Mad love

Мы договорились встретится у дома Мины, чтобы всем вместе поехать за город. У Ами и Зоя была своя машина, так что передвижение обещало комфорт и уют, а также минимум стресса для всех. В том числе для кота, который был ужасно недоволен своим сидением в черной переноске и громко мяукал, требуя внимания. Бедная блондинка уже замучилась с ним, уговаривая успокоиться, и на руках у неё были видны царапины. - Я не понимаю. В рюкзаке же ты нормально сидишь, тут почти тоже самое. Ну успокойся, пожалуйста, Артемис. Но ни жалобный голос девушки, ни уговоры, ни вкусности, ничто не могло успокоить кота. И в каком-то смысле я даже понимал его. В незнакомой обстановке, в какой-то сумке едет. Наконец, у подъезда остановился черный автомобиль какой-то иностранной марки и из неё выглянула Ами. -Привет всем! Садитесь и поедем, надеюсь, вы ничего не забыли? - Нет, мы полностью готовы, - Минако улыбается так искренне, что и я не могу скрыть улыбку, глядя на неё. Забирается в машину и устраивает переноску на коленях, снова просовывая руку внутрь через небольшой открытый участок молнии и пытается погладить Артемиса, который забился в угол и шипел. - Оставь его в покое, он успокоится, если не дергать каждую минуту, - силой вытаскиваю руку девушки и запираю переноску, сжимая её ладонь в своей. Само собой нервничает, но я позволяю привалится к моему плечу и поспать ещё немного. Спустя пару часов мы подъехали к небольшому отелю в горах, вокруг был лес и солнечные лучи пробивались сквозь крону, оставляя золотистые дорожки света тут и там. Минако, давно проснувшаяся, сидела и фотографировала на телефон эти чудесные виды, выглядела очень счастливой. И только сейчас я понял, то на её лице нет макияжа. Совсем. Вот вообще. Что было, конечно же, не свойственно ей. Мне казалось, что блондинка использует макияж как маску, чтобы не показывать людям настоящую себя и тем самым остается в своей зоне комфорта, однако наблюдение, сделанное сейчас, могло опровергнуть мою теорию. Девушка чувствовала себя совершенно спокойно, и кот в переноске тоже успокоился и уснул. - Что ж, выходим! Зой поставил машину на сигнализацию, оставив её на небольшой гостевой стоянке и мы могли наконец-то получше осмотреть отель. Построенный в традиционном японском стиле, он был похож на маленький сказочный домик из мифов. Минако была в восторге, то и дело хваталась за мою руку и показывала на вещи и виды, которые её поражали. И не расставалась с телефоном, запечатляя чуть ли не каждый наш шаг. В итоге, поддавшись на её уговоры, мы сфотографировались все вместе на фоне дверей отеля и зашли внутрь, поприветствовав хозяйку. Два отдельных номера рядом, на втором этаже. Благодаря тонким деревянным стенам, в здании было прохладно. Минако, не отпуская моей ладони, махнула на прощание Ами и договорилась встретиться с ней в три часа дня в женской части источников. И сейчас она сидит у открытого окна, поглаживая кота, который наконец-то выбрался из переноски и спит, уставший и переволновавшийся. Рядом небольшая дверь, пройти в которую можно согнувшись в три погибели. Приоткрыв её, я обнаруживаю маленький горячий источник, полностью спрятанный за стенами и плотным цветным витражом, который уж точно никто не заметит. Как мило. - Знаешь, я боялась, что ты будешь чувствовать себя скованно. И кажется, я не ошиблась. Ты чувствуешь себя лишним? Девушка оборачивается ко мне и заглядывает в дверку, после чего улыбается. Слишком много всего в этой её улыбке. - Само собой, чувствую. Я же не знаю никого, - и это не ложь. Хоть Ами и приходила ко мне вчера, говорили мы только о Мине. Так что я все еще не знаю ни её начальницу, ни её парня. Или мужа. Я даже не помню, в каким они отношениях. Позор на мою седую голову. - Ну, составь кампанию Зою в купальнях и узнаешь все сплетни города. - Ты серьезно? - Не совсем. Он и правда такой же болтливый, как и я, но знаешь, что можно рассказать. Если хочешь конечно, я не заставляю тебя идти. - А воспользоваться сейчас этим источником ты не хочешь? Вместе со мной? Блондинка резко краснеет и что-то неуверенно бормочет себе под