Ведьма, или туда и обратно

Не слишком приятное знакомство с местными обитателями возвело нервное напряжение на уровень неконтролируемой паранойи. Бильбо при любой возможности принимался до пены из рта уверять, что где-то рядом плещется речной змей; поскольку большую часть суток мы были заперты вдвоем на утлом суденышке, мне вскоре начало чудиться хлопанье крыльев улетающей у кое-кого кукушки. Спустя несколько дней, а может, недель — к тому моменту все смешалось в вечно жужжащий и противно-мокрый кошмар — в мешках с припасами стало пугающе просторно. Одним унылым вечером каждый получил лишь по унылой пригоршне орехов и четвертинке сырой репы. Хоббит, осунувшийся сильнее прочих, глядел на еду так жалко, что у меня кольнуло в сердце. Но потом голос подал пустой желудок и отогнал душевные терзания на второй план. Ели молча, усевшись прямо на пахнущей гнилью и сыростью земле. Не осталось ни сил, ни желания разговаривать. Перед ужином Торин объявил о намерении продолжить путь ночью, чтобы не терять время на бессмысленные остановки, так что всем было, о чем поразмыслить. Бильбо тоскливо водил палкой по земле, рисуя что-то длинное, с плавниками и огромными зубами. Я пыталась его убедить, что вполне реальные хищные черви куда страшнее мифического речного змея, но он не соглашался. Когда за спиной треснула ветка, от неожиданности я едва не выпрыгнула из ботинок. Оказалось, что это Торину не сиделось. Король переходил с места на место, бродил кругами и беспокойно озирался. Какое-то время я гадала, отчего же он так мается, если кругом одни кусты — выбирай не хочу, но затем меня посетила догадка. Решив проверить свою теорию, я неторопливо поднялась, потянулась для правдоподобности и с целенаправленным видом скрылась за деревьями, немного переждала и на карачках отправилась на поиски удобной смотровой точки. Примостившись в яме между корней, проверила обстановку. Бильбо сидел на том же месте в стороне от остальных и увлеченно рисовал. В лесных тенях позади хоббита сверкнули пристальные синие глаза, мелькнул меховой плащ. Вскоре из-за дерева высунулся королевский нос, но его вспугнул прошедший мимо Ори. Спустя какое-то время снова показался нос, за ним осторожно последовала голова, а за ней подтянулись и прочие части Торина Дубощита. Гном вдруг выскочил из-за дерева, будто его пнули, целеустремленно тараща глаза, но на полпути передумал и, когда Бильбо повернулся на шум, сделал вид, что зацепился плащом за корягу. Спустя несколько минут тяжких трудов — плащ никак не хотел цепляться за корягу, Торин проверил, не смотрит ли кто, затем решительно выдохнул, насупился и, сделав обманный маневр, тяжело опустился рядом с Бильбо и устрашающе на него воззрился. Хоббит с перепугу подпрыгнул. Гном потупился и что-то забормотал, а потом неожиданно сунул что-то в руки хоббиту с таким энтузиазмом, что едва не опрокинул бедолагу на спину. Успев в последний момент поймать полурослика за локоть, король неловко рассмеялся, на что Бильбо смущенно улыбнулся в ответ. Не торопясь выпускать хоббита, гном замялся, а затем чуть пригнулся и принялся о чем-то ему вещать. Слов было не разобрать, да я и не особо старалась, но, похоже, дела пошли на лад. По крайней мере, Бильбо прекратил попытки удрать. — Подсматривать плохо, — раздался вкрадчивый голос у меня над ухом. Я подскочила и с сердитым шипением повернулась к довольному собой Кили: — Кто бы говорил! Ты чего подкрадываешься? — А я виноват, что ты заняла лучшее место? — Надулся он, втискиваясь в мою уютную ямку. — Подвинься, мне ничего не видно. Я потянула гнома вниз, тот послушно присел, после чего мне удалось удобно опереться локтями на всклокоченную макушку. Бильбо сидел совершенно розовый, Торин глупо хихикал. — Проклятье, похоже, Фили выиграл, — донесся снизу раздосадованный вздох. — О чем ты? — уточнила я. — Ну, мы поспорили. Кто угадает, когда Торин начнет, наконец, ухлёстывать за Бильбо — тот первым выберет себе сокровищ из общей кучи. Надеюсь, он оставит мне какой-нибудь красивый лук… — Вздохнул принц. — На что ставил Фили? — Поинтересовалась я, жалея, что узнала об этом пари слишком поздно. — Через