Твоя боль- моя боль

Сев на колени возле мертвого тела, я опустила веки Роя, как когда-то — матери. Боль утраты поселилась в груди, осознание собственной вины бередило рассудок. Риза, поднявшись, ушла за врачом, хотя, обе знали, что это уже не поможет. Ему останется лишь констатировать смерть, а нам, приять это как факт. Кабинет полковника казался серым и угрюмым. Чувствуя сильную усталость, я плюхнулась на кресло. Риза зашла в ту же комнату несколько минут спустя. — Он сбежал, — сказала блондинка и направилась в свою спальню. — Рой?! — Гомункул, дурочка, — она громко хлопнула дверью. Мои мысли прервал последующий грохот. Риза устроила полный разбой в спальне, когда я вбежала к ней, то увидела вещи, разбросанные по полу, и острые осколки стекла, одним из которых возлюбленная Роя Мустанга поранила запястье. Девушка истекала кровью, одновременно и вытирая слезы, и безумно смеясь. Горе сломало ее, а в моем сердце, наоборот, загорелся факел мести. Я твердо решила стать сильнее и найти гомункула. Обмотав ее руку простыней, я обняла подругу. — Я хочу умереть... — Что?! Нет, Риза, нельзя так говорить. Встань для революций! Революций в душе. Пока Бог дает, нужно жить! Шрамы заживут, боль пройдет. — Это все из-за тебя! Я опустила взгляд, хотела заплакать, но тут же взяла себя в руки: — Да это из-за меня, но я хочу исправить ошибку! Я найду гомункула, который убил полковника, ради этого я готова лишится жизни. Ты со мной Риза? Я протянула ей руку, и она сделала тоже самое. На этот раз блондинка задала вопрос: — C чего начнем? — Если хочешь что-то найти — иди в библиотеку. Возможно, мы найдем книгу «Как победить гомункула», или нечто подобное. Зайдя в библиотеку, мы увидели лабиринты из книжных шкафов и потратили на поиски целую ночь. Я специально не давала себе заснуть, потому что боялась увидеть во сне Роя, так же, как и Риза, журившего меня за свою смерть. Мы нашли то, что искали. Пожелтевший томик в обложке с названием «Смерть гомункулам: алхимия. Практическое руководство». Спустя пару часов блондинка уснула, положив голову на стол. А я подошла к залитому светом луны окну. Закрывать глаза было страшно. Чувство вины за смерть человека тяготила душу. Тот кошмар, со всеми его атрибутами, переместился из сна в затуманенную усталостью голову, поглощая мой рассудок. «А ведь похороны уже завтра», — думала я