нос. Стесняется, и это так мило, что я не могу держать себя в руках. Хотя бы немного. Хоть чуть-чуть прикоснуться к ней, прямо сейчас. Целую её пухлые губы, почти зажившие от постоянных укусов, чувствую её тонкие пальчики у себя в волосах, с силой сжимающие пряди. - Кунсайт, пожалуйста! Не сейчас! - Еще минуту, я обещаю, только минута, - настойчиво требую я, сжимая её в своих руках и оставляя жаркие поцелуи на тонкой бледной шее. Сколько раз ты думала о том, чтобы сдаться? Сколько раз ты подносила к этой прекрасной фарфоровой коже ножи? Больше я не дам тебе ракой возможности. Осторожно прикусывая мочку её ушка, чувствую дрожь её тела и тихий стон сквозь зубы. - Минута прошла. - Мина, ты меня огорчаешь, - тихо смеюсь куда-то в её шею, но слово держу и выпускаю пташку из рук. Она тут же отстраняется, касаясь пальцами тех мест, где недавно были мои губы. Краснеет ещё сильнее, и кажется даже кончики ушей задела краска. Как же очаровательно. - Не обижайся, пожалуйста. Я люблю тебя. Но не сейчас. И это не потому, что я не хочу или не готова. Просто у меня может подняться давление, если я не отдохну и могу потерять сознание. И тогда точно ничего не будет. Вечером, в девять, обещаю, что буду сидеть с тобой в источнике. Киваю, чувствуя себя виноватым. Столько старался быть умнее и взрослее, ответственнее, и тут поступаю, как мальчишка. Слава богу, не успел возбудиться. Чего нельзя сказать о Минако, которая сидит на матрасе, уложенном на татами, рядом с котом, и мнется. Мой матрас лежит в метре от её и я просто заваливаю её туда. Не хотим же мы потревожить Артемиса. - Кунсайт, я же сказала, не сейчас! - обиженный голос и злой взгляд, ровно до того момента, пока я касаюсь её тонкого кружевного белья под тканью платья. - Просто лежи и наслаждайся, - усмехаюсь в губы, чувствуя, как под пальцами ткань становится более влажной и липнет к коже. Отодвигаю её и наконец, делаю то, чего так давно хотел, хоть и частично. Касаюсь нежной кожи девушки, выбивая из груди сбитый стон, который она тут же глушит ладонью. И ещё, и ещё один. Сжимает бедра, думая, что сможет мне помешать, но ошибается. Настойчиво провожу пальцем по клитору, чуть надавливая и теперь сам зажимаю ей рот, зная, что стены здесь любой шорох передадутся на две соседние комнаты, а блондинка явно не хотела бы расспросов. Вязкая смазка увлажняет пальцы, делая скольжение все более свободным и быстрым, и моя девушка изгибается в спине, смотрит с таким доверием. Как же хочется просто сорвать с неё платье и войти, сразу же, грубо и резко, чтобы её стоны будоражили сознание, чтобы она полностью была моей. Но только пальцы скользят ближе к лону, осторожно, делая все медленно, оставляя вспыльчивость фантазии. Как только пальцы проникают в неё, сердце готово разорваться от полу-всхлипа полу-писка, с которым Минако схватила меня за руку. Невозможно просто наблюдать, но я держусь. Лишь позволяю себе поцеловать её, убрав руку от губ и забирая каждый стон. Медленно, она поддается на мою руку, все глубже и глубже, пока хватает длины. Глаза затуманены страстью и похожи на ночное небо, безграничное. - Пожалуйста, ещё! - шепчет между поцелуями, забывая обо всем на свете и закрывая глаза, позволяя делать что угодно. Темп пальцев становится быстрее, и быстрее, пока девушка не изгибается у меня в руках, прижатая к матрасу и такая прекрасная. Чувствую сокращения стенок её тела, и обильное количество смазки. Девушка дрожит и шумно дышит, раскинувшись и смотрит на меня из под полуприкрытых глаз. И на зло, чтобы ещё больше подразнить, я медленно облизываю пальцы, пробуя на вкус её смазку. Не чувствуя никаких отрицательных эмоций, единственное желание, заставить её так стонать в открытую и от моих губ. - Ты чего творишь?! Дурак! - пинает меня по ноге, сжавшись и прикрывшись руками. Так мило, что я не могу сдержать улыбку, поправляя её трусики и отвечаю, нахально улыбаясь: - Люблю тебя, конечно же. До трех часов для Минако больше не сказала мне ни слова. Старательно делала вид, что обиделась. Даже когда мы все вместе пошли на прогулку в лес, надев на кота тонкую шлейку, чтобы