Любовь с привкусом Смерти

— Ну сколько можно собираться, Гарри? — недовольно проворчал Том, который вот уже полчаса у двери в зимней мантии ждал, пока друг оденется. У Поттера всё валилось из рук от нервного ожидания слежки за Хагридом. Идея до сих пор казалась абсолютно безумной, и мальчик уже придумывал пути отступления. Наконец прошёл месяц, приблизив долгожданную вылазку в Хогсмид, вместе с тем заставляя задуматься, каким же образом они с Эйлин смогут незаметно следовать за компанией гриффиндорцев на расстоянии, с которого можно будет услышать самое интересное. Гарри надеялся, что вся эта идея приведёт хоть к каким-нибудь результатам, иначе риск казался совершенно неоправданным. На самом деле ему безумно хотелось провести время в более непринуждённой обстановке, кидаясь снежками в Тома, пока тот не разозлится до такой степени, что повалит друга в снег, позабыв о стоящих позади приближённых. Всего через пару дней ребята должны будут разъехаться по домам на рождественские каникулы, а значит, сегодня в Хогсмиде станет достаточно оживлённо, ведь все захотят насладиться последними радостными моментами с друзьями в уходящем году. Это немного упрощало задачу. — Не медли. Иди с Малфоем, он тебя в гостиной уже, наверное, заждался, — раздражённо выпалил Гарри, завязывая шнурки на ботинках. Отчасти, это была попытка сплавить Тома, чтобы не пересказывать лишний раз давно придуманную Гарри и Эйлин историю о том, как им нужно сходить в книжный магазин. Мальчик был уверен — у Реддла с его прихвостнями найдётся много других интересных занятий, и Том не увяжется вслед за ним. С другой стороны, Гарри изрядно устал наблюдать за Малфоем, жадно ловящим каждое слово Реддла, и за жалкими попытками Люциуса каждый раз сесть поближе. Поттеру было неприятно. И мерзко… И, возможно, он ревновал. Хотя бы это Гарри всё же отважился признать. — А ты волнуешься за Люциуса? Рад, что вы наконец начинаете ладить, — издевательски протянул Том, скучающе разглядывая потолок. — Ладить?! Ты в своём уме? Мне плевать на него! — Гарри… Скажи мне, — вкрадчиво начал Том. Но Поттер, который заводился лишь от одного упоминания ненавистной фамилии, недовольно пробурчал, перебивая: — Ну чего тебе? — Ты ревнуешь? — Гарри замер над ботинком, не решаясь поднять голову и сдать себя с потрохами. В прошлом такой вопрос воспринимался просто как шутка. Или, может, ещё тогда, на первом курсе, он означал совсем другое. Да… Раньше всё было проще. Без этого странного загнанного биения сердца Гарри, когда он смотрел на друга; без желания прикоснуться к волосам Тома, нежно перебирая их в пальцах. Мальчик прикусил язык, пытаясь отрезвить себя болью, и мысленно закричал: «Поттер, идиот, прекрати об этом думать!» — Что за бред? Просто Малфой меня раздражает, — как можно спокойнее сказал Гарри, чувствуя разливающийся по щекам румянец. Благо Том этого не видит. На языке осела странная горечь, и мальчик, стараясь выглядеть невозмутимо, тихо произнёс: — Знаешь, ты иди. Мне ещё надо будет Эйлин подождать. Реддл презрительно хмыкнул, заставляя Гарри вскинуть голову и встретиться с раздражённым взглядом тёмных глаз. — Ты мог бы сказать сразу, что собираешься гулять со своей подружкой, Гарри, — жёстко произнёс Том, тут же покидая комнату и не давая возможности вставить ни слова. Поттер наконец расправился со шнурками, быстро поднимаясь с кровати, и раздражённо выдохнул. Он злился сам на себя за разливающееся