"Зарядить Вселенную"

Ким вместе с Уджу шёл по опустевшей дороге: лишь редко проезжающие автомобили разбавляли их уединение. Как и предполагал парень — Кан не покажет своего нового пути, а пойдёт с ним по старому, уже известному. Тэхён обеспокоенно поглядывал на Уджу, что в подавленном состоянии была молчаливее обычного. Почему-то сейчас ему и самому не хотелось говорить, только наблюдать, изучать и пытаться понять свою новую знакомую. «По какой причине она хочет съехать от родителей? Причина в самостоятельности или же есть ещё что-то? А что с запретом приходить к ней домой… она так отгородиться хочет, наглядно показывает, что не доверяет мне?» — Тэхён морщит лоб, подставляет пальцы к губам и подбородку, задумчиво гуляет глазами от девушки к звёздному небу и обратно. «Может попросить пару смен в доставке? Или найти новую работу на неделю? Какие объявления я недавно убрала из закладок? Знала бы, не увольнялась бы из магазинчика», — Уджу нервничает, чувствует подступающую истерику. Ещё немного и дрожь в руках станет заметнее. Чем ближе к дому, тем больше пробелов в голове и безумнее идеи. «А может вовсе перестать появляться дома? На улице ночлег выглядит безопаснее, нежели под одной крышей с Ёнсоком. Ем я в основном в школе или же перекусываю по пути на работу. Вещей у меня немного, школьного ящика хватит, чтобы их спрятать. Душ… Гигиена, кажется, единственная проблема…» — Уджу как-то странно хмыкает, а губы искривляются в грустной улыбке. «Хотела жить как нормальные люди, работала, не щадя себя, а в итоге серьёзно думаю о побеге и ночевке на улице».  — Уджу, — дёргая и тем самым останавливая девушку, привлекает внимание Тэхён. Он незамедлительно отпускает Кан, стоит её глазам найти его карие. Безразличие и пустота во взгляде девушки сбивает Кима. Он растерянно приоткрывает рот и молчит: забыл, зачем вообще окликал Уджу.  — Что? — леденящий тон режет слух и сдавливает воздух в горле. Тэхёну сложно что-либо сказать: впервые он ощущает давление со стороны девушки. «Да что же с ней происходит?» — Ким ужасается той агрессии, что окружает знакомую. У него два её образа в голове перекрывают друг друга, каждый хочет получить власть, стать единственной основой Кан. Уджу, что прикрыла котёнка в дождливый день, оставаясь без защиты от дождя, и Уджу, что ненавидит всех вокруг, грубо отталкивая руку помощи, — совершенно разные стороны одной девушки. «Хочу разгадать каждую из них. Я докажу, что не из трусливых, и сдержу обещание».  — Я звал, но ты не реагировала, — собравшись, начал Ким. Он прочистил горло, что до этого сдавливала неизвестная сила, и без колебаний принял враждебный женский взгляд. — Мне в другую сторону, — он указал большим пальцем, сжимая остальные в кулак, в сторону дороги, которую ему придётся перейти, чтобы попасть домой. — Стоит попрощаться, даже если тебе не была нужна и интересна моя компания, — Ким неуверенно усмехнулся, ведь Уджу не прекращала сверлить его. — Ну что ж…  — Прости, сегодня паршивый день, — сухо произнесла Уджу, мешая Тэхёну закончить прощание. Она отводит взгляд и устало выдыхает через нос. «Нужно быть с ним мягче. Его вины в моей ужасной жизни нет».  — Тогда увидимся завтра? — чуть веселее говорит Тэхён. Кан неодобрительно на него косится, а он растягивает губы в довольной улыбке. Тэхён выжидающе заглядывает в женские глаза, чуть наклоняясь, чтобы поймать взгляд Кан. И только когда девушка, сдаваясь, положительно кивает, выпрямляется и уходит, вернее, бодро перебегает дорогу. Уджу сильнее сводит брови, волнуясь за парня, что не смотрит по сторонам: «Это ведь опасно! Что за ребячество?!» Ким машет рукой, ещё раз прощаясь с Уджу, но она демонстративно отворачивается и уходит к себе. «Другого я и не ждал», — улыбается предсказуемому поведению Ким и, пока это возможно, следит за девушкой. Он уходит, стоит Кан скрыться в темноте улиц. Тэхён устало развалился на любимом диване, после освежающего душа, развлекательная передача — самое идеальное средство для расслабления, особенно когда под рукой пачка крекеров и бутылка газировки. Однако звонок в дверь безжалостно рушит идиллию. Ким закрывает глаза, откидывая голову на верхушку дивана, и горько выдыхает. «Совсем забыл про Хосока…» — парень неохотно поднимается и вяло шагает к двери, в которую уже повторно позвонили. Он открывает её и тут же пропускает гостя, делая несколько шагов назад. Скучающе смотрит на Чона, что лишь раз оценивающе окинул его и принялся снимать верхнюю одежду, развешивая ту точно на «своё» место: дальний крючок от входа частенько был занят исключительно одеждой Хосока.  — Думал, ты уже спишь, — мягко упрекнул старший за долгое открытие дверей и двинулся вглубь квартиры, минуя хозяина. Ким закатил глаза и последовал за Чоном.  — Что за срочность и неожиданность? Обычно ты не наведываешься ко мне ночью, — подойдя к кухонным шкафчикам, Ким достаёт два прозрачных стакана. Хосок же сидит за столом напротив и задумчиво постукивает подушечками пальцев по поверхности. — Хо, ты где витаешь? На работе проблемы, нужна помощь? — серьёзнее говорит Ким, замечая загруженное состояние друга. Он ставит стаканы и, не спрашивая, наполняет их прохладной газировкой. Хосок загадочно выдыхает и, благодарно кивнув, придвигает стакан к себе. Тэхён, недоумевая, вскидывает бровь и садится напротив, делает глоток, не отрывая взгляда, и сам отчего-то напрягается. Неприятное ощущение, что появилось после посещения кафе вместе с Уджу, возвращается. — К тебе приходили школьники и спрашивали об Уджу или обо мне? — хмуро предполагает Ким.  — Что? — непонимающе кривится Хосок. — Никто ко мне не приходил. Да и думаешь, я стал бы болтать о личном с незнакомцами? Тэхён, кажется, ты забываешь, с кем разговариваешь, — недовольно качает он головой и смотрит немного осуждающе.  — Прости, глупость ляпнул, — быстро извиняется Ким и в знак примирения легонько чокается стаканом. — Но тогда в чём дело? Что тебя беспокоит, раз решил назначить позднюю встречу? — с интересом спрашивает он и выжидающе смотрит на старшего, что мрачнеет с каждой секундой. Хосок задумчиво смотрит на пузырьки газировки, поджимает губы, морщит лоб. Ким успевает опустошить стакан и наполнить новый, терпеливо наблюдая за странным поведением Чона. «Обычно он так долго не молчит. От Уджу опылился что ли?» — добродушно хмыкает Тэхён над последним предположением, словно такое вообще возможно.  — Семья Уджу, ты так и не знаешь о ней? — осторожно начинает Хосок. Его тяготит тема разговора, беспокоит состояние девушки и не даёт покоя её реакция на вопрос о родителях. — Не хотелось бы клеветать или необоснованно обвинять, но думаю, с Кан плохо обращаются дома. И под «плохо» я имею ввиду побои, — от своих же слов Чон сильнее сжимает стеклянный стакан. Его коробит от мысли, что взрослые люди, явно превосходящие по силе, издеваются над своим ребёнком. «Да даже если она не родная, у них нет никакого права причинять вред! И, если мои наблюдения окажутся верными, что тогда? Она несовершеннолетняя, пускай и самостоятельная девушка. Мои слова, если попытаюсь помочь, запросто повернут против меня же. И превращаюсь из добросердечного спасителя в совратителя школьниц. Так, стоп, может, я всё же ошибся. Поспешные выводы только портят настоящую картину, закрывая собой правду. Правильнее будет продолжать наблюдать. Вот всегда ведь говорил — со