Любовь с привкусом Смерти

Гарри без сил падает на большую кровать, украшенную серебряными вставками и завешенную зелёным пологом, чувствует приятное тепло от покрывала и удивляется, ведь ожидал, что здесь будет до стука зубов холодно. Он не уставал поражаться всему по пути из Большого зала до подземелий, где находились гостиная и спальни факультета Слизерин; восторженно охал, наблюдая, как волшебные лестницы сами по себе меняют направления; не сдержал и восхищённого вздоха, когда они вошли в тёмно-зелёную гостиную, где в глаза сразу же бросались такого же цвета ковёр и герб факультета с изображением змеи. Мальчик настолько устал, что даже не задавал вопросы Реддлу по пути до их спальни, внимательно слушая небрежный рассказ старосты о причудах Слизерина. Гарри клятвенно пообещал себе рассмотреть всё получше завтра с утра, решив, что на сегодня впечатлений было достаточно, поэтому по гостиной он пробежался быстрым взглядом, останавливаясь лишь на зажжённом камине, который не особо помогал согреться. Вся комната утопала в таинственном зелёном сиянии, и Поттер заметил, что новые одноклассники были очень этим довольны. Когда же им показали их спальни, мальчик обрадовался, увидев всего две кровати. Значит, они, как и прежде, будут с Томом соседями, и не придется привыкать к кому-то ещё. После всех событий и радостей дня неожиданно тёплая кровать была прекраснее всего на свете. Гарри наблюдает за тем, как Том складывает свои вещи в сундук перед кроватью, поражаясь его стойкости, и устало думает, что сегодня уже не способен на подобное. — Здесь так темно, даже нет окон. Непривычно… — тихо говорит Гарри, решив поделиться впечатлением. — Подземелье находится под Чёрным озером, мальчик за столом рассказывал же. Но без окон даже лучше, мне так больше нравится, — будничным тоном заявляет Реддл, словно ни капли не устал. Поттер замечает, что у того крайне хорошее настроение, и с трудом садится на кровати, удивлённо разглядывая друга. — У тебя хорошее настроение, — озвучивает Гарри совершенно очевидную вещь, заставляя Тома фыркнуть. — Верно. У тебя разве нет? Попали на один факультет, соседи в Хогвартсе, всё, как ты и хотел. Гарри хмурится, его слух режет невзначай брошенное «как ты и хотел», а Том с невозмутимым лицом продолжает укладывать вещи, почти заканчивая. — Я хотел? — Реддл излишне громко захлопывает сундук, опускаясь на кованую крышку, и разворачивается к другу, раздражённо закатывая глаза. — Мы оба хотели, хорошо. Прекрати вести себя как маленький, Гарри, я очень устал сегодня. Поттер виновато опускает глаза, признавая, что даже не подумал о Реддле, который, как и все остальные люди, может уставать. Мальчик понимает, что сегодня Том и так оказал ему невероятную поддержку и того наверняка тоже замучили все эти распределения и пышный пир. Они привыкли к совершенно другой — размеренной, серой и тихой — жизни, что кардинально отличается от шумного волшебного Хогвартса. — Просто мне страшно, а если теперь всё изменится? — тихо шепчет Гарри, в глубине души надеясь, что Том не услышит. Но у Реддла отличный слух, и он слишком хорошо выучил Гарри за годы их дружбы, поэтому сразу же понимает, что имеет в виду мальчик. Том поднимается с сундука, осторожно подходит к Гарри и опускается рядом с ним на кровать, успокаивающе приобнимая. — Не стоит. Ты ведь знаешь, я не очень общительный, — Гарри понятливо кивает, утыкаясь в грудь друга, и ругает себя последними словами за собственные слабости. Он не может безраздельно завладеть вниманием Тома, это неправильно. Но Гарри слишком привык к тому, что является для Реддла особенным —другом, тем, кому он доверяет все свои секреты и чувства, — чтобы делить его ещё с кем-то. В глубине души мальчик боится: вдруг его мысли о том, что он особенный для Тома, могут оказаться лишь иллюзией, в которую он свято верит? Реддл был прекрасным актёром, способным обвести вокруг пальца кого угодно. Но зачем бы ему врать Гарри. Верно? — А теперь давай-ка спать. Завтра нелёгкий день. Гарри тяжёло вздыхает, ощущая, как Том отстраняется, но послушно кивает, забираясь под тёплое одеяло и отстранённо думая, что без магии тут не обошлось. Мальчик чувствует, что вот-вот провалится в сон, когда вспоминает занятную информацию, засевшую у него в голове. — Один мальчик сказал, что, по легенде, сам Слизерин разговаривал со змеями. — Да, я слышал. Интересно. Надо будет обязательно посетить библиотеку, да и вообще много чего нужно узнать, — засыпая, бормочет себе под нос Реддл.

