Dark Gold

Через непосчитанный отрезок времени Леон-Ляммьер почувствовал, что больше не может плакать, будто бы слёзы действительно заканчиваются. И только тогда он встал. — Я люблю тебя, папа. — прошептал парень. — Не знаю, но люблю. Всем сердцем… — лишь отойдя, он обтрусил волосы и джинсы. Помня о том, что его ждёт Джена, Леон спустился вниз, к сцене. — Ты как? — увидев его, спросила Буччеллати и протянула бумажную салфетку. — Спасибо. Лучше. — ответил Польнарефф и осторожно прошёлся белой тканью по коже. — Ты так смотришь в центр… что произошло здесь с тобой? — Я думала, что моя душа умрёт прямо тут. — честно сказала девушка. — А на самом деле она лишь ожила. Когда я вернулась в Италию спустя тринадцать лет за границей, всё, чего я хотела — найти моего брата. И когда я увидела его мёртвое тело прямо там — обернувшись, Джена показала на арену. — Я словно упала с неба, причём не просто на Землю, а в глубокий-глубокий карьер, на дне которого были острые камни. Когда Буччеллати закончила свою историю, они уже стояли возле дверей небольшого кафе. — Зайдём? — спросила девушка. — С удовольствием. — заметив в углу зелёную табличку, Польнарефф потянул на себя ручку двери. Выбрав самый отдалёный столик за углом, они развернули меню. — Так, я люблю пить кофе во второй половине дня, об этом хорошо знает Джорно, но пора бы избавляться от этой дурной привычки. Особенно после наступления сумерек. Возьму-ка я чай с лимоном. — Эх, жаль тут нет виски. — улыбнулся Леон-Ляммьер. — Ага, а мне тебя потом пьяного тащить непонятно куда. — в ответ парень засмеялся. — Да шучу я. Сам знаю, что в таких ситуациях напиваться — один из худших вариантов. Я буду горячий шоколад. — сделав заказ, они вернулись к теме. — Ты знаешь, я никогда не чувствовал, как это — иметь родителей. Моя мать бросила меня в роддоме, и оставила чуть-чуть денег, своё фото и записку. Там было написано что-то типа «Я прошу прощения, но я не в силах обеспечить даже себя, поэтому тебе лучше будет без меня, я бы всё равно никогда не стала хорошей матерью. Твой отец понятия не имеет о твоём существовании и скорее всего ему тоже не до детей, поэтому тебе не стоит искать его — это вновь разобьёт твоё сердце. Однако это должно быть твоё сознательное решение, поэтому я скажу тебе, что его имя — Жан-Пьер Польнарефф, что делать с этой информацией, ты должен понять сам. Прощай и будь счастлив, Леон-Ляммьер.». Судя по фотографии единственное, что я унаследовал от неё — смуглая кожа. — Мне так жаль… А его фото ты видел? Может, ты похож на него? — А-ай! Ш-ш-с-с! — зашипел француз, сделав слишком большой глоток. — Да. — Не сильно обжёгся? — заботливо спросила Буччеллати. — У меня есть вода, тебе нужно? — Да, было бы неплохо. Ты очень запасливая. — Это так кажется. — засмеялась девушка, поставив на стол чёрную сумочку, чтоб вытащить оттуда бутылку. — На самом деле я всегда всё теряю, забываю и мне вечно чего-то не хватает. — Слушай, а ты, должно быть, дофига зарабатываешь. — заметив название бренда на сумке, Польнарефф чуть было не поперхнулся водой. — Сколько она стоит, если не секрет? — Около трёхсот тысяч лир. — ответила Джоанна.- Я консильери, это не удивительно. Вода, которую ты пьёшь тоже не самая дешёвая. — усмехнулась она. — Оу, серьёзно? Сколько? Я верну! — занервничал Леон. — Да сиди ты спокойно, идиот! — вновь засмеялась Буччеллати. — Я ещё с друзей денег за воду не брала! — Кхм, да, что-то у меня котелок плохо варит сегодня. — Это понятно. Ты столько пережил… я даже не представляю, как ты до сих пор держишься. — Как-то. — улыбнулся парень. — Думаю о папе, и пытаюсь сделать всё, чтобы он мог мной гордиться. — Но ты же понимаешь, что должен жить в первую очередь для себя? — Та да. Так будет только первое время, а потом я смирюсь и отправляюсь дальше. Ты ещё скажи, что никогда не чувствовала, что буквально живёшь ради Бруно. — Чувствовала, если уж честно, то с того момента, как потеряла его до того, как наконец обрела свою нынешнюю жизнь. — Ну вот. Так что это нормально. Просто пока ты недостаточно силён, мысли о важных тебе людях дают тебе дополнительную силу. — Мудро сказано… — задумалась девушка, попивая чай. — Я не старался, честно. — усмехнулся парень. — Так значит, ты знала Джотаро? — Да, и это значительно упрощает нам задачу. Просто организуй нам встречу, а там мы сами договоримся. — Не-не, синьорина Буччеллати, всё не так просто. Если бы он доверял тебе, вы бы уже давно это обсудили. Но, видимо, он предвзято относится к Мафии, и какие бы там отношения у вас не были раньше, сейчас он насторожен и верит, что ваши руки — не подходящие руки для столь важной вещи. — Ну, если наша связь не поможет особо, то всё равно