в груди неприятное чувство разочарования. Классно… Теперь Реддл думает, что Эйлин его подружка. И наверняка пойдёт вместе с этим самовлюблённым индюком Малфоем! От отчаяния Гарри сильно пнул сундук, ойкая от боли, и развернулся к вазе на комоде, яростно взмахивая палочкой: — Редукто! — ваза разлетелась на маленькие кусочки, безжалостно усыпающие пол, с характерным звуком. Гарри нервно выдохнул, присаживаясь обратно на кровать, и почувствовал, как гнев и отчаяние начинают потихоньку отступать с каждым падающим осколком стекла. Он жалостливо посмотрел на разбитую вазу и крепче сжал палочку, удерживая себя от того, чтобы вернуть всё обратно. Пусть Том увидит, она ему всё равно не нравилась. Как жаль, что свои чувства нельзя вот так починить заклинанием… Магия иногда настолько бесполезна. Поттер услышал осторожный стук в дверь и крикнул: — Да? В комнату неуверенно вплыла Эйлин, тут же кидая взгляд на разбитую вазу, и недовольно нахмурилась, бледнея ещё больше. — Всё хорошо, Гарри? — Паршиво, — признался мальчик, поднимаясь с кровати. — Расскажешь по дороге, — Эйлин призывно открыла дверь пошире, поправляя мантию, и кивнула в сторону гостиной, намекая, что им пора. Поттер обречённо кивнул.

***

— И теперь он думает, что ты моя подружка, — закончил Гарри, буравя взглядом снег под ногами. Ботинки утопали в сугробах, холодные, царапающие льдинки забирались под штаны, но мальчика подобное не волновало… — Мне жаль… Наверное, не надо было всё это затевать. — Ты не виновата, просто я дурак, — обречённо выдохнул Гарри, наконец поднимая голову и разглядывая идущих впереди студентов. Где-то там бродил Реддл со своей компанией, а рядом с ним наверняка вертелся Малфой. — Почему ты не сказал ему правду? — внезапно спросила Эйлин, внимательно следя за дорогой. — Ты о чём? — Ну, о том, что, — девочка запнулась, подбирая слова, и Поттер заметил яркий румянец, проступающий на бледной, почти прозрачной коже, сразу же догадываясь, к чему идёт разговор. — О том, что ревнуешь… — Эйлин! — Гарри… Прости, я, наверное, лезу не в своё дело. Просто, думаю, глупо бежать от проблем. — Надо было сказать мне это, когда мы варили зелье, чтобы убрать мои видения. Не думаешь? — Ты боишься всё разрушить и потерять, но знаешь ведь, что вечно врать самому себе и пить эти зелья не получится, да? — тихо сказала Эйлин, у Гарри мурашки побежали по спине, потому что он действительно понимал, насколько подруга права. И бежать от правды было некуда… — Знаю. Но что, если я и правда из будущего? — выдохнул Поттер, решившись наконец хоть с кем-то поговорить об отложенных давным-давно проблемах. На самом деле, он и впрямь надеялся, что сможет пить эти зелья как можно дольше, но слова Эйлин были чертовски верны. Что за проявление слабости? — На твоём месте я бы попыталась разобраться, как и зачем попала в прошлое? Твои видения… Это не просто так. Думаю, зря ты пьёшь зелья. Возможно, сны помогли бы понять, кем ты был. — Я не хочу этого знать, Эйлин, как ты не поймёшь? Мне хорошо таким, какой я есть сейчас. А ещё… Ну, знаешь, это странно, наверное, но я чувствую: если бы продолжились видения, произошло бы что-то нехорошее, — признался Гарри, поёжившись. Он так давно не вспоминал об этом, надеясь, что и не придётся. Но надежды редко сбываются. Промозглый ветер, увы, был не виноват в пугающем холоде, обжигающем внутренности. — Знаешь, мне кажется, ты бы смог предотвратить это