"Зарядить Вселенную"

День за днём, так проходили недели и месяцы. Лето плавно сменилось осенью, а она в свою очередь знаменовала начало совершенно нового учебного года. Вся троица, к огромному облегчению взрослых, удачно поступила в выбранные ими высшие учебные заведения, и посему первые недели семестра слышались они исключительно по телефону: времени на встречи не хватало. Джунки, не свойственно для себя, засел за учёбу. Для родственников и друзей до сих пор было тайной, как он умудрился попасть в полицейскую академию: «Это то, чем я хочу заниматься, поэтому не вижу смысла отлынивать, как делал это в школе». Тэхён же тосковал по былому времени: ему не хватало той беззаботности и веселья. У Кима буквально ломка начиналась из-за долгой разлуки с Уджу, а девушка, ничего не замечая, пропадала то на учебе, то на работе. Хосок, замечая уныние младшего, предлагал чаще наведываться в гости, но Ким отчего-то горделиво воротил нос. Дело с преследователем закончилось так толком и не начавшись: оказалось, номер принадлежал иностранцу, что по глупости, просто выкинул сим-карту, а кто-то эту карту нашел и использовал в своих отвратительных целях. Стоило полиции заняться поиском «шутника», как тот скрылся с радаров и больше не показывался, поэтому дело закрыли. Волнение и настороженность никуда не делись: Уджу по-прежнему держала Хосока в курсе своего местонахождения, но сами дни стали спокойнее, а Уджу увереннее. Что же касается содержания последних сообщений от неизвестного — Чон намерено не показывал их Кан, оберегая её от совершения глупостей под властью страха: ведь каждое слово было пропитано едким ядом и нечеловеческой ненавистью.  — Вы ужасные друзья, знали об этом? — с упрёком ворчал Тэхён, осматривая невозмутимые лица напротив. Они впервые за долгое время встретились в любимом Кимом кафе, и вместо радости получили порцию негатива.  — Ты похож на ворчливого деда, тебе говорили? — съязвил Джунки. Тэхён сильнее свёл густые брови и демонстративно отвернулся от друга-предателя, фокусируя внимание на любимой девушке, что преспокойно попивает фруктовый чай, ожидая, когда мальчишки закончат «рычать» друг на друга. «Красивая, но такая холодная…» — с грустью подмечает Тэхён. Нежных тонов свободная кофта с круглым вырезом, приталенные тёмные джинсы и волосы, что отросли за лето, убраны в аккуратный хвост — новый, притягательный образ подруги волнует и порой заставляет нервничать. Уджу поднимает глаза и сразу встречается с изучающим мужским взглядом. Она недоумевает, ведь не понимает друга и его тайного посыла, а Ким тушуется. С губ Джунки срывается громкий вздох: «Ты не меняешься…»  — Почему не заходишь в кафе мистера Чона? — подаёт голос Уджу, пристально рассматривая друга. Пак с любопытством вытягивает лицо и, подперев подбородок ладонью, смотрит на Тэхёна. Его забавляет реакция друга, что по его мнению слишком уж затянул с признанием: Кан стала в разы общительнее, её больше не нужно так сильно оберегать, да и спугнуть сложнее, а вот упустить — куда реальнее. «Какую отговорку на этот раз придумаешь, герой любовник?» — насмешливо хмыкает Пак, видя лёгкое замешательство Кима.  — Учебы накопилось, — невозмутимо отзывается Тэхён, а Пак закатывает глаза, за что тут же получает удар носком кроссовок под столом. Уджу недоверчиво щурится.  — Обманщик, — обиженно произносит она и переводит внимание на десерт, словно он куда важнее общения с дорогими друзьями. «С чего вдруг он стал избегать прямого общения? Что за странности с ним творятся?» Уджу не раз ждала появления Тэхёна, с надеждой оборачивалась на звон колокольчика, но знакомого лица так и не находила. Ким за последние недели практически исчез из жизни Кан. Если бы не звонки, девушка решила бы, что с ним что-то стряслось или чего хуже — Тэхён расхотел с ней дружить.  — Я… — попытался оправдаться Ким, но слов не нашёл, посему без интереса стал ковыряться в своей еде. Уджу оказалась права — он обманщик, никого завала в учебе нет и не было никогда. На самом деле, Ким очень хотел прийти, хотел повидаться, но знал, что, как только увидит её, не сдержится — воплотит своё желание обнять в реальность без всяких объяснений, а потом не сможет отпустить: слишком сильно и невыносимо стучит сердце в её присутствии. Он и сейчас желает прикоснуться, хотя бы подушечками пальцев ощутить тепло женской кожи. Тэхён держится из последних сил, сам не понимая, откуда они взялись. Может долгожданная встреча подпитала его, а быть может это вовсе и не силы, а усталость от бесконечной борьбы самим с собой.  — Ну серьёзно, — недовольно протянул Джунки, видя, что ситуация крайне плачевна и кроме него помочь всё наладить никого нет. — Мы так давно не виделись. Хватит ворчать и тыкать на «ошибки». Я не собираюсь тратить выходной на обиды и возмущения, — грозно рычит Пак. Он с укором смотрит сначала на озадаченную Уджу, а затем на такого же Тэхёна. — Никаких ссор, понятно? — слова звучали больше как угроза, нежели примирительный вопрос. Джунки самодовольно хмыкает, когда две головы практически одновременно согласно кивают.  — А ты изменился, — с улыбкой произнёс Тэхён и по-дружески толкнул друга кулаком в плечо.  — Только понял? — ухмыльнулся Пак.  — А мне кажется, вы всё те же, — невзначай отозвалась Уджу и, делая глоток, беззлобно покосилась на друзей.  — И это говорит дикая Уджу, — специально подтрунивает Джунки, моментально вызывая недовольство со стороны Кан: она шумно опускает чашку и зло сверлит друга карими глазами.  — Я. Не. Дикая, — делая паузы после каждого слова, протестует Уджу. Парни заливаются звонким смехом, совершенно не воспринимая боевой настрой девушки как опасность. Но их веселье прерывает телефонный звонок. — Да? — отвечает на вызов Кан, а парни поджимают губы, чтобы приглушить смех. — Я сейчас с друзьями. Хорошо, встретимся завтра после занятий. — Уджу опускает устройство на стол и возвращает внимание к молодым людям.  — У кого-то планы на завтра. Встречаешься с подругой, как её… — Ким на секунду задумывается, устремляя взгляд в пустоту, — Сая? — наконец вспоминает он имя девушки, о которой Уджу рассказывала по телефону. С Саей она учится на одном факультете: девушка стала первой к кому Уджу рискнула подойти. По счастливому случаю, они сдружились и учебное время проводили вместе.  — Нет, — отрицательно мотает головой Кан, — с парнем, — спокойно поправляет она Тэхёна, а у того сердце гулко падает на самое дно и, кажется, совсем не хочет подавать признаки жизни. Пак и сам мрачнеет, прекрасно понимая, какой удар сейчас переживает друг. Он смотрит с прикрытой тревогой, осторожно следит за терзаниями души и не находит способа поддержать, отчего злится на себя: «Блять, говорил ведь, не тяни!»  — То есть, «парнем»? Ты с кем-то встречаешься? — фальшиво улыбается Ким, надеясь, что Уджу подразумевает иное значение под словом «парень», значение, которое точно не имеет отношения к любви.  — Минхёк, он вчера предложил стать парой, — не особо восторженно пояснила Уджу. Она сама не до конца верила, что теперь встречается с Ли. Её чувства словно дремлют и тем самым вводят в заблуждение, ведь без их подсказки определиться невозможно. «Люблю его? Не уверена, скорее, он мне нравится. Сложно точно сказать за столь короткий срок, что мы знакомы», — Уджу задумчиво помешивает чай, хотя весь сахар давно растворился.  — Прости, но мне срочно нужно уйти, — подавленно произносит Ким и тем самым возвращает Уджу из собственных раздумий. Он наспех прощается и ещё до вопроса, что готов слететь с языка удивлённой девушки, покидает кафе. Пак провожает друга обеспокоенным взглядом, затем смотрит на ничего не понимающую Уджу и тяжело выдыхает носом: «Кажется, как прежде не будет…» Весь следующий день, после неудачной странной встречи со школьными друзьями, Кан ходит понуро: несколько раз врезается в студентов, переспрашивает у подруги, что она говорила секундой ранее, и почти падает, когда наступает на собственный шнурок, но вовремя подоспевший Минхёк спасает, подхватив задумчивую девушку под локоть.  — Ты сегодня рассеянная. Что-то серьёзное случилось? — поднимая упавшие тетради, с улыбкой интересуется парень и, выпрямившись, вручает вещи хозяйке.  — Нет, просто размышляю, — скрытничает Уджу, не желая втягивать Минхёка в личные переживания. «Почему он так внезапно ушёл? Он ведь сам назначил встречу… В чём дело, Тэхён?» Кан достаёт смартфон, проверяет его на наличие пропущенных звонков или хотя бы нового сообщения, но ничего из этого не видит и убирает устройство обратно в карман джинс: «Он по-прежнему молчит…»  — Ты ведь помнишь о нашем свидании? — заглядывает в лицо парень. Он не допытывается и не давит на Уджу, хотя замечает её озабоченность какой-то неизвестной ему «проблемой».  — Конечно, — с осуждением отвечает Кан: она ничего не забывает. — После занятий, — с короткой улыбкой добавляет и получает смазанный поцелуй в щеку. Удивлённо хлопает ресницами и вмиг покрывается румянцем, делая Минхёка счастливым. — Напористо, — бубнит она, смущенно поглядывая по сторонам.  — Привыкай, я не умею прятать чувства, — весело предупреждает парень и легонько щелкает по кончику носа. Уджу хмурится и закусывает губу с внутренней стороны: ей совершенно не знакомы такие отношения, она новичок в выражении и понимании любви. «Если рядом спокойно — значит всё правильно. Если прикосновения вызывают волнение, а близость — смущение — значит чувства есть. Но… откуда тогда берётся грусть и тоска…?» Пока Уджу занята своими размышлениями, теряясь в лабиринтах противоречий, Ким пытается разобраться с разрывающими душу чувствами. Сразу после занятий в университете Тэхён поехал к братьям на работу. Находиться дома, где воспоминания без конца атакуют и душат — невыносимо, а оставаться наедине с собственными мыслями — подобно пыткам. Ему сполна хватило вчерашнего вечера: раздражение накрывало с головой, не зная, куда приткнуться, он ходил из угла в угол, проклиная и Минхёка, и университет, в котором учится Уджу. Злился ли он на Кан? Безусловно, да. Но злость канула в небытие, когда Тэхён признал свою ошибку: нерасторопность и веру в то, что Уджу всегда будет рядом.  — Тэхён? — удивился нахождению младшего в кабинете Сокджина вошедший по делам Намджун. Но брат никак не отреагировал, продолжил гипнотизировать пустой стол, сцепив руки в замок перед собой. — Что это с ним? — шепотом поинтересовался Намджун, смотря на Тэхёна и опуская документы прямо на руки занятого Сокджина. Старший недовольно выпустил воздух, привлекая внимание к себе. — Блин, — быстро исправился Намджун, на этот раз убирая документы на отведённое им место. — И всё же… — недоумевая, повел он головой, снова разглядывая слишком уж серьёзного младшего брата.  — Он молчит с самого прихода. Надо — расскажет, не приставай к нему, — ровным тоном предупредил Сокджин, не отвлекаясь от важных бумаг. Намджун беспокойно выдохнул, прошёл за спину старшего и достал из тайника виски и гранёный стакан. Старший Ким молча проследил за движением и отрицательно качнул головой, когда Намджун опустил «богатство» на стол перед Тэхёном.  — У меня нет желания пить, — холодно отозвался младший Ким и с неким отвращением сдвинул всё на край стола, чтобы не маячило перед глазами.  — Дело твоё, — равнодушно пожал плечами старший: нянчиться он не собирается, не маленький уже. — Не хочешь говорить, не хочешь пить…  — Джун, — понизив тон, Сокджин прервал предложение. — У нас хватает дел, вернись к работе, — почти приказал старший и, когда Намджун возмущенно повернулся, чтобы высказаться, гневно кивнул на дверь: «Просил, не лезь. Не вынуждай меня злиться по-настоящему». Намджун, глотая раздражение, демонстративно, громко захлопнув дверь, покинул кабинет брата, а тот отложил ручку и устало прикоснулся пальцами к переносице, чтобы круговыми движениями снять напряжение. С губ Тэхёна сорвался обессиленный вздох: он исчерпал свои запасы, пытаясь прийти к внутреннему миру и спокойствию.  — Уджу выбрала другого, — поникшим тоном озвучил младший Ким. Пальцы сильнее вжались в костяшки, а голова опустилась. Настало время смириться и принять реальность.  — И? Планируешь оставить её? — совершенно серьёзно спросил Сокджин, оглядывая брата строгим взглядом. — Бросишь, потому что тебе неприятно видеть её с другим, не объяснив причины, разорвёшь дружбу? — слова старшего режут больнее ножа, а Ким жмурится, пытаясь всё стерпеть. Сокджин поднимается с рабочего места, лёгкой походкой подходит к столу и наполняет стакан алкоголем. Он делает короткий глоток и, приглушенно выдыхая горечь крепкого напитка, опускает посуду обратно. — Не пойму, чего ты здесь сидишь, если уже всё решил для себя, — мягче произносит и, опустив ладонь на плечо, ободряюще сжимает.  — Думаешь, у меня хватит сил? — интересуется Тэхён, поднимая взгляд к старшему.  — Зависит от тебя и твоего желания, — пожимает плечами Сокджин. Тэхён горько хмыкает: «Такая себе поддержка». Он встаёт с дивана, готовясь распрощаться с братом: у него появилось важное дело, которое не терпит отлагательств. Они пожимают руки, и Тэхён поворачивается к выходу. — Я поговорю с Намджуном, но не затягивай с извинением, сам знаешь, он мастер раздувать драму, — в спину предупреждает Сокджин и возвращается на прежнее место, чтобы наконец закончить с работой.  — Хорошо, — понимающе отвечает Тэхён. Братьям известно, что Намджун плох в выражении чувств, но он больше остальных волнуется о своих близких и первым пытается прийти на выручку. А поведение Тэхёна уж точно задело его и расстроило.