пять лет. Три, если матушка задержится с переездом, — доложил гном. Подивившись отсутствию веры старшего принца в своего дядю, я ошарашена уточнила: — И он выиграл? А ты тогда что предположил? — Что Бильбо сделает первый шаг, — печально вздохнул Кили. Вдруг он встрепенулся: — Мы еще успеем их вспугнуть, пока Фили не заметил. Давай, пойди и скажи Бильбо, что у тебя смола в волосах. — Но у меня не… — Начало было я, но вовремя увидела, что гном уже начал скрести ствол дерева и попыталась перехватить его руки. Началось ожесточенное беззвучное сражение. Я попыталась выпихнуть принца из укрытия и пошарила свободной рукой в поисках какой-нибудь палки. Позади оказалось что-то мягкое. Бомбур удивленно охнул. — Да вам тут всем медом, что ли, намазано?! В лесу что, других деревьев нет?! — Возмутилась я шепотом, выплюнув изо рта прядь волос Кили, всеми конечностями упиравшегося в выступающие корни. — Вообще-то, мы первые пришли, — донеслось сверху, и в просвете между переплетенными ветками показалось довольное лицо Нори. — Кстати, Бомбур, будешь должен. — Не может быть, — нахмурился пухлый гном и, привстав на цыпочки, попытался разглядеть, что происходит. — Он прямо целыми предложениями разговаривает? И не заикается? — Погоди, — шепнул Нори и скрылся в ветвях. Вскоре донесся сердитый шепот: — Отсюда не разберешь. Возможно, у него просто губы трясутся. Кто может подойти и послушать? — Вы совсем стыд потеряли?! — Приглушенно громыхнул Двалин, показавшийся из-за ближайшего куста. — Между прочим, это катастрофа. — Разумеется. Потому что ты мне тоже должен, — злорадно отозвался сверху Нори. Решив, что с меня хватит, я на четвереньках протолкалась через толпу и спустилась к берегу. Фили с Балином подготавилвали главный плот к ночному переходу. — Ты не видела Бофура? — Поинтересовался Фили, крепивший к длинному шесту масляную лампу. — Он должен был принести новый фитиль, этот совсем истлел. Если не принесет — будет плыть перед плотом и искать мели наощупь. — А Бильбо ему поможет. Клянусь, если он ночью начнет пугать меня речным змеем — я сама его укушу. — Не надо, он жилистый. Лучше обвяжи веревкой и столкни в воду, может, и поймаешь нам змея на завтрак, — усмехнулся Фили и недоуменно добавил: — Но куда все-таки все подевались? Ответ не заставил себя ждать. Раздался оглушительный треск, короткий вскрик, звук падения на что-то мягкое, снова треск, оглушительная ругань. Кили выполз на поляну, морщась и потирая спину, следом вытолкнули Нори, за ним шел сердитый Бомбур. Торин вскочил, напустил на себя мрачный вид, который получился на редкость плохо из-за легкого румянца, и двинулся на гномов, выкрикивая то ли угрозы, то ли указания. Расправой любовалась я недолго, поскольку все стали стягиваться к плоту, а следом и извергавший молнии Торин. Сделав круг через камыши, я вернулась на нашу маленькую плавучую обитель. Бильбо с сосредоточенным сопением закреплял светильник у опоры навеса, свободной рукой отгоняя слетевшуюся мошкару. — Чего хотело его Дубощитничество? Бильбо сделал недоуменный вид: — О чем ты? — Вы так оживленно болтали… — А до этого я болтал с Бомбуром. Почему о нем не спрашиваешь? — Потому что вы спорили о начинке для пирогов и вас слышал весь лес. Бильбо недовольно фыркнул носом и слегка порозовел: — Ни о чем особенном, но если тебе так надо знать… О деревьях. — В лесу только и разговоров, что о деревьях… — с сомнением протянула я, покосившись на спутанные ветви, нависшие над головой. — Вот, гляди, — Бильбо, наконец, приладил лампу и достал что-то из нагрудного кармана. — Камень? — вежливо уточнила я. — Желудь, — Бильбо непроизвольно заулыбался. — Торин нашел его у берега. — Ммм… молодец? Бильбо спохватился и торопливо пояснил, демонстрируя желудь со всех сторон: — Он больше обычного и красноватый, видишь? Торин говорит, что это желудь особого красного дуба. Такие растут только в одном месте — в роще, которая начинается у подножья Горы и вдоль реки тянется к Лихолесью. Если где-то неподалеку растет такое дерево — значит, лес скоро кончится. — Или что Торин плох в ботанике, — пробормотала я себе под нос и начала готовиться к отплытию.