школьниками не желаю иметь дел…»  — Хосок, ты меня пугаешь. Побои? Кто в здравом уме будет вредить своему ребёнку? Сейчас родителям бывает страшно лишний раз замахнуться на ребёнка, потому что тот начинает «угрожать» судом, — посмеиваясь, Ким старался опровергнуть ужасающее предположение друга. Он отрицательно замотал головой, но нервный смешок выдал его неуверенность в собственных словах. Тэхён облизнул нижнюю губу, а затем немного прикусил её, погружаясь в чертоги подсознания, откапывая там моменты связаные с девушкой. «Так, Тэхён, напряги извилины, что там со слухами? «Странная проклятая девчонка» — точно не то, она попросту неуклюжая. «Уджу притягивающая неудачи и смерть», — вообще из ряда вон выходящее. «Высокомерная мышь, игнорирующая младшего брата», — вот оно, у Уджу есть младший брат. Постойте, если о нём ходят слухи, значит и учится он в нашей школе. Тогда почему я его ни разу не видел рядом с Кан и чего он не защищает свою сестру, когда к ней столько гадости прицепилось? Уж с некоторыми слухами мог бы и разобраться», — Ким зло прикусил нижнюю губу. Он помнил, как его старшие братья учили защищаться, как сами приходили несколько раз в школу, чтобы проверить, как он освоился. Да, они были старшими и, скорее всего, в отличие от брата Уджу, более смелые. «Но это ведь не меняет того факта, что он парень. А парень должен уметь защищать дорогих людей. Не может кулаками, так хоть бы словами», — возмутился Тэхён, совершенно не приветствуя поведение неизвестного ему человека.  — Судя по твоему выражению, что-то всё же есть, — подал голос Хосок. Стакан возле его руки был пуст. Ким настолько глубоко погрузился в размышления, что совершенно позабыл о присутствии друга.  — Не уверен, сложно что-то сказать наверняка, — абсолютно серьёзно высказался Тэхён.  — Поверь, мне тоже хочется ошибаться, — признался Хосок. — Но ты сам знаешь, от меня ничего не скроется. Разве тебе не показалось странным наличие водолазки под формой? А запах лекарств? Мой нос уловил уже знакомый мне обезболивающий пластырь: столько их использовал, что скоро и марку узнавать буду, — чуть отвлёкся Чон, вспоминая прошлое, в котором не представлял дня без спасительных лейкопластырей. Времена, когда он только заканчивал учебу и открывал своё кафе: ремонт в здании своими руками, потому что финансы нужно экономить, погрузка-разгрузка товаров, беспокойные ночи в неудобном положении на маленьком твёрдом диванчике, лишь бы не тратить время на дорогу от дома до кафе. — Времени прошло достаточно, но запах я помню отчётливо, — поморщившись, добавил он. — Я не говорю нападать на неё с вопросами, ты и сам понимаешь, она тебе не ответит, — Ким недовольно скривился. Слова старшего были верными — это расстраивало и злило. — Будь внимательнее, не упусти момент, когда она действительно будет тянуться за помощью. И опять же повторюсь, присматривай за Уджу, — Чон поднялся со стула, ободряя, похлопал младшего по плечу и направился к выходу.  — Хо, ты же не любишь школьников, так чего решил помочь? — оказавшись в прихожей, Ким деловито убрал руки в карманы домашних штанов и принялся внимательно следить за сборами старшего, что с какой-то странной улыбкой снимал с крючка лёгкую куртку.  — Школьники — головная боль, — ловко просунул он руки в ветровку, — но они ведь люди, а людям, действительно нуждающимся в помощи, сложно отказать. Предоставить работу ответственному человеку — не проблема. И если уж смотреть совсем глубоко, то Уджу во много раз самостоятельнее тебя, — усмехнулся Чон, поправляя ворот. — Не пропускай занятия и не шали, — махнул рукой у самой двери Хосок. Замок щелкнул, Тэхён пренебрежительно хмыкнул и вернулся к дивану. «Хватит считать меня ребёнком». Однако шоу больше не вызывало улыбки, как и интереса, телевизор теперь служил неким источником света, что мигал, сменяя картинки. Открытая пачка крекеров мирно лежала на кофейном столике рядом с баночкой газировки. Тэхён перевернулся с бока на спину, подложил руки под голову и задумчиво уставился на потолок.  — Водолазка, пластырь, младший брат, о котором вообще ничего не известно, — тихо перечислил Ким, наморщивая лоб. — Если так подумать, Уджу частенько выглядела иначе после нашего расставания: то хромает, то выглядит устало, хотя вечером прошлого дня я точно видел, как она нормально вышагивала по тротуару. Может ослушаться, проследить за ней и узнать, где она живёт? — немного оживился он, представляя, как будет «шпионить» за знакомой, держа дистанцию и прячась за деревьями. — Нет-нет, она точно не обрадуется моему поступку, — быстро замотал Тэхён головой, вспоминая безразличный тон Уджу и её строгий леденящий взгляд, когда она предупреждала не ходить к ней домой. — Ха-а… как же мне разузнать о её семье, как опровергнуть слова Хосока? — безысходно стонет Тэхён и на выдохе прикрывает рукой закрытые глаза. — Придётся действовать как обычно и ждать, когда бука сама пригласит на чашечку чая, — заключает он, не видя иного способа разобраться с вопросами и сомнениями. Наутро Тэхён снова оказывается на стороне Уджу. Он терпеливо ждёт девушку, хотя и чувствует, что его снова бросили. А когда минутная стрелка часов доходит до шестёрки — тяжело вздыхает и в гордом одиночестве идёт в школу. Ким приветливо улыбается знакомым, уважительно здоровается с учителями и, дойдя до класса девушки, ненадолго останавливается. Кан умиротворённо читает книгу, вокруг неё нет никого из одноклассников: все они, найдя компанию, оживлённо обсуждают что-то своё. Тэхён внимательно рассматривает тело Уджу, на этот раз замечая и водолазку, и лейкопластырь, что вытянутым квадратом прячется под рукавами школьной формы: Кан неосторожно наклеила его и край выглядывает, попадая точно под пристальный взгляд парня, которому не всё равно. «Почему я вчера этого не заметил? Очевидно же, что она изменилась», — Ким злится на себя. Чувство вины грызёт изнутри и неприятно дерёт грудную клетку. «Так громко говорил, что помогу, а в итоге не заметил даже этого», — Кан снова почувствовав пристальный взгляд, повернула голову к окну в коридор. Она моментально нашла среди других школьников Тэхёна: он выделялся, и дело было не в красоте и росте, он просто другой для Уджу, ведь она видит его тепло. Ким, поймав взгляд девушки, как-то грустно улыбнулся и коротко махнул рукой, в знак приветствия. Уджу непонимающе напряглась, но из-за стола не поднялась, даже не шелохнулась, чтобы подойти и спросить: «Почему так смотришь?». Хотя желание услышать ответ росло само по себе, игнорируя страхи самой Уджу. Но прозвенел звонок, школьники засуетились, и зрительный контакт пришлось разорвать. Ким поспешно ушёл, а Уджу перевела внимание на вошедшего в класс преподавателя. Всё вернулось на свои круги, всё, кроме мыслей: Кан отчего-то неспокойно, ей тревожно, кажется, что что-то плохое скоро обязательно произойдёт и виновата будет именно она. Ким с кислым лицом сидит за партой, подперев подбородок ладонью и перебирая пальцами по нижней губе. Джунки свалил куда-то, оправдываясь зверским голодом и нежеланием сидеть на скучной истории: уж очень он не любил устный предмет, в котором приходилось запоминать даты и связанные с ними события. Женщина с любовью к своему предмету рассказывает детям о Кореи периода Чосон. Тэхён косится на пустую парту друга и возмущенно хмыкает: «Предатель». Пак чихает и сразу думает о друге. Самодовольная улыбка расцветает на его лице, а после он откусывает сочный кусок гамбургера, из-за которого ему пришлось прятаться от охранника, пока тот делал обход, и незаметно перелезать через школьный забор: ведь во время учебы никто не смеет покидать территории — иначе выговор.  — Это точно лучше какой-то там истории, — довольно говорит парень, не успев толком прожевать. Он откусывает ещё кусок и смотрит из своего мини укрытия — высокое старое дерево, на школьное здание и удивленно вскидывает бровь, замечая, что он не один пропускает занятия. Джунки запихивает остатки еды в рот и, быстро поднявшись с толстых корней, направляется к промелькнувшей фигуре. Он на ходу отряхивает пятую точку и оглядывается, чтобы не попасться взрослым или же дежурным. Ловко и без шума перебирается через окно, попадая точно в пустующий коридор. Снова осматривается и идёт дальше. «Вроде где-то здесь», — предполагает парень, заворачивая за угол, прямиком к лестнице. Он странно хмурится, сомневается, что правильно подниматься выше. Решается и все же делает шаг на первую ступень, но нечёткое шипение останавливает. Пак отступает, наклоняет корпус в сторону, заглядывая в темноту под лестницей, и находит маленькую дверь. Тихо подходит и осторожно приоткрывает. По всему коридору разносится оглушительный звон — время урока окончено.  — О, дикая, — немного шокировано произносит Пак, осматривая воинственную девушку, что недовольно хмурится. «Значит, я не ошибся, это в действительности, как её… Уджу. Странно, думал, она заучка и тихоня, пускай и нелюдимая». «Плохо, его присутствие точно выдаст меня. Нужно срочно найти другое место, чтобы спрятаться. Торопись, Уджу, пока они не нашли», — Кан обходит парня, полностью игнорируя его присутствие и возмущенный взгляд.  — Да-да, и тебе привет, — коверкает язык Джунки, провожая спину грубой девушки и раздраженно захлопывая дверь в подсобное помещение. Он засовывает руки в карманы и идёт точно в противоположном направлении. Сталкивается плечом с каким-то невнимательным парнем и гневно рычит, но неизвестный бросает невнятное «прости» и ускоряет шаг. — Да что же это такое, школа невежд, а ещё меня хулиганом называют. Самим манерам обучиться стоит, — ворчит Джунки, кривя в недовольстве губы. Пак в плохом настроении возвращается в полупустой класс: никакой гамбургер не вернёт прежнего настроя. Он громко усаживается на место. Тэхён с вопросом на лице поворачивает голову к другу.  — Твоя подружка крайне невоспитанная личность, — бурчит Джунки, медленно переводя взгляд на хмурого Кима.  — Не понял, ты сейчас о ком?  — Ой, прекрати, у тебя что, так много подружек? — с раздражённой насмешкой хмыкает Пак и поворачивается на стуле. — Уджу. Я застукал её прогуливающую уроки. Думал, подшутить и пригласить перекусить, а она мало того, что недружелюбно зыркала, когда нашёл её в подсобке, так ещё и демонстративно ушла. Ни привет, ни пока. Говорю же, дикая, — сердито ворчал он.  — Ты виделся с Уджу вне класса? — шокировано переспросил Тэхён, подрываясь с места.  — То есть ты только это услышал, — недовольно поджал губы Пак, смотря на друга с явным упрёком. — Она неидеальная, грубая и странная. А ещё, судя по всему, плохо на тебя влияет, — щурится он.  — Где? Где ты её видел? — взволнованно спрашивает Ким, снова пропуская слова друга, что после вопросов безнадёжно свесил голову: «Вообще меня не слушает…»  — Подсобка, лестница недалеко от женского туалета, — пробурчал Пак. Он поднял голову, чтобы добавить в каком направлении ушла девушка, но не обнаружил своего собеседника на месте: Ким уже был за пределами кабинета. — Ну зашибись. Кан петляла между учениками, иногда оглядывалась, чтобы убедиться, что за ней не следят. Она ускоряет шаг, сильно переживает и панически думает, где же теперь спрятаться. Её «убежище» нашли так некстати, порушили планы оставаться незамеченной. Она злилась на Джунки, но и понимала, что сделал он это неосознанно, не зная, какой опасности подвергает. Уджу вышла из здания, с оглядкой миновала спортивную площадку и наконец, спряталась в складском помещении, куда уносили спортивный инвентарь, за его ненадобностью. Она уселась в самый дальний и тёмный угол, совсем не брезгуя запачкать юбку скопившейся пылью. Поджала колени к груди и затаила дыхание. «Сколько мне ещё придётся бегать? Как долго скрываться от тех, кого должна была наказать? Справедливость? Защита и поддержка слабых? Возмездие за совершенное зло? Интересно, кому помогают эти нереальные слова?» — Кан горько усмехается и утыкается носом в холодные колени. В помещении достаточно прохладно и сидит она на полу, поэтому-то достаточно быстро замерзла. Дверь мягко приоткрывается, впуская тонкую струю уличного света. Уджу тревожно обхватывает ноги, поджимая их ещё ближе, буквально превращаясь в маленькое неподвижное пятно в углу, в забытый и брошенный предмет, который и сам не хочет, чтобы его находили и снова использовали.  — Уджу, это я — Тэхён, — парень тихо шепчет, боится напугать девушку, и всматривается в пыльное помещение, желая найти необщительную школьницу. Кан поднимает голову, все ещё не верит, что слышит голос Кима, и поэтому не выходит.– Уджу, ты ведь здесь? — сомневается Тэхён, ведь силуэт девушки был далеко от него, когда он заметил её. «Ошибся? Она не сюда пошла?»  — Почему? — подаёт голос Уджу, совсем немного выглядывая из-за какого-то приспособления, накрытого большой плотной тряпкой. Ким расплывается в счастливой улыбке и выдыхает с облегчением, оборачиваясь точно на знакомый женский голос. Кан хмурится, всем своим видом не одобряет его появления, но внутри чувствует спокойствие, которого так часто ей недостаёт.  — Решил, что прогуливать вместе веселее, — легко пожимает он плечами и делает шаг к Уджу, что не отрывает взгляда и следит за каждым движением. Она смотрит не с опаской, а просто потому что интересно наблюдать за Кимом: он яркий и честный, открытый и дружелюбный, говорит много глупостей и задаёт странные вопросы, а также вторгается в маленький, пропитанный болью и отчаянием мирок, обещая показать выход.  — Я же говорил, что найдем их вдвоём, — злорадно усмехается какой-то парень, переступая порог склада. — Попались, голубки, — скалится он, а за ним ещё несколько человек заходит. Кан испуганно замирает на месте, все внутренности скручивает от страха, ладошки моментально потеют, а сердце грозится вырваться наружу. «Мы в тупике. Зачем я только пошла сюда, зачем согласилась и приняла руку Тэхёна, знала ведь, ничем хорошим это не закончится. Теперь мы в опасности, они изобьют его и займутся мной. Уджу, ты такая дура, совсем не учишься на своих ошибках», — она готова кричать от несправедливости, издевательской шутки судьбы, неожиданной подножки, которую замечаешь лишь в последний момент, перед самым падением. Она боится за Кима, боится за себя, и снова вспоминает, как страдала её первая подруга. Кан почти падает на пол, и лишь успев вовремя схватиться за неизвестный предмет, остаётся стоять. Ноги предательски мелко дрожат, а перед глазами нахальные хищные улыбки и напряженная спина Кима, что успел отступить к ней и теперь буквально закрывает её собой от злых школьников. «Нет, не защищай. Просто уходи», — слова застревают в горле, и ком так неприятно сдавливает горло, что хочется достать его руками и выбросить. Группа парней начала наступление…