mortui non resurgunt.hw

Неуверенно он заглядывает в помещение и... по-моему, у него истерика. Картина на кухне была не самая приятная: высохшие подтёки крови на стенах, круглый деревянный стол был обложен бинтами, ножницами, нитками, иголками, опять пятна крови, вместе с грязной посудой в раковине были кровавые бинты и вата. От парня сзади него пахло не чужой кровью, а собственной.. Хенвон боится обернуться, боится посмотреть на раненого монстра, он боится нарушить главное правило - никаких слез. Тяжёлая рука ложиться на плечо, начиная его мять, видно, таким образом пытается его успокоить, но этот жесть только сильнее делает больно. Почему он ведёт себя так, словно все в порядке, переживать не о чем, когда сам ночью истекал кровью. - А знаешь, мне тогда было страшнее всего не то, что я умру, а что ты увидишь мой труп с утра. Легкий голос вывел из раздумий, после чего тяжёлая рука этого голоса слетела с плеча при посторонней помощи. Чхе поворачивается к парню лицом и смотрит в глаза, в которых всегда была лишь одна искра, которую он так и не может понять. Этот парень всегда отзывается со смехом о крови, которая была пролита и неважно каким именно способом и чья она. На его лице всегда сияет пустая улыбка, но рядом с хрупким телом она становится более полноценной. - Ты идиот. Страх пропадает, ведь теперь внутри Вона пылает нервозность. Он верит... нет, он хочет верить, что Хосок его не любит, но с каждым словом, которое падает с тонких губ, его вера рушится. Однако, миловидное лицо меняется отвращением после сказанных слов, кажется, Хенвон уже успел пожалеть о них:

***

Мы часто ищем, что не надо, Мы берём все, что не взято, Мы часто бережем, потом теряем, Но очень редко размышляем .

***

Тело начало приближаться с ясным намеком на злобу. Чхе попятился назад, но, черт, вскоре его лопатки почувствовали стену. От безысходности он скатился на пол и, прильнув лбом к коленям, закрыл голову руками. Было страшно, ведь тот парень с миловидным личиком может сделать всё и, конечно, Вон уже потерял с утра его хороший и добрый настрой. Но... но ничего не происходило, только Хосок сел перед ним на корточки и взял худощавую руку в свою. Этот жест заставил дрогнуть всё тело. Теплая ладонь накрыла руку, аккуратно поглаживая и согревая тонкую кожу. - Я знаю, что ты называешь меня монстром, я знаю, что ты ненавидишь меня и не можешь уйти, потому что боишься... Но ты не знаешь, что я никогда не причиню тебе боль, ты не хочешь знать, что я люблю тебя. Горячая ладонь сильно сжала тонкую кисть до боли и хруста. Парень поднял голову: глаза стали стеклянными, губы тряслись в попытке что-то сказать, но в горле встал проклятый ком. Ему сейчас больно... им двоим было больно. - Чхе Хенвон, пожалуйста, перестань меня бояться. От этих слов все тело замерло и лишь слеза из темных глаз быстро скользнула по щеке, грудь сильно сдавило, а воздух перестал поступать в легкие. Все это продолжалось всего несколько секунд, которые для Вона показались вечностью. Наконец он отмер и вынул свою руку из чужой, долго смотрел на покрасневшую кожу ладони и неуверенно положил её на щеку монстра, рядом с которой тут же засияла улыбка, передавшаяся и бледному лицу. Всеми силами Чхе пытается сделать лишь одно, подавить в себе чувство страха. Он вспоминает те моменты, которые кажутся уже простыми снами, те моменты, когда он любил, когда он хотел, когда он мечтал. Грудь вновь сдавило болью, а в горле нарастал ком. Раньше он исправлял это поцелуем... а что если сейчас совершить ошибку? можно ли её будет исправить?

***

Прости меня, когда я снова каюсь И мысли все мои внутри. Ты так часто говорил, что я отчаюсь, Узнав тайну ломаной двери.