Sweet Design

— Кто это был? — Тэхён. Ты ему, оказывается, 12 раз успел позвонить. — Я не хотел, чтобы ты меня забирал, — тянет Тэмин, стягивая с себя кроссовки, — Я не хочу, чтобы ты думал, что я алкоголик. — Если не будешь больше каждые две недели напиваться, я так думать не буду. Дай сюда, — Чимину надоело смотреть на то, как студент мучается с молнией на куртке. Пак готовился ко сну, когда ему позвонил Тэмин, но вот голос из трубки звучал чужой: — Здравствуйте, я Сольхи, бармен, у меня здесь Кан Тэмин, как он представился. Он просил позвонить Тэхёну, но тот не ответил, а вы забиты у него в контактах как «Любимый», так что я думаю, что сможете помочь, — на этих словах с той стороны послышался крик пьяного виновника торжества: «Ты зачем ему позвонил, брось трубку», затем звук падения чего-то тяжёлого. Чимину быстро назвали адрес и отключились. И вот теперь Тэмин стоит перед ним, потупив взгляд. — Ты до гостиной сам дойдёшь? Или мне тебя нести? — танцор на этот вопрос хихикнул: — Ты же маленький, как у тебя сил хватит? — Тебе помощь предлагают, а ты смеёшься? — Чимин скрестил руки на груди. — Прости, прости, пожалуйста, — Пак вздохнул и закинул руку своего недопарня-передруга себе на плечо, начиная шагать в комнату, — Ты такой красивый, а когда так близко — ещё лучше. Чимин не поднимал голову, и Тэ потёрся щекой о его макушку, после чего его скинули на диван: — Ты куда? — Тебе за одеждой, недотёпа. Он вернулся через минуту со стаканом в одной руке и серым костюмом в другой: — Выпей это, чтобы утром голова не болела, а потом переоденься, — младший взял из рук персикововолосого воду, мутную от растворённых в ней лекарств, и выпил всё до последней капли. — Молодец, такой послушный, — улыбнулся старший, — Переодевайся теперь. — Ты будешь смотреть? — Конечно, нет, — Пак замотал головой. — Жаль, — Чимин сделал вид, что не услышал этого. Когда он вернулся в комнату, Тэмин, переодетый, полулежал на диване, возясь с пультом от телевизора: — Куда ты меня положишь спать? Я хочу с тобой. — Я тебя к себе не подпущу, ближе чем на метр, а то опять приставать будешь. — Не буду, честно-честно. Только посиди со мной, пожалуйста, хотя бы чуть-чуть. Сжалившись над блондином, Чимин сел рядом, сразу попав в капкан крепких объятий: — Обещал ведь, — произнёс с укоризной, даже не пытаясь расцепить замок из рук на своём животе. — Я же не пристаю, останься, пожалуйста, всего на десять минуточек, — захныкал Кан. — И как тебе отказать? — риторический вопрос, вместо ответа на который Чимин получает почти целомудренный поцелуй в затылок, а потом чувствует тяжесть на своём плече — Тэмин облокотился подбородком — старший слегка поворачивается и чмокает чужую румяную щёку. — А в губы можно? — Пока нельзя, — Чимин поворачивается обратно, поглаживая ладонями чужие руки, покоящиеся на его талии. — Когда уже будет можно? — младший тяжело вздыхает. — Когда встречаться начнём. — Хоть сейчас! — Парень за спиной Пака встрепенулся: Чимин раньше не поднимал эту тему сам, это первый раз. Он даже запрещал целоваться. Собственно, поэтому Тэмин и напился сегодня с горя — начал подозревать, что скоро его бросят, даже не побывав в отношениях. — Такие разговоры нужно вести на трезвую голову, — студент чуть ли не заскулил, поэтому Пак решил дать ему надежду: — Завтра мы с тобой поговорим, я обещаю, — решив, что может сказать всё, что думает, ведь на утро его собеседник вряд ли что-нибудь вспомнит, он продолжил, — Я правда хочу отношений, хотел задержать тебя завтра после занятия и поговорить. Не знал же я, что ты поменяешь мои планы своим внезапным нетрезвым появлением. Не напивайся больше, пожалуйста. Я не хочу, чтобы каждый наш серьёзный разговор проходил под градусом. А теперь выпусти меня, — он попытался встать, но хватка была крепка. — Ты же сказал, что посидишь со мной? — Пошли спать, — его выпускают из кольца, но тут же хватают за руку, — Возьму я тебя с собой, возьму. Только в штаны мне не залезать, иначе сразу вылетишь с кровати. Ну не смотри на меня так жалобно. Я тебя в носик перед сном поцелую, хочешь? , — на него смотрят преданно и кивают: — Ты знаешь, что я тебя люблю? — спрашивает младший по пути в спальню, а Чимин замирает: — Не говори так, ещё слишком рано. — Рано? Я по тебе два года сохну, а теперь ты без пяти минут согласился со мной встречаться, почему мне нельзя озвучить то, что я чувствую? Я не требую ничего в ответ, торопить не буду. А если ты думаешь, что это потому, что я пьяный, то утром спроси — я отрицать ничего не буду, — Тэмин спотыкается и падает на кровать. Чимин падает следом, ведь его хватают за собой в воздухе, — Ты такой красивый, когда краснеешь, — после этих слов оттенок лица Чимина становится ещё более ярким. — Спи, — говорит Пак лежащему рядом блондину, легко трогая губами его нос. Тот проваливается в бессознательность с улыбкой на лице.