***

Новая жизнь утаскивает мальчиков в водоворот событий с головой. Это не серый, угрюмый приют с его рутиной, а волшебный Хогвартс с меняющими направление лестницами, пропадающими ступеньками, озорными призраками и сложными, не поддающимися с первого раза заклинаниями. Не всегда помогают даже изученные вдоль и поперёк ещё в Лондоне учебники. Гарри злится, пока Том снисходительно уверяет его, что это не так страшно, поднимая волшебной палочкой перо вверх. Поттер готов всерьёз обидеться, но улыбка Реддла побеждает подобные порывы с лёгкостью. Мальчик не вылезает из книг, не желая уступать Тому, но искренне радуется, гордясь другом. Мало-помалу они привыкают к этой шумной и волшебной жизни, к тому, что поиск нужного кабинета превращается в настоящее приключение, а уроки кардинально отличаются от скучных, нудных занятий в приюте. Только вот история магии с профессором Бинсом оставляет желать лучшего. Том долго смеётся, узнав, что однажды тот пришёл на занятия уже призраком, даже не заметив собственной смерти. — Завтра первый урок по полётам, жду не дождусь, — возбуждённо замечает Гарри, складывая в сундук учебники. Реддл не разделяет его воодушевления. Он бы предпочёл любой другой способ левитации, нежели волшебная метла из подвала. — А я просто жажду посмотреть, как метла под Хагридом разломится надвое. — Том! Ну зачем ты так? — возмущается Гарри. И Реддл ловко переводит тему, присаживаясь на свой сундук и не желая спорить с другом: — Слышал о Поттерах на Гриффиндоре? — Что? — Гарри растерянно роняет учебники, вскидывая взгляд на Тома. — О Боже, Дореа Блэк то и дело жужжит о Карлусе Поттере. И есть ещё какой-то Флимонт Поттер, наверное, кузен, но ему она такого внимания не уделяет, — Том презрительно кривит губы. — Спрашивала меня, не родственники ли вы случайно. — Откуда ты это всё знаешь, Дореа ведь на последнем курсе. Стал с ней друзьями? — раздражённо выпаливает Гарри, лишь потом понимая, что стоило бы придержать язык за зубами. — Да ладно, Гарри?! — мальчик вздрагивает от внезапного смеха Реддла, который, согнувшись пополам, не может успокоиться. — Я говорю тебе о Поттерах с Гриффиндора, а ты слышишь лишь то, что я общаюсь с Дореей? Поразительно… — Мало ли Поттеров на свете? — огрызается Гарри, захлопывая сундук, и забирается под одеяло. Румянец стыдливо расползается по щекам. Гарри признаёт свою глупость, но Тому об этом никогда в жизни не скажет, конечно же. Он до сих пор не готов смириться с тем, что Реддл дружелюбно болтает с кем-то кроме него. Он идиот… — Даже спокойной ночи не скажешь? — Гарри слышит насмешливый голос Тома, закутываясь в одеяло ещё плотнее, и желает лишь уйти от позора. А Реддл, не получив никакой реакции, издевательски тянет: — Ну что ж, пойду поговорю тогда с Дореей. — Скатертью дорожка!