нехорошее, если бы знал, с чем имеешь дело. Гарри, а правда, что Том придумал своё новое имя с твоей помощью? Поттер нахмурился, слова и вопросы Эйлин начинали приобретать странный, неприятный оборот. Он вообще не любил обсуждать с кем-то Тома, впрочем, подруга уже давно стала исключением во всём. Мальчик вздохнул, выискивая в толпе школьников Хагрида, которого было достаточно сложно не заметить, и понял, что избежать ответа не удастся. Он помедлил, но всё же произнёс: — Да. Это я. И что с того? К чему ты клонишь, Эйлин? — Это было имя из видения? — Ну… Я не знаю, кажется, да, — уклончиво ответил мальчик. — Я хотела сказать, не думаешь ли ты, что… Поттер шикнул, перебивая девочку, и указал в толпу. Только что из-за поворота вышел Хагрид, а следом за ним плелись Минерва и Августа, что-то бурно обсуждая. Эйлин недовольно вздохнула. — Вообще-то это было важно, Гарри. — Но мы ведь пришли сюда из-за него, да? Эйлин ещё раз вздохнула и смиренно кивнула, аккуратно двинувшись через скопление студентов Хогвартса в сторону Рубеуса. Гарри наконец перевёл дыхание, радуясь, словно рождественскому подарку, появлению Хагрида. Ему не хотелось знать, какие слова Эйлин могла бы произнести дальше. Поттер оставался уверен — они касались Реддла и явно не подразумевали ничего хорошего. Это казалось странным, Эйлин всегда была дружелюбна по отношению к Тому, а теперь… Что с ней случилось? Гарри думал, что начнёт ужасно волноваться, увидев Хагрида, но сейчас его мысли крутились вокруг совершенно другого. От разговора с подругой остался неприятный осадок, изрядно портящий настроение. Ужаснее всего было то, что мальчик примерно понимал ход мыслей Эйлин. Ребята подобрались к прогуливающейся компании гриффиндорцев, делая вид, что рассматривают витрину магазина, и навострили уши. Минерва недовольно отчитывала Хагрида: — Это глупо! Ты действуешь необдуманно. У меня просто нет слов! Нам нужно рассказать всё профессору Дамблдору. — Минерва! Я прошу тебя, не надо. Арагог хороший, ты его просто не знаешь, — громким басом взмолился Хагрид, а гриффиндорка предупреждающе шикнула, оглядываясь по сторонам и замечая Поттера, который вовсе не ожидал, что всё окажется настолько просто. — Гарри, здравствуй, — настороженно поздоровалась МакГонаглл, а мальчик как можно непринуждённее улыбнулся, показывая ей на витрину. — Привет, Минерва. Видела? Новая книга о «Стресморских Сороках». Говорят, у них болен ЮнисМюррей, знаменитый ловец, — выкрутился Поттер, радуясь в душе тому, что на прилавке оказалась эта книга. — Да, я слышала об этом. Неприятное известие для квиддича, — слегка смягчившись, ответила девочка, с интересом оглядывая Эйлин. — Это Эйлин Принц, моя подруга, — спохватившись, представил Гарри, хватаясь за любую возможность увести разговор в дружелюбное русло. — Минерва МакГонаглл. Приятно познакомиться, — представившись, девочка протянула руку Эйлин, которую та смущённо пожала, склоняя голову и пряча лицо в ниспадающих волосах. — А это Августа Долгопупс и Рубеус Хагрид. Готов к матчу, Гарри? — Как никогда. Собираемся выиграть кубок в этом году, — уверенно улыбнулся мальчик, замечая насмешливую улыбку Минервы. — Ну, это мы ещё посмотрим. — Неплохо играешь, я видела тебя на последнем матче между Гриффиндором и Пуффендуем, — внезапно подала голос Эйлин, смущённо улыбаясь Минерве. — О, спасибо. Нечасто услышишь комплименты от слизеринцев, — слегка опешив, поблагодарила МакГонаглл.

