Заключенные

      Джона разбудил громкий, душераздирающий звук, раздавшийся, казалось, прямо над его ухом. Бунн подскочил на кровати от неожиданности и тут же потянулся к своему табельному глоку, спрятанному в прикроватном ящике. Он не глядя снял оружие с предохранителя, по-кошачьи тихо поднялся с постели и замер с пистолетом наготове, старательно прислушиваясь.       Он быстро понял, что странный звук доносится снаружи его дома, а вот его природу определить удалось далеко не сразу. Сперва Джону показалось, что к нему во двор просто забрело какое-то раненное животное, стонущее от боли в предсмертной агонии. Он даже расслабился на мгновенье, но снова напрягся, как только услышал в высоком, пронзительном вое что-то отдаленно напоминающее человеческую речь. А спустя еще мгновение Джон вновь поставил пистолет на предохранитель и, убрав его обратно в ящик, принялся натягивать на себя старые домашние штаны.       Ошеломленный из-за слишком резкого пробуждения мозг узнал, пусть и запоздало, раздавшийся снаружи голос. Кроме того, он даже распознал, что его обладатель (вернее, обладательница) смертельно пьяна. Джон тяжело вздохнул и, нащупав босыми ногами мягкие поношенные тапки, отправился к задней двери.       Уже спускаясь по ступеням крыльца Джон наконец понял, что незваная гостья поет. Хотя пением назвать это было сложно - Кэт фальшивила так, будто медведь не то, что наступил ей на оба уха, а танцевал на них целый час. Джон не смог сдержать улыбки - так нелепо в ее исполнении звучала бессмертная “Yesterday”. Он двинулся на голос, подозревая, что найдет Кэт на большой деревянной скамейке стоящей прямо под белой резной аркой, которую плотно оплетал обычно буйно цветущий розовым, но сейчас уже отцветающий вьюн.       -Развлекаешься? - спросил Джон, подойдя поближе, прислонившись спиной к старой раскидистой яблоне.       Кэт перестала петь.       Она рмедленно перевела на Джона свой мутный, явно плывущий взгляд и нахмурилась так, будто совершенно не ожидала встретить его во дворе его же собственного дома. Бунн сложил руки на груди, выжидательно глядя в ответ.       Кэт выглядела… непривычно: ее обычно идеально уложенные волосы сейчас растрепались, косметики на лице не было вовсе, из-за чего складывалось впечатление, что Линч помолодела лет на десять, не меньше; на смену строгому костюму пришли самые обычные джинсы и водолазка. Она крепко сжимала в руке бутылку то-ли джина, то-ли рома. Прозрачная жидкость внутри едва дотягивала до половины, и Джон хмыкнул - дежавю. Видимо, им суждено встречаться не по рабочим вопросам только тогда, когда в крови Кэт плещется поллитра любой крепкой дряни.       Кэт медленно моргнула и сделала еще один большой глоток.       -Я - паршивый друг, - пьяно сообщила она.       -Внезапно, - изогнул бровь Джон, - И с чего вдруг такой вывод?       Кэт качнуло так сильно, что Бунн тут же подорвался вперед, перехватывая ее за плечи, боясь, что она может свалиться с лавки.       -Я совсем ничего не знала! - всхлипнула Линч, не обращая ровным счетом никакого внимания на удерживающие ее сильные руки, - Я всегда на работе, а Эбби уезжает, у Ричи погибли родители, Лори заболела, а я… Я...       -А ты решила напиться у меня во дворе, - закончил за нее Джон.       -Я напилась на работе, - отрицательно мотнула головой Кэт, - А потом… Не помню…       -Ладно, пойдем, - Бунн поднял отчаянно шатающуюся подругу на руки.       -Куда? - заплетающимся языком пролепетала Линч.       Джон понес ее в дом. Идти было сложно - Кэт даже не пыталась облегчить ему задачу. Она дергалась и крутилась, стараясь рассмотреть окружающее ее пространство. Бутылка, которую она все еще крепко сжимала в руке, то и дело билась о бедро Бунна.       -Тебе надо поспать, - сказал он.       -Я не буду спать с тобой, Жжон...       -Естественно. Ты будешь спать на диване.       -Но я… Ик!... Не хочу спать! - Кэт попыталась сопротивляться, но только уронила бутылку, которая, негромко звякнув о деревянные ступени крыльца, упала на мягкую от травы землю.       -Поверь мне, хочешь.       -Не-е-ет… Не хочу на диване, - капризно заявила она.       