Ледяная пропасть.

Бетти наблюдала за неоновыми огнями ьелого змея, когда он появился в поле зрения. Несмотря на поздний или ранний час, в зависимости от того, как ты на это смотришь, она ожидала, что бар будет закрыт. Несколько велосипедов все еще стояли перед домом, ничего похожего на то, сколько их было всего несколько часов назад, когда она уехала. Джип подъехал к двери, припарковался прямо перед лестницей, и Бетти скорее почувствовала, чем увидела, как две змеи вышли из машины. Она открыла дверь, не желая, чтобы ее снова называли принцессой, и схватила свою сумку. Ее ноги словно превратились в желе, когда она коснулась земли, раненая нога горела от боли, запах автомобильного масла и сигарет подавлял все ее чувства. На мгновение она застыла, не в силах пошевелиться или осознать события, которые привели ее сюда. Все это звучало как-то неестественно, словно она пыталась убедить себя, что все это было не по-настоящему, что это была не ее жизнь. Ее жизнь состояла из пастельных блузок и ужинов с Кевином, походов в кино с Арчи, работы за кассой с отцом. Это была не готическая версия фильма ужасов. Голос позади нее заставил ее выпрыгнуть из своих мыслей, возвращая к реальности. Это была ее жизнь, и она все еще пыталась найти способ смириться с этим. Она посмотрела на женщину, стоящую рядом с ней, ее зеленые глаза ярко освещались неоновыми вывесками. — Давай зайдем внутрь и устроимся. Это был чертовски длинный день. — Бетти кивнула и пошла вслед за женщиной. Это был долгий день, и уже не в первый раз она задавалась вопросом, как один день может быть растянут как будто на целый год. Она направилась вверх по лестнице, ее швы натягивались с каждым её движением, открывая тяжелые деревянные двери, оставляя за собой чернильную черноту ночи. Внутри бара было гораздо меньше посетителей, чем байки снаружи заставили бы кого-то поверить. В одной кабинке сидело несколько грубоватых мужчин, но кроме них в баре никого не было. Ее взгляд упал на одного из мужчин, он показался ей странно знакомым. Его глаза пронзили ее насквозь, потертая фланель была расстегнута, и под ней виднелся белый резервуар. Она оторвала от него взгляд, пытаясь вспомнить, кто он такой. Блондинка, сидевшая перед ней, Пенни, как ей показалось, она помнила это имя, проводила ее в дальний конец комнаты к двери, которая находилась сбоку от лакированного дерева, из которого был сделан бар. Она пассивно наблюдала, как Пенни постучала в дверь, и ее костяшки пальцев нарушили тяжелую тишину. Бетти услышала шарканье ног за дверью, посмотрела, как медленно поворачивается дверная ручка, а затем уставилась на усталое лицо, приветствовавшее их. — А это что такое? — Бетти постаралась не вздрогнуть от резкости его тона и удивленного выражения лица. — Джаг, — ее голос теперь был словно шелк, плывущий над ними, — я подумала, что дам тебе знать, что у нас гость. — Бетти в замешательстве наблюдала за их перепалкой. Она была уверена, что Пенни и другой змей, Свит Пи, сказали, что Джагхед послал их за ней. Почему Джагхед так удивился? — Господи, Пен. Я же сказал тебе следить за упырями, а не приводить ее сюда. — он грубо провел рукой по лицу, а затем провел длинными пальцами по своим и без того растрепанным волосам. Бетти смотрела на эти пальцы, гибкие и сильные. Она услышала, как рядом фыркнула Пенни. — Да, и мы это сделали. И почти сразу же, как мы появились, так же поступили и упыри. Я подумала, что ты захочешь, чтобы она была здесь, упыри будут слишком напуганы, чтобы ломиться в твою дверь. Это самое безопасное место для нее. — Бетти не могла оторвать глаз от его лица, заметив фиолетовые синяки под его глазами. Она посмотрела на него, действительно посмотрела, он не мог быть намного