Midnight Sun

Драко занял два места напротив Блейза, Панси и Тора. Он ждал своего одноклассника с легкой усмешкой на лице, любопытствуя о процедуре, которая происходила в последние несколько часов. Когда черноволосый студент вошел в зал, он увидел Драко и сразу же повернул в его сторону. На секунду его взгляд метнулся к учительскому столу, за которым сидел аврор Блэк, беседующий со Снейпом. Со вздохом он опустился на скамью и аккуратно закинул длинные ноги под стол. Несмотря на то, что рост Райла был всего 5 футов, у него были самые длинные ноги, которые Драко когда-либо видел. Блейз в шутку сказал, что его анимагическим животным будет журавль с длинными ногами. Он только рассмеялся и сказал: «Пока это не фламинго». Они все расхохотались при мысли о ярко-розовых птицах, поклявшись, что если у кого-то из них будет такая форма, то они никогда больше не будут использовать анимагию. Даже Панси выругалась, несмотря на то, что её любимый цвет был ярко-розовый. Мысль о том, что слизеринец — глупая розовая птица, была отвратительна. Они уже некоторое время практиковали медитативные техники, и Райл пересмотрел своё расписание, заявив, что, вероятно, это займет у них весь 5-й год для первой полной трансформации. — Итак, как прошло взвешивание? — Спросил Драко. — Ну, неплохо, кроме этой глупой женщины Скитер. Не думаю, что я ей очень нравлюсь: отказался говорить ей что-нибудь о себе. Не собираюсь рассказывать историю своей жизни незнакомцу, — Райл закатил глаза, — ей нравится наш драгоценный Заки. Он, конечно, поглощал всё внимание и вёл себя как полный идиот, как всегда перед камерой. — Я никогда не видела, чтобы кто-то так заботился о своей внешности. Он заставляет выглядеть тебя расслабленным, Драко, — поддразнила его Панси. — Эй! — возмутился Драко. — Я не беспокоюсь о своей внешности! — О? — Протянул Райл. — А кому же тогда нужен почти целый час на утреннюю подготовку? Я бы подумал, что это ты, если бы кто-то занял нашу ванную. Драко что-то проворчал и легонько стукнул Райла по плечу. Он сделал это нарочно, давая понять, что просто дразнится. В результате Райл не напрягся, а просто посмотрел на него со странной улыбкой на лице. Через секунду он закатил глаза и сказал: — Заки любит позировать Рите. Действительно, ты думаешь, что он выбрал бы кого-то ближе к своему возрасту? Хотя, он слишком молод, чтобы приставать к женщинам постарше. Слизеринцы расхохотались, привлекая внимание других студентов и учителей. Они проигнорировали это, болтая во время ужина без малейшего беспокойства о своей обычной уравновешенности и отчужденной элегантности. Северус прислушивался к смеху слизеринцев, чуть поднимая глаза, чтобы проверить, кто их так рассмешил. Он не удивился, увидев Райла, сидящего рядом с Драко и их обычными товарищами. Забини выглядел так, словно готов был свалиться со своего места, если бы не твердая рука Ториана. Он не смог удержаться от мимолетной улыбки; казалось, Райл способен рассмешить любого. Снейп взглянул на своего спутника и увидел задумчивое выражение на лице Блэка. Его тёмные глаза закружились, когда он посмотрел на слизеринский стол, быстрый ум аврора обдумывал несколько мыслей. — Я просто пытаюсь понять, почему Джеймс сделал это. Кажется, чем-то экстремальным отречься от ребенка за то, что он находится на другом факультете. — Я не знаю, как проникнуть в мысли Поттера, — коротко ответил Северус, — но то, что произошло в день этого отречения, заставило меня более чем убедиться, что Райлу будет лучше, если Поттер не будет возвышаться над ним. — Что же произошло? То есть помимо церемоний отречения и переименования? — спросил Сириус. Северус колебался, не зная, поверит ли ему Блэк. Наконец он тихо ответил: — Я знаю, что ты вряд ли мне поверишь, но я могу показать тебе воспоминания, если захочешь это подтвердить. После завершения церемонии Райл повернулся к Джеймсу и поблагодарил его за то, что он отрекся от него. Он сказал, что, вероятно, было облегчением иметь причину для его отречения в течение последних 15 лет. Поттер ударил его по лицу, прежде чем уйти.       