***

Плот тихо поскрипывал, быстро скользя вперед. Хоббита тусклый свет масляной лампы, покачивавшейся над пологом, кажется, успокаивал, и он даже задремал. Меня же наоборот не покидало навязчивое ощущение, что этот слабый огонек мог потревожить доныне не замечавших нас обитателей темных глубин. Сознание услужливо рисовало голодные глаза, следившие из придонных зарослей, огромные пасти, готовые разломать наш крошечных плот одним укусом… Я потрясла головой, отгоняя пугающие образы. Бильбо вздрогнул и открыл глаза. — О чем задумалась? — Вяло поинтересовался он, глядя на меня мутными от тяжелой дремы глазами. — Вот думаю… Если искупаться в этой воде, от меня вонять станет сильнее или слабее? — Сильнее точно вряд ли, — фыркнул хоббит, дернув носом. — Ну спасибо тебе, — надулась я в ответ. Хоббит издал тихий смешок и зевнул так, что хрустнула челюсть. — Иди поспи, а то ты так в воду свалишься и вонять будем уже оба, — предложила я, подталкивая хоббита к пологу. Он лениво поотбивался, но быстро сдался и уполз отдыхать. Вскоре из-под полога донеслось тихое сопение. Некоторое время я наблюдала за дрожащей светящейся точкой, обозначавшей лампу на основном плоту. Время от времени в ее свете появлялись чьи-то силуэты, но разглядеть, кто несет дежурство, никак не получалось. В какой-то момент плоты чуть сблизились, и в свете лампы ненадолго показалась рыжая шевелюра. Вздохнув, я запрокинула голову, рассеянно вглядываясь в темноту и в тайне надеясь увидеть очертания одинокой вершины. Гору я так и не увидела, но заметила кое-что другое. Далеко-далеко в небе горела одинокая звезда. Впервые с того момента, как мы ступили под кроны деревьев Лихолесья, над головой проглянуло чистое небо. Что-то плеснуло по воде. Опустив взгляд, я успела заметить, как два парных огонька поймали свет нашей лампы и, мигнув, скрылись. Ночь сгустилась и навалилась всей своей неподъемной тушей. К горлу подступила паника. Придвинувшись спиной к навесу, где беспокойно ворочался хоббит, я крепко обернула мантию вокруг себя и стала растирать плечи, пытаясь успокоиться. Жуткое предчувствие грызло изнутри, несколько раз я даже набирала в легкие воздуха, чтобы крикнуть гномам об остановке, но в последний момент что-то останавливало. Не показалось ли мне? Может, это просто блики на воде? Задерживаться бессмысленно. Весь этот кошмар закончится, как только мы выберемся из леса. Сжав зубы, чтобы не стучали, я шарила глазами там, где мелькнул в темноте тревожный отблеск, но гладь воды была спокойна. Постепенно страх отступил. Если бы какое-то водное чудище решило нас сожрать — уже бы сожрало. Течение быстро и плавно несло плоты вперед. Я не сводила глаз с покачивающегося огонька масляной лампы впереди и отсчитывала секунды до рассвета. Постепенно свет становился все ближе и ближе, жар от него становился все сильнее и вскоре стал нестерпимым. Когда далекий огонек вдруг обернулся ревущим потоком пламени, вырывающимся из драконьей глотки, я в ужасе проснулась, хватая ртом воздух. Все в порядке. Здесь нет никакого дракона. Вокруг все та же река, все та же темнота, все тот же лес. Темнота. За пределами узкого круга света нашей лампы была кромешная тьма. Второй плот пропал из виду. Я изо всех сил напрягала глаза и слух, пытаясь понять, что случилось. — Почему так трясет? — Сонно пробурчал Бильбо, высовывая растрепанную голову из-под полога. Заметив мой безумный взгляд, он мигом проснулся. — Эй, с тобой все в порядке? Запоздало до меня дошло, что хоббит прав. Меня, конечно, била дрожь, но плот откровенно вибрировал, и шла эта странная вибрация от натянутой веревки, связывавшей нас с остальными. Хоббит уже выпрямился во весь рост, огляделся и крикнул во все горло: — Эй, вы там! Где свет? Эгей! Его звонкий голос