Midnight Sun

Когда Люциус Малфой аппарировал на место, сразу же произошло несколько событий. Во-первых, здесь были и Захария Поттер, и Райл Блэк. Последний был скован кольцами Нагини, массивного фамильяра Тёмного Лорда. Умный молодой слизеринец смотрел на надгробие, к которому был приколот Захария, и читал написанные на нём имена. Во-вторых, знаменитый спаситель волшебного мира был просто в ужасе. Когда не было никого, кому можно было бы похвастаться слабыми достижениями, когда слава переходила в настоящие действия, Захарие Поттеру не хватало её. Люциус посмотрел на него, не потрудившись скрыть презрение, сверкнувшее в его серебристых глазах. Теперь он полностью понимал ненависть Северуса к этому трусу. Его повелитель повернулся к Пожирателям Смерти, и Люциус с досадой наблюдал, как его собратья-чистокровки кланяются этому актёру-полукровке. Когда тот подошел к нему, он почтительно склонил голову и прислушался к словам Волдеморта. — Люциус, мой скользкий, но верный старый друг. Другой мой верный друг в школе сказал мне, что ты работал над статусом вашей семьи в Министерстве. Скажи мне, как поживает твой сын Драконис? На полсекунды Люциус замер. Затем он заставил себя вздохнуть и сказал: — У него все хорошо, милорд. Он считается лидером среди слизеринцев. — Хорошо. Он был бы прекрасным дополнением к нашим рядам, не так ли? Северус уже догадался, кто мой второй сторонник в школе? — Нет, милорд. Однако у него были подозрения, что один из нас был среди персонала. — Мне лучше больше не игнорировать моего гостя, — с ехидной улыбкой Тёмный Лорд повернулся к Захарии. — Захария Поттер, ты стоишь на могиле моего покойного отца. Магглу, которому посчастливилось стать моей первой человеческой жертвой. С его костью и твоей кровью я вернулся к жизни. Неужели ты действительно думал, что у меня не будет плана на случай, если моё тело когда-нибудь будет уничтожено? Тёмный Лорд, казалось, впервые заметил Райла. Красные глаза оглядели серебристо-изумрудную тунику, прежде чем он прошипел: — И кто же ты такой? — Райл Салазар Блэк, — голос Райла, как отметил Люциус, был исключительно ровным. Его изумрудные глаза блеснули в свете огромного котла. — Скажи мне, Райл Блэк. Ты учишься в Слизерине или просто предпочитаешь носить эти цвета? — Зачем мне вообще носить эти цвета? Конечно, я учусь в Слизерине. Гриффиндорцы храбры только тогда, когда люди смотрят, Хаффлпаффцы уничтожают себя, помогая всем остальным, а Равенкло слишком заняты тем, что являются всезнайками, чтобы преследовать истинное знание и власть. Люциус затаил дыхание, ожидая ответа Тёмного Лорда. Тон Райла был высокомерным и граничил с откровенной грубостью, но то, что он сказал, было абсолютно правильным. — Тебя никогда не учили уважать старших, Райл Блэк? — Я уважаю старших, которых выбираю, Волдеморт. Я не боюсь ни вас, ни этого дурака, который управляет Хогвартсом. Со мной вы должны заслужить моё уважение. — Crucio, — прошипел Волдеморт. Райл молчал почти целую минуту, и за это время Тёмный Лорд повернулся к Захарие. — Ты его знаешь? Когда приглушенные крики Райла разорвали воздух, Поттер посмотрел на него холодными от ненависти глазами. Он снова повернул голову к Тёмному Лорду и сказал: — Он ничего для меня не значит. Взгляд Люциуса вернулся к дрожащей фигуре Райла Блэка, который тяжело дышал и смотрел на Тёмного Лорда и Захарию Поттера с одинаковой ненавистью, горящей в изумрудных глазах. Он подавил дрожь от силы, заключенной в этом взгляде, от ярости. Для большинства она была раздроблена противоречивыми эмоциями или множественными целями. У Райла же был сфокусированный наконечник иглы, острый и ледяной. — Тебя учили драться на дуэли, Захария Поттер? Гриффиндорец был спущен со своего места, и Петтигрю подошел к нему и сунул ему в руку волшебную палочку. Когда Волдеморт поднял свою палочку, Захария крикнул: — Accio Кубок Люциус с изумлением, шоком и насмешкой наблюдал, как подросток схватил чашку и исчез, насмешливо улыбаясь всё ещё