Три дня

Первым вернувшимся к Поттеру чувством было обоняние. Еще не открыв глаза, он понял, что находится в подвале — во влажном холодном воздухе разносился характерный затхлый запах подземелья. Гарри попытался пошевелиться и понял, что связан и лежит на каменном полу лицом вниз. Следом за осязанием появилось чувство боли — голова раскалывалась, ныли затекшие, стянутые веревкой конечности. Зрение к Поттеру вернулось последним, но совсем не порадовало. Разумеется, очков на нем не оказалось, да и в подвале стояла характерная для таких мест непроглядная темнота. Гарри пошевелился, нащупал локтем стену, привалился к ней спиной и попытался сообразить, что произошло. Его положение было столь же глупым, сколь и отчаянным. Нарушив все правила профессиональной безопасности и им же разработанные инструкции для авроров, Поттер пошел на встречу с главным подозреваемым и никому об этом не сказал. Если Перкинс и догадается послать в Бат отряд авроров в обход указаниям начальства (а Гарри четко указал подчиненным, где им надо вести слежку), то это будет не раньше, чем обнаружится, что начальник аврората пропал. Словом, на помощь коллег рассчитывать было бессмысленно. Тем более, что Гарри не был уверен, что его тело не перенесли куда-нибудь подальше от Бата, пока он был в бессознательном состоянии. — Поттер? Гарри вздрогнул и рефлекторно попытался встать, отчего голову резко пронзила новая волна боли. Он вглядывался в темноту, но ничего не видел, хотя голос был до боли знакомым. — Драко?!  — Я сразу понял, что это ты. Только у тебя такая красноречивая манера вздыхать, — насмешливо сказал Малфой. — Драко, ты где? Что происходит? — Отличные вопросы для главного аврора, Поттер. Гарри дернулся и попытался освободиться от пут, но веревка оказалась крепкой. До волшебной палочки, даже если бы она была на своем месте, не достать. — Малфой, ты с ума сошел?! Зачем ты это делаешь? — Делаю что? Разговариваю с тобой? — Малфой иронично хмыкнул. — Вероятнее всего, от скуки. Сидеть в темноте — довольно однообразное занятие. — Ты тоже связан? — Как ты догадался?! — Драко издал нервный смешок и закашлялся. — Не понимаю твоей веселости. — Просто я сижу тут уже довольно давно и успел сделать все — испугаться до усрачки, покричать, позвать на помощь, предложить выкуп, погрозить тем, что лично знаком с Поттером и он сейчас сюда придет с нарядом авроров… — сказал Драко и снова невесело засмеялся. — Я даже дошел до того, что мысленно попрощался с жизнью. Но теперь главный аврор наконец-то очнулся, и меня есть, кому спасать… — Не смешно, — оборвал его тираду Поттер. — Нам надо придумать, как выбраться отсюда. — Если у тебя нет идей, то у меня и подавно. Мерлин, как же меня угораздило вляпаться в такое дерьмо?! — А ведь я почти поверил, что это ты убийца, — сказал Гарри. — Я думал, что ты меня лучше знаешь, — мрачно отозвался Малфой. — Все указывает на тебя. Ты теперь главный подозреваемый в деле. — Я бы огорчился, узнав об этом сегодня утром, но сейчас мне все равно, Поттер. Наверняка я сумею избежать вашего правосудия, отправившись к праотцам благодаря нашему таинственному похитителю. — Тебя тоже ударили по голове? — Нет… точнее, я не могу сказать. — Что было, после того, как я оставил тебя в саду? — Какое-то время я провел там, потом решил отправиться в магазин… а дальше я не помню. — Так ты побывал в Сумеречном переулке или нет? — уточнил Гарри. — Не знаю… все как в тумане. Думаю, меня кто-то подкараулил в саду и ударил Конфундусом. — Понятно, — задумчиво протянул Поттер. — В этом деле все, так или иначе, крутится вокруг тебя. Если не ты наш таинственный убийца, то кто-то из твоего ближайшего окружения. — Кто?! Отец, уже пять лет не выходящий из дома? Или моя бедная мать, которая вечно лечит отца и свои больные нервы? — А как насчет твоего любовника? Прошлого