Академия волшебников

      — Взять их, — процедила она, с презрением глядя на второкурсниц. От ложной доброжелательности не осталось ни следа. К Огонькам сразу подошли четверо человек, хватая за руки и заводя их за спину. — Братец будет о-очень доволен, — сладко и нараспев протянула девушка, весело постукивая каблуками, и удалилась вглубь коридора.       Элизабет резко отпрянула в сторону от незнакомки, но блондинка даже не взглянула в её сторону, проходя сквозь волшебницу воды. Мозг Черных лихорадочно вычислял местонахождение и уровень ухудшения ситуации. Девушка съехала по стене, благо, опираться на предметы она могла. Полупризрак. Лиззи встала, отряхивая руки, и побежала вслед за брыкавшимися второкурсницами, которых за руки вели здоровенные амбалы в чёрной одежде.       — Эй, отпустите нас! — закричала Полина, не видя других выходов из ситуации, и начала вырываться. Её мгновенно скрутили, оставив девочке возможность тихо всхлипывать от боли. Злата качнула головой, мол, это бесполезно, и в ту же секунду Элизабет выдернуло наверх.       — Нет! Злата! — воскликнула она, резко садясь в кровати. Рядом с ней подскочил Кирилл, удивлённо глядя на девушку. — Сон. Всё плохо.       — Время четыре утра, — вздохнул Мещеряков, притягивая старосту к себе, гладя по спине, успокаивая. — Поспи ещё пару часиков, а потом мы все соберёмся и пойдём к тёте Снежке и тёте Варе.       Лиззи лишь вздохнула, пытаясь унять так бешено стучавшее сердце, и стала вновь погружаться в сновидения на плече Кирилла. Парень, как только девушка уснула, аккуратно укрыл её одеялом и вышел из комнаты, направляясь к двери младшей-Князевой. Постучал он только ради приличия или того, что в комнате спокойно мог пребывать Марк, потому что в любом другом случае Кир бы нагло снёс дверь с петель. Открыл ему заспанный Абрикосов, зевая и подпирая косяк плечом.       — Позови Вику, пожалуйста, — попросил Кирилл, нервно покусывая губы. — Лиз приснился очередной сон. На этот раз всё слишком серьёзно.