дрожащей фигуре Райла Блэка. Он что-то сказал, и Люциус зарычал. Он не слышал его, но мог читать по губам. «Это только то, чего ты заслуживаешь, никчёмное отродье», — прошептал Захария. Северус начал двигаться в сторону Блэка в тот момент, когда близнецы исчезли. Ещё со школьных лет у него было предчувствие, что аврор попадет в беду, даже не взглянув на неё. Он действительно не хотел, чтобы другой погиб из-за его собственного идиотизма. — Блэк! — Что? — прорычал Сириус, глядя на него, а не на оборотня, который схватил его за предплечье. — Предполагалось, что чаша только выведет их за пределы лабиринта. Более того, я полагаю, вы заметили исчезновение Люциуса Малфоя? — Да. Мне было интересно, куда он пошёл, — это был Люпин. — Вот куда он пошел, — мрачно сказал Северус, закатывая рукав достаточно, чтобы показать им чёрную как смоль отметину, — сегодня ночью Тёмный Лорд вернул себе тело. — А тебе не будет больно, если ты останешься? — внезапно забеспокоился Сириус. — Не беспокойся обо мне, Блэк, — усмехнулся Северус, — с прежних дней я знаю, что Тёмный Лорд снова призовет меня наедине позже. — Что происходит? — спросил голос позади них. Северусу не нужно было поворачивать голову, чтобы понять, что это снова Джеймс Поттер. — Очень многое выходит за пределы твоего интеллектуального уровня, Поттер. — Где. Находится. Мой. Сын? — прорычал Джеймс. — Полагаю, там же, где и Райл Блэк. Внезапно раздался громкий хлопок, и появился Захария Поттер. Один. Он держал чашку за ручку и, казалось, задыхался. — Тёмный Лорд вернулся! Северус тихо проклял глупость гриффиндорца, когда все вокруг начали бормотать. — По крайней мере, ты сбежал, юный Захария, — весело сказал Дамблдор, — и с Кубком Трёх Волшебников тоже, поздравляю. Кто-то прочистил горло. Северус краем глаза заметил отца и едва сдержал улыбку. Люсьен был даже более откровенен, чем его сын, когда хотел. По выражению его лица было ясно, что он собирается напомнить Дамблдору о серьезности ситуации. — Два мальчика схватили чашку одновременно, Дамблдор. Разве ты не помнишь? — Люсьен моргнул, лениво полуприкрыв блестящие серебряные глаза. — Райл Блэк все ещё отсутствует. — Да, — задумчиво произнес Дамблдор. Он повернулся к Захарие и сказал, — расскажи, пожалуйста, что произошло. Захария подробно рассказал всё, в том числе и свой уход. Глаза Северуса расширились от недоверия, а потом сузились от ярости. — Ты оставил ещё одного ребенка своего возраста на кладбище с Тёмным Лордом и его Пожирателями Смерти? Я и раньше называл тебя трусом, но это превосходит всё, что я думал, что ты можешь сделать по глупости. Джеймс зарычал на Северуса и сказал: — Хорошо, что Захария вернулся, а не этот маленький сквиб. Он был бы исключен по меньшей мере за некоторые свои действия в этом году. — Это никогда не было доказано и не заслужило бы самого строгого наказания, Джеймс Поттер! — огрызнулся Северус в ответ. — Те имена, что ты перечислил, все они — достойные члены общества чистокровок. У тебя есть какие-то доказательства или это только обвинения? — спросил Северус Захарию, ухмыляясь. У мальчика не будет никаких доказательств. — Мой отец не мог быть там, — мягко вставил Драко, — он собирался вернуться в поместье, чтобы забрать книгу, которую собирался отдать профессору Люпину. Услышав свое имя, Ремус слегка подпрыгнул и посмотрел на Драко. Тёплые серые глаза ничего не выражали, но, похоже, он говорил правду. Было ясно, что Люциус был на встрече, но он не разговаривал с Драко перед тем, как уйти. Неужели всё было подстроено заранее, или у старшего Малфоя действительно было что-то для него? Внезапно чей-то спокойный голос произнес: — Ну, я, кажется, пропустил что-то важное. Что случилось, пока я был в поместье, Драконис? Захария Поттер моргал, глядя на высокую элегантную фигуру Люциуса Малфоя, который подошёл к сыну и обвел собравшихся сверкающими серебряными глазами. В левой руке он держал довольно большую книгу с блестящими золотыми буквами на корешке. Он плавно подошел