Я нашел Райла возле кабинета директора, и он позволил мне осмотреть левую сторону его лица на повреждения. Поттер сломал ему скулу. Райл позволил мне вылечить его, но не раньше, чем проговорился, что это было не в первый раз.       В день, когда Поттер сообщил ему о своем отречении, он послал ему громовещатель. Эта штука была наполнена самыми оскорбительными, предвзятыми словами, которые я когда-либо слышал. Поттер сделал всё возможное, чтобы разорвать Райла на части в тот день, сказал ему, что он никогда не был нужен. Блэк выглядел ошеломлённым. — Он послал к нему громовещатель, чтобы сообщить о своем отречении? Чистокровки никогда не делали ничего подобного, даже те, что из Слизерина! Он мог бы, по крайней мере, сообщить ему об этом наедине.— Мерлин, — пробормотал аврор, — что, чёрт возьми, творилось в голове Джеймса, когда он это делал? И что еще важнее, почему? — Ты знаешь его лучше, чем я, — спокойно ответил Северус. — Если бы я не знал лучше, то сказал бы… но нет, это безумие. Джеймс не стал бы основывать своё отречение на этом. — Пожалуйста, попытайся найти хоть какой-то смысл, Блэк, — усмехнулся Северус. — Не впадай в свой «Снивеллус», — парировал Блэк. Северус пристально посмотрел на него и ждал ответа. Блэк вздохнул и сказал: — Джеймс терпим к большинству различий, но есть несколько, которые выводят его за пределы разумного. Мы с Ремусом поняли это на собственном горьком опыте, когда на шестом курсе поняли, что мы оба Домены. По какой-то причине он не мог этого вынести, мы должны были полностью молчать об этом и вести себя нормально. Северус моргнул. Домен был старый кельтский термин для того, что магглы называли «геями». Это не было широко распространённым предпочтением в магическом мире; у него всё ещё была своя справедливая доля предрассудков и унизительных прозвищ. Блэк продолжал говорить. — Если бы я не знал лучше, я бы сказал, что причина, по которой Джеймс сделал то, что он сделал, заключалась в том, что Райл - это домен. Но он не показал никаких признаков этого, и более того, должна быть веская причина для церемонии отречения, иначе он мог бы сделать это, потому что ни у кого из его семьи или семьи Лили нет чёрных волос, — сказал Сириус с лёгким смешком, но внезапно остановился. Он перевел взгляд с черноволосого юноши за Слизеринским столом на темноволосого гриффиндорца, и его темные глаза расширились. — Ты — домен? — Спросил Северус. — Да. Милая Рита Скитер пыталась осложнить мне жизнь, открыв это моему боссу, но она недооценила его. Кстати, твой младший брат — интересный парень. — Валариан, мягко говоря, другой, — рассеянно сказал Северус, — Скитер и Поттер были бы шокированы, узнав, сколько среди чистокровок домены. Вариан Малфой, Люциус, мой отец, я, Драко… — он замолчал, увидев удивлённое выражение на лице Блэка. — Все Малфои — домены? Как они всё это время держали это в секрете? — Осторожность и браки по договоренности. Например, помолвка между Люциусом и твоей кузиной Нарциссой была заключена, когда Люциусу исполнилось четыре года. — Значит, сына Люциуса зовут