Сольный концерт мистера Барта

Прибыв в позднее время суток в клуб «Dangerous Savages», Бенджамин старательно успокаивал свою нервотрепку, вызванную этим местом. Ведь впредь ему не доводилось выступать в знаменитых локациях города. Основатель клуба — глава банды Красных Змей, именуемых свирепыми и безжалостными головорезами в истории криминала. По слухам, им чуждо милосердие, любовь и они не знают пощады. Но стоит ли верить сплетням? Наконец, Барт заметил неоновую вывеску, палящую карминовым оттенком. Само же заведение вносило огромные изменения для Сан-Франциско. Будучи местом, где любили собираться крупнейшие представители мафии, оно восхищало своей неподдельной роскошью и, войдя внутрь, каждого посетителя встречала девушка в тонкой соблазнительной рубашке, застегнутой не на все пуговицы. Обязанностью эдаких «швейцаров» было предлагать напитки посетителям и рассаживать по свободным столикам. После каждый гость мог любоваться богатой обстановкой — шелковыми занавесками и огромной хрустальной люстрой, кожаными диванчиками и барными стойками. И когда шум города утихает, люди устало зевают и идут спать, то в «Dangerous Savages» начинает бурлить жизнь. Сюда нередко приезжали отыграться в казино, выпить рюмку дорогого шотландского виски и позабавиться с очередным запасом женщин. Ныне поручением Бена стало разбавить серый фон своей музыкой и стереть с лица светских анфан терриблей унылость. По крайней мере, он так думал. Войдя в помещение, в нос сразу вдарил запах алкоголя. Для человека, который только что шел по улице и наслаждался лесной сыростью, это было что-то из ряда вон выходящее. Уши закладывало то ли от громкости музыки, то ли от кричавших пьяниц, сидящих возле окна: — Перестань, Джейми, эти китайцы ни за что сюда не кинутся. О нас знает каждый уголок преступного мира. Захотят добраться до нас - они в жопе. — напоминавший своим профилем бюст ганнибала, мужик пытался утихомирить своего собутыльника. Бен понял: перед ним члены преступной группировки, которые явно не знали понятие слова «конфиденциальность».

«Странно, что никто не следит за своими прислужниками.»

— Убить бы этого приемника узкоглазого главаря, как там его... — разгневанным тоном выкрикнул дикарь, вставший только что из-за стола и распространивший всю информацию пришедшим сюда. — Аарон Хилл. — медленно недовольно протянул ничем непримечательный старик, который вот-вот задохнется, сделав бы еще пару затяжек. — Ну вот, тот упырь, да, а я о чем говорю. Черные драконы продвигаются неслыханной скоростью. Их репутация растет, а мы сидим здесь и греем яйца, пока там отбивают наше место. — Джейми, оставь это. Не наши дела, значит мы не лезем, уяснил? — старик усадил раздраженного мужика лишь одним прикосновением. — Змеи всегда справлялись с конкурентами довольно ужасающим способом. Мир у нас только с Зелени Верди. И то, не думаю, что он продлится дольше года. Барт невольно подслушал половину разговора, пока искал заведующего. Неведомо, все решили позлить музыканта или же просто играют с ним в прятки. Открывая очередную ламинированную дверь, Бенджамин вступил за порог роскошно обставленного кабинета аристократического интерьера с приглушенным освещением. Шелковый ковер на полу и бархатная портьера говорили о богатстве хозяина. Здесь невозможно было не поддаться изумлению. — Мистер Барт? — позади услышанный голос в мягкой манере заставил вздрогнуть от испуга. — Смотря кто спрашивает. — обернулся Бен. — Представьтесь для приличия. — Прошу прощения, — незнакомец слегка кивнул головой, — я Дог Харрис, менеджер данного заведения. — он чуть повернулся, провел рукой возле своего предплечья и дружелюбно протянул ее в знак приветствия. — Тогда прошу меня пардонить за проникновение в чужие апартаменты. Да, я Бенджамин Барт. — юноша с ловкостью пожал поданную ладонь. — Я искал, наверное, Вас. — Надо было позаботиться о достойной встрече с одним из наших работников. — галантность здешнего начальства приятно удивляла, чего не встретишь в кругу собственников маленьких забегаловок. — Пойдемте. Они двинулись по совершенно иному коридору, который кардинально отличался своим одичалым антуражем и темно-красной колористикой. — Как вы меня узнали? — начал Бен, — я так неотразим? — Я не сомневаюсь в Вашей красоте, юноша, но, увы, нет. Я узнал вас, благодаря тому, что в округе не встретишь других ребят в клетчатой рубашке и без символики на запястье — иероглифа Красных Змей. — Надо же, как здесь все серьезно. Отличительные знаки ставите. — Традиция наших предков. — улыбнулся мистер Харрис и протер свой лоб платочком. — Здесь мы с Вами прощаемся, мистер Барт. — он указал на дверь, ведущую в маленькую простейшую комнатку. — Доброго Вам вечера, сэр. — театрально промолвил Бен и на прощание в своей традиционной манере показал саркастичную улыбку, следом принявшись осматривать убранство места. И вновь комната не уступала угрюмой атмосфере клуба. Парень прижал дверь, за которой крылось начало холла, выдохнул от восхищения и с живейшим интересом принялся рассматривать гримерную. — Дог Харрис. — повторил Бен своим насмешливым непонимающим тоном. — Какому умнику пришла идея назвать своего сына в честь собаки? — он мотнул головой, удивляясь данной информации. Бенджамин раскладывал каждую найденную вещь на полках возле зеркала, чуть больше среднего размера. Он забавлялся мыслью о том, с каким энтузиазмом подходят владельцы при создании прославленных мест для сбора преступников. Стоит отдать должное, ни один бизнесмен, встречавшийся на пути подростку, не придавал огромного значения ремонту служебных помещений. И прежде никто не наполнял мини-холодильник содовыми. Не будь Барт школьником, принялся бы работать здесь. Бесплатная банка Pepsi ежедневно - мечта. Не отступая далеко от размышлений о смене работы, музыкант решил порепетировать перед началом своего концерта. Он открыл помадный тюбик и начал поначалу тихо распеваться. С каждой тянущейся фразой он проводил губной помадой по своему лицу, вырисовывая каждую линию вертикально положению глаз и горизонтально уголкам рта. Финальным штрихом являлась маленькая точка чуть выше переносицы.