Джон снова тяжело вздохнул. Он уже держал пьяное тело Кэт над диваном, но все же развернулся и пошел дальше, в свою комнату и, по совместительству, единственную спальню в его крошечном доме. Бунн уложил Линч на свою собственную, расправленную постель и заботливо укрыл одеялом.       -Жжооон… - тихонько позвала Кэт.       Бунн почувствовал, как ее тонкие пальцы крепко схватили его за запястье.       -Что? - спросил он.       -Останься со мной. Пожалуйста...       -Ты же сказала что не будешь со мной спать, - усмехнулся Бунн, но все же послушно встал возле кровати. Его добрые серые глаза не отрываясь смотрели на лицо Линч.       -Просто посиди рядом немножко.       Джон сел на край постели, и Кэт тут же прильнула к нему всем телом. Ее ощутимо трясло - видимо, из-за алкогольного отравления.       -Я забыла про день рожжения Эбс, - глухо поведала Линч, - И про подарок тоже збыла… Я подарила ей сумку, которую купила себе пару месяцев назад… Я - паршивый… паршивый друууг...       Джон ничего не ответил. Да этого и не требовалось: Кэт уже сопела, явно уснув быстрее, чем успела закончить свою спутанную мысль. Спала она тревожно, то и дело выкрикивая что-то невнятное, мечась по постели, как в лихорадке, не зная, что почти всю ночь Джон так и просидел на краю кровати, гладя ее по влажным от пота волосам. ***       Кэт проснулась рано утром - ее разбудили первые, невыносимо яркие солнечные лучи, пробивающиеся в комнату сквозь неплотно задернутые шторы. Она приподнялась локтях, чувствуя, как неприятно гудит в висках, ощущая на языке мерзкий привкус алкоголя, и оглядела совершенно незнакомую ей комнату.       В первое мгновение Кэт стало страшно. Она не понимала, где находится, не помнила, как попала сюда. Но постепенно в тяжелой, мутной голове всплыли обрывки произошедшего вчера вечером: вот она покупает бутылку рома в супермаркете возле офиса, вот возвращается в свой кабинет и откупоривает ее, вот берет такси и едет...       Кэт глухо простонала и снова упала на подушку, закрывая лицо ладонями. Боже, она поехала к Бунну! Ну почему, почему ее пьяный мозг решил, что это - хорошая идея?...       Из горестных раздумий ее вывел скрип открывающейся двери и осторожные, тихие шаги, замершие в паре шагов от постели.       -Удивительно! Уже половина седьмого утра, а ты все еще не сбежала из моего дома. Кто ты такая и что сделала с Линч?       Кэт скривила губы и закатила глаза, не убирая ладоней от лица.       -Не начинай, прошу тебя… - прошептала она.       -Не буду, - пообещал Джон. Судя по тому, как звучал его голос, он улыбался, - На вот...       В тыльную сторону кисти Кэт ткнулось что-то холодное и влажное.       -Это вода. С аспирином, - пояснил Бунн.       Кэт приподнялась на локтях, приняла стакан из рук Джона и жадно осушила его до самого дна.       -Спасибо, - сказала она, возвращая опустевшую емкость Бунну, - И прости. Мне не стоило приезжать вчера...       -Брось, - отмахнулся Джон, - Пойдем, поищем чем тебя накормить.       -Я не хочу есть, - ответила Кэт, садясь на край кровати. Вот только ее желудок был явно не согласен со своей хозяйкой и предательски заурчал - громко и протяжно.       -Уверена? - усмехнулся Бунн.       Линч вздохнула:       -Видимо, нет. Где у тебя ванная?       Когда Кэт закончила умываться и привела себя хотя бы в относительный порядок, она пришла на кухню, где Джон уже накрыл на стол.       Завтрак был нехитрым: тосты, яичница с ветчиной и зеленью и кофе. Выглядела еда неаккуратно, но на вкус оказалась вполне сносной. Впрочем, сейчас Кэт была настолько голодна, что, вероятно, ей показалось бы вкусным что угодно - даже ненавистный с детства шпинат. Пока она с аппетитом поглощала предложенную еду, Джон молча сидел напротив нее, откинувшись на спинку стула, и задумчиво вертел в руках свой старенький сотовый телефон. На его носу красовался плотный белый пластырь, под глазами залегли синяки.       -Я слышал, что Франклин отказался от суда присяжных, - вдруг сказал он.       -С подачи Коллинза, - поморщилась Кэт.       -И что ты планируешь делать?       -Не знаю. Надеяться на чудо, наверное, потому что если его не произойдет, то Уоррен отправится к праотцам.       -Ты не думала использовать пленку?       Кэт думала. Она думала об этом каждую секунду с того самого мгновения, как впервые увидела запись - ту единственную вещь, которая полностью доказывает невиновность Майкла Уоррена. Кэт знала, что пленка может спасти жизнь ее подзащитного, как знала и то, что если она использует это видео в суде, или передаст полиции, как улику, ее карьере наступит конец.       -Это нарушение адвокатской тайны… - пробормотала она.       -А учитывая то, что мы вломились в его дом - это еще и уголовное преступление, - заметил Джон, все так же глядя на свою старенькую “Мотороллу”, - Так что одной только потерей лицензии ты точно не отделаешься, даже если я возьму всю вину на себя. Меня точно посадят, тебя - возможно нет, но перспективы все равно не самые радужные.       -Думаешь, я об этом не знаю? - скривилась Кэт, вытирая губы веселенькой разноцветной салфеткой.       -Нет. Просто напоминаю, что поставлено на кон. С обеих сторон.       Джон, кажется, впервые с начала завтрака посмотрел прямо на Кэт. В его покрасневших от недосыпа, добрых глазах не было ни упрека, ни разочарования, только бесконечная усталость и тоска.       -Орудие убийства так и не нашли? - резко сменила тему Кэт, сплетая пальцы вокруг горячей кружки кофе.       Бунн вымученно вздохнул и поднялся со стула. Он подошел к холодильнику и достал из его недр банку энергетической газировки.       -Нет. Хотя нам удалось выяснить, что это было.       -И что же?       -Пепельница, - сказал Джон. Он сделал несколько глубоких глотков “Ред Булла”, - Сестра Линды, Анна все же согласилась вернуться с нами в дом Уоррен и обнаружила пропажу. Судя по описанию, эта пепельница идеально подходит под характер полученных экс миссис Уоррен травм. Ты же читала отчет коронера? Тяжелый тупой предмет с неровными или выпирающими частями, помнишь? - Кэт кивнула, - Так вот, эта пепельница была сделана в виде клыкастого черепа из черного опала. Майкл подарил ее жене на их пятую годовщину. Безделушка, а стоит больше, чем я получаю в год.       -Значит, убийца мог продать ее, верно? - спросила Кэт.       Джон покачал головой:       -Это вряд ли. Хотя мы все же отправили описание по своим каналам на случай, если пепельница всплывет.       -Вряд ли? Почему вряд ли?       -Потому что хоть черный оникс и жутко дорогой, выглядит он просто как красиво раскрашенное стекло. Даже Анна понятия не имела, насколько эта пепельница дорогая, пока однажды случайно не уронила ее и не отколола один из клыков, чем привела Линду в ужас.       -То есть найти ее шансов мало?       Джон неопределенно пожал плечами:       -Кто знает. Мы обыскали округу, но убийца вполне мог выбросить пепельницу, скажем, в море, или просто спрятать у себя дома. Если ты все еще надеешься на чудо, я бы на твоем месте надеялся на то, что орудие убийства все же отыщется.       Кэт не ответила. Она молча допила кофе, чувствуя, как с новой силой начинает болеть голова под тяжестью неприятных, мрачных мыслей.       Джон вызвал ей такси, как только она попросила. Желтый минивэн прибыл к дому Бунна спустя пятнадцать минут.       Джон, вышедший на крыльцо, чтобы проводить Линч, окликнул ее в тот момент, когда она уже садилась на заднее сиденье автомобиля.       -Эй, Кэт! - крикнул он, и Кэт обернулась, - Я не считаю, что ты паршивый друг. И никогда не считал.       Линч чуть заметно вздрогнула, будто его слова причинили ей физическую боль, а после быстро исчезла в кабине желтобокой машины. ***       Кэт терпеливо ждала, пока мистера Уоррена снова приведут в камеру, ту самую, с забетонированным в пол столом, двумя жутко неудобными стульями и маленьким зарешеченным окошком под самым потолком. Сейчас в него пробивались яркие солнечные лучи, в свете которых кружила поднявшаяся в воздух пыль. То, что погода там, за этими серыми, давящими стенами наладилась, было очевидным, но Кэт подумала о том, что заключенным от этого, должно быть, не становится ни на йоту легче. Даже тогда, когда они проводят время снаружи, солнце светит вовсе не для них, а для тех, других людей по ту сторону колючей проволоки, которые действительно могут наслаждаться жизнью в полном смысле этого слова.       