Три дня

Осмотрев дом, Гарри не обнаружил почти ничего полезного. Если судить по обстановке, мисс Уорлок интересовала только она сама. Даже в гостевых комнатах висели ее портреты. Шкафы были забиты пропахшими нафталином концертными костюмами и альбомами с газетными вырезками, в которых освещались вехи ее певческой карьеры. Беглого взгляда на бумаги жертвы Гарри хватило, чтобы понять, что, подобно Клемеру, Уорлок имела привычку копить долги. Это могло быть зацепкой в деле, но могло и ничего не означать, ведь у второй жертвы подобных проблем не было. Гарри распорядился сверить список кредиторов Клемера и Уорлок, и поискать между ними другие сходства. Разбирая ворох документов, лежащих в полной неразберихе во всех ящиках стола, Гарри наткнулся на смятую квитанцию, на которой заметил знакомый логотип с драконом. Он внимательно прочитал содержимое документа. В нем значилось, что Уорлок закладывала в ломбард серьги с изумрудами, оцененные в двадцать три галлеона. Рядом с размашистой подписью стояла дата — 6 июня текущего года, не так давно. Получив очередную зацепку, приводящую к Малфою, Поттер еще больше помрачнел. Он положил квитанцию себе в карман и велел помощнику тщательно разобрать весь архив жертвы. Когда осмотр был закончен, ему пришлось выйти к толпе, стоящей за оградительной линией. С момента, когда Поттер пришел на место преступления, народу здесь только прибавилось. Среди корреспондентов было много иностранцев, а значит, недобрая слава нового маньяка за три дня успела пересечь Ла Манш. Гарри попытался всех успокоить, отвечал односложно, стараясь не выдавать никаких деталей. Да, он считает, что убийства совершает один человек. Нет, здесь нет политических мотивов. Да, он уверен, что это вовсе не возродившийся Волдеморт. И так далее, вплоть до самых нелепых слухов, которые ему пришлось выслушать и развеять. Гарри был уже готов уйти обратно за ленту, когда незнакомая молодая девица в огромных очках выкрикнула из гущи толпы: — Вы подозреваете Драко Малфоя? Гарри вздрогнул и от неожиданности застыл. Видя его реакцию, толпа заволновалась, посыпались новые вопросы, кто-то стал требовать посадить всех бывших Пожирателей смерти в тюрьму, поднялся шум. Быстро придя в себя, Поттер поднял руку вверх, чтобы привлечь внимание. — В интересах следствия мы не раскрываем детали дела. — Но вы же подозреваете Драко Малфоя? — повторила свой вопрос настырная девица. — Нет, Драко Малфой — не подозреваемый в этом деле, — как можно спокойнее ответил Гарри. — Тогда почему вы уже дважды за время расследования побывали в его магазине? По толпе пронесся гул удивленных восклицаний. — Мы просто проверяем все зацепки. Это обычная рутинная работа, — попытался уйти от ответа Гарри. — Главный аврор занят рутинными проверками в то время, когда людей убивают каждый день?! — взвизгнула Рита Скиттер. Люди вокруг поддержали ее возмущение. — Не стоит романтизировать мою роль, — устало возразил Гарри. — Главный аврор — такой же ищейка и борец с темными магами, что и все остальные. — Значит, Малфой — темный маг, раз вы уделяете ему столько времени? — Пресс-конференция окончена, — твердо сказал Поттер и ушел за оградительную линию под возмущенный вой толпы. Он уже дошел до дома, когда вспомнил, что через камин в доме Уорлок ему тоже не уйти. Согласно инструкциям, в местах преступлений отключали каминную сеть и ставили антиаппарационные чары. — Давно я не бегал огородами, — мрачно произнес Поттер и пошел через дом на задний двор. Выйдя туда, он обнаружил запустение и хаос. Пыльные садовые фигурки в виде ангелов валялись в одной куче с граблями на горе скошенной желтой травы. Покосившийся деревянный забор отделял участок, принадлежащий дому мисс Уорлок от соседнего. Гарри снял защитные чары и перелез через него, чувствуя себя при этом по-дурацки. Но возвращаться к разъяренной толпе совсем не хотелось. Оказавшись на соседнем участке, Поттер огляделся и понял, что был здесь раньше. Много лет назад он снимал этот дом на один летний месяц. С Малфоем. — Наваждение какое-то, — прошептал Гарри, растерянно разглядывая давно забытое место, в котором так неожиданно оказался. Хотя участок выглядел ухоженным, было заметно, что в доме никто не живет. Мраморный бассейн стоял пустой, на дне ветер гонял сухие листья. Кусты шиповника давно