эхом разнесся над водой. — Бильбо, тише! — Зашипела я на него и попыталась оттянуть подальше от зловещей черной поверхности реки, но полурослик нетерпеливо отмахнулся и, сложив руки рупором, заорал еще громче: — Э-ге-гей! Когда впереди раздался приглушенный, злой, но такой знакомый голос, я едва не потеряла сознание от облегчения. — Проклятье Дурина, Бомбур, где лампа? Почему так темно? Варг тебя задери, ты опять заснул?! Последовала тишина, а затем до нас снова донесся раскатистый рык Двалина: — Подъем! Подъем, я сказал, что-то не так! Эй, там! Лиф, Бильбо! Все в порядке? Я не смогла выдавить ни звука. Сердце билось где-то в горле, по телу выступил холодный пот. Впереди нарастал гомон. Гномы просыпались и начинали гудеть, как улей рассерженных ос. Тем временем, странная вибрация исчезла также незаметно, как и началась. Среди невнятного шума послышался голос Торина: — … берите шесты, нужно пристать к берегу. Лиф, Бильбо! Держитесь, мы сейчас подтянем вас поближе… — Торин, шестов нет! — звонко разнесся в темноте голос Фили. — Проклятье!.. Тут я заметила, что голоса теперь слышались чуть сбоку и тише. Более того, наш плот явно менял траекторию. Дрожащими руками я нащупала в воде веревку, связывающую нас с остальными. Она была отклонена в сторону, противоположную той, откуда доносились голоса, но все еще натянута. — Бильбо… — захрипела я хоббиту, спешно отползая от края, — Бильбо, быстрее, поищи ножницы или… кажется, нас что-то тянет. Мне очень не хотелось произносить «кто-то». Хоббит с неожиданной прытью оказался рядом, в руках у него был меч. Оставив его перерезать веревку, я выпрямилась и сжала в руках шест, готовясь, в случае чего, отбиваться. Голоса уже стали едва различимы. Звуки эхом разносились над водой, причудливо искажаясь. Мы стремительно удалялись друг от друга. С легким треском оборвалась перерезанная хоббитом веревка, и наш маленький плот снова без сопротивления заскользил по течению. Единственная яркая точка среди гулкого непроглядного мрака. Когда маленькая холодная ладонь хоббита коснулась моей руки, я вздрогнула. — Не бойся, — ободряюще улыбнулся побледневший Бильбо, — мы сможем постоять за себя. Как раз в этот момент у меня за спиной раздался всплеск и плот качнулся. Мне удалось лишь мельком взглянуть на вытянувшееся от страха лицо полурослика, когда склизкие холодные пальцы сомкнулись вокруг моей шеи и с силой потянули назад. Я упала на спину, больно ударившись о край плота, и с головой ушла под воду. Руки, сдавившие горло, исчезли так же внезапно, как и появились. Вода хлынула в легкие, сердце сдавила паника. Я совершенно потеряла чувство направления, вокруг была кромешная темнота и холодная вода. Рванувшись туда, где, как мне казалось, должна была быть поверхность, я со всей силы ударилась головой о дно плота. Нельзя паниковать. Бильбо остался там один. Он же не умеет плавать! Я заставила себя включить голову, отолкнулась от дна, нырнула вбок и снова попробовала всплыть. В лицо ударил холодный воздух. Не успев прокашляться, я догнала плот и влезла обратно. Там уже никого не было, только вода, смятый полог, торчащая из него рукоять меча и темные потеки воды. Или крови? — Бильбо… Нет, нет, нет! Я сорвала с опоры лампу и закружила по периметру плота, вглядываюсь в темноту. Хоть бы намек, хоть… В стороне раздался плеск, кашель, сдавленный визг и звуки борьбы. Отбросив лампу, я прыгнула в реку. Совсем рядом на поверхность поднимались пузыри, ногой я уловила внизу какое-то движение. Набрав в легкие воздуха, я нырнула. По лицу скользнули склизкие водоросли, опутали руки, но я упрямо продолжала наугад шарить в темноте, чувствуя, как нарастает звон в ушах. На меня налетело что-то живое и отчаянно лягающееся. Позабыв про воздух, я вцепилась