ведь придётся поговорить. Что, если ты проведёшь меня и нескольких наших ребят в ваш отель, так, чтобы нас было равное количество? Желательно, чтобы Джорно не вступал в разговор, но был рядом, на всякий случай. Это уже своего рода наше негласное правило при решении корня проблемы. — Не назвал бы это идеальной стратегией, но варианта получше у нас в любом случае нет. Леон и Джена ещё немного поговорили о родителях, о жизни девушки в Неаполе, после чего француз написал свой номер на салфетке и, по-дружески, тепло обняв Буччеллати, попрощался. Когда Джоанна вернулась в отель, Джорно уже собирался в душ, соответственно мини-собрание по поводу их с Леоном плана было назначено на завтрашнее утро. Через полчаса уже Буччеллати вышла из ванной комнаты и легла в кровать, обняв парня со спины. В этих объятиях не было никакого намёка на пошлость или чего-то подобного — лишь желание быть ближе, показать свою любовь и поддержку и просто почувствовать умиротворение рядом с любимым человеком. Джованна тут же положил свою правую руку на руку девушки, нежно поглаживая её. Затем он накрыл ладонь Джены своей и она уткнулась носом в его шею. Тёплое, едва ощутимое дыхание девушки вызвало табун мурашек у парня. — Ты знаешь, как я счастлив быть рядом с тобой? — тихо спросил парень. — Мы ведь и не так давно знакомы, а с тех пор прошла целая жизнь… — Ровно и как для меня. И самое прекрасное — что одну из главных ролей в этой моей новой жизни играешь именно ты. Рядом с тобой я чувствую себя сильной и любимой, а именно этого мне всегда не хватало. — А я счастлив давать тебе то, что тебе нужно. — улыбнулся Джованна. Джена не видела этой улыбки, но прекрасно почувствовала её. — Ты знаешь, чего я хочу? — М-м? — Когда вся эта история со стрелой решится, то хотя бы на недельку отдам организацию в руки твоего брата, ему я доверю её без колебаний, и увезу тебя в какое-нибудь тихое историческое место, где можно просто наслаждаться красивыми видами и интересными экскурсиями. Если, конечно, тебе приносит удовольствие такой вид отдыха. — А почему бы и нет? Я была во Львове три раза, и в последний из них я поняла, что подобное действительно может быть интересно. Как насчёт Германии или Швейцарии? — Хм, ну посмотрим. Там должно найтись много подходящих мест. — Снимем маленький домик и почувствуем себя в шкуре пожилых богатых парочек, которые прожили всю жизнь вместе? — Типа того. — пустил смешок парень. — Хочется говорить с тобой ещё долго-долго, прямо почти как в ночь нашего знакомства… — Но завтра сложный день, и поэтому надо спать. — закончила за парня Буччеллати, поцеловав звезду на его плече. — Ага. Спокойной ночи тебе. На следующее утро после завтрака команда вновь, уже в который раз, собралась в номере Джорно и Джоанны, чтобы обсудить планы. — Окей, я вроде со всем согласен. — сказал Миста. — Но лучше позвать самого Леона и уточнить детали, вам так не кажется? — Конечно, ты прав. — кивнул босс. — Он оставил мне номер. — встав с дивана, Буччеллати кинулась в спальню за салфеткой. — Сейчас наберу и скажу, чтобы приходил при первой же возможности. С одной стороны звонок Джены был неудобен Польнареффу, так как именно в этот момент он докладывал Джотаро о своих успехах, но с другой — он не обсудил с Пассионе, что должен сказать Куджо, и сейчас представилась прекрасная возможность это сделать. — Извините, Джотаро-сан, можно я отвечу? — Почему бы не перезвонить потом? — холодно спросил мужчина. — Это очень, очень важный звонок, правда! Вы бы знали, какую прекрасную девушку я встретил вчера… был почти уверен, что она не позвонит, вы должны мне позволить! — Эх, не будь ты сыном твоего отца, я бы сделал тебе выговор за неуважительное отношение к своим обязанностям… иди уже! — махнул рукой Куджо. — Доброе утро, прекрасная синьорина. — радостно пропел в трубку француз, благодарно кивнув боссу. — Ты что, с дуба рухнул, друг мой? Забыл, что мой парень — твой неофициальный босс? — Да спокойно ты, я был на допросе у Джотаро. Сказал, что встретил девушку, которая мне безумно понравилась и что мне очень важен этот звонок. — И Джотаро тебя из-за этого выпустил? — с сомнением фыркнула Буччеллати. — Сказал, что я сын своего отца. — со смешком ответил ей Польнарефф. — Ах вот оно что… Ладно, что ты ему собираешься говорить? — Часть правды. То есть, что вы хотите поговорить и попросили меня организовать встречу. И что вы думаете, что я на вашей стороне. Технически, это тоже правда, потому что я на обоих сторонах и не хочу, чтобы кто-то пострадал. — Хорошо, сойдёт. Если Джотаро согласится на встречу, назначай любое время, когда в отеле будет мало людей. И самая важная деталь… — Я весь внимание, синьорина Буччеллати…