«Что за прекрасная индийская красотка?» — парень дополнил ясный образ щелчком пальцев в сторону своего отражения.

— У каждого артиста должен быть закреплен за собой образ. — пессимистически заметил Бен. Голос музыканта чуть дрогнул, ведь он, будучи в легком замешательстве, и не думал доныне о том, каким ему стоит предстать перед людьми. Множество знаменитостей славятся своим гнусным характером или ангельским видом, но это и близко не стояло к предпочтениями Барта. Ему хотелось чего-то броского, стойкого, яркого и одновременно простого. Хотелось, чтобы люди видели необычное в обычном. Но эта мысль мгновенно приходила к нему и с таким же темпом ускользала. Пожирая глазами фигуру, сидящую напротив него, он со слабым нетерпением встряхнул головой. За рисовкой грима на своем лице последовала паника, так как до начала выступления не меньше двадцати минут, а салфеток в округе Барт никак не находил. Притаившись, он бесшумно открыл дверь, вышел за пределы комнаты и едва слышно поплелся в направлении указателя с надписью WC. Уборная комната была пуста и мигала светодиодными лентами рубинового отлива. Бенджамин поспешил к фарфоровой столешнице и озадаченно стирал узоры едва теплой водой. Молчание прервал голос, который доносился со стороны входного проема: — А я и не думал, что у Форд будет аниматор, — окликнул своего товарища толстопузый дядька в два метра ростом, наряженный в темную косуху. — Видать, мистер Калассо настолько щедр. — он продолжил фразу в язвительном духе, пока рассматривал парня с бордовой краской на лице, дополнением которой стал сиюминутный румянец. Его словам тут же последовало полное игнорирование. — Этой маленькой засранке, небось, уже развлекательные программы составляют. — его поддержал дружок, не отличающийся ни нарядом, ни телосложением. Преждевременная попытка вдохнуть перед очередным издевательством гласила о частом курении благовонных смол. — Эй, джокер, сколько берешь за работу? Могу предложить тебе нечто другое. Это тоже связано с одним очень крепким и большим малышом. — весьма неприличная шутка вызвала истеричный смех, больше похожий на поросячий визг в местах скотобойни. Осознание убогости неожиданных собеседников заставляло Бена улыбаться и дарило незабываемые моменты наслаждения за наблюдением поведения двух мужиков, которые не против копать себе яму дальше. — Слышь, я похож на этого шута из комиксов? — один из них выпятил челюсть, закатил глаза и обнажил свои и без того грязные желтые зубы. Поток лошадиного ржания остановила мальчишеская выходка Барта. — Малыш, тебе и не стоит морщить лоб, чтобы быть похожим на Джокера. Достаточно просто расслабить свое прекрасное личико и выйти на свет. — негативная реакция привлекла столь нужное внимание и позволило гневу незнакомцев выйти наружу, но прежде, чем они начали в открытую возмущаться и бранить Бенджа, тот поспешно удалился из уборной, успев вытереть с себя остатки помады сухим полотенцем. Остаются считанные секунды, чтобы Бен успел схватить гитару, пару раз прокашляться и рвануть в сторону VIP-зоны, которая была оснащена разноцветными фонарями и имела за собой огромный игорный стол с креслами с обивкой искусственной кожи. Народу было достаточно для закрытого мероприятия: около десяти человек. И, как заметил Барт, все соблюдали дресс-код заведения: плечи каждого гостя облегала черная куртка, на шеях мужчин висели цепи в виде змей. Своим пестроватым видом выделялась стройная шатенка, сидящая за отдельным столиком вдали от всех. Ее юбка с завышенной талией, темная майка и жакет с поясом явно не соответствовали нынешней моде на яркие цвета, но обладали особой привлекательностью. Пока все торжественно обменивались рукопожатиями и громко смеялись, шутя на очередную похабную тему, незнакомка сидела с серьезным лицом, изредка даря мимолетные