Империус

Гермиона лежала сверху на Поттере и привычно обрабатывала его член своим милым ротиком. Гарри тоже не отставал, он вылизывал свою подругу, периодически проникая в нее языком. Это было результатом очередной тренировки по сопротивлению империусу. Гермиона стабильно не оказывала сопротивления чарам Поттера. Уроки со Слизнортом тоже проходили неровно, успехи чередовались с неудачами, не давая стабильного прогресса. Гарри снял заклинание подчинения, и Гермиона стала издавать удивленные звуки, она заерзала, но Гарри крепко держал ее за ягодицы. Староста начала задыхаться от резко нахлынувшего возбуждения. Она бессильно дергалась, пока возбуждение окончательно не сковало ее мышцы, парализовав ее. Она дрожала, прижавшись лицом к члену Поттера. В голове не было ни одной связной мысли, только вихрь чувств и эмоций. Гарри тоже достиг кульминации, белая жидкость покрыла половину лица девушки. Минут десять они просто лежали и восстанавливали дыхание, Гарри медленно поглаживал ладонью нежную кожу одноклассницы. Когда же сознание Гермионы полностью восстановилось, она сбросила с себя руки Гарри и поспешно села, отвернушись от Гарри и прикрывшись руками. – Зачем? – возмущенно спросила Грейнджер. – Ты сама говорила, что надо что-то менять, повышать сложность. Обычный минет стал слишком обыденным для нас, в перспективе он не останавливает тебе ни с чарами, ни без чар. А я не хотел наносить тебе вред… я хотел сделать тебе также приятно, как ты делала мне, – сказал Гарри и положил ладонь на спину подруги и начал гладить. – Ты не должен был этого делать… – прошептала Гермиона. Она попыталась встать, но руки Гарри не дали ей этого сделать, парень обнял ее, одна его ладонь накрыла ее грудь, а вторая стала скользить по животу вниз. – Я хочу большего, но не под чарами. – Нет, нельзя, – Гермиона все же вырвалась и быстро стала одеваться. Она долго не хотела себе признаваться в том, что эти “тренировки” заходят слишком далеко, да и вообще это не совсем “тренировки”, но теперь это становилось слишком явно. Спустя какое-то время они отправились на очередную встречу со Слизнортом. Профессор в последнее время очень часто приговаривал: “Вот когда я был деканом…”, “Если бы я был деканом Слизерина…”, “Ох этот нынешний декан, не то что я…” и так далее. Ребята с ним всегда соглашали и сочувствующе кивали. – Эх, профессор, знали бы вы, как мы жалеем, что вы не декан Слизерина, – вздохнул Гарри. Блейз Забини бросил быстрый взгляд на гриффиндорца, затем на профессора. – Ну декана можно поменять… только кто этим займется, Поттер? – спросил Блейз, как бы между делом. – Как можно поменять декана? Этим занимается Дамблдор, а он никогда не поменяет Снейпа, – заявил Гарри. – Дамблдор не всесилен, его самого снимали с должности, когда Тайную комнату открыли, старик и Хагрида не смог тогда защитить. А потом Амбридж его смогла выгнать, – заметил Забини. – Но после того, как Дамблдор одолел чудище Слизерина и закрыл Тайную комнату, никто в попечительском совете в нем не сомневается, – заявила Гринграсс. – ЧТО?!! – удивился Гарри. – Это не Дамблдор одолел василиска! – Там был василиск? – удивился Белби. Гарри быстро повернулся к Белби: – Да! Огромный василиск! Ядовитый, страшный, у него один клык, как у меня локоть был на втором курсе! Он чудовищно сильный, и у него крепкая чешуя и кости, когда он сослепу врезался в стены, все тряслось, камень трескался. А еще он быстрый и ловкий. Пока Гарри все это рассказывал Белби, Слизнорт быстро кивнул Дафне Гринграсс. – Удивительно, мой мальчик! – воскликнул Слизнорт. – А все были уверены, что это Дамблдор разобрался с монстром. – Мой отец в попечительском совете, он говорил, что, когда Дамблдора отстранили, похитили дочь Артура Уизли, поэтому совет попечителей попросил профессора Дамблдора вернуться, и как только он вернулся, дочь Уизли была спасена, чудище убито, а Тайная комната закрыта, – холодно и высокомерно сообщила Дафна. – Поэтому авторитет профессора Дамблдора среди попечителей тогда вырос, никто из них больше