Асфодель

      Его согласие привело к тому, что теперь Хадсон постоянно ел в библиотеке. Ноен читал, иногда жевал яблоко, которое ему обычно впихивали в ладонь, а его новый друг молча сидел напротив, жуя что-то взятое из столовой. Он был на удивление молчаливым, когда это было необходимо, хотя от того, что они стали чаще общаться, не перестал казаться Ноену менее невыносимым. Скорее, наоборот. Зато Юбэнкс наконец научился контролировать чёртово сердцебиение, и даже почти не краснел, когда Чейз улыбался, что-то говорил, или просто случайно к нему прикасался. Ноен считал это успехом. Он думал, что все эти непонятные чувства прошли, и был очень рад, вот только подсознательно знал — никуда они не делись, а только окрепли, словно пустили корни в чёртово сердце. Потому что Чейз, с которым Ноен общался, был не таким, каким казался. Теперь он отлично понимал, что имела в виду Авани. Парень подпустил Ноена к себе ближе, чем сам Ноен рассчитывал. За две недели их близкого общения, он понял, что чувство юмора Хадсона — это всего лишь защитный механизм, и так он пытался казаться кем-то, вроде клоуна, человеком, которого нельзя было задеть или обидеть. А задеть его можно было легко — Ноен знал.       Ещё изменились касания, которыми его одаривали. Может, это Ноену они казались более интимными, что ли. Словно Хадсон специально задерживал ладонь на его плече подольше, специально задевал пальцы своими, когда указывал на ошибку в задаче, специально ерошил волосы. Но даже несмотря на это, ему было на удивление комфортно. Их общение напоминало дружбу с Джессикой — с ней он тоже быстро сошёлся, вот только она не вызывала дурацкого трепета в животе, словно там шевелилось что-то живое, не заставляла краснеть или тяжело дышать.        — Я не могу поверить, что ты никогда не читал «Убить пересмешника»! Это же классика! — воскликнул Чейз. Они с Хадсоном возвращались со школы вместе: тот вдруг проявил неожиданное желание проводить Ноена.        — А я не могу поверить, что ты не можешь отличить параболу от гиперболы, — не остался в долгу Юбэнкс. Чейз открыл рот, намереваясь спорить, но понял, что крыть чужой аргумент нечем, так что просто толкнул Юбэнкса локтем в бок, пытаясь выразить всю степень своего разочарования.        — Ладно-ладно. Я обязательно прочту, только не надо меня бить, — сдался Юбэнкс, потирая ушибленный бок.       Дни, когда домой Ноен шёл не один, отличались от обычных. Как будто новый друг вносил краски в его унылую жизнь. Хотя, с самого появления Хадсона жизнь Ноена была какой угодно, только не унылой. Казалось, ничего не изменилось, но в то же время, изменились многие вещи. Он все не мог сбить мысли в кучу и определиться хорошими ли были перемены. Авани недоумевала— Чейз Хадсон и Ноен Юбэнкс нашли общий язык. Мэйзи же продолжала напоминать, что их дружба — плохая идея . Ноен с ней соглашался, но отступать было уже поздно, думал он, пока внимательно слушал Хадсона, рассказывающего о прочитанной в Википедии статье. Юбэнкс мог оттолкнуть его, конечно, мог. Вот только не хотел. Дружить с ним было интересно. Даже очень. Непривычно только в первые дни, сейчас — вполне комфортно. Словно они друзья с детства, прямо как с Джессикой. «Вот только он не Джессика» — услужливо подсказывало подсознание. Ноен знал, но это ведь ничего не значило? Несмотря на произошедшее в день рождения Авани, они вполне могли быть друзьями, ведь для Чейза ничего и не было. Стереть Хадсона из своей жизни из-за одного лишь сомнительного инцидента он не мог.       Ноен заметил, что с тех пор, как они начали дружить, чувство вины больше не доставало его так сильно. Теперь в отношениях с Чейзом были установлены чёткие границы из одного слова и шести букв: друзья. Они были друзьями. Ноен никогда не поверил бы, но вот он шел домой вместе с Чейзом Хадсоном, тем самым, который приходит в школу в разноцветных носках и сидит в углу столовой, читая очередную непонятную книжку.        — Планета Земля вызывает Ноена! — позвал Хадсон. Как оказалось, они уже были у дома. Парень галантно пропустил Ноена вперёд, встав у двери, словно швейцар и, войдя, Ноен понял, что его мама была дома не одна: ещё в прихожей он услышал чужой весёлый голос. — Гости? — прошептал Хадсон. Ноен пожал плечами. Он не знал, собиралась ли мама кого-то приглашать. В гостиной и правда были посторонние. Ноен не сразу узнал её, но это была Энни — сестра его мамы и, по совместительству, тётя Ноена. Юбэнкс мысленно застонал, но отступать было уже поздно и некуда: позади стоял Хадсон. Как и почти все родственники Ноена, Энни была очень надоедливой. В детстве, ещё до расставания его родителей, она заставляла Ноена подружиться с её 4-х летней дочкой — Чарли. Не сказать, что Чарли была такой же приставучей как её мать, она, думал Ноен, была довольно неплохой особой, какая же она сейчас — ему ещё предстоит узнать. — Это же малыш Ноен! — воскликнула тётя Энни. Ноен едва подавил желание спрятаться за Хадсона, потому что знал, что последует дальше. — А ты ничуть не изменился! — бодро добавила она, сжимая Ноена в медвежьих объятьях. Ноен обнял её в ответ, мечтая, как можно скорее оказаться в своей комнате. Когда она наконец отошла, он едва мог дышать, но все же кивнул смущённой Чарли. Тёмные волосы, выразительные карие глаза, веснушчатое лицо — как не крути, Чарли была очень красива. Она стеснительно поглядывала на Ноена, даже не пытаясь подойти ближе, но Ноен сам начал разговор: — Привет, — Ноен пожал ей руку. — Давно не виделись. Ты стала совсем взрослой. — Привет. Да, это правда. Ты тоже подрос, — она улыбнулась, заглядывая за спину Ноена, ибо там, Ноен только сейчас это понял, стоял Чейз. Чейз приблизился к Чарли, протянув ей руку и заговорив не своим естественным голосом: — Приятно познакомиться, миледи. Меня зовут Чейз Хадсон. Я, кстати друг вашего, не знаю, кем он вам приходится, Ноена. Ноен закатил глаза. В гостиной тётя Энни задала Ноену ещё порядка двадцати вопросов. Чейз в это время о чём-то беседовал с Чарли в уголке комнаты. После того, как Энни наконец отстала от Ноена, Ноен и Чейз прошли в его комнату. — О чём ты говорил с Чарли? — поинтересовался Ноен. — Я взял её номер телефона. Она показалась мне горячей штучкой. Неплохо будет как-нибудь с ней затусить. — Едва ли её интересуют такие придурки как ты. Хадсон улыбнулся. — Она просто без ума от меня, ты не заметил? Ноен улыбнулся в ответ. — Ладно-ладно. Не буду тебя расстраивать. Она от тебя без ума. «И, кажется, не только она»