или настоящего? — хрипло спросил Гарри, чувствуя неловкость оттого, что вступает на скользкую тему. — Какого из? — саркастически спросил Малфой. — У меня их много, особенно бывших. Ты тоже в их числе. — Возможно, это человек неуравновешенный, с которым ты плохо расстался. — Ты идеально подходишь под описание! — воскликнул Драко и нервно засмеялся. — Серьезно, Поттер, ты так ничего не найдешь, разве что удовлетворишь свое любопытство. Только мне совершенно не хочется тебе в этом способствовать. — Хорошо, давай зайдем с другой стороны. Расскажи мне про Борджина, как тебе досталась его лавка? — Господи, Поттер! — взвыл Драко и ударился головой о стену. — Нас скоро убьют, нам надо выбираться отсюда, а ты мучаешь меня своими идиотскими вопросами! — Перестань орать! — закричал в ответ Поттер и уже спокойнее пояснил: — Мы в подвале и связаны веревками, сковывающими магию. Я уже пробовал аппарировать и вызвать стихийное волшебство — бесполезно. Единственное, что мы можем сделать — подползти друг к другу и попытаться перегрызть веревки. На это уйдет много времени, и результат непредсказуем. Я полагаю, гораздо быстрее явится наш похититель, ведь для чего-то он нас сюда притащил, а не убил сразу. — И что ты предлагаешь? — голос Драко дрогнул, словно он сдерживал рыдания. — Предлагаю попытаться вычислить убийцу, чтобы быть готовыми к его появлению. К тому же разговоры отвлекают от мыслей о смерти. По себе знаю. — Тоже мне, утешил. — Делаю, что могу, — невесело отозвался Гарри и попытался сесть поудобнее, вышло не очень. — Так что насчет Борджина? Ты знал, что он из тех самых итальянских Борджини? — Тут нетрудно догадаться, — иронично ответил Драко. — Тем более, что ту рукопись об артефактах я как раз от него получил. — В наследство? — Не совсем. Я еще при жизни Борджина имел право на все его имущество. У него была куча долгов, которые я погасил, купив лавку. — И ты уверен, что среди этого имущества не было амулета его предков? — Не было. Хотя… — Драко замолчал, словно задумался над чем-то. — Что? — Борджин жил над лавкой все эти годы. У него там была каморка, из которой он не выходил. Там было полно хлама. — И что с ним стало после его смерти? — Я велел Марку пересмотреть все, сделать опись ценного, а остальное выкинуть. Сам я в этой помойке копаться бы не стал. — То есть, если бы Марк что-то нашел и присвоил, ты бы не узнал? — спросил Гарри, чувствуя, что выходит на верный след. — Наверняка. Только я не ожидал чем-то там разжиться. Ты бы видел, в каком дерьме Борджин закончил свои дни. — У всех убитых мы нашли квитанции с подписью Марка, он же разбирал наследство Борджина… — задумчиво произнес Поттер. — Если бы Марк что-нибудь стащил, я бы не удивился. Но пойти убивать… — с сомнением отозвался Драко и не закончил, потому что в это время где-то вверху послышался шум отпираемой двери и раздались легкие шаги. Гарри почувствовал, что сердце начинает бешено биться, он рефлекторно попытался освободиться от пут, но ничего не получилось. — Драко, я хотел тебе сказать… — Заткнись, Поттер! — прошипел Малфой и нервно заерзал. Кто-то приближался к ним, неся в руке факел. Гарри пытался присмотреться, но без очков не видел ничего, кроме увеличивающегося светового пятна и смутной темной фигуры на его фоне. Все, что он мог сказать наверняка — человек был невелик ростом. — Агата! — голос Малфоя прорезал их напряженное молчание. — Простите, сэр, что вам придется это пережить, но я не могла допустить, чтобы вас схватили, — голос молодой женщины звучал взволнованно и даже страстно. Она положила факел на пол и присела рядом с Драко. Ее волосы были собраны в неаккуратный пучок, на узком бледном лице от волнения проступили розовые пятна, глаза горели. — Что? Что пережить?! Ты с ума сошла? — ошарашено спросил Малфой, пытаясь отползти от нее подальше. — Развяжи