Paralyzing poison (In your soul)

Быть Жаклин Стэнтон — то ещё удовольствие. И да, это щас была злая ирония. Стоя пред Волан-де-Мортом, я понятия не имела, чего ожидать, уж особенно после напрягших мои булки слов «я несколько разочарован». Неужели он в курсе?.. Мерлин, я не могу себя выдать — а вдруг он только и ждёт, что моей истерики, чтобы легче было влезть в голову? Выход один — балансировать на грани безмятежности и естественной тревоги, которой при подобных словах преисполнилась бы любая фанатичка. Утютю, Тёмный Лорд недоволен, экая неудача. Я потупила глаза и грустно вздохнула. С моей щеки протекла ложная слеза. — Очень жаль, что Вы так думаете… О, я так подвела Вас, мон шер… — За всё то время, что ты мне служишь, я не заметил особой… активности. Люциус Малфой, мой слизистый друг, делает куда больше, чем ты. Я решил исправить эту досадную оплошность. И всё-таки он такой пугающий, чёрт бы его побрал, просто нечеловеческий… долбоёб! От него будто веет смертью невинных жертв. Никогда не прощу ему их страданий. — Сочту за высокую честь любые Ваши поправки, мой секси-господин, — промямлила я, пресмыкаясь, как вошь. Он в ответ рассмеялся, и я пожалела о том, что сказала — вдруг он разозлится? Вдруг я зашла слишком далеко и теперь столь глупо умру? — Отправляйся в Хогвартс, Жаклин. Пока я ищу Бузинную палочку, воспоминания мёртвого старика по-прежнему могут таить немало интересного. Вдруг он знает и о других Дарах? Помоги Северусу — за своей нынешней работой он не может позволить себе оставлять свой пост. Даже просто ныряя в Омут. Я хотела спросить — а как же другие милахи, что подле него? Те жуткие брат и сестра, например? Вероятно, они просто слишком тупы, а я всё же одарена. — Будет выполнено, — поклонилась я и отправилась в свою комнату. Сборы ждут, чёрт возьми. Почему судьба так стремится столкнуть нас с Северусом? *** — Мне уже начинать ревновать? — Джон прижался ко мне, нюхая мои волосы. Романтично, твою ж налево. Того и гляди всоснёт в нос. — Ты частенько общаешься с этим… Снейпом. — Сама не рада, — я утрамбовала в сумку всё самое необходимое, включая духи с запахом праха мёртвых. Приходится соответствовать образу, что тут скажешь. — Что ж, не вздумай скучать, мой сумрачный цветок, я вернусь ещё до того, как взойдёт солнце… гибели. Боже, как это всё убого. Зато Джонс смотрел почти со слезами любви — должна отдать должное этому глупцу, его даже ссаной тряпкой не отпугнёшь. Проверить, что ли? Где-то у меня завалялась одна… Мешая мне дальше обстёбывать его мысленно, Джон подошёл сзади и опустил ладони на мою приличных размеров грудь, начав нежно её общупывать. — У тебя такие чувствительные соски, — выдохнул он мне на ухо. Как он это определил, не пойму, разве что методом прорицания — он касался заметно выше сосков. Может, с пуговицами на карманах спутал? Каков эротист. — Это точно, — подметила я вялым тоном, когда он куснул меня в шею и страстно, как зверь, повалился на мою постель, утягивая меня за собой. Да разлёгся. Довольный собой, как неутомимый герой-любовник. О, нет-нет, я знала, что сейчас будет — ещё не хватало часа два-три удовлетворять во все дыры Его Бревнейшество. С меня хватит — хватило и одного раза. Но вот только бы дело было лишь в этом… Как я ни прикрывала глаза в исступлении, перед веками возникал образ Снейпа — смотрел с презрением, как бы спрашивая: ты серьёзно собралась ласкать ЭТО?.. И близко не догадываюсь, откуда такие картины в уме, ведь логичней представить, что от секса с Джонсом, помимо здравого смысла и вкуса, меня бы отваживали друзья, но вот Снейп… Он мне явно не друг. И, по сути, такой же пожиратель смерти, как Джонс — невелика разница. Хотя, блять, кого я обманываю — ещё как велика. Это я могла точно сказать, наблюдая за тем, как мой милый старается принять позу максимально соблазнительного пласта. — Мой мрачный детка, я не