***

      — Тебе с начала сентября снятся вещие сны, а ты об этом нам не сказала? — строго спросил Фил, отмеряя небольшую комнатку шагами. Лиз кивнула, жалобно смотря на отца.       Старосты направились в деканат, даже не дожидаясь будильника. Сейчас, в половину шестого утра, перед ними сидели чуть ли не плачущая Снежка и хмурые Варвара с Кирой. Филипп же предпочёл ходить перед ребятами, нервируя каждого, кто находился в комнате. На небольшом диване примостились Вадим и Ксюша, что легла парню на ноги, досыпая свой положенный час. Слегка подрагивающая от холода Вика сидела на кресле, а на её плечи положил руки Марк, внимательно следя за состоянием троих женщин-деканов в комнате. Кирилл и Лиз в обнимку сидели на кресле, а Феликс опирался на ближайший угол.       — Вы знаете историю о финальной битве? — тихо спросила Снегурочка, пытаясь унять дрожь в пальцах. Компания кивнула. — Всё было не совсем так, как мы рассказывали.       — Тогда заклятье Моргарта от гитары не ударилось об стену, рассыпаясь на мелкие куски. Оно отлетело в Снежку, а затем и в меня, — вздохнула Мещерякова-старшая и обняла себя за плечи. Кир сочувственно взглянул на маму, слегка прижимая к себе Лиззи.       — Это проклятие переполнило магическое ядро настолько, что тебя просто разрывало на куски. Причём наполнителем служила разъедающая за час ядро кислота. Но в Киру оно полетело рикошетом, поэтому пострадали только её дети, — добавила Варя и невидящим взглядом уставилась в окно.       — В смысле «пострадали»? — переспросил Вадим, чуть сжимая тёплые пальцы Ксении.       — В том, что они получили немного магии за счёт той самой кислоты. Она действует только на волшебников, из-за чего в срочном порядке образовалось наполнение ядра. А смогло оно наполнится из-за частого соприкасания с магией у тёти Киры. В Кирилле магии почти нет после проклятия, как и в Ксюше. Но если у Кира её было мало изначально, то у Ксю ядро переполнялось, — не задевая больные темы, объяснил Феликс, складывая руки на груди. Варвара Викторовна благодарно ему кивнула и откинулась на спинку стула.       — Спасибо, — отозвался Князев.       — В итоге чем это навредило мне? — нетерпеливо задала вопрос Черных.       — Мы сразу распознали это проклятие, так как Снежке стало плохо с первых минут его получения. Мы провели сложный ритуал, что перекладывал её проклятие на следующее поколение. Погибнуть от проклятия должна была ты, Лиз, — не скрывая правды ответила бывшая Сменкина. — Твоё ядро, изначально наполненное под минимум, всего-навсего разъело, а потом кислота перешла на организм.       — Но после твоего рождения мы провели очередной ритуал. Твоё ядро было почти не заполнено, но это наследственное, и магия должна была проявиться очень поздно. Спустя годы исследований мы смогли перевести проклятие в другое русло. Ты стала очень сильной магически. Поэтому выброс магии у тебя случился раньше всех, несмотря на то, что ты самая младшая, — тихо выдала Черных-старшая со слезами на глазах. — Ты можешь остаться без магии. Как и мы все.       Элизабет резко вскинулась. В её глазах читался явный испуг, до боли сжимающий сердце, что так волнительно билось за друзей и семью. Виктория нахмурилась, внимательно переводя взгляд с матери на подругу.       — А теперь рассказывай содержание своего сна, — потребовал Фил и залез на подоконник.       — Самый последний сон. Злату, Кр… Полину и Арину схватили, уводя их куда-то. Блондинка такая. Очень глубокие скулы, ярко-красные губы, волосы в пучке, откуда выбиваются пара прядей и зелёные очки, — на этом моменте Кира и Филипп неуверенно переглянулись, слушая Лиз дальше. — Скрутили их четыре здоровенных амбала и куда-то повели. Я была как будто призраком: меня никто не видит, сквозь меня все ходят.       — Свободны, — твёрдо приказала Варя, но никто не сдвинулся с места.       — Мам, ты же знаешь действие проклятия. Чем это нам грозит? — напрямик спросил Вадим, аккуратно прижимая шелохнувшуюся Ксюшу к себе, уводя обратно в сон.       — Ритуал был слабый, а мы — молодыми. Установка наших ядер не была ещё завершена до конца. Всего лишь год оставался. Но этот год мог стать последним для Снежки. А ещё мы не знали всех тонкостей, из-за чего до конца нейтрализовать проклятие не получилось, — медленно выдала Князева, сцепливая руки в замок.       — А теперь свободны, — вскочила Кира Андреевна, случайно смахивая свой стул назад. Не смея перечить, компания потихоньку вышла. Маг молний и ветра аккуратно поднял Мещерякову-младшую на руки, пытаясь телепортироваться в спальню. Магия не работала, из-за чего Вадим рассерженно хмыкнул и скользнул за дверь.       — Ты думаешь, что это она? — тихо спросил Черных, головой облокачиваясь на оконную раму.       — Другие варианты? — кисло задала вопрос Кира, заваливаясь на диван, где пару секунд назад спала её дочь.