не выступал против директора. Гарри был поражен… – Неужели ты хочешь сказать, что это ты убил василиска, а не Дамблдор? – выражая неверие, спросил Блейз. – Гарри, там ведь была волшебная шляпа, ты достал из нее меч Гриффиндора! Шляпа свидетель, она видела всю битву! И Джинни Уизли должна была что-то запомнить, когда она очнулась в Тайной Комнате, – воскликнула Гермиона, заступаясь за друга. – И я ему верю! Профессор Дамблдор не смог бы попасть в Тайную комнату, не смог бы ее ни открыть, ни закрыть, потому что он не змееуст! – Точно! Об этом же в газете писали! Ты, возможно последний змееуст в Англии, – вспомнил Слизнорт. – А у шляпы я при случае поинтересуюсь. Сегодня мисс Уизли не почтила нас своим присутствием, так как умудрилась попасть на отработку к Северусу, но скоро мы и у нее сможем поинтересоваться подробностями той истории. – Я говорю правду! Я могу принять сыворотку правды, могу принести непреложный обет говорить правду! – возмущенно воскликнул Гарри. – Но твою версию никто не слышал раньше. Все в попечительском совете считают, что это заслуга Дамблдора, – возразила Гринграсс. – А у нас сегодня есть отличная возможность обо всем рассказать попечителям, – обрадовался Слизнорт. – Несколько из них сегодня вечером обещали заглянуть ко мне на вечеринку. – Кстати, Поттер, вот у тебя и появится возможность сказать попечителям, что ты думаешь о выборе декана Слизерина… – тихо сказал Забини. – Кстати, Гарри, мой мальчик, а ты умеешь извлекать воспоминания? Гарри покачал головой. – Не волнуйся, это не трудно, я сегодня тебя научу. Дверь скрипнула. – О! А вот и мисс Уизли, мы тут вспоминали историю с Тайной Комнатой. Мистер Поттер утверждает, что он убил василиска. – Да! Он убил огромную змею мечом Гриффиндора и уничтожил артефакт Сами-Знаете-Кого, который контролировал змею, этот артефакт и меня околдовал! – сразу ответила девушка, словно готовилась произнести это с самого начала. – Ты сама видела, как он его прибил, – вмешался в разговор Кормак. – Нет, но, когда я очнулась, артефакт был уничтожен, змей убит, а Гарри был рядом с мечом Гриффиндора. – А Дамблдор, разве это не он спас тебя? – изобразила удивление Дафна. – Его там не было. Мы встретили его только когда сами добрались до учительской. – Чудесно! Это вы с Гарри и расскажете сегодня нашим гостям. На встрече было много гостей, тут было не несколько попечителей, а все двенадцать, а также различные высокопоставленные чиновники, лорды и просто влиятельные маги. Поттер сначала немного испугался, но рядом всегда были Слизнорт и Гермиона, Слизнорт поддерживал дружелюбную беседу, был приветлив и спокоен, а Гермиона сама по себе всегда была надежной опорой для друга. К тому же первой начала рассказ Джинни, она жарко рассказывала и спорила со всеми, что Гарри был просто обязан вступить в спор и сам обо всем рассказать. Затем самые важные гости были допущены к омуту памяти, где увидели все собственными глазами. – Кстати, мистер Поттер, а вы не могли бы устроить нам экскурсию в Тайную Комнату? – спросил Слизнорт. Все присутствующие восприняли эту новость с энтузиазмом, тысячелетняя комната вызывала неподдельный интерес. – Знаете, мистер Поттер, я не подозревал о том, что там произошло на самом деле… – произнес старший из членов попечительского совета. – А я не знал, кто и что о ней знал, я просто рассказал обо всем Дамблдору и все, я не знаю, кому он об этом рассказал. Но эта история заинтересовала профессора Слизнорта, и он решил, что все должны об этом знать, – ответил Гарри, затем на секунду задумался. – Жаль, что он не декан Слизерина, и что он только сейчас начал вести зельеварение, с ним было бы гораздо лучше. – Вам чем-то не нравится профессор Снейп? – удивился попечитель. – Он худшее, что происходило с Хогвартсом, – резко ответил Гарри. Несколько попечителей, которые шли позади и все слышали, стали быстро перешептываться и что-то передавать своим коллегам. – Вы знаете, что Снейп друг Люциуса Малфоя и даже крестный отец его сына? – спросила Гринграсс. – А причем