***

— А где Гарри? — тихо спросил Джесси, склонившись к Сигнусу, тот пожал плечами, опасливо косясь на Реддла. Том презрительно скривил губы, решив не вмешиваться в разговор мальчишек, и отпил из своей кружки сливочного пива, задумчиво вглядываясь в окно. Гарри… Сказочный идиот. Реддл злился, совсем немного, но злился. Поттер мог хотя бы сказать, что идёт со своей обожаемой подружкой. Или нет… Лучше бы не говорил. Тому плевать, с кем гуляет там Гарри. Тогда почему же он сейчас сидит и смотрит в окно, злясь в глубине души на весь мир, вместо того чтобы обсудить по-настоящему важные вещи? Люциус сидел непозволительно близко, касаясь рукой локтя Тома, и Реддл прокручивал в голове сцены, где кидает в него Круцио или заставляет танцевать глупый танец под Империо прямо посреди паба. Упиваясь картинами жестокой расправы над Малфоем, если он придвинется хоть на сантиметр ближе, мальчик заметил, как настроение немного поднимается. Внезапно взгляд Реддла упал на знакомую черноволосую макушку, он прищурился, вглядываясь в фигуры за окном, и нахмурился. Эйлин и Гарри в компании гриффиндорцев, очаровательно… Залпом осушив свой стакан, Том поднялся, быстро прощаясь, и уже собирался поспешно покинуть «Три метлы», когда Малфой взволнованно спросил: — Уже уходишь? Мне пойти с тобой? — А я просил? — холодно отозвался Реддл, давая понять, что Люциусу лучше не лезть сейчас. И, не дожидаясь ответа, вышел из паба. Гарри всё также мирно болтал с Долгопупс, а сзади, улыбаясь, гундосил Рубеус, МакГонаглл что-то обсуждала с Эйлин, на удивление даже не хмурясь. Ну и почему, о Мерлин, именно Поттер должен вляпываться в подобные ситуации? Отлично… Что ещё сказать? Гарри, болтающий с противниками Слизерина. Ничего прелестнее и не найти. Ещё эта Эйлин… Постоянно рядом с ним. И что, если она прекрасно варит зелья? Реддл спокойно обойдётся и без неё. Том двинулся в сторону Поттера, замечая его удивление, когда тот наконец увидел друга, и без всяких церемоний и слов схватил Гарри за локоть, силой оттаскивая в сторону. — Вот мерзавец! — донёсся до ушей Реддла голос Минервы, сочащийся неприязнью. Он обернулся, замечая неодобрение на лице Эйлин и всех присутствующих, и невозмутимо улыбнулся, продолжая путь. — Том! Ну прекрати! — Гарри недовольно фыркнул, пытаясь освободиться из цепкого захвата, но, стоило бросить Реддлу на него многозначительный взгляд, затих. Они шли в тишине, только снег скрипел под ботинками. Том сжалился, отпустив локоть друга, и взял его за руку, требовательно таща подальше от оживлённой улицы, прямо к визжащей хижине. Поттер её на дух не переносил, но это было последним, что сейчас волновало Реддла. Когда гул наконец остался позади, Гарри раздражённо выпалил, вырывая свою ладонь из руки Тома: — Почему ты ведёшь себя так? — Почему ты общаешься с этими?! — стараясь вложить в слова всю свою неприязнь, выплюнул Реддл. — Рубеус — прекрасная компания! Долгопупс и МакГонаглл, покрывающие его. Гриффиндорцы — великолепно. Гарри, о чём ты только думаешь? Том не знал, что разозлило его больше. То, что Поттер общался с выходцами Годрика, портя репутацию Реддла, или с безумцем, умудрившимся притащить в замок странного паука, который уже был ненормально велик по сравнению с собратьями? Или, видимо, то, что Гарри предпочёл компанию Эйлин вместо его? Всё вместе… И в первую очередь Реддла раздражал сам факт того, насколько ему было не наплевать на вышеперечисленное. Мальчик вздохнул, недовольно