Paralyzing poison (In your soul)

Никогда бы не подумала, что мир будет так меняться у меня на глазах, да ещё и в столь страшную сторону. Теперь, когда в министерстве властвовали его слуги, Волан-де-Морту ничего не стоило сделать директором Хогвартса умнейшего из них. Убийцу Дамблдора — как будто в насмешку над преподавательским составом и самим именем школы. Северуса Снейпа. — Время пришло, — заявил Тёмный Лорд. Он сидел в кресле томно и гладил Нагайну — змея извивалась, как магловский поливальный шланг, делая происходящее ещё более сюрреалистичным. — Школа в твоём распоряжении, Северус. Наведи там порядок, которого так не хватало ей все эти годы. О, я знала, что за "порядок". Тирания и дедовщина — вот имена этому порядку, хотя второе навряд ли, ведь дедом скорее был старец-Дамблдор, лучший директор за всю историю Хогвартса. Я с трудом подавила слёзы. Планы были бесхитростны, но в то же время коварны. Часть пожирателей должна была стопануть поезд, дабы проверить наличие в нём Гарри Джеймса Поттера. Часть — уже подмяла под себя Школу, готовя почву для цветка смерти — директора первой степени жёсткости. Снейп должен был прийти на готовенькое и, чёрт возьми, не один — сопровождать его поручили нам с Беллатрисой, чему я была несказанно не рада. Меня бесил Снейп. Бесило всё, что с ним связано. И особенно — то, что я в душе не ебала, как мне к нему относиться. Он предал моих друзей — это твёрдый, как член Джонса рядом со мной, факт. Я не собиралась ему прощать это — как бы я посмотрела в прекрасные голубые глаза Сириуса, готового умереть ради нас даже после того, как все близкие люди на двенадцать лет от него отвернулись? Эта булочка с корицей заслуживает лучшего, чем такая бесполезная дружбанка, как я. Кстати, я всё-таки решила, что быть с ним — плохая идея. Он идеален, а я… я невольно, но стала шлюхой благодаря приставучей заднице Джонса. Касаться Сириуса руками, вовеки грязными после этого тела, я не могла и не стала бы. И вообще — может, мне лучше стать монахиней? Хах. Соблазнила бы прихожан. И наконец ещё один факт, не менее непростительный и кошмарный — Снейп убил Дамблдора! Что это вообще за херня? Какие тут могут быть оправдания? В то же время Снейп вызывал и определённые подозрения. Например, почему он так странно смотрел на мучения бывшей коллеги? Разве ему, убийце директора, не должно было быть насрать? Разве что его лично бесил Альбус Дамблдор, но с чего бы? Директор был всегда добр к нему, он был добр ко всем нам. И ещё кое-что, уже более чем ожидаемое — почему, зная, кто я, а также зная, что я скрываюсь под левой личиной, Снейп до сих пор не выдал меня и не помешал мне? Перед глазами вновь возникло лицо Грюма, дающего мне… хах, дающего мне последние указания. Помешать… Я должна помешать. Чёрт, а может, это — мой шанс? Вероятно, моя миссия может стать самую малость осмысленнее, докопайся я до загадки Снейпа. Тут явно что-то нечисто. И я поставила себе цель — раз и навсегда выяснить, что к чему, и действовать в соответствии с полученными знаниями. Звучит хорошо, а? О, если бы всё было так легко. *** Всю дорогу до Школы мы летели молча, будучи чёрной клубящейся дымкой. Не самая сексуальная моя форма, однако ж, должна признать, летать весело. Наблюдая луга и поля, я видела две подобные шняги поблизости — Снейп был сгустком тёмной энергии в центре, толще и больше, чем узкая вращающаяся от своего безумия Беллатриса. Звучит стрёмно, но вообще это просто надо было видеть. А потом я увидела Это. Школу. То место, где я так давно не была, и куда так рвалась вернуться. Мне кажется, никакой волшебник не может смотреть на неё без трепета, светлой тоски, благодарности и любви — Школа Чародейства и Волшебства поражала не только своим величием, но и волной тёплых воспоминаний, что окатывали, будто