здесь Малфой? – Это он подкинул мне проклятый артефакт Сами-Знаете-Кого, который меня околдовал, который открывал Тайную комнату и управлял василиском. Он хотел таким образом убрать маглорожденных, помешать моему отцу продвинуть закон о защите маглорожденных и убрать Дамблдора. – А ведь это Люциус убеждал нас голосовать за отставку Дамблдора, – напомнил отец Дафны. – И вряд ли это все удалось бы, если бы Малфою и артефакту кто-то не помогал бы в Хогвартсе. Кто-то близкий к Малфою, кому он доверяет… – добавила Джинни. – Кстати, его сын Драко Малфой, он любимчик Снейпа, и он был единственным, кто открыто радовался жертвам среди маглорожденных, – сообщил Забини. – Мистер Поттер, но… профессор Снейп столько лет был вашим учителем, и профессор Дамблдор рассказывал, как много времени именно профессор Снейп уделял именно вам. – Профессор Снейп издевался над Гарри все время, все эти годы, – заявила Гермиона. – Кто угодно был бы лучшим учителем, чем Снейп, – заявил Гарри. Попечители были изрядно удивлены, а тем временем вся процессия достигла туалета с тайным входом. Гарри продемонстрировал всем свое умение разговаривать со змеями, и вскоре все могли любоваться тайными ходами и залами Слизерина. Пока все шли к главному помещению, Поттера продолжали расспрашивать. – Но как же та история, когда профессор Снейп спас вас с друзьями от оборотня, беглого преступника и дементоров? Об этом даже Корнелиус Фадж рассказывал, когда был министром, – поинтересовался один из чиновников. – Просто Снейп – лжец! Оборотнем был профессор Люпин, он научил меня заклинанию патронуса, которое защищало меня от дементоров, им я сам разогнал всех дементоров. Сириус Блэк – мой крестный, и он был невиновен, это уже доказано. А Снейп просто напал на нас, он хотел убить моего крестного и профессора Люпина, а может быть и нас… он хотел позвать дементоров, хотя он знал, что Сириус Блэк невиновен, ведь он сам в отличие от Сириуса был пожирателем смерти. Я, Гермиона и Рон оглушили Снейпа, только благодаря этому нам всем тогда удалось спастись, – ответил Гарри. Он привирал, он не был уверен, что Снейп знал о невиновности Сириуса, и тем более Снейп не хотел убивать учеников, но Гарри чувствовал жгучее желание навредить ему. – Так вот Снейп и оклеветал нас перед министром, рассказав ту небылицу, что якобы он нас всех спас. А затем он сделал все, чтобы Люпина уволили. – Но Альбус, когда брал Северуса на пост преподавателя, уверял нас, что тот не был слугой Темного Лорда, был шпионом. Дамблдор поручился за него, – возразил один из попечителей. – Именно из-за этого поручительства никто ничего не расследовал, никто не допрашивал Снейпа, потому что Дамблдор его защитил. Допроси его тогда на суде сывороткой правды, он бы камеру в Азкабане обживал. – Но этот Люпин оборотень! Его нельзя было допускать к преподаванию. – Оборотень лучше Снейпа, – пожал плечами Гарри. Рядом шел Слизнорт, он все слышал и улыбался. – Когда Альбус заявил, что профессор Снейп будет преподавать в этом году Защиту от темных искусств, он упоминал, что тот оказал вам большую услугу, обучая вас окклюменции, – припомнил еще один попечитель. – Он ничему меня не обучал, он пользовался случаем, чтобы еще больше унижать меня, он фактически пытал меня, – Гарри посмотрел на профессора Слизнорта. – Профессор Слизнорт, к счастью, согласился меня обучать окклюменции, его уроки по-настоящему полезны, он настоящий учитель. – О, да! Мистер Поттер делает большие успехи. Разговоры стихли, когда Гарри открыл последние врата, за ними располагался главный зал, где все увидели мертвую тушу василиска. – Удивительно… – Потрясающе… Все были поражены. – Я, конечно, видел ваше воспоминание, но вот вижу василиска и еще больше поражаюсь вашему мужеству, мистер Поттер… А в это время Слизнорт что-то тихо шептал на ухо Гринграсс и Грейнджер. – Гораций, вы все время молчите, что вы можете сказать о своем преемнике? – Альбус, назначил его, не посовещавшись со мной, я не хочу критиковать коллег, но я был не в восторге от этого