старше ее и Арчи. И все же, он отвечал за всех этих людей? Она удивилась, как это могло случиться. Конечно, это был не первый его выбор в карьере-стать главарем банды. Она услышала, как он пробормотал: «отведи ее наверх. Та же комната, что и раньше, — и затем дверь закрылась, эффектно остановив ход ее мыслей. Она слегка повернулась, чтобы посмотреть на Пенни, чувствуя себя глупо из-за того, что не уделила больше внимания разговору перед ней. Пенни тяжело вздохнула и закатила глаза, — Следуй за мной. — Бетти слегка кивнула, позволив своим ногам нести ее в том направлении, куда шла белокурая змея. Когда они поднимались по ступенькам, Бетти опустила руку на выщербленные перила, ее сумка покачивалась и стучала по спине, а дополнительный вес ощущался как тонна кирпичей на спине. Каждая царапина и вмятина были маркером времени, истории, и Бетти почувствовала знакомую потребность узнать их все. Это было частью того, кем она была, именно поэтому она решила заняться журналистикой. Что нужно знать историю, знать все подробности, это подпитывало ее каждую мысль и действие. По крайней мере, так было раньше. Пенни остановилась перед дверью комнаты, за которой Бетти стояла сегодня утром, и мысли Бетти тут же улетучились. — Здесь будешь жить, по крайней мере ближайшие пару дней, или пока Джаг не придумает, что делать дальше. Бетти вновь кивнула, не совсем обретя дар речи. В любом случае, она была гораздо лучшим наблюдателем, чем собеседником. — Постарайся немного отдохнуть, судя по тому, что нам рассказал маленький Джаг, похоже, ты здорово покатался с упырями. — Спасибо, — проскрежетала Бетти, чувствуя, как сердце подступает к горлу при упоминании о времени, проведенном с другой бандой. Она вошла в комнату, одарив Пенни легкой улыбкой, когда блондинка оставила ее. Бетти тихо прикрыла за собой дверь, оглядывая комнату, в которой сегодня проснулась. Она поставила свою сумку на комод, намереваясь распаковать ее. Вот что сделала бы ее мать. Это неприлично — жить в таком месте. Она почти слышала слова своей матери, но при мысли о ней, она вспомнила о своем отце и его все еще отсутствующем статусе. Она рухнула на кровать, слезы текли по ее лицу, надеясь, что сон быстро овладеет ею, без кошмаров, которые мучили ее, когда она закрывала глаза. На следующий день Бетти проснулась от шума болтовни и света, льющегося ей в глаза. Она застонала, вытянув руки над головой, благодарная за то, что ее молитвы были услышаны прошлой ночью. Ее сон был блаженно лишен как снов, так и кошмаров. Она закрыла глаза рукой, пытаясь привыкнуть к солнечному свету, который освещал каждый уголок комнаты, в которой она лежала. Она глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями. Неужели она останется в своей комнате на весь день? Придет ли кто-нибудь за ней, когда ей разрешат уехать? Сердце Бетти сжалось от этой мысли. До того как ее похитили, подобные мысли никогда не приходили ей в голову. Она была самоуверенной, уверенной в себе женщиной. Она знала это наверняка. Она прожила свою жизнь по старой пословице «лучше просить прощения, чем разрешения». Но теперь она была другой, все было по-другому. Там, где раньше был свободный дух внутри нее, теперь была птица в клетке, избитая и избитая до подчинения. Она так отчаянно хотела чувствовать себя нормальной, но каждый раз, когда она закрывала глаза, ее отбрасывало назад в подвал, грязные стены окрашивали ее веки ужасами, которые она испытала. Слезы защипали ей глаза, сердце рвалось к горлу. Она была сломлена изнутри, искореженный кусок того, чем она была раньше, и девушка не могла видеть, как она когда-либо собиралась снова собраться. Следующие несколько минут она провела, прислушиваясь к шуму внизу. Она слышала