пожал ее. Он знал, что это была глупая и плохо завуалированная попытка показать свое превосходство, но ничего не мог с собой поделать. Но чего он никак не ожидал, так это того, что рыжеволочый схватилась за него вдвое сильнее, вызвав резкую боль в руке Джагхеда. Арчи стиснул зубы, и Джагхед задумался, как крепко надо стиснуть зубы, чтобы не разбиться вдребезги. Он пристально посмотрел на Арчи, а Арчи ответил ему таким же взглядом, как будто они оба находились в тупике. Бетти снова толкнула Арчи локтем, и Джагхед почувствовал облегчение, когда его рука была отпущена. Он кивнул в сторону будки, позволив Арчи пройти перед ним. Он схватил свое запястье незапрошенной рукой, слегка встряхнув отросток, чтобы, как он надеялся, вернуть ему немного крови. Его голова дернулась вверх, когда он услышал тихий смешок. Он прищурился, встретившись взглядом с блондинкой за плечом Арчи, зная, что она видела, как он нянчил свою руку, как бы незаметно он ни пытался это сделать. Арчи подвел ее к кабинке, на которую указал Джагхед, и осторожно положил на подушку. Бетти скользнула обратно в кабинку так далеко, как только могла, пытаясь освободить место для Арчи. Как только Арчи сел рядом с ней, Джагхед подошел и сел напротив них. — Ладно, — спокойно сказал Джагхед, — начнем с самого простого вопроса. Ты не позволила мне отвезти тебя в больницу, потому что боялась, что кто-то тебя найдет. — Кто же это? Он наблюдал, как блондинка и рыжеволосая напротив него обменялись короткими взглядами. В последнее время он прочистил горло, и они оба переключили свое внимание на него. — Это Упыри. — ответила Бетти. — Я убегала от упырей. — А чего эти упыри от тебя хотят? — он попытался сдержать отвращение и осуждение, которые просочились в его голос, но потерпел неудачу. Упыри были так же отвратительны, как и все остальное, и если Бетти была вовлечена в какую-то войну с ними, это не говорило о ней много хорошего. Блондинка напротив бросила на него возмущенный взгляд. — Что ты имеешь в виду: «чего они могут от меня хотеть? ’ Как будто я слишком уродлива, чтобы меня желали даже упыри? Или я выгляжу как какая-нибудь южная шлюха, дрянная проститутка для тебя? — Беттс, успокойся. — голос Арчи был мягким и успокаивающим, что заставило Джагхеда усмехнуться. — В чем, черт возьми, твоя проблема, приятель? — У меня нет проблем, приятель, но твоя девушка не слишком откровенна в деталях, так что я спрошу еще раз. А чего хотят от тебя упыри? Он смотрел, как Бетти что-то обдумывает про себя. О чем бы она ни думала, она явно решила продолжить отвечать на его вопросы. — Я искала что-то в подвале кладбища. Они поймали меня прежде, чем я смогла найти то, что мне было нужно, и выйти. Он видел, как сжались кулаки рыжеволосой женщины. Он видел, что задел ее за живое, и солгал бы сам себе, если бы сказал, что ему не доставляет удовольствия лезть под кожу более крупному человеку. — Знаешь, прежде чем мы продолжим обмениваться оскорблениями, я думаю, нам нужно официально представиться друг другу. — сказала блондинка. Хотя Джагхед уже знал, как их с рыжеволосой зовут, он понял, что они понятия не имеют, кто он такой. Он протянул руку, понимая, что ведет себя дерзко, но не настолько, чтобы изменить свое отношение. — Джагхед Джонс. — Арчи Эндрюс. — сказал рыжий, пожимая ему руку. При упоминании Эндрюса, Джагхед слегка приподнял бровь. Он пристально посмотрел на мальчика и увидел в его старших чертах теперь отражение лица маленького ребенка, с которым он раньше играл. Он почти открыл рот, чтобы что-то сказать, но увидел, как Арчи едва заметно качнул головой. Он слегка прищурился, удивляясь, почему человек перед ним не хочет, чтобы он говорил об их коротком общем детстве. Он высунул язык, чтобы облизать губы, и сцена вокруг него становилась все более запутанной. Он еще раз взглянул на лицо Арчи. Он удивлялся, как раньше не замечал этого сходства. Он списал это на избыток адреналина, бурлящий в его венах. Он подошел к блондинке и протянул ей руку, которую она крепко пожала, чего он никак не ожидал. — Бетти Купер, — сказала она. Имя Купера на мгновение всплыло у него в голове, но он никак не мог его вспомнить. Теперь, когда она проснулась, он снова взглянул ей в лицо при свете дня. И снова черты ее лица поразили Джагхеда так, что он едва не задохнулся. Она явно еще не достаточно отдохнула, но в ее глазах снова вспыхнул огонь, как он и предполагал. Ее светлые волосы были спутаны и взъерошены, но все равно выглядели потрясающе. Теперь Джагхед заметил, что она еще тоньше, чем ему показалось вначале. Глядя на ее фигуру, он понял, что это было не преднамеренное решение. Она тихонько откашлялась, сидя напротив него, и он понял, что его застукали за этим занятием. Он слегка тряхнул головой, пытаясь прояснить мысли, и снова вперил свой патентованный взгляд «Джагхеда Джонса» в лицо. Он почувствовал, как лед в его венах начал чуть-чуть затвердевать, защитный механизм пробирался сквозь его тело. Как ответ на драку или бегство, который всегда выбирал драку. — Итак, — протянул он, — расскажи мне свою историю.