руками в извивающийся клубок тел. Одно из них принадлежало Бильбо, и оставалось только поразиться, как он умудрялся до сих пор яростно сопротивляться. Второе существо было голым, гладким и невероятно быстрым. Похоже, Бильбо решил задорого продать свою жизнь и сам отчаянно кусался, брыкался и не выпускал невидимую тварь. Я включилась в борьбу и попыталась их расцепить. Скорее всего, в какой-то момент Бильбо сумел-таки заехать пяткой в лоб нападавшему, и тот отступил. Воспользовавшись передышкой, я подхватила хоббита и ринулась к поверхности. На этот раз мне понадобилось неимоверное усилие, чтобы откашлять пригоршню воды и сделать вдох. Бильбо пришел в себя куда быстрее и, к моему удивлению, забился, пытаясь вырваться из рук. Если бы от холода не свело пальцы, ему бы это удалось. Когда гул в ушах немного стих, я разобрала его лихорадочное бормотание: — Оно пропало! Пропало! Его нет! — Какого Мерлина, Бильбо! — Прикрикнула я, встряхивая за шкирку отбивавшегося хоббита. — Успокойся, хватит пинаться! Я лихорадочно закрутила головой и очень быстро нашла наш плот. Масляная лампа, брошенная мной впопыхах, разбилась, и занялся полог. Плот полыхал ярким костром, и свет от языков пламени выхватывал из темноты очертания стволов и склоненных ветвей; дым стелился по воде и наползал на неровные очертания камней. — Берег… — Выдохнула я с облегчением и начала подталкивать извивавшегося хоббита в ту сторону. — Нет, пусти меня! — Верещал он в истерике. — Бильбо, приди в себя! — Я на мгновение толкнула хоббита под воду, и он яростно забулькал, продолжая вырываться. — Нам надо на берег! Эта тварь плавает как рыба, надо выбираться из воды, пока есть шанс! — Пусти! — Завопил хоббит и вдруг лягнул меня в живот. От неожиданности я хлебнула воды, а полурослик вырвался и исчез из виду. Взмолившись, чтобы нахлынувшее безумие не позволило хоббиту утонуть, я из последних сил загребла к берегу. Вскоре ноги нащупали илистое дно. До твердой земли оставалось всего несколько шагов, когда тварь снова напрыгнула сзади, вцепилась в горло и утянула меня под воду, но на этот раз пальцев не разжала. Сил на сопротивление уже не осталось. Яркие вспышки перед глазами стали постепенно затухать вместе с ускользающим сознанием. Внезапно давящая тяжесть куда-то пропала. На одно сладкое мгновение мир перестал существовать, и усталое тело застыло где-то в невесомости. Покой. Хоть немного бы отдохнуть… Но меня уже снова куда-то потянули. Мир вернулся, обретя хриплый обеспокоенный голос. — Лиф! Только не умирай! Лиф, пожалуйста, ну дыши же! Когда так слезно просят, даже мне трудно отказать. Я перекатилась на бок и выдавила струю воды. — Слава Эру, ты жива! Какое-то время я приходила в себя. Делала судорожный вдох, заходилась кашлем, выплевывала порцию воды, снова делала попытку нормально вдохнуть. Знакомая боль пульсировала в левом предплечье. Я вдруг задумалась, а что будет, если руку оторвать. Рядом кашлял и хрипел Бильбо, бросив в грязь свой меч. — Как ты его достал? — Прохрипела я, не в силах сдержать удивления. — Влез на плот, как же еще. Забыв о боли в легких, я стала поспешно осматривать хоббита. Помимо пары волдырей и подпаленных волос на ногах он был совершенно цел и невредим, не считая бессчетных царапин, нескольких ссадин, одного синюшного укуса и разбитой губы. — Хоббиты еще и огнеупорные, что ли? — Возмутилась я, недоверчиво оглядывая полурослика. — Вполне возможно, — хитро улыбнулся он, приоткрыв один глаз. — Тогда на дракона пойдешь один, а я в засаде пережду, — решила я, отползая чуть дальше от воды и снова ложась на землю. — Ох, я уже почти забыл про дракона, — простонал Бильбо. — Да уж, пока доберемся до дракона, истребим половину местной фауны, — протянула я, и вдруг снова резко