прибой, при одном только взгляде. Один взгляд — и глаз уже не оторвать. Только вот всё не так прекрасно, как кажется. Всё крайне скверно. Прекрасная школа теперь сплошь пропитана злом и насилием. Неприступный замок стал тюрьмой для себя самого. Мне хотелось кричать, сознавая это. Как они смеют так поступать?! *** Коридоры были пусты. Чёрт побрал бы их всех, эти стены теперь смотрелись иначе — зловещая полутьма, испуганное молчание портретов, и даже Филч, неутомимый ебучий сторож, скрывался во тьме закутка, прижимая к себе миссис Норрис. Но я не хотела верить, что Хогвартс был сокрушён — не имела права. Наши шаги гулко отдавались от стен, потолка и пола. Мы шли к кабинету директора. — Что за бардак! — приебалась Беллатриса, пиная пролетающее мимо приведение — нога прошла сквозь него. — Эй, ты, возьми-ка швабру и прогони проклятых призраков с глаз моих, — потребовала она у Филча и, продолжая чему-то возмущаться, направилась в Большой зал — очевидно, ей не терпелось всласть накомандоваться и перевернуть всё вверх дном. Её что, в школьные годы в унитаз макали? Почему она столь ненавидит это место? Я и Снейп… Мы остались вдвоём на пути в кабинет. Бесхозное помещение пустило нас в свои недра без всяких паролей, позволив подняться ввысь по витой лестнице. — Здесь я Вас оставлю, директор, — сказала я холодно, со смачком выделяя последнее слово — быть может, мне лишь показалось, но что-то в его взгляде дрогнуло. Он промолчал, даже мне не кивнул. Я не выдержала я подошла к нему. — Хах, так и будем делать вид, будто ничего не было, Снейп? Говорите, если Вам есть, что сказать. Молчите, если меня презираете и не считаете достойной ответа — но только не притворяйтесь. Я стояла так близко… И соврала бы, как сука, если бы заявила, что не наслаждаюсь видом. Он был прекрасен — одновременно надломленно и непоколебимо. И он молчал. — Я не имею ни малейшего представления о том, что Вы имеете в виду, мисс Стэнтон, — наконец сказал он. У меня прорвало очко, но что тут можно сделать? На данный момент самое надёжное место в волшебном мире является чуть ли не самым опасным. Лишнее слово, и я покойница. Мы покойники. Только это ли движет Снейпом — не разберёшь. Я ушла. Что ещё оставалось делать? Лишь на пороге я обернулась, чтобы поймать его взгляд, остающийся нечитаемым. Он сложил руки на груди — защитная поза, как бы говорящая, что мне здесь не место. И всё же я снова заговорила. — Яд паралича можно нанести на простое оружие, и тогда оно будет смертоноснее. Это может стать неожиданностью как для врага, так и для того, кто держит оружие — например, если он порежется о его смазанную кем-то тайком рукоятку. Это не кажется Вам забавным? — я в каждое ностальгичное слово вкладывала тайный смысл, и это было как чёртов шифр. — Пожалуй, мне лучше подождать окончания лекции за дверью. Вернусь, если вдруг услышу что-нибудь важное. Не сомневайтесь. И вот тут я уже ушла, оставив его в растерянности. Или, может, охуевании — что ж, если он ничего не понял, то я хотя бы могу гордиться тем, что выставила его няшкой-непонимашкой. Ха-ха, но на самом деле мне было не смешно. *** В Хогвартс всё пребывало этих ублюдков. Того и гляди должны были приехать дети. Что их ожидало? Уж точно не то, чего им хотелось. Я посмотрела ввысь, на Астрономическую башню, чужими глазами, но прежним взглядом. Безмолвно принесла клятву спасти это место, чего бы мне это ни стоило. И даже если Снейп действительно лишь проявил мимолётную слабость, решив не выдавать меня и тем самым сохранив мне жизнь, я убью и его, если он встанет на пути. — Ты идёшь? — позвала меня Беллатриса. Она посмеивалась чему-то своему — очевидно, радовалась триумфу Тёмного Лорда. — Ага. А точнее, лечу, — я обернулась тёмной бестелесной формой. Так было проще скрыть слёзы.