***

      — Да что ты будешь делать! — зло воскликнула Вика, пытаясь выдавить из себя хоть крупицу магии. Лиззи, что сидела на кресле, внимательно наблюдая за подругой, подняла бровь и выпустила поток воды в неё. — За что? — возмутилась Князева, гневно глядя на Черных сквозь мокрые цветные пряди.       — Чтобы остыла, — лаконично ответила она, пряча руку обратно под плед.       — Она права, Вик, ты сейчас на нервах и очень недовольна, — вздохнула Ксюша, слегка сжимая подрагивающие от холода пальцы.       — Как и все мы, да? — спросил Князев, спускаясь из своей комнаты с весьма недовольной миной. — Ксюш, напряги мозги! Вика уже теряла магию, но она вернулась. Сейчас уже второй день ничего ни у кого не работает! — воскликнул Вадим, стукая кулаком по косяку.       — Я такого не говорила, — едко отозвалась Мещерякова и благодарно улыбнулась Лиз, что накинула на неё плед, укрываясь почти с головой.       В дверь, что вела из гостиной молний застучали. Их староста скривился, но подошёл ко входу в гостиные факультета, распахивая дверь.       — Вадим, никто не может колдовать, — выпалила девочка лет четырнадцати. Ксения фыркнула, мол, не новость.       — Я запрещал колдовать учащимся младше девятого курса, — шпажист скрестил руки на груди.       — Так это Герда пытается! — возмутилась девочка. — Она искрами пуфик подожгла, а вихрь электрический нормальный так и не сделала.       Вадим недовольно цокнул и прошёл в гостиную за подопечной. В дверь Земли также постучались.       — Чувствую, это ждёт весь дом магов, — вздохнул Феликс. — Предлагаю вновь наведаться в подвал. Допустим, можно завтра.       — Так что мы в итоге имеем? — хмуро спросила Вика, садясь в кресло возле камина. Возле неё, втиснувшись сбоку, сидела укутанная в их с братом плед Ксюша с кружкой горячего чая, что ей принёс кузен. С наступлением зимы девушка вновь начала мёрзнуть, из-за чего и без того тёплый гардероб наполнился кучей кофт, свитерами и толстовками.       — Все студенты потеряли магию. Родители держатся только за счёт проводников, в которых накоплена магия, но и у них заблокированы ядра, — подытожил Вадим, сидевший на ковре, облокачиваясь на кресло. — Нам…       — Попрошу без выражений, — возмутилась Элизабет, и мат парня утонул в её гневном высказывании.       — Ой, Лиз, да иди ты, — лениво отмахнулся Князев, глядя в потолок. Он быстро утихомирил факультет, призывая не пользоваться магией, и вернулся обратно.       — Ребят, — в гостиную ворвался Марк, резко хлопнув дверью, что вела к факультету. — Близнецы Рыжовы и Арина пропали.       — В смысле, пропали? — вскочила Виктория, глядя на Марка.       — В прямом, Вик. Их нет нигде. Никто не видел их со вчерашнего дня. Испарились. Исчезли. Называй, как хочешь, — повёл плечами Абрикосов и с усталостью упал на ближайший стул.       — Срочно к маме, — выдал его лучший друг и поднялся с пола, отряхиваясь от невидимой пыли. Они собрались в круг и телепортировались.       Варвара сидела в своём кабинете, разбирая документы учеников по просьбе Алёнки. Ей понадобилось досье на сестёр. В секунду все бумаги перепутал вихрь, что возник в комнате.       — Вадим, усмиряй магию после телепорта, — укоризненно произнесла она, поднимая разбросанные бумаги в воздух.       — Прости, мам, — без капли сожаления сказал он. — Можешь даже не искать эти бумаги, их обладатели пропали, — искривил в непонятной усмешке рот Князев. Варя ойкнула и, наконец, подняла глаза на прибывших старост. Марк кивнул, подтверждая его слова. Директор достала связное зеркало и вызвала абсолютно всех до единого. Через минуту в сборе были все преподаватели, а Марк в который раз рассказывал про подопечных. Алёнка сидела вся напряжённая, и успокаивали её только мягкие руки мужа, лежащие на плечах. Совсем недавно приехал, и как обычно, сразу на неприятности.       — Могу сказать только одно, — подвёл итоги Саша. — Усиляем оборону, чтобы никто не мог ни выйти, ни зайти.       Варя согласна кивнула, повертела ручку на пальцах и что-то черканула в блокнотике.

