Глава 22. Дуэт.
19 мая 2020 г., 20:55
— Мммм, как вкусно пахнет! — в квартиру заходит Вахтерам.
— Это ты приготовила, Ви? — насмехается Рон.
— Конечно, — сарказмит она.
— Я же знаю, что нет, — разувается Джесс. Я стою у плиты и помешиваю соус для мяса.
— Спасибо, заюш. — Рон целует меня со спины.
— Всегда пожалуйста, — улыбаюсь в ответ. — Садитесь, почти готово.
— Я разложу по тарелкам! — вызывается помочь Джесс.
— Сейчас тарелки принесу. — Ви уходит в зал.
— Как съездили? Без происшествий? — заливаю соусом мясо и нарезаю его.
— Мы там такого оленя видели! — смеётся Рон.
— О! Да-да! — подтверждает Вахтерам.
— Ха-ха, — заливается Джесс.
— Ты бы видела его лицо! — возглашает Рон.
— Чьё? — спрашиваю я.
— Мы едем по дороге, и олень перепрыгивает через капот, а Вах как закричит: «А-а-а-а!» — передразнивает визг Джесс. — Как девочка! — Хохочет.
— Не как девочка! — возражает Вахтерам. — Скорее, как мужицкая девушка! — И строит рожицу.
— Ну да, ну да, — кивает Джесс, взяв тарелку. — Рон, а если бы Вахтерам был девушкой, ты бы ему вдул? — меняет тему, попутно накладывая каждому по кусочку и поливая соусом.
— Не, — берёт у неё тарелку, — у меня своя девочка есть. — Целует меня в щеку, обходя стул, и садится рядом.
— Да? Хм, — ухмыляюсь. — А ты, Джесс, если бы я была бы мужиком. Дала бы мне? — беру у неё тарелку.
— Не, — обрывает она и, не отрывая взгляда от тарелки, накладывает следующую порцию.
— Почему? — тяну гласные, делая обиженное лицо.
— У меня Ви есть. — Джесс целует Ви в щёку и ставит перед ней тарелку.
Мы смеёмся, шутим. Обнимаемся по-родному, по-семейному. У нас нет камина и родственных связей, но в доме тепло, а в воздухе витает семейная атмосфера. Это мой первый и теплейший вечерок, но мысли заняты адронитисом — разочарованием от того, сколько времени уходит, чтобы узнать человека. Жаль, что я раньше не знала жизнь Ви, Джесс и Вахтерама. Тогда я бы была к ним более снисходительна.
— Спасибо за мясо, было вкусно. — Вахтерам допивает последний глоток чая и ставит посуду в раковину.
— Всегда пожалуйста, — отвечаю я, чувствуя руккехунхуре — приятную усталость после долгой поездки или длинного дня.
Мои труды принесли пользу, всем понравилось мясо в соусе, и я рада. Наконец я могу с уверенностью сказать, что в семье, однако здесь всё не так, как было в моей. Я не чувствую альцщмертс — усталости от старых проблем. Не происходит анекдоха — беседы, в которой все говорят, но никто не слушает. Это заставляет меня чувствовать себя в безопасности, иными словами — крайсализм.
Поев, мы решаем посмотреть «Вестерн» — фильм, в котором задумываются только лошади. Рон садится в красное кресло напротив проектора, а я — поперёк, на его коленях. Мы едим чипсы из большой красной чашки. Ви и Джесс лежат на чёрном диване, а Вахтерам сидит на шерстяном коврике, облокотившись спиной о диван.
Однако я думаю, почти не следя за сюжетом фильм.
«Стоит ли сказать Рону о тесте?»
На середине фильма я замечаю, что Ви, Джесс и Вахтерам уснули, и решаюсь. Взяв засыпающего Рона за руку, тяну его в соседнюю комнату — спальню.
— М-м-м, — лыбится чеширской улыбкой, обнимая меня за талию. Рон хочет поцеловать меня, намекая на интим, но я останавливаю его, придерживая ладошкой грудь.
— Подожди. — Смотрю ему в глаза, вспоминая, как делала тест, но не показываю результат.
— Не-ет, — держа меня за руки, отходит. Я достаю тест из кармана и показываю положительный результат.
— Да, — положительно киваю. Он подымает меня и кружит вокруг своей оси.
— Девочка моя! — Ставит на пол и целует в губы. — Девочки мои! — Целует в живот. — Я так рад! — Целует в щеку и уходит из спальни.
«Он пошёл за шампанским?» — недоумеваю.
Я сажусь на кровать в предвкушении и через стенку слышу крики счастья.
— Бля, — тихо шепчу. — Я же не хотела им говорить!
— Поздравляю! — говорят хором ребята, заходя в спальню, и заключают в объятья.
— С-спасибо, — не ожидая такой реакции, я впадаю в ступор.
— Блин, как жаль, что мы не увидим этого, — с жалостью говорит Джесс.
— Чего? — спрашиваю я, все ещё не понимая.
— Твоего животика! — улыбается Ви.
— Почему не увидите? — во мне говорит усталость. Голова совсем не хочет работать. Я ничего не понимаю.
— Вы с Роном дальше едете вдвоём. Я и Джесс отправимся в Палермо, — Ви ободряюще гладит меня по плечу.
— А я в Варезе, — называет противоположный Палермо город Вахтерам.
— Так это всё? — поникаю.
— Не-е-ет! Мы будем к вам приезжать! Там вы будете в безопасности жить! Там дом, удобства, фальшивые документы — всё есть! — ободряет меня Джесс.
— Как только я взломаю их систему и получу чип, сразу сделаю для Джесс и Ви новые документы. Мы будем свободны! — возглашает Вахтерам.
— Ты уже так делал?
— Конечно! И не только в нашей стране. — Вахтерам улыбается и, подмигивая левым глазом, касается моего носа пальцем.
— Хорошо. — Улыбаюсь, и мы вместе обнимаемся. Столько тепла. От него даже жарко в комнате.
— Простите, что Рон вас разбудил из-за меня, — бурчу, утонув в объятиях.
— Да мы притворялись, чтобы вы пошли сюда, — толкает локтем Вах, смеясь. — Ну, а раз трахаться нельзя, то пойдёмте чай попьём?
Мы отправляемся пить горячий чай и планировать интерьер детской, правда сама не знаю зачем, но мне это нравится. Этот вечер прекрасен.