села. — А где та тварь? Ты ее убил? Бильбо нехотя сел и помотал головой. — Не уверен. Я ударил его мечом, он выпустил тебя и ушел под воду. От мысли, что бледная тварь может прямо сейчас наблюдать за нами из камышей своими жуткими стеклянными глазами, меня пробил озноб. Тут я вспомнила еще одну деталь и злость на время пересилила страх. Я почувствовала, что сама готова пустить в полурослика такую струю пламени, что все драконы помрут от зависти, и рявкнула: — Что на тебя нашло, скажи на милость?! — О чем ты? — Залепетал Бильбо, округлив глаза. — Ты визжал и брыкался, когда я пыталась вытащить тебя из воды! Что, скажешь «не было такого»?! На долю секунды хоббит виновато замялся и судорожно сунул руки в карманы. Спохватившись, он забормотал: — Я испугался, Голлум набросился так внезапно… — Как-как? Голлум? Что это еще за дрянь? Только не говори, что речной змей. Хоббит что-то бешено вертел в одной руке, затравленно озираясь. Затем, словно придя к какому-то решению, он вдруг обмяк и покорно склонил голову. Собравшись с духом, он начал свой рассказ.

***

Бильбо уже давно закончил свою короткую историю, а я все сидела неподвижно, глядя на остатки догорающего плота, и напряженно размышляла. — Так значит, эту тварь вы с Торином встретили в Мглистых горах, — проговорила я, наконец, выстраивая в голове цепочку событий. — Ты уверен? — Да, — кивнул Бильбо. — Голлума, как ты говоришь, — продолжила я. Хоббит снова кивнул. — Он попытался тебя сожрать, но потом вывел вас из тоннелей. — Ага. — Так, подожди… Потом вы попали в плен к оркам, нас перенесли через горный хребет орлы и дальше мы плыли на плотах. Так? Бильбо озадаченно уставился на меня, не понимая, к чему я веду. Тут я не выдержала и снова вспыхнула: — Седьмое пекло, Бильбо! Ты не настолько вкусный, чтобы проделать весь этот путь следом за нами! Тут что-то не сходится. — Я думаю… Я не уверен, что это связано… — Бильбо, — я выдохнула, с усилием взяв себя в руки. — Если у тебя есть предположения, даже самые сумасшедшие, как отвадить эту тварь, я с радостью тебя выслушаю. Хоббит рывком вынул руку из кармана и сунул раскрытую ладонь мне под нос. На ней лежало простенькое золотое кольцо. — Прости, но я не могу, — ответила я, отводя его руку. — Торин меня убьет. — Что? — Хоббит, похоже, ожидал любой реакции, кроме этой. — Я люблю тебя, но как друга, — фыркнула я, начиная тихо посмеиваться с вытянувшегося озадаченного лица. — При чем тут это? — Выдавил хоббит, а я не удержалась и прыснула со смеху. — Ты мне руку и сердце предлагаешь, или как? — Захихикала я, но хоббит явно не понимал шутку, так что я угомонилась: — Ладно, забудь. Зачем ты мне кольцо суешь? — Возьми, и все поймешь, — шепнул хоббит и позволил кольцу соскользнуть с его ладони в мою. — Я нашел его прямо перед тем, как на меня напал Голлум, еще тогда, в тоннелях под Мглистыми горами. В то, что бледная тварь проделала такой путь ради какой-то простенькой бижутерии, верилось еще труднее, чем в то, что она мечтала отведать фрикасе из исхудавшего хоббита. С минуту я глядела на гладкое кольцо, а Бильбо жадно всматривался в мое лицо. Кольцо разве что было чуть тяжелее, чем казалось с виду, но на этом все его особенности заканчивались. Наконец, я сдалась: — Ладно, и что я должна понять? — Надень, — нетерпеливо скомандовал хоббит. Бросив на него скептичный взгляд, я надела кольцо на указательный палец и придирчиво осмотрела. Не заметив ничего особенного, я перевела вопросительный взгляд на хоббита, который непонимающе хмурил лоб. — Что дальше? — Уточнила я. Бильбо взял меня за руку, осторожно снял кольцо, быстро оглядел, надел себе палец и… растворился в воздухе. — Я так и знала! — Воскликнула я, не удержавшись. Я знала, что с хоббитом что-то было не так! Бильбо