***

Чимин просыпается под мерное сопение в шею и чувствует горячую ладонь под своей футболкой: — Ну почему ты всё время норовишь куда-нибудь запихаться? — шепчет, чтобы не разбудить, но Тэмин рядом начинает возиться: — Доброе утро, — от чужого хриплого голоса у Чимина бегут мурашки, — У тебя есть для меня зубная щётка? — В шкафчике под раковиной лежит неоткрытая, — продолжение Кан уже не слышит, срываясь с места. Через несколько минут он заходит к Чимину на кухню и от него приятно пахнет мятой: — Теперь мы встречаемся? — тот от неожиданности чуть не подавился водой, — Предвещая вопросы, хочу сказать, что помню всё, что вчера было. — Я тебе не верю, — говорит Чимин, восстановив дыхание, — Чем докажешь? — Ты поцеловал меня в нос перед сном, — взгляд напротив пышет скептицизмом, — Если этого мало, могу напомнить, что ты пообещал мне поговорить утром, что мне можно будет целовать тебя, когда мы начнём встречаться, что я и планирую сейчас обсудить. А ещё я сказал, что люблю тебя, — Пак осознаёт, что за разговором не заметил, как Тэмин сильно приблизился, прижав его поясницей к столешнице: — Не выпустишь, пока не поговорим, да? — ему кивают, — У меня сейчас на плите всё сгорит. — Я не поведусь, она даже к розетке не подключена. Я не хочу на тебя давить или торопить, но ты обещал поговорить. Объясни мне, есть ли вообще смысл чего-то ждать? — Тэмин ловит чужой взгляд и пытается увидеть ответ на свой вопрос. Чимин обнимает его, шепча на ухо: «Я надеюсь, что не буду об этом жалеть», а потом берёт обеими руками за лицо, притягивает к себе, прижимаясь губами к чужим, через секунду отрываясь: — Всё, на тебе клеймо моего парня, избавиться от него не получится, — Кан смотрит блестящими глазами и улыбается, — А теперь давай завтракать? — Я видел рядом с зубной щёткой неоткрытую смазку, — Чимин бьёт его в плечо, вспыхивая, — Пошутил я, пошутил. Дай мне минуточку, а потом что-нибудь поесть закажем. Он наклоняется к шее старшего, мягко проводя по ней носом, кусает за мочку уха, отстраняется, облизывая свои губы: — Теперь пошли, — делает шаг назад, но его резко притягивают за шею, крепко целуя, сразу проникая внутрь рта языком. Они целуются, пока у обоих не заканчивается воздух в лёгких, и Пак шепчет: — Пошли, но сначала заглянем в ванную, нужно взять кое-что.