отцвели и стояли подстриженные вдоль тропинки, ведущей к белому двухэтажному дому, в котором были зашторены все окна. Пройдя несколько шагов, Поттер почувствовал внезапно накатившее отчаяние. Он плюхнулся на ближайшую садовую скамейку и обхватил голову руками. Все то, что Гарри так долго гнал от себя, что пытался забыть, внезапно возвращалось и настойчиво напоминало о себе. Почему в этом деле он постоянно сталкивается с Малфоем и воспоминаниями о нем? Нет, он не мог поверить в то, что Драко действительно тот самый убийца. Гарри мог представить его кем угодно — участником пьяной драки, контрабандистом, азартным игроком, мошенником, лжесвидетелем, неплательщиком налогов, даже растлителем малолетних, но не тем, кто ходит с магической удавкой по домам мирных граждан. В характере Малфоя было полно дерьма, и Гарри всегда это знал, но он бы поручился собственной жизнью, что тот не убийца. Тогда почему в этом деле он постоянно натыкается на связанные с Малфоем вещи? А может быть, он просто устал бегать от себя, от своих воспоминаний, загнанных в самые дальние уголки памяти, и теперь его восприятие действительности исказилось? Гарри тяжело вздохнул и посмотрел вокруг. Странно, но он помнил тут буквально каждый дюйм. Вот здесь между двумя клумбами они с Драко как-то натянули тент и валялись под ним голыми, смеясь, дурачась и занимаясь любовью по нескольку раз в день. А этот пустой бассейн… Гарри помнил его наполненным не только водой, но и шампанским. Да, это была совершенно безумная затея Драко, когда он за ночь заменил содержимое бассейна на игристое вино и утверждал, что сумел обойти все законы магии, сравнялся с сыном божьим и уже готов читать Нагорную проповедь. Гарри вообще был не в курсе, что Малфой настолько знаком с Библией. Сам-то он смутно помнил ее содержимое по воскресным телевизионным передачам, которыми его в раннем детстве мучила тетя Петунья. Перед мысленным взором Поттера одна за другой вставали картины прошлого. Сейчас даже не верилось, что все это было с ним. Летние уик-энды на море, беззаботное веселье здесь, в Бате, вылазки в гей-бары континентальной Европы, тайные встречи в мотелях — все это ушло, растворилось в череде будней, не оставив даже колдографии на память. Гарри вспомнил обрывки утреннего сна. Нет, они так никогда и не поехали в Грецию вместе, все это осталось в мечтах и неосуществленных планах. А ведь когда-то он и правда думал, что у них есть шанс обрести счастье вдали от родины, там, где их никто не знает, где имя «Гарри Поттер» звучит так же, как «Майкл Смит», то есть как обычное английское имя, не слишком уместное на островке в Эгейском море, где имена, так же, как и ночи, тягучи и пряны на вкус. Гарри вспомнил день, когда они с Драко расстались. Он сидел в кресле и так же, как и сейчас, нервно мял пачку сигарет и пытался подобрать слова для разговора. Был третий час дня, Малфой опаздывал, впрочем, как и всегда. И только когда Поттер прикончил в пепельнице шестую сигарету, Драко влетел в двери в ярко-голубой летней мантии и белой шляпе, которые невероятно шли к его слегка загорелому лицу и делали его серые глаза почти синими. Он с порога начал рассказывать о том, какое отличное бунгало снял для них на Алонисосе, какое отличное вино там попробовал и что-то еще про уютную бухту, где можно купаться голышом. Гарри отчетливо помнил момент, когда Драко прервал свою речь, поняв, что все кончено. Слова, заготовленные Поттером, не пригодились. Скандала не было, но от этого стало только хуже, потому что обвинения, высказанные спокойным тоном, ранят еще глубже. — Этот дом не сдается, — услышал Гарри у себя за спиной. Он вскочил с места и резко развернулся. Из-за куста шиповника к нему вышел Драко Малфой. В его руках была волшебная палочка, которую он убрал в карман на глазах Поттера. Тот на какое-то время онемел от неожиданности и смотрел на Малфоя, о котором только что думал. Драко был одет в светлый летний костюм, который издали можно было принять за маггловский, если бы не серебристый позумент в отделке, вошедший недавно в моду среди волшебников. Никаких следов вчерашней попойки в его облике заметно не было. За прошедшие со времен их бурного романа годы Малфой почти не изменился, разве что расстался с юношеской худобой, стал солиднее выглядеть. В лице проступила