к Ремусу Люпину и протянул изумленному оборотню книгу. — Она на латыни, но я слышал, что ты умеешь читать на этом языке. Я подумал, что тебе это может показаться интересным. — Спасибо, — выдавил тот. Пятикурсник Гриффиндора высоко на трибунах закричал: «Что это?!» Северус обернулся и заметил тёмно-красное свечение примерно в 10 футах от себя. Оно было длинным и небольшим, парящим как раз на уровне земли. Потом стало совершенно белым и вскоре засветилось так ярко, что они были вынуждены отвести взгляд. Студенты на трибунах либо кричали, либо хлопали себя ладонями по ушам, чтобы защититься от громкого ТРЕСКА! Когда свечение угасло, Северус в шоке уставился. Он моргнул пару раз и посмотрел на Люциуса. В серых глазах собеседника промелькнуло раскаяние. — Я ничего не мог поделать, — тихо сказал он, — ушёл, как только смог, не привлекая его внимания. Когда язвительный Мастер Зелий перевел взгляд на Сириуса Блэка, тот едва не вздрогнул. Лицо мужчины было почти прозрачным, серые глаза широко раскрыты и потрясены. Его руки слегка дрожали, когда он подошел и опустился на колени рядом с фигурой, лежащей на траве, протянув пальцы к тонкой шее. — Он жив, — прошептал Сириус, и слёзы облегчения потекли по его лицу. Тело, освещенное сиянием, было никем иным, как Райлом Блэком. Его шёлковая рубашка цвета Слизерина была разорвана в нескольких местах и потемнела от крови ещё в некоторых. Кожа была почти такой же бледной, как и у отца, а многочисленные шрамы и отметины на лице и шее явно нуждались в срочной медицинской помощи. Даже без сознания его лицо было искажено болью, губы сжатые и почти белые. Из-за Тёмного Лорда, у Райла, вероятно, было сломанно несколько костей и внутреннее кровотечение. Однако то, что привлекло и удержало взгляд Северуса, было чем-то более постоянным. На левой стороне лица Райла была змея, извивающаяся от края его скулы к ключице, вокруг уха и вниз по впадине бледного горла. Она не была истинно чёрной, что-то между тёмно-красным и еще более тёмно-зелёным. Змея была художественно красивой, но из-за засохшей крови казалось, что была вырезана на его коже палочкой. — Северус, ты отведёшь его в больничное крыло, мне нужно обсудить церемонию награждения с молодым Захарией, — весело сказал Дамблдор. — Прошу прощения, — раздался чей-то голос. Это был Людо Бэгмен в сопровождении Каркарова и Максим. Северус напрягся; Бэгмен поддерживал Захарию весь турнир, несмотря на его предполагаемую нейтральную позицию судьи. — Я говорил с моими коллегами-судьями, — начал Бэгмен, — и мы решили, что существует проблема с результатами. Как вы знаете, Турнир Трёх Волшебников всегда использовался как подготовка к будущему юной ведьмы или волшебника в волшебном мире, что менее снисходителен, чем школьная среда. То, что произошло сегодня вечером — это то, с чем всем этим студентам придётся иметь дело в будущем. Захария Поттер отдал своего сокурсника в руки Тёмного Лорда, вместо этого решив спасти свою собственную жизнь и уйти победителем в соревновании. По этой причине мы все согласны с тем, что чемпион Трёх Волшебников — Райл Блэк. Захария Поттер дисквалифицирован с 1-го на 2-е место. Это официально, Корнелиус Фадж согласен со мной, — Людо тонко улыбался разгневанному Джеймсу Поттеру, — итак, как официальный глава отдела магических игр, я официально объявляю Райла Блэка победителем Турнира Трёх Волшебников. Церемония награждения состоится позже, когда он сможет принять в ней участие. Северус посмотрел на Люциуса и пробормотал: — Что только что произошло? — Даже не знаю. — Wingardium Leviosa, — пробормотал Северус. Райл оторвался на несколько футов от земли и полетел к выходу с переполненного стадиона, который уже начал гудеть от разговоров. Северус провел пальцами по чёрным волосам Райла и тихо сказал: — Твоя жизнь никогда не будет простой, не так ли? Когда Северус вошёл в замок, солнце окончательно село. Он не испытывал неудовольствия, видя, как на землю опускается тьма. Это был слишком длинный день.