меня немедленно! — Агата, освободите нас, пожалуйста, — спокойно и твердо сказал Гарри. Он был обескуражен происходящим, но пытался вести себя уверенно и без лишних эмоций, как это рекомендуется делать при общении с сумасшедшими. — Вы не должны были в этом участвовать, сэр… Драко, — с глубоким вздохом продолжала Агата, гладя его по рукам и совершенно не обращая внимания на слова Поттера. — Но я не могла позволить им помешать мне… — Агата, что ты несешь?! Отпусти меня! — перебил ее Малфой, пытаясь сбросить с себя ее руку. — Я не могу этого сделать, — с сожалением сказала девушка, покачав головой. — Сначала надо завершить ритуал. Она встала с места и повернулась к Гарри. — Агата, давайте все обсудим. Возможно, вы ошиблись, старинные артефакты нередко околдовывают… — Заткнись! — резко закричала она и пнула Поттера в живот. — Все из-за тебя, мерзкий ублюдок! Грязный полукровка! Выскочка! Дрянь! С каждым словом она кричала все громче и била Гарри все сильнее. Он сжался, пытаясь закрыться от ударов. — Где же твоя хваленая магия, великий волшебник? — язвительно спросила Агата и откинула упавшие на лицо темные волосы. — Без палочки ты здесь бессилен! Посмотри на меня, ты даже не видишь без своих очков! Она истерически засмеялась и пнула Гарри под дых. — Думал, ты всесилен?! Но что ты есть без своей палочки? Без своей магии? Пустое место! — Агата продолжала беспорядочно молотить связанного Поттера ногами. Он чувствовал, что рот наполняется кровью, перед глазами все поплыло. Он рефлекторно сжимал кулаки, стараясь не потерять сознание. — Не ожидал, что тебя убьет простой сквиб? — с сумасшедшей улыбкой спросила она, опустившись на пол рядом с Гарри и доставая что-то из своей сумки. В неверном свете факела Поттер с трудом разглядел то, что она аккуратно вынимала из тряпичного свертка и расставляла вокруг него, это были толстые черные свечи, наполовину оплавленные. Малфой смотрел на происходящее в немом ужасе. — Убить человека нетрудно. Тут нечем гордиться, — с трудом ответил Гарри и сплюнул кровавую слюну. Она не стала отвечать и грубо засунула ему в рот кусок ткани, в который были упакованы ее свечи. — Зачем ты это делаешь, Агата? — голос Малфой дрожал и казался сиплым. — Я делаю это ради вас! — она повернулась к нему всем телом. — Ради меня?! — потрясенно переспросил Драко. — Вы столько сделали для меня… раньше никто не был ко мне так добр, как вы, — прошептала Агата и чисто женским жестом убрала за уши пряди волос, пытаясь поправить прическу. — Я вижу, как вы страдаете… только вместе мы можем быть счастливы! — Ты бредишь? Что ты несешь?! — Вы полюбите меня, и мы будем счастливы, осталось совсем немного, — с сумасшедшей улыбкой сказала Агата и вернулась к своим приготовлениям, приговаривая себя под нос:  — Никто, кроме меня, не замечает, как вы страдаете… вам нужна хорошая женщина, а не эти извращенцы. Я накажу Поттера так же, как наказала Гильермо… — Ты… убила Гильермо? — тихо спросил Малфой. — Да! И сделала бы это еще раз, если бы понадобилось, — горячо отозвалась Агата. — Он смел кричать на вас! Смел требовать вашей любви, не имея на нее никакого права! Этот проходимец занимал место, которое принадлежало мне. Она расставила вокруг связанного Поттера семь свечей. Гарри дернулся и опрокинул несколько из них на пол. — Тебе это не поможет! — сказала Агата и вернула свечи на место, потом достала из сумки шприц и ампулу с прозрачной жидкостью. — Вы, волшебники, слишком полагаетесь на свою магию, но я точно знаю, что это маггловское зелье действует безотказно, в отличие от заклинаний… Она воткнула шприц в плечо Гарри и нажала на поршень. Поттер почувствовал, как все его мышцы расслабляются. Но сознание он не потерял. Вместе с потерей контроля над собственным телом он начал ощущать приближение паники. Все, что он мог сейчас — это смотреть на