***

      — Сколько мы уже тут? — слегка дрожа, выговорила Злата.       — Примерно четыре часа, — ответила Петрова, развалившись на холодном полу.       После того, как девочек скрутили, их отвели в странную комнату. Бетонные стены были чисты, но на гладком кафельном полу валялось много перьев. Постоянно по всей темнице разносился скулёж, рёв и лязг. Нервно озираясь по сторонам, Злата пришла к выводу, что тут держат каких-то непонятных зверей. К ней ластился один, скуля в след, но девочка не совсем поняла, что от неё хотят.       — Мы тут надолго, — вздохнула Полина, держась за прутья и вглядываясь в темноту соседних камер.       — И кой чёрт меня дёрнул идти за тобой? — горестно вздохнула Злата, опускаясь на пол к подруге. — Надо попробовать разжечь огонь.       — Ты помнишь, как? — спросила Полина, оборачиваясь.       — Примерно, — Рыжова закусила губу и вытянула руку вперёд. Лёгкие искры моментально потухли. — Мне что-то не даёт это сделать, — она вздохнула.       — Магический блок, — прошептала Арина, сжимая пальцы.       Дверь в темницу со скрипом отворилась и вошёл очередной «слуга», как украдкой назвала его Петрова. В них быстро запустили заклинание, от чего троица ничего не видела и не слышала.       — Эй! — возмутилась Полина. — Я могла просто глаза закрыть!       Ей не ответили. Второкурсниц грубо толкнули в сторону выхода. Девочки нутром чувствовали, что их ведут в другую комнату. По коже прошёлся мелкий холодок, словно они вновь оказались в коридоре. Злата попыталась расплавить веревки, связывающие руки, но смогла лишь вырвать столб пламени, что прошёлся аккурат по стене и лицу рабочего. Он громко заругался, сетуя, почему не поставили блок в коридорах. Рыжова съёжилась.

***

      — Разделяемся, — велела Вика. — Я и Марк берём южное крыло, Ксю, Вадим, на вас — западное. Кирилл и Лиз, берёте восточный и крышу, Феликс, — она виновато взглянула на него.       — Я северный, — закончил парень и слегка улыбнулся подруге, показывая, что не в обиде. Князева кивнула и, взяв Марка за руку, телепортировалась. Следом за ней испарились Ксюша и Вадим. Мещеряков усмехнулся:       — Ну, а мы по старинке, — Лиз хохотнула на высказывание парня и приняла протянутую руку, уходя вдаль. Феликс хмыкнул и отправился в северное крыло.       Западное крыло — одно из менее используемых крыльев академии. Как раз там находились заброшенные коридоры, где ребята часто прогуливали уроки, а также пара классов фехтования для старших курсов. Именно в одном из них оказались Ксения и Вадим. Они шли молча, заглядывая буквально в каждый угол, просматривая каждую пылинку. Мещерякова чихнула, на что шпажист усмехнулся. Она вытащила закрытую пачку орехов из-под манекена, кидая мусор в ближайшую урну.       — Нашла что-нибудь? — крикнул Князев, оборачиваясь.       — Нет, — раздосадованно ответила Ксюша, отряхивая синие рваные джинсы от пыли.       — Тогда уходим, — кисло сказал парень, протягивая руку и помогая выбраться из небольшого подвальчика в классе фехтования. Арбалетчица сдула с лица прядь, что мешала глазам, и схватилась за пальцы Князева, как утопающий за соломинку. Он резко дёрнул её вверх, из-за чего Ксюша вмиг оказалась на деревянном полу. Мещерякова шмыгнула носом и уже собралась идти на выход, как её перехватила рука Вадима, притягивая к себе. Он хмыкнул, оглядывая слегка покрасневшее лицо Ксюши и переместил их.       — Тьфу ты, — девушка закашлялась от неожиданности. — Ещё раз так неожиданно телепортируешься — останешься с фингалом, — пригрозила она и залезла на излюбленный шестой подоконник. Шпажист качнул головой и сел рядом, протягивая девушке зажигалку. Ксюша достала пачку сигарет, задрала ноги на когда-то белое покрытие и легла на плечо Князева, зажигая сигарету и себе, и ему. Своеобразный ритуал: у неё пачка, у него зажигалка. Они молча курили, иногда слишком громко выпуская дым или неприятно шаркая ногами о поверхность. Им не нужно было слов, чтобы понять. Обоих с малолетства учили, что чувства словами не показываются. Дым медленно пожирал здоровье лёгких как и Ксюши, так и Вадима. Она вздрогнула, когда буквально ледяная рука парня легла на талию, вырисовывая незамысловатые узоры. Она дёрнулась, когда холодные пальцы поднялись выше, к плечу. — Перестань, — тихо и сипло попросила Мещерякова, где-то в глубине души желая, чтобы он ослушался. Маг закатил глаза, прижимая её боком к себе. Холодные кончики пальцев дотронулись до шрама, отчего по девушке прошёл электрический разряд. Было ощущение, что грудь наполнилась чем-то тёплым, и это была не реакция организма на близость. Неожиданно мозг протрезвила безумная идея. В принципе, можно было её предложить, но, зная Вадима, можно быть уверенной, что он откажет.       — Слушай, Вадим… — нервно выдала Ксюша. — Мы не проверили подвал.       Князев удивлённо вскинулся.       — Чего сидим тогда? — он спрыгнул с подоконника, за талию спуская Мещерякову. Девушка закатила глаза. Быстро нашарив кнопку, арбалетчица первая спрыгнула вниз, слегка задевая арматуру и громко матерясь. Вадим недовольно вздохнул и пошёл первым.       — Может, они реально сюда пошли? — спросила Ксения. — Что-то я не помню, что мы особо скрывались, когда заходили сюда.       — Они вполне могли подсмотреть, когда в последний раз ходили, — закончил за неё Князев, пожимая плечами. Они вошли в проход, что вёл к развилке. Арбалетчица, не задумываясь, выбрала тот, в который они ходили раньше. — Тебе, кстати, ближайший месяц сюда ходить абсолютно не желательно.       — Заткнись, пожалуйста, — она поморщилась, — мне Вики и Лиз хватает с их нотациями.       Вадим расхохотался, подталкивая Ксюшу в сторону выхода.       — Тут нам делать больше нечего, — девушка сопротивлялась, отчаянно цепляясь за гладкие стены.       — Ауч! — воскликнула она, отрывая руку от стены. Рука была чересчур горячей. На стене виднелся след от магии огня. Они переглянулись. — Предлагаю вернутся сюда позже, а пока нам надо рассказать ребятам.       Вадим кивнул и телепортировал их.