***

Собираясь следующим утром, Тэхён надевает джинсовку с вышивкой на спине, протягивает руку к полке у входа, но вспоминает, что оставил прошлой ночью ключи в пальто. Он засовывает руку в карман, цепляется пальцами за брелок в виде карнавальной маски, достаёт связку, собирается выходить, но на пол что-то падает. — Забыл совсем, — улыбается он и рассматривает снимки из фотобудки, которые они сделали с Чонгуком в торговом центре, где покупали мартини. На первом фото они просто улыбались, на втором корчили рожицы, а на третьем сложили руки сердечком над головами. Тэхён отмечает про себя, что ему стоит вставить последний снимок в рамку. Он отвлекается на звук уведомления на телефоне — Чонгук пишет, что освободится через час, нужно поспешить. Ким расплачивается и выходит из такси. Шатен машет ему рукой, стоя на крыльце университета. Когда старший подходит, он хватает его за руку и тянет в здание: — Спасибо тебе огромное, что приехал. Я просто быстренько покажу тебя декану, — брови Чонгука встречаются на переносице, — То, что я не общаюсь с однокурсниками, не означает, что я социофоб и не мог найти себе модель. — Не воспринимай это как оскорбление в свою сторону, он просто думает, что я нереальный, — Чон перестаёт хмуриться и улыбается, — Если хочешь, потом можем пойти поиграть в автоматы. — Я сейчас заплачу, Тэхён. Я не могу, мне нужно ехать домой и убираться, а ещё готовить «что-то съедобнее рамена». Ко мне завтра мама приедет. Всё, пришли, — Ким сжимает руку младшего крепче, видя, как тот волнуется. Они выходят из кабинета декана несколько смущёнными, потому что «Чонгук-ши, не думал, что ваш парень такой красавец, извините, что сомневался и заставил ехать сюда». Ким запускает руку младшему в волосы на затылке: — Держу пари, он замолвит за тебя словечко на защите. — Я на это надеюсь, — Чонгук смотрит в пол, потом на стены, кусая нижнюю губу, — Могу я тебя попросить о ещё одном одолжении сегодня? — Тэхён кивает, и младший продолжает: — Я не умею готовить, от слова совсем. Я либо ем здесь в столовой, либо заказываю доставку, часто завариваю рамен, ещё чаще ем что-нибудь из твоей выпечки, — старший улыбается, убирая с водолазки студента волос, — Ты мог бы поехать со мной и помочь мне что-нибудь приготовить? Я заплачу. Тэхён от удивления раскрывает рот: — Зачем платить? Мы же с тобой друзья, какие ещё деньги? Я с радостью тебе помогу, заодно поболтаем, только сначала нужно заехать за продуктами, — Гук широко улыбается. Дома Чонгук вешает джинсовку Тэхёна на крючок, отправляя того мыть руки. После меняет свой верх на домашнюю просторную футболку и моет руки сам. Когда он заходит на кухню, Ким уже успел распаковать продукты и начал мыть овощи. Он кладёт томаты на полотенце, оборачиваясь и спрашивая: — Резать ведь умеешь? — Всё не настолько плохо, — смеётся Гук, открывая вид на след на шее. — Прости меня за нескромный вопрос, но когда ты успел? — спрашивает Тэхён, указывая на то ли укус, то ли засос, — Мы же вернулись домой под утро. — Не помнишь? Сам же меня укусил, — снова смеётся, — Но я на тебя не в обиде. Тэхён улыбается, но понимает, что когда увидел пятно на чужой шее, его уколола ревность. «Влип» Он поручает Чонгуку резать морковь тонкими полосочками, а сам сбегает в ванную. Смотрит на себя в зеркало: щёки покраснели, а взгляд дикий. Не удивительно — он сейчас сам на себя злится. Ким недобро усмехается. Несколько лет не влюблялся, а тут сюрприз — встрескался в своего друга. Он брызгает на себя холодной водой и промакивает лицо бумажным полотенцем, не решаясь выйти. — У тебя всё в порядке? — младший стучится в дверь, — Я могу чем-нибудь помочь? — Я сейчас приду, поставь пока рис вариться, — Тэхён надеется, что шатен уйдёт — ему нужно ещё время, чтобы до конца прийти в себя. Он слышит удаляющиеся шаги и выдыхает, через пару минут покидая ванную. — Точно всё хорошо? — смотрит внимательно, как будто насквозь, так пристально, что Киму становится не по себе. — Просто прекрасно, — врёт он. За размеренной готовкой пролетает полтора часа, за которые у Тэхёна получается успокоиться, и он решает, что в чувствах нет ничего страшного, поэтому он продолжит общаться с Чоном, как и раньше. Не подросток уже, чтобы придавать этому так много значения. — Так быстро справились, — Гук широко улыбается, — Мы можем ещё немного потусоваться. Что будем делать? Можно фильм включить или поиграть во что-нибудь. — Я не попал в кино на новых Мстителей, ты смотрел? — Нет. Тогда я его скачиваю? — Тэхён кивает, проваливаясь в кресло-подушку, — Я закажу пиццу, ты какую любишь? — Я тебе, значит, готовлю, а ты меня фастфудом пичкаешь? — брюнет наигранно серьёзно смотрит, но младший падает рядом с ним на колени и смотрит жалобно: — Извини меня, мы можем в ресторан пойти, я угощаю! Пожалуйста, не обижайс — Тэхён закрывает ему рот своей рукой и хохочет: — Это ты доверчивый, или я хороший актёр? — Чонгук хмурится и пытается убрать инородный предмет со своего лица, но его не отпускают: — Пока не перестанешь хмуриться — не уберу. Не на того напал, Ким Тэхён. Он может и кажется милым иногда, но это только при тебе. Поэтому Чонгук высовывает язык и облизывает ему пальцы, наслаждаясь последующей реакцией: бариста быстро одёрнул руку и начал вытирать её об чужое плечо. — Ты думаешь, что победил в этой схватке, но хмуриться ты перестал до того, как я убрал ладонь, — старший самодовольно скалится, и Чон не может не улыбнуться в ответ.