жесткость, что сделало его очень похожим на отца. Драко воспользовался временным замешательством Гарри и с легкой усмешкой на губах медленно прошел по гравиевой дорожке до скамейки, на которой тот сидел. — Поттер, ты меня преследуешь? — Я мог бы задать тебе тот же вопрос, — ответил Гарри, не сводя с него глаз. — Что ты здесь делаешь? — А что здесь делаешь ты? — переадресовал вопрос Драко и сел на скамейку, закинув ногу на ногу. — Я здесь по делу, — соврал Поттер. — Осматриваю окрестности, в соседнем доме совершено убийство. — Слышал об этом. Потому решил заглянуть и проверить, не наведались ли и сюда нежданные гости. Оказалось, что интуиция меня не подвела. — Ты купил этот дом? — А это уже противозаконно? — с язвительной улыбкой спросил Драко и приглашающим жестом предложил Гарри присесть. Тот сел на другой край скамейки и повернулся к нему лицом. — Ты здесь живешь? — Нет, я не настолько сентиментален, — Малфой махнул рукой, не теряя своей ироничной манеры разговора. — Я купил этот дом несколько лет назад, поскольку за него просили вполне разумную цену. — Почему в последнее время я постоянно на тебя натыкаюсь?! — неожиданно даже для самого себя задал терзавший его вопрос Поттер. — Это тебя надо спросить, ты же меня преследуешь. Заметь, мы видимся исключительно на моей территории. — Улики приводят к тебе… — Мы это уже обсуждали, — скучающим тоном перебил Малфой. — У тебя на меня ничего нет, и ты знаешь это. Видимо, просто ищешь повод для встречи. — Тогда как ты объяснишь твое здесь присутствие? Ты в сотне метров от места преступления! — раздраженно возразил Поттер. — Здесь сработали сигнальные чары, болван! — раздраженно ответил Драко. — Ты знал Селестину Уорлок? — Ее все знали. — Я имею в виду лично, — уточнил Гарри, стараясь не выходить из себя. — Это допрос? — Называй, как хочешь. Мне сейчас не до сантиментов, тут люди гибнут, ты это понимаешь, Драко? Тот ничего не ответил и сжал челюсти, словно бы хотел что-то сказать, но передумал. — Малфой, ты должен знать, что сейчас у многих чешутся руки разобраться с тобой и другими бывшими Пожирателями смерти. Обществу нужен козел отпущения… Вчера на совещании у министра некоторые предлагали начать сажать всех подозрительных… — Я понял тебя, Поттер, — перебил Драко, нервно сжимая кулаки. — Ты не можешь разобраться со своими проблемами, а козлом отпущения оказываюсь я. Что ж, это совсем не новая для нас ситуация… — Так ты знал Уорлок? — Виделись пару раз… — Уорлок была твоим клиентом? — Не знаю, в мой магазин много кто заходит, — равнодушно ответил Малфой, отвернувшись от Поттера. — Это твоя подпись? — тот протянул смятую квитанцию, которую достал из кармана. Драко бросил быстрый взгляд на бумажку, а потом на Гарри. — Ты уже не помнишь, как я расписываюсь? — Помню, но я должен был спросить, — ответил Поттер, чувствуя нарастающую неловкость. — Это подпись Марка, старшего продавца, — предвосхитил следующий вопрос Малфой. — Ты всерьез думаешь, что я сам стою за прилавком? — В твой магазин часто закладывают драгоценности? — Постоянно. После войны бедных волшебников больше с каждым днем. — Сколько человек у тебя работает? Что это за люди? — Послушай, Поттер, у тебя уже третий труп, а ты сидишь тут нога на ногу и задаешь дурацкие вопросы, — Малфой нетерпеливо вскочил у места, но видя, что Поттер всерьез интересуется, раздраженно ответил: — Сейчас у меня только Марк и Агата, не считая глухой уборщицы. Марк — полукровка, работает в магазине с самого начала. Агата… — Что он за человек? — Трус и подхалим, и мать родную продаст за деньги. Короче, был бы идеальным продавцом, если бы не был так влюблен в себя, — Драко вернулся на лавку и сцепил пальцы в замок. — Ты с ним спишь? — неожиданно спросил Гарри. Малфой одарил его тяжелым взглядом. — Это тебе, конечно, надо знать для дела? — саркастично спросил он и, не дожидаясь ответа, добавил: — Нет, я не сплю с Марком. Если тебя так уж интересует моя половая жизнь, то я спал с Гильермо, пока тот не свалил на континент. — Что за Гильермо? — Работал у меня продавцом пару лет. Месяц назад уволился, до сих пор замену ищу. — И почему уволился? — Хотел большего, — сквозь зубы ответил Малфой. — В смысле денег? — Нет, в смысле секса и всего остального. Но в мои планы это не входило, и он психанул и свалил, не забрав даже