тем временем уже снял кольцо и теперь беспокойно вертел его в руках, бросая на меня осторожные взгляды. — Хорошо, допустим, ты нашел кольцо невидимости. Все равно не понимаю, как это связано с Голлумом? — Пробормотала я, когда первый шок прошел. — Говорю же, я ни в чем не уверен, — повторил Бильбо настойчиво. — Но… мне кажется, он идет за ним. Не могу объяснить, просто такое чувство. — Что ж, давай на всякий случай избавимся от этого кольца. Оставим тут на камушке и уйдем. Если это поможет — прекрасно, нет — не велика потеря. — Нет, — выпалил хоббит испуганно. — Почему? — Искренне удивилась я такой категоричности. — На кой оно тебе сдалось? В конце путешествия тебя ждет целая гора сокровищ любого сорта, брось ты его. — Оно поможет против дракона, — выпалил Бильбо, быстро пряча кольцо в карман. Глаза его лихорадочно бегали из стороны в сторону. — И вообще, оно теперь мое. Почему я должен его отдавать? Если хочешь забрать его себе, так и скажи. На это я опешила. — Оно на мне даже не работает! — Возмутилась я, обретя дар речи. Хоббит в ответ смутился и отвел глаза. Поняв, что расставаться со своей находкой он не хочет, я сдалась. В конце концов, бледной твари-то оно зачем? — Ладно, если оно тебе так нравится — оставляй. Невидимость действительно может еще пригодиться. Но почему за нами увязался этот твой… — Голлум, — подсказал Бильбо. — … все равно не понятно. Мы такой путь проделали, даже орки сбились со следа, как он вообще нас отыскал? — Думаю, он проследил направление, в котором нас унесли орлы, и отправился следом по подземным рекам. Мне казалось, что кто-то следует за нами, от самой переправы через Андуин, — принялся задумчиво рассуждать Бильбо. — Тогда я решил, что это орки, а теперь думаю, что он поджидал нас где-то у Каррока, зная, что больше через реку нигде не перебраться. — Хитрый, — с опасением проговорила я, снова бросая нервный взгляд в сторону темной воды. Бильбо в ответ напряженно кивнул. — И почему ты молчал все это время? Я ни за что не согласилась бы отделяться от остальных, если бы знала, что за нами плывет эта тварь! — Снова принялась возмущаться я, гневно глядя на потупившегося хоббита. — Я не мог знать наверняка, а Торин наверняка свихнулся бы от тревоги. Ему и так за каждым деревом мерещатся враги. — Вот только этот — реальный, — буркнула я на это, продолжая подозрительно всматриваться в полурослика, продолжавшего вертеть кольцо в кармане. — Что ж, порадуем его, как только найдем. С этими словами я хотела было встать, но Бильбо вцепился в край мантии, исступленно мотая головой: — Не надо никому ничего рассказывать про кольцо, — взмолился хоббит в панике, — и Голлума. Ладно? Все только переполошатся. — Да что с тобой? — Поведение хоббита уже начинало пугать. — Ты что, надеешься, что они ничего не заметили? Этот твой Голлум перегрыз веревку между плотами, едва нас с тобой не прикончил и наверняка снова попытается. Да у него помешательство какое-то! И ты хочешь притвориться, что ничего не произошло? Бильбо прикусил губу, не выпуская из рук мою мантию: — Ты же знаешь Торина, он изведется и от кольца наверняка захочет избавиться, он и так магии не доверяет! А оно нам необходимо, ты же понимаешь! Давай просто скажем, что это был водяной змей, и… — Да не бывает их! — Рявкнула я, но хоббит не дал мне продолжить. — … и сохраним кольцо, пока не расправимся с драконом. А потом посмотрим. — Ладно, про кольцо, допустим, можем не упоминать, — согласилась я, — но про Голлума все равно нужно сказать. Он опасен, о нем действительно следует беспокоиться. Бильбо открыл было рот, чтобы что-то сказать, как вдруг наше внимание привлек надвигающийся шум. Мы вскочили на ноги, Бильбо схватил меч. Кто-то продирался через лес напролом и двигался прямо на нас.