Пальцы вверх!

В следующий четверг, в пять часов вечера, Клинт снова оказался в небольшом кирпичном здании. Он прошел в заднюю часть класса, где уже сидели Клара и Калеб. — Ты опоздал! — воскликнула Клара, и Клинт взглянул на часы. — На одну минуту, это не считается! — ответил он. — Еще как считается, — серьезно ответила Клара. — Верно, Калеб? — Наверное, да, — задумчиво произнес Калеб. Однако у них не было возможности продолжить дискуссию, потому что миссис Реймонд обратила на себя внимание и начала раздавать тарелки и столовое серебро. — Сегодня нас покормят? — прошептал Калеб, его глаза сверкнули, и Клинт ухмыльнулся. — Это будет очень интересно, я люблю поесть. — И я тоже! — Никаких разговоров, — строго сказала миссис Реймонд, и Калеб с виноватым видом захлопнул рот, а Клинт опустил голову. — Ну ладно, все! Столовое серебро должно быть разложено должным образом. Убедитесь, что ваша тарелка находится в центре перед вами, и поместите вилку слева от нее зубцами вверх. Нет, другое лево, молодой человек. Теперь правильно. Положите нож справа от тарелки, так чтобы лезвие было направлено в сторону вашей тарелки. Нет, дорогая, не перпендикулярно, а параллельно. Вот именно, в том же направлении, что и вилка. Хорошо. Теперь положите ложку с другой стороны от вашего ножа. Ваш стакан с водой должен быть над вашей ложкой и ножом. Нет, только не в воздухе, не урони его! Ох, милый. Вот почему мы используем пластик. Так, сейчас я пройдусь по классу и посмотрю на вашу сервировку. Клинт взглянул на Клару, которая уже все расположила в правильных местах, а затем на Калеба, чей нож был направлен не в ту сторону. Он подождал, пока миссис Реймонд повернется к нему спиной, чтобы подтолкнуть Калеба и указать на его нож. Калеб выглядел непонимающим и смущенным, пока Клинт не показал, что нужно было перевернуть прибор. Калеб одарил Клинта белозубой улыбкой и перевернул свой нож как раз в тот момент, когда миссис Реймонд подошла к нему. — Хорошо, хорошо, хорошо. Отличная работа, вы трое. — Спасибо, — прошептал Калеб, и Клинт показал ему большой палец. Они начали кропотливо изучать, как правильно держать и использовать каждый предмет, прежде чем, наконец, получили еду. У всех чуть не потекли слюнки, включая Клинта. Один мальчик все же откусил кусочек картофеля, чем заслужил гневную лекцию миссис Реймонд, прежде чем всем было позволено взять свои вилки и ножи в руки. Им тщательно объясняли, как резать и есть курицу, ругали за то, что они забыли положить салфетки на колени, и отчитывали за то, что они слишком быстро и неаккуратно едят кукурузу. Казалось, что существуют тысячи правил, и большинство из них были довольно непрактичными. Под конец Клинт почувствовал себя полностью подавленным, словно его поймали в третий раз за ночь, пока он крал печенье из банки. Несколько детей были доведены до слез, и миссис Реймонд, казалось, не испытывала к ним никакого сочувствия. — Вы должны научиться, — сказала она им, скрестив руки на груди. — Она злая, — прошептал Калеб, когда она повернулась к нему спиной. Клинт и Клара согласно кивнули, и лишь слегка изменили свое мнение, когда она раздала ириски в конце урока. — Не забудьте попрактиковаться в хороших манерах дома! — сказала она, и все хором ответили «Да, Миссис Реймонд», прежде чем выскочить за дверь, кидая в рот свои ириски. Клара даже вспомнила, что нужно есть с закрытым ртом, отчего Калеб засмеялся так сильно, что чуть не задохнулся. Его отец — должно быть, это был его отец, у них были одинаковые глаза — выглядел обеспокоенным, похлопав сына по спине, прежде чем обнять его в знак приветствия. — Пока, Клинт! Пока, Калеб! — крикнула Клара, помахав им рукой, прежде чем забраться в микроавтобус. — Пока! — крикнул Калеб из объятий отца. Раздался нетерпеливый гудок, и Клинт, подняв глаза, увидел, что Наташа уже ждет его. — Это и есть твоя подруга? — спросил Калеб. — Именно, — ответил Клинт. — Это Нат. — Привет, Нат! — крикнул Калеб. Глаза Наташи расширились, и она осторожно помахала ему рукой, а затем снова сосредоточилась на Клинте. — Поторопись, Клинтон, — крикнула она, и Калеб хихикнул. — Она назвала тебя Клинтоном! — Да она просто су… злая, — надулся обиженно Клинт. — Пока, Калеб. — Пока, Клинтон! Клинт вскинул руки вверх. — И ты тоже? Предательство! Несправедливость! Калеб засмеялся так громко, что у него перехватило дыхание, и Клинт, надувшись, подошел к машине и сел в нее. — Один из твоих маленьких друзей? — спросила Наташа. — Калеб, — ответил Клинт. — Хм, — Наташа прибавила скорость, когда они выехали на главную дорогу, и мотор взревел. — К чему такая спешка? — Я опаздываю на посиделки клуба причесок. — Знаешь, у меня отличные волосы… — Ни в коем случае, — отрезала Наташа. Он выпятил нижнюю губу, глядя на нее, и она покачала головой. — Не делай мне такое лицо. Ты как щенок, Клинтон. Он издал слабый скулящий звук, и она замахнулась на него. — Не пытайся сломить меня. — Но… — Ты не подходишь для этого. Не повезло тебе, shenochek. — А что такое «she-no-chek»? — Почему бы тебе не выучить русский и не разобраться в этом? Клинт застонал. — Все, я передумал. Клуб причесок, должно быть, ужасен, раз ты в нем. Губы Наташи изогнулись в легкой улыбке.