он не убежал, она молчала. И это стало напрягать меня, особенно когда эту ситуацию стали замечать ребята. - Мина, я уже извинялся, - сейчас она сидит напротив меня за маленьким столом, потягивая холодный безалкогольный коктейль, чтобы охладиться перед тем, как идти к источникам. Ужасно недовольное лицо. - Я ведь просто хотел сделать приятно. Зачем ты мучаешь меня? - Я не мучаю тебя. Просто если я говорю нет - это значит нет. Встает из-за столика и подхватив под руку Ами, закинув на плечо полотенце, уходит. Даже в свободной летней юкате, которая больше напоминает халат, она выглядит потрясающе. Что за магия? Почему она такая? Молча следую вместе с Зоем к мужской половине источников. Начать разговор с этим счастливым мальчишкой как-то не получается, да и возможности не было. Он чувствует себя абсолютно раскованно, а вот я наоборот. Войдя в просторное помещение, снимаю кимоно и медленно ополаскиваю тело из ковшика. Не смотрим друг на друга ровно до тех пор, пока не погружаемся в обжигающую воду, которая выбивает дыхание из груди. - Горячее, чем я думал! - Зой неловко сидит рядом, на расстоянии вытянутой руки. Вся ситуация какая-то неловкая. - Мне кажется, что я зря поехал с вами, - наконец, спустя пару минут выдавил из себя я. Ловлю удивленный взгляд и взлет бровей. Рыжие волосы затянуты в пучок, иначе давно бы намокли. Мои же едва достают плеч, так что мне это не грозит. Опираюсь спиной о теплую плитку и смотрю в сторону леса сквозь запотевающее стекло. - Ты не прав. Мина бы не поехала без тебя. - Поехала бы. - Нет. Ты её плохо знаешь, если так думаешь. теперь пришло время мне удивляться. Вчерашний разговор все еще маячил в сознании, заставляя сомневаться, а знаю ли я настоящую Минако. Какая она настоящая? Та, что плакала в моем кабинете, тряслась в такси или пьющая сидр на кладбище? Я не знал ответа, и если честно, не хотел знать. Все эти маленькие вещи были тем, что я видел сам и хотел верить, что это правда. Что это была не маска. - В любом случае, я рад, что она наконец-то ушла от своего бывшего. Просто чтобы ты знал, мы с Ами постоянно пытались уговорить её бросить его, еще до того, как она стала ходить к... тебе. Странно называть тебя психиатром в дружеской беседе, извини. Но Минако упиралась, говорила, что все исправит. И я даже рад, что ты не похож на него. - Странный комплимент, но спасибо. - Ами считает её сестрой, я считаю её сестрой. Само собой, она тоже что-то такое чувствует, даже если не осознает. Но с тех пор, как вы начали встречаться не как пациент и врач, она стала более живой. Понемногу расцвела. Такой мы её никогда не видели. Мы с ней знакомы года три, где-то так. Но могу и ошибаться, время идет так быстро. Дышать в горячей воде было тяжело, но усталость и напряжение уходило. Следующие полчаса мы разговаривали о себе. Своих интересов, увлечениях. Как оказалось, Зой тоже интересовался психологией, но никогда не хотел связывать с этим жизнь и все сводилось к чтению научных статей и общением с какими-то знакомыми из студенческой поры. Работал он в музыкальном магазине и знал каких-то то звезд, через знакомых знакомых знакомых. Иногда мог таким образом получать билеты. Ами была его жизнью, музыка была его жизнью, а когда синеволосая девушка научилась играть на гитаре, эти две вещи объединились в одну. И он стал совершенно счастлив. Вылезали из источника мы обессиленные и едва могли волочит ноги, потому что не рассчитали и перегрелись. Но за эти сорок минут стали друзьями. Так странно, сколько лет у меня не было друга? Знакомые, коллеги, но нет друзей. И как я это упустил из виду? Сколько же лет я спал? Девушки уже ждали нас за столиком, заказав еду. На ужин был рамен и легкий салат из овощей. Обе румяные, они улыбались и смеялись, и Минако даже обняла меня, когда я сел рядом. Значит, от обиды не осталось и следа. Даже под двумя слоями ткани я мог чувствовать её жар, что заставляло волноваться, закинув ногу на ногу и помахивая резиновым тапочком. Обещание девяти часов вечера не шло из головы, а я будто бы помолодел лет на десять и хотел, чтобы оставшиеся часы прошли быстрее.