могу. Не сейчас. Я должна исполнить волю Тёмного Лорда как можно скорее. — Ха, а меня заводит твоя преданность нашему делу… — Спасибо. До скорой горячей встречи. Не собиралась я с ним ебаться. Если наша следующая встреча и будет горячей, то разве что от его подожжённой задницы. На сей раз я трансгрессировала, чтобы поскорее расстаться с этим гондоном. И встретиться со вторым. *** — Вы, — неспешно проконстатировал факт Снейп. Что, нельзя было охарактеризовать мою персону получше? Проблемы с фантазией? Мы стояли посреди директорского кабинета, куда я проникла после того, как оббегала всю округу, насколько шансы позволили — теперь на сердце было паршиво. Соблазн увидеть родную Школу обернулся не просто досадой, а ужасом, ведь сейчас она куда больше смахивала на тюрьму. Без дементоров, кстати, тоже не обошлось — да, садизм процветает… — Я по делу, Снейп. Вам известно что-либо о Дарах Смерти? — я звонко прошествовала каблуками по полу. — Столько же, сколько известно подавляющему большинству, — нынешний директор подозрительным взглядом отследил мой путь через кабинет. Его взгляд странно переменился, когда я взяла с полки книгу, начав листать её — книга заклинаний, составленная самим Дамблдором. — Любопытно, — хмыкнула я, замечая эти крупицы волнения и недовольства. Теперь я была способна заметить. — Вам будто важна эта книга. Хотя чего это я? Мне ведь могло только показаться. О, да, я ходила по тонкому льду. Его взгляд вновь переменился на более беззащитный. Всего секунда — затем снова непроницаемость. Я подошла к Омуту. Удивительно и даже горько — человека давно нет в живых, но его воспоминания всё ещё с нами. То ли страшилка, то ли трагедия — в зависимости от толщины душевной организации. Осталось настроиться на определённый лад — Дары, Дары, чёртовы Дары… Всё менялось — стоило только опустить голову в эту муть, и вот я уже куда-то проваливаюсь, да не просто куда-то — передо мной хорошо знакомый мне кабинет, но иной — здесь светлее, уютнее, просто лучше. Здесь Дамблдор! Глядя на то, как волшебник сей ходит по своему кабинету, я с великанских размеров трудом удержалась от слёз. — Северус, — подал голос то ли человек, то ли мираж. Да, Снейп тоже был здесь — я заметила с запозданием. Он, наперекор Дамблдору, не ходил из стороны в сторону, а стоял неподвижно, глядя в окно. — Да, директор?.. — Мой дорогой Северус, вскоре мир, к которому мы привыкли, станет другим. Что же ты стоишь, Северус? Присаживайся. Как-никак, это будет длительный разговор. О, да. Я мечтала услышать длинную речь в исполнении этого мудрого голоса. И, чёрт бы побрал эти слёзы, как я жалела, что не нашла свободного времени, чтобы увидеться с Дамблдором в последний год его жизни! Всю жизнь буду ненавидеть себя, как суку. Тем временем Снейп элегантно, но сдержанно сел. — Я предполагаю, что Тома заинтересуют Дары. Кроме того, Северус, я уверен в этом. В особенности Бузинная палочка — после моей смерти он возгорится желанием отыскать её, что, конечно же, станет проблемой для всего мира. И, кроме того, для тебя, как нового её обладателя. Что? О чём это он? Почему так уверен, что вскоре умрёт? Что до нового обладателя… Неужели он верит в легенды о том, что лишь отобравший Бузинную палочку в бою станет её единоличным хозяином? О, чёрт — похоже, она у Дамблдора. Вот же пиздец! Честно говоря, когда Волан-де-Морт отправил меня добывать информацию по всей этой теме, я сомневалась, что Дары Смерти — нечто большее, чем поучительная сказка. И вот, приехали. Но ведь… Если Снейп знает, какого хрена он до сих пор ничегошеньки не рассказал своему повелителю? Впрочем, ответ лежал на поверхности — не хотел и не собирался. — Что же Вы предлагаете делать? Скрывать от него? — Хранить тайну. В этом Вы знаете толк, — Дамблдор многозначно подмигивал. Что за ебень? — Что же до других Даров? — А что до них? Воскрешающий Камень