смех и разговоры, нежный скрип посуды по тарелкам, но не могла заставить себя достаточно внимательно изучить это слово, которое раньше казалось ей таким интригующим, теперь лежало бесполезно и расплющенно у нее во рту. Только когда запах снизу заставил ее желудок болезненно заурчать, она сумела подняться с постели. Она прокралась к своей двери, почти ожидая, что та заперта, но снова напомнила себе, что она больше не пленница. Уже нет. Она медленно подошла к краю лестницы, присев на корточки, чтобы увидеть бар внизу. Бетти почти ничего не видела, но, судя по тому, что ей удалось разглядеть, они вместе завтракали. Ее желудок снова заурчал, издеваясь над ней. Последнее, что она съела, был консервированный суп Арчи, и было очевидно, что ее желудок хотел чего-то более существенного, но она продолжала смотреть. Она смотрела, как мужчины и женщины выстроились в ряд с тарелками, разговаривая и шутя друг с другом. Она была поражена, увидев пару бегающих вокруг детей. Почему в баре были дети? Она наморщила лоб, озадаченная открывшейся перед ней картиной. — Сегодня же воскресенье. — Бетти чуть не подпрыгнула от неожиданности, услышав голос позади себя. Ее немедленно отвели обратно в подвал, зеленые глаза рыскали вокруг нее, ожидая, что сон заберет ее только для того, чтобы он мог снова разбудить ее острым лезвием ножа. Она быстро встала, прижавшись к стене рядом с собой, стараясь казаться как можно меньше. Она крепко зажмурилась, не желая видеть, куда попадет удар или порез. — О боже, — нежные руки потянулись к ней, сжимая ее ладони, — я не хотел напугать тебя. — Она медленно открыла один глаз, затем другой, поворачивая лицо, чтобы посмотреть на голос, который только что говорил. Голубые глаза, а не зеленые. Она выдохнула то, что так долго сдерживала, и снова прислонилась к стене. — Это… — начала Бетти, — все нормально. Она произнесла эти слова со вздохом, чувствуя, как ее сердце опускается обратно в грудную клетку, где ему и следовало быть. Девушка посмотрела вниз на свои руки, которые все еще лежали на ней, но как только она взглянула на них, они исчезли, тепло, которое было там теперь исчезло. Бетти удивлялась этому, как человек, который казался таким холодным, мог быть таким теплым. Это был уже третий раз, когда он прикасался к ней, и каждый раз от нее исходило тепло, которое отсутствовало в его глазах, но становилось все сильнее, когда он касался ее кожи. Она снова взглянула на него сквозь ресницы, желая посмотреть на него, но все еще потрясенная своим страхом. Сегодня утром на нем была шапочка, серая и поношенная, в форме короны. Это было новое дополнение к его гардеробу, и она задавалась вопросом, кто будет носить шапочку летом. Его голубые глаза пронзали ее насквозь, она чувствовала его пристальный взгляд на каждом дюйме своего тела, как будто она была насекомым, которое он изучал. — Сегодня воскресенье, — снова заявил Джагхед, отрывая ее от своих мыслей. — Каждое воскресенье мы устраиваем большой завтрак в «змее» для всех змей и их семей. — Она насмешливо посмотрела на него, ничего не понимая. — Например, чтобы поговорить о том, что ты будешь делать на следующей неделе? Как банда? — Джагхед усмехнулся в ответ на этот вопрос, его глаза вспыхнули. — Нет, встречи обычно происходят в понедельник утром. Это просто то, что мы делаем, чтобы напомнить нам, что мы, ты знаешь…семья. — Она наблюдала, как он сделал паузу на этом слове. Семья. Как банда нарушителей закона может чувствовать себя семьей? В чем был смысл создания товарищества? — Почему бы тебе не одеться и не спуститься за чем-нибудь? Ты выглядишь так, будто не ела несколько недель.