***

С утра Гарри не очень разговорчив, ещё не решив, как вести себя с Томом. Вообще-то, хотелось всё забыть и сгладить неприятную ситуацию. Но с утра Реддл будто бы невзначай роняет: — Ох, кажется, Дореа прислала записку, — Гарри, в этот момент закрывающий сундук, не может сдержать раздражения, громко опуская крышу, и слышит за спиной удовлетворённый смешок. Разумеется, он знает, что Том делает это специально, но от этого Поттер злится ещё больше, не проронив ни слова вплоть до урока по полётам. Свежий осенний воздух отвлекает от невесёлых мыслей, и Гарри немного расслабляется, воображая, как взлетит на метле высоко-высоко вверх и окинет взглядом маленькую полянку и оставшегося на ней Реддла. — Готов к зрелищу? — тихо спрашивает Том, и Гарри не очень понимает, о чём речь, пока не замечает взгляд друга, направленный на Хагрида. — Обсуди это с Люциусом, — раздражённо шепчет в ответ мальчик, искренне надеясь, что Хагрид не пострадает. — О, непременно. Гарри демонстративно отходит подальше от Тома, становясь рядом с метлой, и пытается сосредоточиться на уроке и словах преподавательницы, выкинув из головы Реддла. Маленькая ссора выбивает почву из-под ног, портя настроение, но, если Тому снова всё сойдёт с рук, тот ничего и никогда не поймёт. Поэтому Гарри гордо вскидывает подбородок, чувствуя на себе беглые взгляды Реддла, и вытягивает руку над метлой, произнося: — Вверх! — в тот же миг метла подчиняется, пальцы смыкаются на рукоятке, и Гарри обрадованно поднимает голову, видя, что у него первого из всех получилось. Мальчик встречается глазами с Реддлом и хмыкает, замечая, что метла друга всё ещё лежит на земле. Том усмехается нескрываемому восторгу Гарри, позабыв о собственной неудаче. Настолько рад, что превзошёл его? Неужели Гарри и впрямь так задела вся эта ситуация? Ну что за глупый мальчишка… Люциус рядом мучается в попытках, так же как и Том, пока Минерва из Гриффиндора с радостным вздохом хватается за подлетевшую к руке метлу. Реддл с Люциусом, к их великой радости, оказываются не в списке последних, с презрительной ухмылкой наблюдая, как Хагрид, краснея до кончиков ушей, уже почти умоляет метлу взлететь. В конце концов и ему удаётся. Он выглядит донельзя нелепо, радуя этим слизеринцев. — Отлично-отлично, — Гарри слышит голос мадам Трюк, — А теперь обхватите метлу ногами, по моему свистку оттолкнитесь от земли, взлетев на пару метров, и продержитесь так пару минут. Затем опускайтесь. Всё понятно? Гарри машинально кивает, повторив все указания, и отталкивается от земли, с лёгкостью зависая в таком положении. Его переполняет детская радость, он болтает ногами в воздухе, с замиранием сердца покрепче цепляясь пальцами за рукоятку, и, забыв все обиды, поднимает голову, смотря на Реддла, который неуверенно, но верно остаётся парить в воздухе, кривя губы в недовольстве. Полёты, видимо, всё же не его. Гарри слышит треск дерева и грохот, вздрагивает и принимается искать источник звука, замечая рухнувшего на землю Хагрида. Беспокоясь, Поттер опускается вниз, желая броситься на помощь мальчику. — Довольно! — перекрикивая смех слизеринцев, командует мадам Трюк, подбегая к раскрасневшемуся от стыда Хагриду. — Что и требовалось доказать! — специально громко говорит Малфой, вызывая у своего факультета новую волну смеха. Гарри хмурится, ему искренне жалко Хагрида, который быстро подскакивает и убегает с поля под смешки и издёвки ребят. Вперёд незамедлительно выходит Минерва, воинственно и грозно уперев руки в бока. — Заткнитесь! Всё, что вы можете, — это смеяться над другими! — Ох, прошу прощения, защитница слабых, — вдруг тихо и спокойно подаёт голос Том, встречаясь с горящим яростью взглядом Минервы. В его интонации нет ни издёвки, ни сарказма, но девочка вспыхивает алым гневным румянцем, готовая наброситься на Реддла, который лишь растягивает губы в ухмылке, того и ожидая. — Не стоит извинений, я всё равно их не приму от такого заносчивого, невесть кем себя возомнившего… — Ну всё! Довольно! Марш по комнатам. Немедленно! — перекрикивая ребят, мадам Трюк разгоняет всех тоном, не терпящим возражений, и уносится в замок. Том подходит к Гарри, небрежно кидая метлу на ещё не пожелтевшую траву, а с губ его не сходит довольная ухмылка, отчего другу хочется сбежать от Реддла куда подальше. Минерва проходит мимо них, гордо откинув каштановые волосы за спину, вместе с Августой и специально громко говорит: — Уверена, что попаду в команду по квиддичу в следующем году в отличие от некоторых выскочек. — Не забудь взять с собой Хагрида, будь так добра, — вслед ей отвечает Том, злорадно усмехаясь. — Ну да, конечно! Тебя забыла спросить!

