Любовь или справедливость?

- Я согласна. – Мой голос получился таким тихим, из-за чего я всеми фибрами души надеюсь, что меня было не слышно, и еще есть шанс отказаться. Но глаза Ричарда округляются, уголки губ по миллиметру поднимаются вверх. Он резко встает и кружит меня по всей беседке. Наконец поставив моё тело на землю, он всматривается в мое испуганное лицо. - Прости. Просто я… Нет слов… Ты моя будущая жена! – Он смотрит с восхищением то на небо, то в мои глаза, благодаря всех богов за свое везение. Я же чувствую себя воровкой, укравшей место другой девушки. Не Джулии ли? Не думаю, что это было ее место. Но ведь есть на земле та самая, которая полюбит его всем сердцем. А может, она уже его любит? Мне становится только хуже от этих мыслей. Ричард ведет меня обратно на банкет, совсем не замечая моего поникшего настроения. Адам бы на его месте глаз не сводил с моего лица, заметил бы и запомнил на всю оставшуюся жизнь каждую эмоцию. Ох, Джесс, лучше заткнись! Мы выходим на люди, Ричард тащит меня в самый центр скопления толпы. Я же кручу головой во все стороны в поисках Эммы или стакана виски. Но ни того, ни другого спасательного круга нет поблизости… - Прошу минуточку внимания. – Ричард стучит вилкой по фужеру, от чего люди отрываются от своих светских бесед, устремляя высокомерные взгляды прямо на нас. Ричард, что же ты делаешь? Я чувствую себя овечкой, брошенной на растерзание львиной стае. - Сегодня мы собрались по очень важному поводу. Встречайте свою будущую королеву, Леди Джессику Рэббит. – Он отходит чуть назад, оставляя меня на съедение испепеляющим взглядам Джулии, Леонарда, Королевы Виктории и многих других. Только они незаметны на фоне предательски устремленных на меня золотистых глаз…

Адам

Открыв глаза, вижу хорошо знакомый потолок своей комнаты во дворце. Как я здесь оказался? Я пытаюсь привстать, но гремучая боль в башке заставляет вернуться в горизонтальное положение. Раскинувшись по всей кровати, я медленно поворачиваю голову, чтобы не нарваться на новые непереносимые ощущения. А где..? Ммм, как же ее… Стелла? Дверь открывается без стука, и в комнату входит бодрое его высочество. Я измученно закрываю глаза, не желая видеть его жизнерадостности, и опрокидываюсь головой на подушку, возбуждая новые позывы боли, отчего невозможно сдержать стоны. - Так тебе и надо. - Пошел нахрен. Ричард самодовольно улыбается: никто не позволяет себе общаться с ним так, как я, от чего он порой забывает, что он такой же человек, которого иногда просто необходимо посылать. - Я-то пойду, только, кто будет спасать твой зад? - Так вот кто меня сюда притащил… - Говорю я с презрением на лице. Рич присаживается в кресло, оперев руки о колени и нравоучительно глядя на меня. - Адам, пора завязывать. Раньше тебе трех дней хватало… - Хах, раньше… Раньше ты не отбирал мою любимую. - Не переживай, мамуль. Как-нибудь выкарабкаюсь. – С трудом присев, я беру стакан с водой и таблетку, заботливо приготовленные на тумбочке. - Спасибо. – Твержу я, не в силах поднять на него взгляд. - Это Джесс надо говорить спасибо… - Он встает, недовольно поджав губы, пока я застываю от услышанной фразы. Как только дверь захлопывается, я кидаю стакан с недопитой водой в стену, разбивая все без остатка. Так она поступила со мной…