– она сразу поняла, что он не имел этого в виду, когда на его лице промелькнуло выражение ужаса. — Боже, я вовсе не это имела в виду, я просто хотел сказать… — Все в порядке, — тихо пробормотала Бетти, но ее едва можно было расслышать из-за шума, доносившегося снизу. — Я умираю с голоду. — она произнесла эти слова, подмигнув, и скользнула обратно в свою комнату, закрыв за собой дверь. Девушка прислонилась спиной к дереву, все еще чувствуя его присутствие за пределами своей комнаты. Ее сердце бешено колотилось, грудь тяжело вздымалась. Неужели она флиртовала? Что это было за Подмигивание? И вообще, откуда оно взялось? Она едва знала этого человека по норе в земле, за исключением того, что он, по слухам, был самым безжалостным лидером, который когда-либо был у змей. Так почему же она играет с огнем? Почему она вообще здесь? Все эти вопросы она задавала себе, натягивая футболку и джинсы. Она вздохнула, увидев, что ее талия поникла. То, что когда-то сидело на ней как перчатка, теперь обвисло на ее крошечном теле, ее рубашки и джинсы едва держались. Она была рада, что в комнате нет зеркала. Видя себя такой худой, она чуть не сломалась вчера после ванны. Это было не то, с чем ей хотелось бы сталкиваться часто, если вообще можно этого избежать. Она быстро собрала свои волосы в конский хвост, чувствуя себя немного более самой в этом тугом стягивании волос. Подойдя к двери, она взялась за ручку, сделала глубокий вдох и вышла в коридор. Она медленно спустилась по лестнице, оберегая свою здоровую ногу, осторожно оглядывая собравшихся вокруг мужчин, женщин и детей. Все вокруг улыбались и разговаривали, так непохожие на любую картину банды, которую она могла бы вызвать в своем воображении. Ее внимание привлек мужчина, который пришел к ней домой прошлой ночью, Пи. Или это был Свит Пи? Она стояла на последней ступеньке, наблюдая, как он приближается к бару с тарелкой наготове. Взгляд Бетти остановился на мужчине, стоявшем напротив Пи, высоком и красивом, раздававшем яичницу-болтунью, а бини уютно устроилась у него на голове. Она смотрела, как Пи что-то говорит, и была поражена, увидев, что мужчина напротив нее смеется. Она заметила, что все его лицо просияло. Его глаза прищурились в углу, голова откинулась назад, зубы сверкнули. Тихий голос рядом с ней прервал ее наблюдение. — А вот такое увидишь не каждый день. Бетти огляделась в поисках голоса и была встречена невысокой женщиной, которая казалась еще меньше из-за того, что Бетти все еще стояла на последней ступеньке. Она была хрупкой и с бронзовой кожей. Бетти окинула ее взглядом, словно вбирая в себя женщину. Темные волосы, обесцвеченные и выкрашенные в розовый цвет на концах, заплетены в две косы. Обтягивающая одежда, искусно разорванная и изодранная в клочья, чтобы выставить напоказ как раз достаточное количество кожи. Байкерские сапоги, которые, казалось, были частью секретного дресс-кода. Добрые глаза, приветливая улыбка. Это были вещи, которых Бетти не ожидала увидеть, но с радостью удивилась, обнаружив их. — Я Тони, — сказала маленькая девушка, протягивая руку Бетти. Бетти протянула свою руку навстречу руке Тони, чувствуя себя странно, когда та легонько пожала ей руку. — Джаг попросил меня убедиться, что у тебя есть еда. — Бетти посмотрела на девушку, потом снова на предводителя змей, который теперь прислуживал маленькому мальчику. Она никак не могла понять этих людей. Она снова услышала внизу кашель, который снова вернул ее внимание к Тони. — Это было бы потрясающе, — выдохнула Бетти, чувствуя, как в животе снова заурчало, словно она только и ждала этого момента, чтобы напомнить ей о своем голоде. — Отлично, — Тони широко улыбнулась ей, — следуй за мной.– Бетти спустилась с последней ступеньки, погрузившись в мир змей, пусть даже всего на одно мгновение.