***

Гарри не стремится сейчас общаться с Реддлом, мечтая уткнуться в книгу и отработать новые заклинания, а Том и не горит желанием начинать разговор, без объяснений отправляясь с Малфоем в библиотеку. Мальчику хочется поджечь от досады вещи Реддла, но он стискивает зубы, обещая себе не вестись на провокацию, и, стукнув крышкой своего сундука, выпускает пар. Достав учебник по заклинаниям, он долго и упорно тренируется, забыв о времени. Только когда рука начинает болеть от многочисленных движений, Гарри откладывает волшебную палочку и отстранённо думает, что уже давно наверняка стемнело, а Том ещё не вернулся. Хотя злость и обида уже прошли, Поттер всё равно досадливо восклицает: — Скатертью дорожка, Реддл, с твоим прекрасным Малфоем! — О, как вежливо с твоей стороны встречать меня таким образом, — Гарри подскакивает с места, оборачиваясь, и ругает Тома всеми известными ему словами за то, что он так бесшумно вошёл. Реддл замирает у двери, держа в руках стопку книг, и насмешливо ухмыляется. Он выглядит совсем не раздражённым, а явно упивающимся гневом друга, что заставляет новую волну злости вскипеть в Гарри. — Ты несносен, Том! — О, да, я знаю. Что-нибудь ещё? — Нет уж, спасибо, не собираюсь тратить на тебя свои нервы и силы! — Ну всё, довольно, Гарри, — Том произносит это, до сих пор сохраняя на губах ухмылку, но на дне его глаз друг замечает зарождающийся опасно тёмный блеск, понимая, что пора замолчать. — Я устал. И нашёл очень много занятной информации. — С Малфоем? — не выдержав, уточняет Гарри. — Да. Ты ведь предпочёл злиться на меня весь день. Ещё вопросы? — Том проходит к своей кровати, сгружая на неё ношу, и терпеливо поворачивается к Гарри. Но тот лишь обиженно выдыхает: — Несносен! — И есть в кого. Я долго искал хоть какие-то упоминания о семействе с фамилией Реддл, но это не дало никаких результатов. Затем решил поискать по маминой линии, и меня ждал огромнейший сюрприз. Оказывается, я вообще-то потомок Слизерина, забавно, да? Том говорит об этом так буднично и спокойно, что у Гарри в голове не укладывается, как это может быть правдой. Его Том? Друг с приюта? Потомок самого Слизерина?! — Ты ведь шутишь? — Вообще-то нет. Очень льстит, что ты мне не веришь, — сухо замечает Реддл, а потом, вдруг вздохнув, подходит к Гарри, положив свою руку на вечно взъерошенные тёмные волосы друга, и осторожно поглаживает в попытке успокоить. — Ну, а что делал ты? — Эм… Я… Ну, — Гарри считает донельзя глупым после слов Тома признаться, что весь день тренировал заклинания, но, залившись румянцем, всё же выпаливает: — упражнялся в магии. — О, прелестно, — без тени сарказма говорит Том, немного улыбаясь. — Покажешь? — Ну, если ты хочешь… — Да, мне будет правда интересно, — замечая колебание и неуверенность Гарри, уверяет его Реддл. — Это считается примирением? — Эм… Да, думаю, да, — сбивчиво бормочет Гарри, пытаясь вспомнить заклинание, которое получалось у него лучше всего. В голове пульсирует одна лишь мысль: «Реддл подошёл помириться со мной!» — Расскажешь, что ещё узнал? — Разумеется, расскажу. После того, как пойму, что твои магические способности не совсем безнадёжны, — смеётся Реддл, наблюдая, как Гарри от волнения путает абсолютно всё. — Дай покажу…