***

Девять вечера. Уджу неторопливо идёт по улице, возвращаясь из магазина: забыла купить шампунь. Первое свидание прошло хорошо: Минхёк расспрашивал о вкусах и увлечениях пока гуляли по парку после похода в кино: сам фильм показался Кан скучным, юмора она вообще не поняла, но атмосфера была приятной. Парочка держалась за руки и частенько переглядывалась: иногда Уджу чувствовала смущение, а иногда — пустоту, словно это не для неё и быть она должна совершенно в другом месте. Получив прощальный поцелуй перед самым домом, они разошлись, вернее, Минхёк ушёл, а Уджу ещё некоторое время стояла и смотрела ему вслед, размышляя и пытаясь растормошить спящие чувства.  — Уджу, — знакомый низкий голос привлекает внимание и возвращает из недавних воспоминаний. Карие глаза вмиг находят источник, а сердце тихо, совсем незаметно, ударяется о рёбра. Кан неосознанно ускоряет шаг и через долю секунд оказывается напротив Тэхёна. Он взволнован, глядит с грустью и вымученно улыбается. — Так поздно одна на улице, — беззлобно причитает. Хочет скользнуть пальцами по щеке и убрать непослушный локон, но сдерживается и прячет ладони в карманы куртки.  — Почему не отвечал? Почему ушёл вчера? Что происходит? — заваливает вопросами Уджу, не желая мириться с недосказанностью. Она места себе не находит, весь день думает о нём, а он появляется и, как ни в чём не бывало, говорит совершенно неверные слова. Кан злится, морщит лоб, выпускает коготки и грозиться больно оцарапать, если не получит ответа. Вот только она не видит, что уже причинила вред, сердце Кима страдает, гибнет, осознавая, что не будет услышанным.  — Прости, — печально улыбается. А Уджу сжимается, страшась неизвестности: «Почему? За что?» Она хаотично бродит по уже родному лицу в поисках важной и так необходимой подсказки, прикусывает щеку, потому что ничего не находит. — Мы ведь друзья? — предельно осторожно спрашивает Тэхён. Уджу гневно хмурится.  — Да, но если… — Кан не успевает договорить, оказываясь в крепких объятиях Кима. По правде, она и не хотела заканчивать предложение, ведь оно было горьким и противным. Мужской аромат окутывает и успокаивает. Рядом всегда спокойно, всегда уютно, с самой первой встречи. Сердце оживает, резво бьётся и трепещет, но что-то глушит его громкие удары. Уджу не слышит его. Или же боится услышать.  — Хорошо, давай не будем ничего менять, — шепчет Ким, втягивая любимый аромат. Совсем скоро он может смешаться с чужим и тогда былого наслаждения не станет. «Я останусь рядом и буду присматривать за тобой. Пока на твоём лице сияет улыбка, я буду счастлив».  — Ты напугал. Я подумала, что… — Уджу жмётся сильнее и прячет лицо, утыкаясь в мужскую грудь. Она протяжно выдыхает и быстро моргает, не позволяя слезам выступить из глаз. — Думала, хочешь прекратить наше общение, — заканчивает Кан и осторожно поднимает взгляд.  — Эй, я же обещал, — обидчиво тянет Тэхён, демонстрируя шаловливую улыбку. Девушка недоверчиво присматривается и, уткнувшись обратно носом, ворчит что-то невнятное, но явно гневное. «Глупая, даже если захочу, не смогу уйти. Я ведь… обещал».