ждёт своего часа, Мантия-Невидимка же сейчас у того, кому она по праву принадлежит. И всё, как назло, вновь соделалось прежним — я вынырнула из Омута с недовольством столь скорым расставанием с Дамблдором. И осознанием того, как обстоят дела. Снейп всё так же стоял у письменного стола, прислонившись к нему бедром, и смотрел на меня с неприязнью. Возможно, фальшивой. Я начала понимать его. Я начала понимать… — Притворство в сторону, Северус, — настояла я сразу после того, как наложила на дверь кабинета заглушающее заклинание. — Вам не кажется, что мы занимаемся одним и тем же? Его глаза сердито сверкнули. Чёрт, я подошла так близко, что видела, как его грудь вздымается от дыхания больше обычного. В отличие от того же Джонса, он был убийственно, несправедливо притягателен. И он терял терпение. — Прочь, — кратко дал он мне знать, что не хочет сотрудничества. Что ж, я ведь не сдаюсь так просто. — Это не детская придурь, Снейп, я давно уже не ученица, бегающая за Вами хвостиком, несмотря на принадлежность к иному факультету. Я уже прошла сквозь огонь и воду, и я буду бороться сколько потребуется, за перемены к лучшему. Уж не знаю, что связывало Вас с директором, но одно остаётся кристально ясным — Вы с ним заодно и поныне. Я не Вы и не он, но готова оказать помощь, в чём будет нужно. Только скажите. Я говорила от всей души. Заебалась я ждать у моря погоды, делая вид, будто знаю, что делать. Немногим я помогла таким образом — никому, кроме Нэнси, ещё и честь запятнала о задницу Джонса — прекрасный выбор для моего первого раза. Снейп явно знает, что делает. Дамблдор знал. Он и мне предрекал цветение в тёмное время, он верил в меня. Так пора бы уже зацвести, Найтроуз. Я положила руку на плечо Северуса, но он резко схватил меня за запястье. — Вы не имеете даже примерного представления о том, чем я занимаюсь, мисс Стэнтон, — это обращение было произнесено им с нотками томной издёвки. — Будь я на Вашем месте, я бы оставил любую заранее обречённую попытку судить об этом. — Но я не оставлю. Северус, — я отдёрнула руку, но не разорвала зрительного контакта. — Вы по многим причинам не нравитесь мне, но я не могу оставить Вас наедине с невзгодами, ведь… «Даже малозначительная помощь способна изменить исход грядущей битвы». Это я метко, конечно. Цитата Дамблдора, а точнее, авторства Мерлина Великого перед боем короля Артура, которую директор некогда произнёс в напуствие нашим экзаменам — мы с Нэнси были малы и тупы, так что пошутили, что она про хэндджоб. Я заметила, что Снейп поджал губы. Чёрт, я всё лучше справлялась с ломанием его прочной брони. Его руки стиснули воротник моей полупрозрачной нарядной мантии. — Убирайся, — велел он мне. — Прочь. Ещё слово от тебя, хоть одно единственное, и, клянусь, я заставлю тебя жалеть. И он выпер меня за дверь, как собаку с кухни. Что ж, ликование было недолгим. Возвращаясь к Волан-де-Морту, я гадала, что именно мне сказать ему о Дарах, чтобы не разочаровать и не подстегнуть к ещё большим зверствам во имя поисков, как вдруг что-то почувствовала — в нагрудном кармане что-то лежало. Склянка с какой-то жидкостью и записка. Проклятие. Снейп прикоснулся к моей груди, а я даже не ощутила! Досадно. Записка кратко гласила: «Это воспоминания, таящие важную информацию. Любой ценой передай это Поттеру в случае моей смерти». Так эта злость была отвлекающим манёвром? Умно, Снейп, умно. И надпись тут же исчезла — похоже, вместо чернил он использовал зелье разового выявления. Всё-таки мне ещё многому надо научиться, чтоб стать как он. И тут до меня дошло… Снейп спланировал это! Он знал заранее, что передаст мне эту записку — это он попросил Тёмного Лорда отправить к нему человека для чтения воспоминаний, он мог предложить мою кандидатуру. Он понял, что может использовать мою помощь для экстренной ситуации, а это значит… Да, это значит, теперь мы — союзники.