Драко? — спросил Блэк. — Да. — Это сокращение от чего-нибудь? — Сириус выглядел любопытным. — Да. Его настоящее имя выбрала Нарцисса. Драконион. — Драконион? — Сириус фыркнул. — Я бы тоже сократил своё имя, если бы оно было таким. — Ты бы слышал его полное имя, — усмехнулся Северус. — И какое же? — Драконион Салазар Ровэн Люциус Малфой, — глаза Сириуса становились всё больше и больше с каждым добавлением. — Срань господня! Это должно занять 6 дюймов и десять минут, чтобы написать полностью, — рассмеялся Сириус. — Скорее всего, — согласился Северус, глядя на бледнолицего юношу. Сириус тоже наблюдал за ним. — Мне было грустно слышать о смерти Нарциссы, — тихо сказал он, — из всех моих кузин она была одной из самых разумных. Она казалась самой счастливой после того, как вышла замуж за Люциуса и родился Драко. — Люциус очень долго оплакивал её смерть. Теперь он дрейфует, находя цель в своей работе в Министерстве. Он талантлив в работе с иностранными дипломатами. Я часто поддразнивал его по поводу его дара к языкам, говорил ему, что он губка для языков. Он только смеялся. Я уже целую вечность не слышал, чтобы он смеялся; кажется, он вообще никогда не улыбается. В любом случае, это не настоящая улыбка, он довольно искусен в этой маленькой полуулыбке, которую мы, слизеринцы, используем. Взгляд Сириуса снова стал задумчивым, хотя Северусу показалось, что причина была совсем в другом. Через мгновение Северус снова принялся за еду, довольствуясь тишиной, чтобы обдумать несколько удивительных вещей, которые он услышал этим вечером. Когда Райл спустился в Большой зал к завтраку, он был удивлен количеством враждебных взглядов, которые он получил от студентов. Даже учителя настороженно наблюдали за ним, не считая Снейпа. У каждого был экземпляр «Ежедневного пророка», и он застонал. Статья Скитера должна была появиться в утренней газете. Драко смотрел на него со странным оценивающим выражением, как будто не совсем понимал, что с ним делать. — Что случилось, Дрейк? — По-моему, ничего. Прочти это, — ответил блондин, тонкие пальцы скользнули по бумаге в его направлении. Перед ним была групповая фотография, а под ней — статья, занимавшая половину страницы. ЭКСКЛЮЗИВ НА ТУРНИРЕ ТРЕХ ВОЛШЕБНИКОВ! Автор: Рита Скитер Вчера днём я имела честь говорить с юными чемпионами Турнира Трёх Волшебников. Они — умная, способная группа, и это интервью впечатляющее. Ниже приведены имя и школа каждого чемпиона, и некоторая общая информация о них. Виктор Крам, Дурмстранг — это профессиональный ловец 7-го года, известный своим мастерством. Он поймал снитч этим летом на чемпионате мира по квиддичу. Он сказал мне, что его любимый предмет — Трансфигурация. Флёр Делакур, Шармбатом — Мисс Делакур — хорошенькая 18-летняя девушка из Франции. Её бабушка — вейла одного из северных кланов, и её палочка обладает одним из волос бабушки. Захария Поттер, Хогвартс — «Мальчик-Который-Выжил» — это красивый, способный, 4-й год, известен во всём волшебном мире тем, что победил Того-Кого-Нельзя-Называть. Его любимый предмет — Защита от тёмных искусств. Его сокурсники считают, что он должен был быть первоначально выбран для школы Хогвартс. Райл из Слизерина, Хогвартс — мало что известно об этом мрачном красавце 4-го года, кроме того, что он был близнецом Захарии до того, как Джеймс Поттер отрёкся от него. Он выбрал своё первое имя при отречении, и этот репортер задается вопросом, было ли это какое-то значение. Я также узнала, что у него есть палочка с ядром из затвердевшего яда Василиска. Интересно, почему ребенок из самого тёмного