выбора. Да и… а впрочем, неважно… – Ну скажите, Гораций! – Я совсем не рад уровню подготовки учеников в зельеварении, а также мне не нравится низкая дисциплина на Слизерине и взаимоотношения моего факультета с другими учениками. К тому же Северус откровенно запугивает учеников, его боятся… – Девочки, разве вы действительно настолько боитесь своего профессора? – спросил попечитель у Гермионы и Дафны. Те молча кивнули, опустив глаза вниз. – Хватит о нем. Мы пришли, чтобы посмотреть на место подвига Гарри Поттера! Я никогда не думал, что увижу настоящую Тайную Комнату Салазара Слизерина! – воскликнул Слизнорт. – Гарри потрясающий человек! Его приключения в Хогвартсе просто удивительные. – Я бы с удовольствием послушал! – воскликнул кто-то из чиновников. – Я бы тоже, но уже поздно. Но! Я уверен, что в следующий раз Гарри расскажет нам еще одну потрясающую историю. А сейчас ученикам пора расходиться по спальням. На следующий день было воскресенье, и Гарри с Гермионой снова отправились в кабинет Слизнорта. Он действительно показывал своим ученикам приемы окклюменции, а также давал Гарри уроки боевой магии и даже рассказывал кое-что из темных искусств. Слизнорт знал, что напрямую это может отпугнуть гриффиндорца, но он показывал ему, как определять проклятья, универсальные способы их снимать, как нарушать ход темных ритуалов, как блокировать проклятые артефакты. Все эти знания были напрямую связаны с темными искусствами, благодаря им Гарри больше узнавал о темной магии, но считал это скорее продвинутой Защитой от темных искусств, а между тем сам узнавал в числе прочего все больше новых проклятий и ритуалов. – Вот Гарри, вот это движение палочкой и формула снимают чары с инфернала, он снова становится обычным трупом, движение, кстати, обратное тем, которым их поднимают, и слова звучат похоже. То есть так ты их снимаешь, а так поднимаешь… туда-сюда… – приговаривал профессор, стараясь сделать так, чтобы Гарри обучаясь борьбе с мертвецами, обучился и их оживлению. – Я сейчас покажу, как выглядит ритуал их оживления, если увидишь следы такого ритуала, значит рядом некроманты и инферналы. Кстати, от мертвецов может помочь круг, выложенный из зубов мертвеца, он же и от проклятий может защитить… А на зубах вот такие символы для усиления можно нарисовать. Кстати, а вы знали, что рукой мертвеца тоже можно колдовать, почти как палочкой… В перерыве профессор пригласил учеников к столу и налил им чаю. – Гарри, мой мальчик… а ты молодец! Хорошо себя вел с попечителями, не подвел, я очень доволен тобой. – Спасибо, сэр. – Наедине и с мисс Грейнджер можешь звать меня просто Горацием. Гарри, а ты правда хотел бы, чтобы я был деканом Слизерина? – Да, сэр… Гораций. – Тогда мы на верном пути, у нас есть шанс. Мы можем этого добиться, а может быть и большего. И твоя помощь нам очень пригодится. – Вы уверены, Гораций, что у нас получится? – спросил Гарри. – Вы сами до конца не понимаете, насколько ты, Гарри, знаменит и влиятелен, особенно теперь, когда все знают, что ты всегда говорил правду, и Фадж слетел. Авторитет учителей и даже самого Дамблдора отчасти зависит от тебя. Ведь это твои учителя, они обучают самого Гарри Поттера! Гарри Поттер делает успехи, благодаря учителям. И он отчасти прикрывается тобой, Гарри. И прикрывает учителей, в том числе и Снейпа, ведь он твой учитель. Гарри нахмурился и хотел возразить, но учитель его остановил. – Да, я прекрасно тебя понимаю. И поэтому твое слово многое значит. Люциус в тюрьме, и Снейп лишен его покровительства, а вот мои связи мне помогут. Дочь Артура Уизли уже на нашей стороне, а она сражалась в министерстве на вашей стороне. И, конечно же, мисс Грейнджер – лучшая ученица, самая умная ведьма столетия, как вы сами ее регулярно рекламируете, ваша верная боевая подруга, к тому же староста, тоже прославилась в сражении в министерстве. И я подумал, что нам может помочь Невилл Лонгботтом, он сын героев, он твой друг и он тоже принимал участие в вашем сражении с пожирателями смерти, ты должен поговорить с