Юноша-Который-Понимает-Змей.

***

      Пристальное внимание Альбуса Дамблдора к моей скромной персоне трудно скрыть в стенах университета. Еженедельно директор посылает за мной своего заместителя. По Хогвартсу уже ходят многочисленные слухи, которые даже близко не стоят к личности, ожидающей меня вместе со старым лицемером. Студенты и склонные к сплетням преподаватели особенно любят строить неправдоподобные теории, когда всё-таки местный поборник справедливости вышвырнет меня вон, памятуя о последнем Тёмном лорде Магической Британии.       Очередной вечер субботы точно добавит лишних подробностей у злых языков, поэтому я не сильно спешу вернуться в гостиную Хаффлпаффа. Когда я раздумываю каким путём дойти до кухни, чтобы выпросить у эльфов что-нибудь вкусненькое, каменная горгулья приходит в движение. Страж пропускает мою «тётю-волшебницу» наружу, а я ещё вздрагивающий от любого касания «родственницы» предпочитаю скрыться от её глаз.       — Вы на что-то ещё надеетесь, мисс Поттер? — я привык, что Кассандра исчезает из директорской башни по каминной сети, но сегодня её обёрнутая в мех фигура выскальзывает в коридор. Единственное, что не даёт женщине покинуть это место, её преследователь — лорд Малфой, взмахом трости воздвигнувший препятствие у лестницы.       — Леди Поттер, Люциус. — С презрением замечает волшебница, встретившись с аристократом глазами. Отец Драко сдерживает на лице холодную маску, но потом его будто подменяют. Освещённое магическим огнём лицо озаряет торжествующая улыбка, а затем лорд Малфой начинает смеяться.       — Самое забавное, что у сыночка Джеймса больше прав на титул, чем у тебя. — Ошарашенная Кассандра отшатывается от своего собеседника и пытается убежать. Далеко уйти женщине не удаётся. Почти сразу она чуть не падает, зацепившись мантией за чёрные каменные шипы.       Люциус ударяет по полу тростью и преграда испаряется, будто её там и не было. Попрощавшись с гостьей Альбуса, тот разворачивается и возвращается в директорский кабинет. Странно, что лорду Малфою вслед ничего не полетело. Ни слова, ни заклинания.

***

      Я обычно не обращаю внимания на шум, который устраивают гриффиндорцы в коридорах, но сейчас творится что-то странное. Парни то ли кого-то подбадривают, то ли пытаются разнять двух однокурсников. В магических огнях мне удаётся разглядеть рыжую шевелюру. Не припомню, чтобы у Уизли были конфликты на факультете.       — Ребят, дайте я разберусь. Не трогайте её, пожалуйста. — Я не понаслышке знаю буйный характер младшего Уизли, но что он владеет излюбленным заклинанием слизеринцев, увидел впервые. Его Драко научил? Для Гриффиндора это тоже стало огромной неожиданностью. От Рона моментально отходит не только его оппонент, но и все сбежавшиеся на драку студенты.       — Эти людишки просто грубияны! — змея не в восторге от столь радикальной смены обстановки. В отличие от милой Ламии эта особа пытается вонзить в меня свои клыки, пока не слышит понятную ей речь. Старушка с серой чешуёй с презрением дозволяет себя взять на руки и угрожает, когда особо смелые студенты тычут в неё свои палочки.       — Мистер Уизли, мистер Томас, в мой кабинет. Живо! — пришедшая на шум Минерва Макгонагалл сразу понимает, что её подопечные что-то натворили. Повздорившие гриффиндорцы без лишних пререканий плетутся за заместителем директора, когда из тени выплывает чёрная фигура её коллеги в обществе Маркуса Флинта.       — Что здесь происходит, профессор Макгонагалл? — скучающе тянет декан Слизерина, пройдясь по старой змее и притихшим первокурсникам Гриффиндора подозрительным взглядом. Убедившись, что в толпе нет его студентов, Северус Снейп продолжает ждать ответа. Декан Гриффиндора неохотно делится, что сама не знает подробностей.

***

      — Не поможешь? — едва я объявляюсь под взором Хельги Хаффлпафф мой курс просто сбегает. В тёплых креслах остаются только несколько старшекурсников. Питер не скрывает своего возмущения, когда я сажусь напротив нашего старосты. Он хочет сказать что-то хлёсткое, но Седрик, не обратив внимания на настроение однокурсника, предлагает мне пойти в его комнату. Злые глаза Стюарта прожигают даже сквозь закрытую дверь.       — Трансфигурация. Макгонагалл на тебя не давит, Гарри? — Диггори несколько удивлён длинной эссе, которое мне задала декан Гриффиндора. По его словам в своё время заместитель директора просила уместить информацию по её предмету на пергаменте, который был короче раза в два.       — А есть смысл жаловаться? Всех всё устраивает. — Я даже не напрягаюсь, чтобы вызвать недовольство подозрительной профессор Макгонагалл и впечатлительной мадам Пинс, а «мудрый» Альбус Дамблдор не спешит напомнить им о профессорской этике. А есть ли она вообще в этом университете?       — Не всех. — Из собственных мыслей меня вырывает Седрик. Он напоминает мне о тех немногих волшебниках, которые видят во мне не призрак Тёмного лорда, а Гарри Эванса.

***

      — С возвращением, Гарри. — На вокзале среди встречающих стоит мой кузен. Я даже сразу не узнаю его, пока не всматриваюсь в лицо. Меня не было в Лондоне всего пару месяцев, а сын Петуньи не только догнал её в росте, но и прилично сбросил.       — Привет, Дадли. Как тётя? — снова это дурацкое чувство, что за мной следят. Когда оно уже отпустит? Надеюсь, когда мы покинем центральные улицы, я перестану чувствовать себя экспонатом.       — Отлично. Отец как раз только уехал. Слушай, мама столько писем тебе отослала. Почему ты не отвечал? — тягой сестры матери к эпистолярному жанру с моим отъездом в Хогвартс я не удивлён. Только совы ничего мне доставляли. И похоже, что мои письма тоже бесследно пропали.