дома, с ядом ядовитой и смертоносной змеи, был выбран чемпионом Хогвартса? Было ли это сделано с помощью обычных процессов, или этот ребенок обладает большим количеством навыков, которыми славится основатель его дома? Только время покажет. — Олливандер выболтал сердцевину моей палочки, и эта женщина немедленно попыталась навесить на меня ярлык тёмного волшебника, — прорычал Райл, — именно поэтому я не рассказываю историю своей жизни первому встречному. Устал от глупых предрассудков людей! Он раздражённо отодвинул от себя газету и быстро глотнул апельсинового сока, пытаясь успокоиться. Это не сработало; Райл чувствовал напряжение в шее и плечах. Он ущипнул себя за переносицу и подумал, успеет ли сбегать вниз и взять одно из своих зельев от головной боли перед Трансфигурацией. Через секунду он слабо улыбнулся своим друзьям, игнорируя тот факт, что улыбка была фальшивой, и они смотрели на него с любопытством. Когда вокруг них начались разговоры, Драко спросил: — У тебя есть еще какие-нибудь способности Слизерина? — Думаю, пришло время познакомить тебя с Сайфром, — ответил Райл. Он махнул рукой, показывая, что должен следовать за ним. Когда они шли к классу трансфигурации, он взглянул на то, что казалось изумрудным браслетом, и сказал. Всё, что услышал Драко, было тихое шипение. Браслет шевельнулся. Райл увидел, как глаза Драко расширились, когда на тонком браслете появилась крошечная изумрудная змея с блестящими серебряными глазами. Он посмотрел на него и сказал: — Сайфр не слепой, его глаза серебряные, потому что он волшебное существо. Я знал о своей способности к парселтангу примерно с семи лет, это была одна из тех вещей, которые подавитель Джеймса не мог блокировать. Однажды я был на улице, когда Сайфр подошел ко мне и спросил, почему я чувствую себя таким одиноким. Я рассказал ему, и он предложил стать моим другом. — Он не будет возражать, если я прикоснусь к нему? — спросил Драко, глядя на изумрудное создание широко раскрытыми глазами, полными благоговения. — Сссайфр, ты не мог бы позволить ему прикоссснуться к тебе? — Нет, мне кажетсся, он зассслуживает доверия. — Продолжай, Драко. Затылок, где он встречается с телом — всегда хороший выбор. Сайфр был шириной в два пальца, и Драко нежно коснулся его, поглаживая чешую с улыбкой на лице.  — Он такой гладкий, как шёлк. — Это прикосссновение кажетссся приятным. Он не боитссся ни меня, ни таких, как я. — Сайфру это тоже нравится, — усмехнулся Райл, — он говорит, что ты не боишься змей. — Я никогда не боялся, — ответил Драко, — он ядовитый? — Его укус так же смертоносен, как у аспида, он может быть маленьким, но поскольку он волшебный, то может выбрать, убить или ослабить своим укусом. Также может чувствовать, когда кто-то хочет причинить мне вред, поэтому он проводит большую часть времени как браслет. Драко нервно рассмеялся и сказал: — Тогда я рад, что прошёл тест. Через секунду блондин задумчиво сказал: — Жаль, что я не могу понять его. Иногда, когда я был ребенком, мне хотелось обладать даром парселтанг. Говорят, что у змей столько же разных личностей, сколько и у людей. Райл задумчиво нахмурился. — Сссайфр, ты не возражаешшь, если он тебя поймет? — Нет. Он кажетссся хорошшим ребёнком. Было бы неплохо поговорить ссс кем-нибудь ещё, масстер. — Сссколько раз я просссил тебя называть меня по имени? — Много. Райл фыркнул от смеха. Когда Драко посмотрел на него, он сказал: — Сайфр отказывается называть меня по имени. Я всё пытаюсь убедить его. — Должно быть, это интересный разговор, — усмехнулся Драко. — Драко, — тихо спросил Райл, — ты