косясь на друга, и ждал ответа. — А почему нельзя? — Это опасно! Может, ты и вовсе там неслучайно оказался, а? — Гарри вспыхнул, прочитать ответ на дне его глаз было проще простого. Реддл нахмурился. — Ну и чья это была идея? Эйлин? Снова в точку. Поттер замотал головой, самоотверженно принимая удар на себя: — Нет, моя, — Том бы, возможно, даже поверил, если бы не оказалось так просто ловить эмоции друга, тут же подтверждая догадки. Реддл кивнул сам себе, раздумывая над полученной информацией, и задумчиво проговорил: — Неужели мне нужно запретить тебе общаться с Эйлин? — С чего бы вдруг тебе что-то мне запрещать, если я не могу сделать то же самое с тобой?! Или, может, ты прекратишь общаться с Малфоем?! — опять всплеск знакомых эмоций. Том пробует их на вкус. Ревность, отчётливая, неприкрытая ревность. О Гарри… — Ты ревнуешь. И это не вопрос. — Нет! Мне… Мне плевать, — вспышка лёгкой боли вперемешку с чувством вины. Вина за ложь? Правильно, Гарри, врать нехорошо. Том усмехается, прерывая зрительный контакт. Он уже узнал необходимое. Глупый, наивный Гарри… Неужели он не понимает, что Реддл принесёт ему лишь боль и разочарование? Пройдёт, всё это детское. Том легко потрепал друга по волосам, игнорируя щемящее, тоскливое чувство в груди. Нет… Этому существу он не причинит боль.

***

Гарри самозабвенно читал, лёжа под боком Реддла, изучающего свою книгу, и главу за главой впитывал удивительную информацию про тёмные искусства. Страницы подходили к концу, как и учебный год. Поттер тоскливо думал о том, как им придётся вновь возвращаться в приют, два месяца скучая и бездельничая. Точнее, бездельничать будет, конечно же, Гарри, а Реддл привычно уйдёт в учебу, исписывая пергаменты и игнорируя мир вокруг. Хагрид по-прежнему растил в замке своего ручного монстра, Том предусмотрительно делал вид, что ничего не знает, строя известные только ему планы, а Эйлин варила зелья для Гарри, хмурясь и призывая друга встретиться лицом к лицу со своими страхами. Мальчик не мог, выпрашивая себе ещё год или даже два, зная, что когда-нибудь неизбежное настигнет его, но сейчас… Сейчас он жил как совершенно обыкновенный подросток, терзаясь душевными, любовными проблемами. И этого ему было предостаточно… — Ты же знаешь, что в следующем году мы сдаём СОВ? — оторвавшись от чтения, спросил Том. Гарри утвердительно кивнул, перелистывая страницу. — Задумывался уже о профессии? — Пока ещё нет. Куча времени в запасе, — беззаботно ответил Поттер. — Только идиоты так говорят, — усмехнувшись, заметил Реддл, щёлкая друга по лбу и вызывая недовольное фырканье. — Ну, а ты? Что насчёт тебя? — Гарри запрокинул голову, разглядывая сосредоточенного мальчика, облокотившегося на подушки с книгой в руках. — Стану владыкой мира. — Ты же шутишь? — неуверенно спросил Поттер, замечая серьёзность Реддла. — Нет. И ты сможешь править вместе со мной, если не будешь мешаться под ногами. — Министром быть хочешь? — наивно уточнил Гарри. А Том, фыркнув, пробормотал неоднозначное: — Ага. Они замолчали, вновь возвращаясь к чтению. Реддл жадно ловил глазами каждое слово, нервно тарабаня пальцами по переплёту. Заголовок страницы гласил «Крестражи». Гарри не придал значения словам «Следующий год будет интересным», сказанным задумчивым другом, читая про действие заклятия Империус и представляя, как Малфой будет кудахтать от него, как курица, прыгая по столам Большого зала. Мысли же Тома летали далеко за пределами Хогвартса.