***

      — Нашли что-нибудь? — спросила Вики у подходящих к столовой Кирилла и Лиз. Они отрицательно мотнули головой, садясь за столик. Все уже были в сборе. Кроме Вадима и Ксюши. Князева-младшая нервно побарабанила по столешнице, слегка разминая пальцы. — Где эти два недоразумения ходят?       — Не ходят, а бегают, — поправила её подошедшая сзади Мещерякова, напугав подругу.       — Тьфу ты, Ксю! — возмутилась Виктория. — Всё, идём поедим, а потом уже разбираться будем. — Ксюша хмыкнула и со спокойной душой заняла место старосты Ветра. Девушка на это лишь со вздохом сжала губы, уходя за супом для себя и подруги.

***

      Старосты расположились перед камином. На улице очень похолодало, от чего не спасали ни батареи, ни открытый огонь. Завывал ветер, грозился выпасть снег, но шёл всё равно дождь, громко морося по окну. Весело трещали поленья в камине, отстукивая известную лишь им мелодию. Ярко полыхало пламя.       Ксюша поёжилась: ветер пробрался и к ней, хотя девушка была укутана в два пледа. А ещё Мещерякова до сих пор злилась на друзей, считая, что уже вполне способна тренироваться и заниматься наравне с остальными. Они уже множество раз устраивали спарринги, а она отсиживалась в стороне. В такие моменты компанию составлял братец, которому было не с кем соревноваться. Остальные либо судили, либо разбивались на команды. Оживала арбалетчица только на боях Вадима или Вики. У двух детей стихийницы магия была на высшем уровне, поддаваясь только тем, у кого способностей больше. В последнее время разогрелся интерес во время спарринга, где участвовала Лиз. Словно ядро Черных наполнилось.       Девушка аккуратно поднесла тёплую чашку к сухим губам, отпивая немного имбирного чая. Она слишком полюбила его и даже иногда стала отказываться от кофе, делая выбор в пользу чашки напитка от кузена. Ксюша снова заняла самое ближайшее к камину место. У ног арбалетчицы сидел Вадим, облокачиваясь на свободные участки кресла. Парень задумчиво черкал очередной конспект для урока истории сказочного мира. Вика и Марк спали в обнимку на одном из дальних кресел, сидя почти что у приоткрытого окна. Кирилл и Лиззи вместе что-то рисовали, примостившись на диване. У Мещерякова на бумаге появлялись черты знакомого лица, а Элизабет даже не приложила грифель к бумаге. Черных напряглась, отчего на лбу появилась небольшая складочка. Она пыталась вспомнить последний сон. Решив просто рисовать наугад, девушка вздохнула, прикрыла глаза и поднесла карандаш, слегка нажимая кончиком на лист скетчбука. Спустя полчаса мучений начал вырисовываться чёткий лайн. Лиз пригляделась и тихо ахнула.       — Вадим, — громко позвала она. — Иди сюда.       Парень поднял бровь, захлопнул параграф, по которому он писал конспект и поднялся, подходя к донельзя серьёзной Элизабет, которая теребила загнутый уголок рисунка. Кир посмотрел на неё в немом вопросе, но Чёрных лишь слабо мотнула головой, в упор смотря на подходившего друга.       — У тебя с собой амулет? — Князев кивнул. Эта небольшая подвеска в виде четырёхлистного клевера с круглой серединой служила накопителем магии у компании. Амулет был аналогом амулета стихий Варвары. На каждом лепестке была выгравирована эмблема огня, воды, воздуха и земли, а в середине — молния, что вошла в историю совсем недавно.       — Зачем? — подозрительно покосился на неё шпажист. Пользовались этим накопителем очень редко. Чаще всего, если у кого-то из старост переполнялось ядро, амулет заполнялся магией. После — наполняли проводники, если они были разряжены.       — Надо, — отрезала Черных, выхватывая артефакт из рук лучшего друга. Кирилл и Вадим переглянулись: такую Лиз они могли лицезреть не часто. Девушка же в это время подошла к Ксюше, садясь перед ней. Мещерякова отставила кружку в сторону, в изумлении глядя на вертевшую в руках артефакт подругу.       — Тебе не холодно, ведь так? — уточнила маг Воды, поднимаясь с корточек. Арбалетчица угрюмо кивнула.       — Только не говори, что… — вскинулась Виктория, что уже давно проснулась от восклицаний Элиз.       — Хорошо, буду молчать, — невесело усмехнулась блондинка. Князева спрыгнула с подоконника и подошла к подругам.       — Может, скажете нормально, что происходит? — раздражённо сложил руки на груди Вадим.       — У Ксюши опять переполняется ядро.       Мещерякова закусила губу, растерянно переводя взгляд с Лиз на парня.       — С какой стати ему наполняться? — ещё больше вышел из себя староста Молний.       — Да с такой, что мы с Ксюшей родственники! — грубо встрял Феликс. Когда надо, он вполне умел превращаться из булочки с корицей в зверя. — У неё по-любому должна была проснуться эта способность, потому что мама и папа обвенчались магическим браком!       Вадим выпустил ироничный смешок.             — Она черпает магию от любого прикосновения к шрамам, — закончила Черных. — Если сейчас не слить её магию, то тот несчастный случай вполне может повториться.       — Стоп. Как она может черпать магию из шрамов? — приоткрыл глаз Марк, что уже, по-видимому, не спал.       — Я всегда подкачиваю кинжалы магией. А шрам у Ксюши магический, — пояснил Феликс, подходя к кузине. Он забрал у Лиз амулет и достал кинжал. Князев нахмурился и оторвался от стены, становясь за ним.       — Я бы не советовала тебе подходить слишком близко, братец, — угрожающе протянула Вика. Шпажист скривился, но остался стоять на месте. Отойти его заставил молящий взгляд Ксении, что уже сидела без пледа, чуть ли не запарившись.       Сменкин молча взял руку сестры, делая надрезы на тонком запястье, а после и на своём.       — Зачем? — подняла бровь Элизабет, лучше всех знакомая с ритуалами, связанными с артефактами.       — Хочу проверить, — отрезал Фел, активировав амулет. Он поднёс его к соединённым кистям: собственному и сестры. Мгновенно поднялся уровень магии молний. Следом за ними возросло наполнение окошечка Ветра. И, как ни странно, земли, но эти нити тянулись только от парня. Вадим поддался вперёд, но поток ветра с рук сестры пригвоздил его обратно. Грозно рыкнув на Викторию, маг сложил руки на груди.       Ксюша стала заметно оживать на глазах. Испарина на лбу исчезла, руки расслабились.       — Лучше? — усмехнулся Сменкин, помогая сестре встать.       — Лучше, — девушка приподняла уголки губ. Такую искреннюю улыбку на лице Мещеряковой можно было увидеть редко. Чаще всего при детях или с семьёй. Вадим оттаял, но всего лишь на секунду. Взгляд моментально посерьёзнел, когда Ксюша повисла на шее у кузена, весело смеясь. Ну и что, что они родственники? Инцест, как говорится, дело семейное… У Ксении никто не спрашивал, откуда так много магии пятой стихии: это всем было понятно.       Из размышлений его вывел ветерок, весело играющийся с волосами. Князев хмыкнул, благодарно глядя на Вику. Она мягко улыбнулась, делая вид, что даже не отрывалась от разговора с Марком о теориях магического наследства лучшей подруги. Его исчезновения из комнаты не заметил ровным счётом никто. Даже вездесущая Элизабет и чуткая Виктория.       Он снова просто телепортировался, уходя от проблем. Надоело. Вадим оказался в заброшенном коридоре уже второй раз за день. Похлопав по карманам, парень нашёл лишь зажигалку. Все сигареты были у Ксюши. Тихо выругавшись, маг залез на подоконник, просто играясь с собственной магией. Князев перекидывал мелкие электрические шары с руки на руки, слегка улыбаясь.