жалование за полмесяца. — Какие страсти, — холодно прокомментировал Гарри. — Заткнись, Поттер, — злобно прошипел Малфой и снова вскочил с места. — Тебя что-то еще интересует, или ты уже свалишь с моей частной собственности? — Ты не рассказал про девушку, которая у тебя работает. — Агата… Да про нее вообще нечего рассказывать, — Драко неопределенно махнул рукой, — работает помощником продавца, выполняет личные поручения, ну типа подай-принеси. Она то ли сквиб, то ли что-то в этом роде, даже школу не закончила. — И что она за человек? — Да Мерлин ее знает, я женщинами не интересуюсь. Услужливая, не болтливая. Наверное, так и придется ее продавцом оставить. Сейчас же все вслед за тобой в авроры рвутся, или там в квиддичную команду, за прилавком волшебнику теперь стоять совсем не комильфо, — недовольно отозвался Малфой, ковыряя гравиевую дорожку носком изящного белого ботинка. Повисло молчание, Гарри напряженно обдумывал свои последующие слова, а Драко словно ушел в себя и смотрел в одну точку. — Ты говорил, что много изучал артефакты и смог бы отличить подделку под Борджини от оригинала? — наконец произнес Поттер. Малфой вздрогнул и повернулся к нему. — Да, изучал. — Ты мог бы мне рассказать, для чего обычно предназначались такие амулеты? Наши эксперты со своей научной терминологией меня только запутали… Сначала я думал, что кто-то решил сделать хоркрукс, но душу невозможно дробить три дня кряду, даже Волдеморт на это был не способен. Тут что-то другое… — Погоди, ты просишь моей помощи? — Драко выглядел ошарашено. — Да, — честно ответил Гарри. — Не только потому, что ты сам в этом заинтересован. Просто люди гибнут, и мне сейчас нужна любая помощь. А тебя даже наш главный эксперт Дорсен считает большим специалистом по артефактам. Малфой ответил не сразу, он внимательно смотрел на Поттера, решая, стоит ли откликаться на его просьбу. Тот молча выдержал его испытующий вгзгляд. — Если судить по деталям дела, о которых пишут в газетах, — прервав долгую паузу, начал Драко, — это какой-то «коллекционный» амулет. — В смысле? Он часть коллекции? — Нет, это значит, что для работы амулета нужно собрать коллекцию. В данном случае в ход идут убийства. — Ты хочешь сказать, что кто-то собирает кровавую дань, чтобы зарядить этот проклятый артефакт? — с отвращением спросил Поттер. — Похоже на то, — мрачно подтвердил Малфой. — Ты заряжаешь амулет, а он исполняет твое желание. Все просто. Чем больше дань, тем сильнее становится предмет. — И Борджини специализировались на подобных вещах? — И на них тоже. Я читал описание сделанных ими вещей, там полно подобной мерзости. — Так и думал, что мотив у этих убийств есть! Но это никак не облегчает задачу поиска преступника, раз жертвы выбираются случайно. — Я этого не говорил, — возразил Драко, — В работе «коллекционных» амулетов вообще нет места случайности. Напротив, если нарушить установленные мастером правила, амулет может даже убить своего владельца. — Так вот почему убийства происходят каждый день! — Гарри вскочил с места, лихорадочно соображая и вспоминая детали дела. — Вероятно, так было задумано мастером. — Я тоже так подумал, когда прочитал о третьем трупе за три дня. — Но сколько же тогда он еще убьет? И как убийца находит подходящие жертвы? — Не знаю, пока не отыщешь сам артефакт, не поймешь. Коллекция может строиться по знакам зодиака, по арифмантическим формулам, по степени чистоты крови… Это все равно, что гадать на кофейной гуще. — Нет, я чувствую, что смогу найти здесь зацепку. Ты говорил, что читал об этих артефактах, что это за книга? — Это рукопись, досталась мне в наследство. — Ты можешь дать мне ее посмотреть? — спросил Гарри и взглянул на часы — он уже капитально опаздывал на созванное им же самим совещание в аврорате. — Если обещаешь от меня отстать, — холодно отозвался Малфой. — Хорошо, я приду за ней сегодня, скажем, в семь? — Только давай ты за ней придешь сюда, а не в Косую аллею? — предложил Драко, не глядя на Поттера, — а то твои официальные визиты отпугивают клиентуру и нервируют сотрудников. — Как скажешь, Малфой. А сейчас я чертовски опаздываю, — сказал Гарри и поспешил к выходу из усадьбы, потом опомнился, обернулся и крикнул:  — Спасибо, Драко, и… береги себя. Тот махнул в ответ рукой и отвернулся. — И ты себя, — тихо сказал он.