Юноша-Который-Понимает-Змей.

***

      Профессор Макгонагалл заводит нас в просторный зал, где на небольшом возвышении за праздничным столом восседает Альбус Дамблдор со своей свитой из более молодых волшебников. От низких ступеней тянутся четыре длинных стола, сидя за которым с разной степенью интереса на нас смотрят студенты старших курсов. Но всё внимание первокурсников притягивают не люди, потолок, которого по сути нет. Вместо каменной длинной дуги над залом тянется звёздное небо с лениво плывущими табунами облаков.       У трёхногого табурета, на котором лежит кем-то забытая шляпа, нас просят остановиться. Заместитель директора касается старого предмета своим магическим инструментом и вместо того, чтобы освободить сиденье, головной убор начинает петь. Петь самым противным образом. Некоторые студенты от неожиданности шарахаются от шляпы, узрев как складки имитируют движения губ.       — Первокурсники, послушайте меня внимательно! — после музыкального номера Минерва Макгонагалл с гордостью объявляет, что этот предмет гардероба будет определять нашу дальнейшую судьбу. Каждый новоприбывший студент наденет её, а Распределяющая шляпа выберет факультет, которому он больше всего соответствует. Интересно, почему об этой детали не было упомянуто в письме?       — Хаффлпафф! — очередь до меня доходит слишком быстро. Только заняв место на табурете, я понимаю, что ряд не распределённых студентов поредел, а знакомая блондинистая макушка виднеется под знаменем змеи. Чужой голос в голове откровенно бесит. Особенно, когда я понимаю, что считывает шляпа буквально всё. Когда головной убор предлагает доверить выбор ей, я быстро соглашаюсь. После пронзительного выкрика студенты под чёрно-жёлтыми цветами взрываются аплодисментами.

***

      На протяжении нескольких дней я не могу избавиться от ощущения, что за мной пристально наблюдают. Куда бы я не отправился, кто-то с завидным упорством сверлит мою спину испытующим взглядом. Беспокойство отпускает меня только, когда я возвращаюсь в гостиную Хаффлпаффа под приветливый взор одной из основательниц магического университета. Даже сейчас находясь в библиотеке, где студенты из-за вредного характера местной хранительницы знаний погружены исключительно в свои дела, я чувствую на себе чей-то интерес.       — Простите, в какой книге я могу узнать о волшебниках, которые понимают язык змей? — мадам Пинс на мой вопрос теряет дар речи. Женщина несколько секунд держит паузу, внимательно вглядываясь в моё лицо, а потом что-то записывает на бумажке, которая, сложившись самолётиком, по воздуху покидает библиотеку. Наконец пожилая леди советует почитать биографии Герпия Злостного и Салазара Слизерина с замысловатыми названиями. Когда я получаю книги на руки, по первым страницам становится ясно, что эти волшебники пользуются у моих современников очень дурной славой.

***

      Вернувшись к мадам Пинс через три дня, я застаю в читальном зале безобразную ссору двух первокурсников. Небезызвестный мне слизеринец — Драко Малфой втянут студенткой Гриффиндора в спор на очень щекотливую тему. Сидящие неподалёку старшекурсники смеются над парочкой и отпускают едкие комментарии, но никто не обращает на нарушителей тишины внимания. С их стороны не доносится никакого шума.       — Профессор Бербидж было интересно, что каждый из нас думает о магглах. Как видишь, мой ответ её удовлетворил. — Сын Люциуса Малфоя с самым удачно сымитированным выражением лица отца отходит от первокурсницы на приличное расстояние и только потом удостаивает девушку толикой внимания. В её голове уже готов ответный выпад, но на плечо опускается морщинистая рука библиотекаря.       — Мисс Грейнджер, я прошу вас удалиться. Мы услышали достаточно. — Пока мадам Пинс отчитывает юную волшебницу, Драко останавливает идущего к нему навстречу слизеринца и разворачивает его к выходу, предложив найти место потише. Спустя пару минут в коридор выбегает обиженная студентка Гриффиндора, а за ней плетётся развеселившаяся компания. Пожилая волшебница ускоряет уход студентов каким-то заклинанием и с удовлетворением опускается в своё мягкое кресло, погрузившись в чтение при воцарившейся в её обители тишине.

***

      — Поттер, можно тебя на пару слов? — при посещении библиотеки в третий раз младший Малфой подходит лично ко мне. Знакомые по прошлому происшествию студенты Слизерина с интересом смотрят в нашу сторону, но Драко уходит прочь, а я отправляюсь следом.       — Эванс вообще-то. Но я тебя слушаю, Малфой. — У окна с видом на тёмные воды озера аристократ решает остановиться и опирается спиной о подоконник, бросив на холодную поверхность чары обогрева. Поправка его удивляет, Драко даже хочет высказаться на этот счёт, но останавливает себя.       — Я хотел бы извиниться за первый день. Обычно дети магглов даже не вникают в особенности магического мира и воображают из себя невесть что как Грейнджер. — Слова аристократа кажутся голосовой галлюцинацией, однако Драко продолжает стоять с серьёзным выражением лица. В коридоре же нет никого, кто мог бы подвергнуть слова волшебника сомнению.