***

      — А где Вадим? — удивлённо спросила Мещерякова, окидывая гостиную метким взором.       — Вероятно, ушёл, — хмыкнул Кирилл. — Иди ищи его, мелкая, не будем вам мешать, — нагло пропел он, получая подзатыльник. — Ауч.       Ксения быстро схватила свою неизменную чёрную мантию и выскочила в коридор, на бегу натягивая накидку. Она мчалась к коридору, даже не обращая внимания на ноющий бок. А это было очень зря. Путь до другого конца замка девушка прошла за десять минут. Да, он был там. Сидел, мельком улыбаясь, глядя на скрученные вихри, мечтающие повалить его. Арбалетчица старалась идти, как можно тише, но он услышал её надрывистое дыхание после долгого бега и резко обернулся, оглядывая растрёпанные волосы и покрасневшее лицо. Князев занёс пальцы для щелчка, чтобы переместиться, как услышал глухой приказ.       — Стой, — тихо вымолвила девушка, глядя ему в глаза. Он мгновенно опустил руку. Ксюша медленно подошла к спрыгнувшему Вадиму, что отряхивал руки от остатков магических нитей.       — Не советую тебе подходить ко мне, — слабо усмехнулся он, но слышалось лишь тщетно замаскированное отчаяние. Ксюша приподняла бровь, всё также медленно подходя к парню. — Опять ведь винить себя будешь. Мещерякова резко остановилась. Она ведь даже не думала об этом. Шпажист грустно улыбнулся, разводя руками. Девушка хмыкнула и двумя шагами оказалась возле Вадима, обвивая руками его шею.       — Феликс обещал научить закрывать ядро и передавать магию, — зашептала она ему на ухо. Вадим помрачнел, и это не укрылось от арбалетчицы. — Только не говори, что ревнуешь.       — Да, ревную, — слегка грубо ответил парень, прижимая Ксению к себе.       — Дурак ты, Князев, — пробормотала она, перебирая русые волосы, лежащие растрёпанным коконом на голове. — Он мой брат. И только попробуй пошутить про инцест.       — Инцест… — ухмыляющегося парня заткнул лёгкий удар по плечу. — Сама ты дурашка, — он вдохнул пряный аромат трав, исходящий от всей девушки.       — Дурак тут только один, и это ты.       — Ладно, — согласился Вадим, улыбаясь.       — Так неинтересно, — с притворной обидой выдала Ксюша, мелодично рассмеявшись.