Джессика

Никогда еще так старательно не красилась… Я критично осматриваю свое отражение в зеркале. В тысячный раз дотрагиваюсь до опухших синяков под глазами, пытаясь замазать их уже третьим слоем. Похожа на фарфоровую куклу, лишенную каких бы то чувств. Мне подходит… Легкий стук в дверь, оповещает о прибытии Ричарда. За последнюю неделю он быстро обосновался здесь, от чего я уже выучила его стук наизусть. Натянув милую улыбку, говорящую, что сегодня очередной прекрасный день, я встречаю принца, приоткрыв дверь. - Доброе утро, принцесса. – Он обнимает меня, нежно целуя в щечку. От его объятий одновременно становится и уютно, и еще более напряженно. - Как он? – оторвавшись от его тела, я не могу не вымолвить то, что крутится в моей голове на протяжении всей ночи. На протяжении всей недели… Услышав новость о скорой помолвке лучшего друга, Адам слетел с катушек в прямом смысле этого слова. Банкет окончился его пьяными криками о силе мужской дружбы и ничтожности любви. На следующий день его арестовала дворцовая охрана. Не сразу, конечно. Стража металась между исполнением своего прямого долга и подчинением руководству. Сложно, когда это самое руководство начинает пьяное хулиганство на территории дворцовой площади. Ричард расспрашивал о причине его подавленного состояния, на что Адам начинал свои второсортные шуточки, уводя принца от любых подозрений на мой счет. Что касается меня… Я умерла для него в один миг. Вот что сказал мне мужчина, устав от моих попыток с ним поговорить. Он кричал, как ошпаренный, вонзая мой же меч мне в сердце. Меня больше не существует для него… Ночные рыдания, истерики и метания рассказать ему о причине своего поступка оборвались, когда он начал шляться по стрип-клубам и борделям. Хоть Ричард и уверял, что в его стране их нет, Адам всегда был способен найти то, что захочет. И он захотел… Все ниточки, сплетавшие нас когда-то, в один момент отрезало без шансов на восстановление. Его не было день, два, может, и больше. Я перестала их считать: это слишком больно... Каждую ночь я выходила в город, не в силах оставаться во дворце, душащем своим напором, и комнате, стены которой скрывали мои ночные всхлипы. Жизнь превратилась в театральную постановку: улыбочка для Ричарда, обучение занудному этикету от Эммы, гневные вздохи Джулии о том, какая я неуклюжая, и ни одной весточки от Адама. Но Ричард не спешил его искать, уверяя, что это не первый его загул: завтра он вернется. Только он не возвращался… А Ричарда сильно и не волновала пропажа «лучшего» друга: он был занят государственными делами и подготовкой к коронации. В очередной раз бродя по ночным закоулкам Хезура, я наткнулась на довольно неприятный район. Собираясь как можно быстрее покинуть улицу, опошленную многочисленными дешевыми барами и клубами, я услышала хорошо знакомый голос. Адам стоял в темной подворотне с какой-то блондинкой, неприлично шаря руками по ее бедрам и говоря сам с собой, будто и не замечая этой дешевки в его объятиях. Ужасное зрелище начало отзываться тошнотой и яростной обидой, заставляющей бежать куда подальше, если бы в этот момент сознание телохранителя не отключилось, и он не упал на свою однодневную пассию. Еле выбравшись из-под тяжелого тела, девушка только раздраженно осмотрела свой помятый вид и ушла, цокая безвкусными шпильками. Превозмогая ненависть, волнение за мужчину все же заставило меня перевернуть его тело и позвонить Ричарду, который сразу же взял трубку. Мне пришлось долго объяснять новоиспеченному жениху, что я забыла в том районе в три часа ночи, от чего я еще тысячу раз пожалела, что позвонила именно ему… - Лучше всех. – сказал принц с сарказмом… и раздраженно? – Не стоит так о нем беспокоиться. – Его взгляд все еще добрый, но сердитый и настаивающий на своем, будто испепелял меня. Всегда внимательный и дипломатичный Ричард сейчас все больше походил на властного правителя, указывающего, что кому делать и когда. - Он наш друг. – Сглотнула нервно я, отстраняясь от него. – Жаль, что ты забыл. – Я натянуто улыбаюсь и обхожу его, так как не могу находиться здесь рядом с ним в таком настроении. Это уже не моя комната… Ричард с Эммой проводят здесь намного больше времени, чем я. Уже подойдя к выходу, я чувствую неприятно стиснувшую мое запястье руку. - Не надо. Так. Со мной. Разговаривать. – Его ноздри раздуваются все шире. – Я знаю его с пяти лет, а ты с прошлого месяца. Быстро вы сдружились, тебе не кажется? – Его гневный взгляд устремлен на меня через прищуренные веки, по скулам ходят желваки. Я еще не вышла замуж за этого человека, а он уже ревнует меня к каждому столбу. Пусть Адам далеко и не столб... Я вырываю руку, с гневом смотря на него. Не желая говорить ни слова, я разворачиваюсь и покидаю ненавистные апартаменты. Я - девушка, а не собственность. Иду по этажу, не разбирая дороги. Хочется выброситься из окна, лишь бы