Уоррена привели спустя полчаса после того, как Линч приехала в тюрьму Сан-Франциско.       -Простите за ожидание, мэм, - раздался за ее спиной низкий мужской голос, и Кэт, до этого смотревшая на танец пылинок в солнечных лучах, обернулась, наблюдая за тем, как Уоррена заводят в камеру, - Доктор только что с ним закончил.       Линч хотела спросить, что стряслось, но вопрос отпал сам собой, стоило ей увидеть лицо своего подзащитного.       -Не пугайтесь, мисс Линч, - сказал Майкл, заметив, как расширились от ужаса глаза Кэт. Он старался говорить спокойно, но его голос дрожал, а тонкие губы то и дело кривились от боли, пока охранник приковывал его к столу, - Я в полном порядке, если не считать нескольких ссадин и синяков.       -Что случилось? - спросила Кэт, присаживаясь напротив Уоррена.       -Ничего особенного - просто познаю правила местного этикета, - Майкл посмотрел на Линч своим правым глазом - левый заплыл и превратился в один большой синяк, - Не беспокойтесь, раны не серьезные.       -Я подам жалобу, и...       -Не стоит, мисс Линч. Я сомневаюсь, что жалобы окажут положительное влияние на мое благополучие.       -Но вас же избили!       -И на данный момент это - меньшая из моих бед. Полагаю, вы приехали, чтобы оповестить меня об отмене суда присяжных?       -Откуда вы знаете? - удивилась Кэт.       -От мистера Коллинза, - ответил Уоррен, - Он приходил на прошлой неделе. Предлагал заключить сделку.       Кэт заинтересованно подалась вперед.       -Он предложил мне признать свою вину в обмен на помилование и пожизненное заключение в тюрьме штата, - закончил Майкл.       -И вы согласились?       Уоррен раздраженно дернул плечами:       -Разумеется, нет!       Кэт ошеломленно раскрыла рот.       -Но почему? - спросила она.       Солнечные лучи яркими шрамами легли на обезображенное синяками и гематомами лицо Уоррена.       -Потому что я не убивал свою жену, мисс Линч.       -Это же был ваш шанс спасти свою жизнь!       Майкл не мигая смотрел на Кэт.       -Я не убивал свою жену, - упрямо повторил он.       Кэт устало откинулась на спинку стула. Майкл снова сумел удивить и расстроить ее, в очередной раз оказываясь где-то очень и очень далеко за гранью ее понимания. Складывалось впечатление, что Уоррену вообще было наплевать на свою жизнь - единственным, что он бесконечно ценил и лелеял, было его имя.       -Мистер Уоррен, через две недели состоится суд, - медленно сказала она, - Вас признают виновным и приговорят к смертной казни.       -Я в курсе, мисс Линч, - сухо отозвался Майкл, - И ваша задача, как моего адвоката, этого не допустить.       В камере повисла неприятная, давящая тишина, нарушаемая только свистом, с которым воздух выходил из явно сломанного носа Уоррена.       -Если ситуация не изменится, то я буду вынуждена передать суду ту видеозапись, - Кэт старалась говорить жестко и уверенно, но все же отвела глаза, не в силах больше выносить тяжелого взгляда Майкла.       -Вы этого не сделаете, мисс Линч, - Уоррен улыбнулся, но улыбка вышла пугающей и холодной, - Я в этом уверен.       -И откуда взялась такая уверенность?       Улыбка Уоррена превратилась в оскал.       -О, вы и сами прекрасно знаете, откуда, не так ли, мисс Линч?       -Я не понимаю, к чему вы клоните...       -К тому, что если пленка всплывет, я уничтожу вас и вашу блистательную карьеру, которой вы так сильно дорожите.       -Как вам будет угодно, мистер Уоррен, - ответила Кэт, поднимаясь из-за стола.       -Вы ведь понимаете, что мне хватит денег и влияния? - голос Майкла звучал угрожающе, - Даже из этой дыры я смогу превратить вашу жизнь в ад.       -Пусть так. Зато я спасу вашу, - сказала Кэт и, дождавшись, пока охранник откроет решетчатую дверь, покинула камеру. ***       -С днем Рождения, Эбби! - громогласно провозгласила Кэт, едва переступив через порог бара, в котором работала подруга, - И прости меня - я идиотка, я знаю. Вот, это - тебе!       Кэт поставила на стойку ярко - желтую коробку с пышным красным бантом и виновато опустила голову.       