то, как сумасшедшая девица готовится его убить. Агата расстегнула ворот мантии и сняла с себя массивный серебряный кулон. Сразу было понятно, что это старинная вещь — металл был тусклым, со следами темного налета. Она бережно положила его на ладонь и раскрыла, оттуда полился холодный красноватый свет. Потом Агата накинула на шею Поттера цепочку, уложив медальон ему на грудь. Вещь словно ожила, дернулась и завибрировала. Даже через одежду он почувствовал исходящий от артефакта холод и отчетливо вспомнил похожие ощущения от ношения хоркрукса Ворлдеморта. Гарри ощущал полную беспомощность оттого, что не может пошевелить ни одним мускулом своего тела и вынужден молча наблюдать за собственной смертью. Он вдруг подумал, что теперь ему даже страшнее, чем тогда, когда он шел на смерть в Запретный лес. В тот день он знал, за что умирает и был готов к самопожертвованию ради победы добра. Сейчас же его смерть послужит только торжеству зла и безумия. — Агата, прекрати это, пожалуйста, — дрожащим голосом попросил Малфой. — Нет, мистер Малфой, я должна это сделать ради нас, — убежденно откликнулась женщина и достала маггловскую зажигалку. Она стала зажигать свечи по кругу, тихо произнося что-то на латыни. — Агата, останови все это, и я сделаю все, что захочешь! — взмолился Драко и дернулся, пытаясь освободиться от пут. — Все, что угодно? — спросила она, когда зажгла все семь свечей. В этот момент Гарри почувствовал, как серебряная цепочка стала медленно сжиматься вокруг его горла. — Да! — выкрикнул Малфой, в ужасе наблюдая за тем, как амулет душит Поттера. — Все, что захочешь! Мы уедем отсюда, мы будем вместе, так, как ты хочешь… и я, я давно хотел тебе сказать… что ты мне нравишься, это правда! Боже, останови это, прошу! — Вы хотите спасти своего любовника, мистер Малфой, — недовольно отозвалась Агата и отвернулась от него, чтобы наблюдать за действием амулета. — Но Поттер больше не будет нам мешать, не принесет страданий. Он понесет наказание за свой разврат! — Нет, ты не понимаешь! Поттера убивать нельзя, он нужен нам живой! — Зачем? С этого момента Гарри почти отключился от разговора, чувствуя, как толстая цепочка, словно змея, обхватывает его горло все туже, ему стало тяжело дышать, во рту пересохло. Ему стало страшно, по-настоящему страшно. Гарри вдруг отчетливо понял, что умирать сейчас, когда ему уже за тридцать, гораздо труднее, чем в подростковом возрасте. Тогда все казалось простым и ясным, нечего было терять, кроме непрожитой жизни и горстки приятных воспоминаний о детстве, которого у него почти не было. А сейчас есть семья, любимая работа… да нет, дело даже не в них. Просто он теперь по-настоящему знает цену жизни, и расставаться с ней не хочет. Все эти мысли промелькнули в голове Поттера за пару секунд, после чего он стал медленно терять сознание. Жизнь уходила из него с каждым коротким вздохом и длинным выдохом. — Агата, останови это, умоляю! — краем еще не погасшего сознания Гарри улавливал голос Малфоя, перешедший на нервный фальцет. — Пойми, нас не оставят в покое, если мы убьем его. Я смогу… наложить на него Империус, я заставлю его закрыть расследование, мы уедем… — Вы обманываете меня! — Я клянусь тебе, Агата! Я дам непреложный обет! Мы поженимся и уедем отсюда навсегда. Но если ты убьешь его, нас достанут с того света! Я люблю тебя, люблю! Останови это, пожалуйста. — Я должна завершить ритуал, обрести волшебную силу, иначе вы никогда не полюбите меня по-настоящему, — с сомнением ответила она, попеременно глядя то на Малфоя, то на умирающего Поттера, в глазах которого уже начал гаснуть свет. — Мы найдем другую жертву, я тебе обещаю! — закричал Малфой, от волнения на его лице проступил пунцовый румянец. — Я сделаю все, что захочешь, я отдам все на свете, только останови это! В этот момент Гарри окончательно отключился.