ним. Игра начинается: клуб слизней против Северуса Снейпа! – И какой будет наш следующий ход, Гораций? – спросила Гермиона. – На следующей встрече расскажете о Турнире трех волшебников Учитель задумался. – А теперь перейдем к нашим урокам! Есть одна мысль… Гермиона, тебе надо попробовать самой научиться накладывать империус, это может помочь ей продвинуться в сопротивлении империусу, – сказал Слизнорт, а заодно и вам не помешает. – Но ведь это запрещено и очень опасно, я столько читала о неправильно наложенных чарах. – возразила девушка. – Начнем с мелких зверушек, птичек. Навредишь им – не страшно… И никто об этом не узнает, ведь зверушки никому ничего не расскажут. Еще можешь наложить чары на Гарри, он может сопротивляться любым чарам империуса и правильным и неправильным, и он сможет сказать, чувствует ли он что-нибудь, насколько сильны твои чары. Гермиона в очередной раз доказала свой статус лучшей ученицы, она быстро освоила новое заклинание и подчинила всех зверюшек, которые притащил профессор. Но чем больше и сложнее было существо, тем больше приходилось вкладывать сил. Подчинить кота было уже довольно трудно, особенно когда он увидел мышь, которую заколдовывала Гермиона до этого, это отняло много сил. – Неплохо, – кивнул Слизнорт. – Для следующего занятия еще что-нибудь придумаем. Вы можете и сами потренироваться, но только очень осторожно, чтобы не попасться, а то другим может не понравиться, что вы практикуете империус. На следующий день после обычных занятий Гарри и Гермиона снова встретились для тренировки. – Ну что, попробуем на тебе мой империус! – с энтузиазмом воскликнула Гермиона. – Ну попробуй, только ты же знаешь, что я лучше всех сопротивляюсь этому заклинанию. Я не буду выполнять твои команды! – Посмотрим, – гриффиндорка хитро улыбнулась. – Империо! Поцелуй меня. Гарри удивленно посмотрел на девушку, сопротивляться этому приказу не было никакого желания, он сразу же приступил к его выполнению с максимальной страстью. Гермиона несколько минут не могла отдать нового приказа, так как ее ротик был занят. – Это на тебя так чары подействовали? – спросила Гермиона, когда Гарри переключился на ее шею. – А какая разница? Гермиона устало вздохнула и оттолкнула друга. – Все с тобой понятно. Ты хотя бы почувствовал действие моих чары? – Я не знаю, ты сразу такой приказ отдала, что я как-то о чарах и не думал совсем. Но мы можем попробовать еще раз. Но только чтобы приказ мне понравился. – Мне кажется смысл наших тренировок от тебя ускользает… – Главное, я ясно понимаю, чего хочу получить, – и Гарри снова начал целовать шею девушки. – Гарри, перестань. – Из-за тебя и твоих тренировок я привык к твоим ласкам и уже не могу без них, – пожаловался Гарри. Гермиона хмурилась и укоризненно смотрела на Гарри. – Ну не ломайся, Гермиона, за этот месяц мы уже столько раз проводили тренировки, что ты уже достаточно натренировалась. – Гарри, как тебе не стыдно. Но Гарри не было стыдно, он уже взял ее руку и просунул себе в штаны, где она почувствовала его крепкий член. – Ты не исправим. Гермиона все же сдалась, она опустилась перед другом и начала стягивать с него штаны, достала его пенис и, взяв его в руку, еще раз посмотрела в глаза Гарри, словно давая ему возможность передумать. Но парень даже не рассматривал такой возможности, он подтолкнул тазом член к губам, но Гермиона отстранилась, удерживая пенис рукой, обреченно вздохнула и после этого взяла его в ротик. Грейнджер работала быстро и жестко, она схватила друга за яички и старалась как можно быстрее довести его до окончания. Гарри замычал, хватка подруги была болезненной, она причиняла удовольствие с долей мучения. Девушка буквально старалась выжать из друга оргазм. Ноги Гарри подкосились, ему пришлось опереться на плечи старосты. В итоге Гарри очень быстро достиг пика с громким стоном кончил подруге в рот. Грейнджер быстро встала, вытерла рот платком и смотрела на друга, как ни в чем не бывало. – Заправься и пошли в библиотеку, нам еще домашнюю работу надо сделать!