улыбки, подходящим к ней, людям. Карточная игра началась. Два игрока по левую руку от дилера уже сделали ставки. Пошел первый этап торговли. Каждый игрок сосредоточенно вглядывался в карты, в надежде рассмотреть возможные комбинации. Раунды плелись друг за другом, не теряя позиции. Никаких проблем не возникало. Лица участников отражали заинтересованность и порой недовольство. Все действие катилось к эмоциональной напряженной развязке. Когда молчание прерывал голос Дилера, все с облегчением выдыхали и медленно поднимались за очередной бутылкой ликера. Бенджамин не любил такого рода игры. Ему было непонятно, чем располагают к себе состязания, где на кону стоит твое материальное положение. Он не одобрял азарт, выпивку и курение, однако спокойно относился к таким компаниям и охотно коротал с ними часы. Но музыка была для него превыше всего, и он заострял на ней внимание весь остаток свободного времени, в перерывах между выступлениями в «Современной Африке» и на открытых микрофонах. И сейчас, пока все сидели, громко обсуждая моменты своей жизни или выкрикивали нецензурную брань по поводу неудач, Барт, крепко взявшись за данный ему инструмент, подобно актеру кукольного театра, восседал на стуле и играл плектром по струнам, рождая каждой минутой новую мелодию. Но его игра попросту не вызвала интерес у кого-либо. Гости увлеченно разыгрывали партии, упуская из виду песни в исполнении Бена. Он поджал губы, тем самым выражая свое недоумение, и усилил темп игры. Все равно. Попытка произвести сильное впечатление потерпела крах перед завышенными ожиданиями музыканта. — Сука! — выкрикнул здоровый амбал, что заливался со смеху в туалете со своим дружком, дерзко отвечая Бенджамину. Он бросил на стол все карты, — Я, блять, сегодня нажрусь так, что мама не покажется. Какого хрена бэкдорный стрит¹?! — Может тебе стоит перестать играть тайтово² ? — слабым голос проговорил рядом сидящий мужик, который старался прикрыть свою усмешку ладонью, прижимаясь к спинке кресла. — Говорят, что фортуна любит менять свою цель. — эти слова пронзили хохотом всю часть комнаты. — Да он разучился играть еще с того момента, как мы прибыли с Форт-Самнера.³— поддержал шутника другой старикашка.— Может тебе для начала глянуть вод? Как для новичка. — прыснул от смеха тот. — Может тебе стоит закрыть свою пасть, пока я сам ее не захлопнул? — постепенно в комнате установилась напряженная, недружелюбная атмосфера ненависти. Здесь каждый почувствовал бы драматический настрой. — А Вам, мой милый друг, стоит успокоиться и сделать новые ставки, — умиротворенно начал дилер, — советую установить лимит, если это устроит, сэр. — Пошел в жопу. — рыкнул амбал, — Продолжаем играть. — Ставки все равно сделать надо. — продолжил дилер, проигнорировав замечание грозного мужика, старательно пытающегося запугать своим видом остальных. — Ла-адно. — недовольно протянул он и стал оборачиваться вокруг себя, пробегая глазами по помещению с целью наткнуться на какую-нибудь вещь, которая послужит ему будущим возможным триумфом. И взгляд его упал на знакомую физиономию парня в клетчатой рубашке, который настороженно глядел в угол зала, где за ширмой таились люди, вполголоса обсуждая что-то. Видимо, их не интересовало общество заядлых игроков, и перед тем, как задвинуть штору, солидный мужчина лет сорока бросил фразу своим собеседникам: — Мы не можем подвергать риску наших людей. Кто-то другой должен заняться поставками. — с этими словами он дернул за красную атласную занавеску, двигая ее к концу. — Не могу поверить своим глазам. Народ, — амбал повернулся к остальным, открыв с восхищением глаза, — у нас здесь клоун. Ставлю вот на него. — он указал пальцем через плечо на Барта, приводя того в шокирующее состояние.

«Я сейчас, конечно, охреневаю от такой хрени этого охреневшего мужика»