настал конец этому аду. Оказавшись в незнакомом коридоре, я опускаюсь по стенке на колени, наконец, оставшись наедине с самой собой. Что же я натворила? Я и дня не выдержу в статусе королевы… - Джесс! – Где-то вдали слышатся крики Ричарда. Я вздыхаю от утраты тишины, только что витавшей в воздухе рядом со мной… Его быстрые шаги начинают приближаться, говоря о его приближении. Не думая о своих действиях, я бегу дальше по коридору к ближайшей двери. Надеюсь, это не чья-нибудь комната… Хотя плевать... Я бесцеремонно врываюсь в номер, сбивая кого-то на своем пути, от чего мы падаем прямо на этого человека. - Какого хрена? – Шипит Адам, еще не узнав меня. Я затыкаю его рот рукой, чтобы остаться незамеченной для своего преследователя. Мои глаза беззвучно молят его помолчать и не сдавать меня. Он лежит подо мной в полном замешательстве от моего неожиданного появления здесь, падения на него и настойчивых просьб заткнуться. Наконец усмирив мужчину, я слышу, что шаги только приближаются. Черт… Неуклюже, но быстро я поднимаюсь с развалившегося телохранителя и прячусь в душевой, чтобы меня не поймали врасплох, но не успеваю прикрыть дверь. Адам все так и продолжает лежать, до конца не осознав, что происходит. Меньше надо пить! - Эм. Адам, у тебя все в порядке? – Я слышу растерянный голос Ричарда. Адам смотрит на меня, глазами спрашивая ответа на вопрос кронпринца. Я машу руками, чтобы он придумал что-нибудь. Он разворачивает голову и с ошарашенными глазами пытается найти объяснение своему лежанию на полу. - А по мне не видно? – Сказал Адам, подложив под голову руку для более удобного положения тела. Я закатываю глаза, произнося губами хвалу гениальности мужчины. Ответом ему был хлопок закрывающейся двери: Ричард не стал что-либо говорить, что мне на пользу. За все это время осознание происходящего все же достигло финиша, поэтому я не тороплюсь выходить из своего убежища. Надо же умудриться влететь именно в эту дверь… И как я сразу не узнала этот коридор? Он меня сейчас на месте прибьёт. Странно, что вообще решился прикрыть… - Ты так и будешь восседать на моем унитазе? – Очнувшись, я понимаю, что от волнения не посмотрела, куда присела. Резко встав, я врезаюсь головой в настенную батарею, снося бутылочки с полок. - Ау... Я… Эм… Пожалуй, пойду. – Говорю, потирая шишку. – Пока не снесла все остальное… - Я пробираюсь к выходу из ванной комнаты, но Адам не опускает руку с дверного проема, не давая мне пройти. - Никуда ты не пойдешь. – Он проводит меня в комнату и берет с тумбочки аптечку, которую я искала полночи, чтобы дать ему таблетку. Адам по-хозяйски усаживает меня на кровать, беря мою голову в руки и вертя, чтобы увидеть, куда пришелся удар. - Тут ничего нет. – Говорит он, устремляя на меня обвиняющий взгляд. – Притворюшка. - Как нет? – Как он может мне не верить? Я вскакиваю к зеркалу, чтобы указать на шишку. – Видишь. У меня будто вторая голова растет. – Я поворачиваюсь, не ожидая, что он стоит буквально в миллиметре от меня. Сделав испуганный вздох, я задерживаю дыхание от невыносимой близости. Адам смотрит на меня сверху вниз так внимательно и серьезно, что я ощущаю себя как под микроскопом. Не получается сдвинуться ни на сантиметр, да и не хочется. Его черты лица начинают каменеть: так всегда происходит, когда он хочет поцеловать меня или просто дотронуться, но не позволяет себе этого сделать. В голове образуется тупик, закрывая путь любым мыслям. Мне достаточно просто стоять здесь, ощущать тепло, идущее через маленькие островки воздуха, разделяющие нас, без вести теряться в его глазах, устремленных только на меня, просто быть рядом. Но он опускает взгляд, нервно качая головой из стороны в сторону, будто пытаясь унять поток ненужных мыслей. В ту же секунду я будто возвращаюсь с небес на землю, теряя эту иллюзию. Адам вновь устремляет на меня взгляд, но уже с обвинением и осуждением, от чего мне становится невыносимо стыдно перед ним и перед собой. - Ты такая глупая. – Говорит он тихо, но мои органы чувств до предела накалены, поэтому способны уловить мельчайшие звуки шорохов. Он печально улыбается, смотря в потолок. Я же просто сгораю от пламени, сжигающего всю плоть внутри. Я бы могла сказать, что мне жаль, но это слово не способно вместить все то, что я чувствую. Я буквально ненавижу себя за то, что разрушила все то прекрасное, что могло быть у меня. Но хуже этого осознавать, что разбила не только свое, но и чужое сердце. Сердце человека, который начал меняться ради меня, который решил раскрыться и довериться. А я приняла все это без остатка и ушла… Ушла к его лучшему другу. Слезы за собственное предательство начинают щипать на щеках. Не выдержав, я бросаюсь на выход, желая на самом деле исчезнуть из его жизни, чтобы лишний раз не приносить ту боль, что и сама чувствую при встрече. Но я сделала свой выбор, даже если он оказался неправильным…