Эбби, явно не ожидавшая увидеть Линч у себя на работе удивленно приподняла брови, глядя то на потупившую взгляд подругу, то на подарок на темной деревянной столешнице. Она отложила в сторону стакан, который старательно протирала новенькой белой тряпкой и потянула за край банта, распуская ленту.       -Господи, Кэт! - выдохнула Эбби, открыв крышку и заглянув в коробку, - Не нужно было...       -Нужно, - отрезала Линч, присаживаясь на высокий стул, - Я виновата перед тобой. Очень.       Блицер достала из коробки упакованный в полиэтилен клатч с вышитым логотипом “Луи Витон”.       -Он же стоит целое состояние!       -Ты этого заслуживаешь, - улыбнулась Кэт, - Ну что? Нальешь мне свой знаменитый Лонг Айленд?       Эбби, все еще ошарашенная щедростью Линч, кивнула, зачарованно глядя на сумку, а потом осторожно положила ее обратно в коробку и накрыла крышкой. Она убрала подарок в подсобку прежде, чем принялась готовить заказанный коктейль. Кэт с интересом наблюдала за тем, как колдует Блицер - она превращала простое смешивание напитков в настоящее шоу с подбрасыванием в воздух бутылок, жонглированием стаканов и прочими простыми, но очень впечатляющими трюками.       -Держи, - Эбби налила коктейль в широкий стакан и прокатила его по стойке, - Это не Лонг Айленд, но я уверена, что тебе понравится. Мое личное изобретение. Еще не придумала, как его назвать.       -Спасибо, - Кэт поймала бокал и поболтала в нем трубочкой, - Слушай, Эббс… Почему ты не сказала мне, что уезжаешь?       -Не хотела дергать тебя по пустякам - ты была так занята в последнее время.       -Это не пустяк. Значит, в конце месяца?       -Да, через три недели. Мне предложили очень хорошее место в Нью-Йорке - у моего дядюшки есть клуб в центре, и ему нужен распорядитель...Честно говоря, это не совсем то, о чем я мечтала, но мне почти сорок пять. Не могу же я вечно стоять за стойкой?       -Значит, Рождество ты будешь встречать уже в большом яблоке?       -Да, в клубе - там будет вечеринка.       -Уверена, это будет весело!       -Наверное, - Эбби грустно улыбнулась, - Но я все равно буду очень скучать по вам. И постараюсь приезжать почаще.       Один из посетителей бара окликнул бармена, и Блицер отправилась к другой части стойки. Кэт грустно посмотрела ей вслед, думая о том, как сильно ей будет не хватать веселой, взбалмошной Эбби. И о том, как мало времени они успели провести вместе. Их графики никогда не совпадали: Блицер работала по ночам, Линч - с утра и до вечера, так что пересекаться получалось только на праздники, и то только тогда, когда Кэт не зарывалась в кипы документов в своем кабинете.       -Ты знаешь, что Лори больна? - задала вопрос Кэт, когда подруга налила клиенту виски и вернулась к ней.       Эбби мгновенно изменилась в лице. Секунду назад она улыбалась, сейчас же улыбка исчезла с ее лица, оставляя на нем гримасу отчаянья и какого-то детского страха.       -Откуда ты знаешь? - тихо спросила она.       -Периш сказал.       Эбби вздохнула и, достав из под стойки стакан и бутылку, плеснула себе виски.       -Ему не следовало говорить тебе, - сказала она, делая большой глоток, - Лори сама рассказала бы все, когда посчитала бы нужным.       -Что с ней?       -Болезнь Паркинсона.       Кэт нахмурилась.       -Ей же только старики болеют, - сказала она, недоверчиво глядя на Эбби, - А Лори всего тридцать пять.       -Тридцать шесть, - автоматически поправила Блицер, и Кэт снова почувствовала неприятный укол прямо в сердце, - И нет, ею болеют в основном старики, но бывают и исключения. Например, Лори… Бедняжка, ей даже пришлось уволиться - она больше не может работать. Руки слишком сильно дрожат.       -Лори больше не рисует? - ошарашенно спросила Линч, - Как давно?       -С конца августа, - Эбби пожевала губу, - Ей становится все хуже и хуже. Ричи заботится о ней как может, и, наверное, только то, что он рядом и то, что ты теперь живешь с ней не позволяет Лори совсем опустить руки.       -Что? А Периш-то тут при чем?       -Они с Лори встречаются, - просто ответила Эббс, - Уже почти год. Ты что, не знала?