хотел понять Сайфра? Он понимает английский, так что вы могли бы поговорить с ним. — Есть способ сделать это? — Драко выглядел удивлённым. — Да. Это просто, но большинство людей не хотят этого делать. Тебе придется позволить Сайфру укусить тебя за руку. Это будет только один раз, и яд будет нейтрализован прежде, чем начнет действовать. Это откроет тебе понимание языка парселтанг. — Было бы нечестиво разговаривать со змеей и не понимать её ответы, — усмехнулся Драко, — если он не возражает, я сочту за честь. — Протяни руку, — ответил Райл. — Сссайфр? Это зависссит от тебя. Я сссчитаю его сссвоим другом, так что это твой выбор — открыть ему понимание нашшего языка. В ответ Сайфр скользнул вдоль его руки и завис прямо над ладонью Драко. Одним быстрым движением он укусил ладонь Драко, мягко, но твёрдо. У Драко от удивления перехватило дыхание. — Я удивлен, он даже не взздрогнул. Драко тихо ахнул. — Это ты? — прошептал он, глядя на изумрудную змею. — А кто же еще? Меня зовут Сссайфр, я друг моего масстера. Кто ты такой? — Меня зовут Драко. Это сокращение от Дракониона, — ответил Малфой. Райл сначала моргнул, а потом приглушенно рассмеялся, когда Драко назвал его полное имя. Святой Мерлин, неудивительно, что он сокращает его до Драко! — Оччень приятно, дитя дракона. Я приветссствую объединение одной изз древних кровей. — Древняя кровь? — спросил Райл. Судя по широко раскрытым глазам Драко, он также слышал Райла. — Те, у кого сссамая чистая кровь, те, кто могут проссследить путь к нашему первоначальному сссвязующему. — Оригинал — Салазар Слизерин? Он связал змей? — спросил Драко. — Он сссвязал всссех змей и их сссородичей для ссслужению потомкам. Мы можем проссследить по запаху крови чистоту сссвязи, и мы не можем повредить одной из более чем ½ кровных сссвязей. Змеиный род включчает в ссебя гидру, мантикору и драконов. — Драконы? Они говорят на парселтанге? — прошептал Драко. — Нет. Они не говорят на нашшем древнем языке. Они могут понять его, но давно потеряли ссспосссобность говорить помимо элементалей. — Элементали? — спросил Райл. — Ты же не думаешшь, что исстория водяного дракона — это просто детская сказка? Он вполне реален, хотя его трудно разглядеть. На каждый элемент приходитссся по одному. Вода, воздух, земля, огонь и эфир. Эфир — это звёзды. Их найти труднее всссего. — Это была бы интересная поездка после школьных лет, — сказал Драко с усмешкой. — Да, — согласился Райл. — Я могу чувссствовать некоторых здешних драконов. В лесссу их четверо. Четыре дракона вокруг Хогвартса? Глаза Райла сузились, и он на мгновение задумался. — Первое задание. По крайней мере, теперь я знаю, что мне нужно делать. Я должен быть в состоянии обойти дракона. — Как ты это сделаешь? — прошептал Драко, широко раскрыв глаза. — Это будет трудно. — Могу ли я предложить тебе полеззную информацию? — Продолжай, Сссайфр, — ответил Райл. — Драконьи ссородичи оссобенно ссклонны к иллюзиям. Ты можешь проецировать образы, которых нет, и они будут верить в них до тех пор, пока ничто не разрушит иллюзию. — Ссспасибо, маленький друг, — прошипел Райл, — было бы лучше, есссли бы ты сссейчас вернулсся к ссвоему ссну. Я бы не сстал подвергать тебя опассности из-за этих дураков. Они вошли в класс трансфигурации, пока Райл размышлял, как пройти мимо дракона. Намек Сайфра на иллюзии, возможно, пригодится. Он улыбнулся изумрудному браслету, благодарный своему маленькому серебристоязычному другу. Он также был очень благодарен за то, что рядом с ним шёл человек — друг. Его жизнь становилась лучше, медленно, но верно.