What will be if...

      Пробуждение далось мне не из легких... Голова гудела так, будто я пила всю неделю не просыхая. Хотя меня мучала ужасная жажда, и по ощущениям казалось, что в горле у меня была самая что ни на есть Сахара... Все еще не открывая глаза, я еле заставила свое ватное тельце перевернуться на спину. Ощущения на теле были... немного другие, не такие как обычно – ткань постельного белья была слишком мягкой, гладкой и прохладной, словно шелк. Да и в комнате пахло как-то по-другому, и этот запах показался мне смутно знакомым.       Так пахло... От Малфоя!! Эта мысль помогла не сойти с ума и не поседеть от страха. Я тут же резко села, превозмогая тошноту, и мои глаза забегали по окружающей обстановке. Укрыта я была изумрудным одеялом, шелковым, как и изумрудно-серебристое постельное. Кровать из черного дерева с серебряными вставками была занавешена темным пологом. Я не нашла ничего лучше, кроме как резко выбраться из кровати, поэтому спустя мгновение уже стояла на полу в прохладной темной комнате.       В комнате не было окон, поэтому ее освещали только несколько круглых зеленоватых светильников. Напротив кровати, из которой я выбралась, у противоположной стены, стояла точно такая же кровать. Из этого можно было сделать вывод, что в этой комнате жили двое. Рядом с каждой кроватью находилось по большому темному сундуку, на которых был вырезан герб факультета. Также в комнате было два высоких шкафа, тоже из темного дерева. А середину комнаты занимал мягкий зеленый ковер, украшенный серебристой змеей.       Это точно была спальня Слизерина!       На одной из стен висело длинное зеркало, и именно в его отражении я смогла, наконец, осмотреть себя... Вид у меня был, скажем так, немного помятый. Но самыми важным было то, что на мне была надета рубашка, которая еле прикрывала ягодицы, если не слишком уж задирать руки! Ладно, что хоть нижнее белье все еще было на мне... Однако от предчувствия, что произошло что-то нехорошее меня это не спасло. Совершенно.       Я обняла себя за руки, пытаясь успокоить мысли в голове, которые сменяли друг друга с неимоверной скоростью.       – Вообще ничего не помню!       Спустя пару секунд я чуть наклонила голову, глубоко втянув носом воздух. Запах мужского одеколона меня немного успокоил. Я продолжила так стоять, уткнувшись в воротник белоснежной рубашки и пытаясь вспомнить вчерашние события, из-за которых я оказалась в спальне Слизерина. Но, к сожалению, последнее, что я помнила – как уснула в собственной кровати!       – Неужели, это то же самое, что и после Хэллоуина? Я что, блин, в лунатики заделалась?! – рассерженно топнув ногой, я уставилась на свои вещи, которые были аккуратно повешены на спинку стула.       Хотя один факт был безоговорочным. Что бы ночью ни произошло… я, кажется, реально, напилась. Причем не мало так, а то похмелье жуткое!       Я вновь осмотрелась, пытаясь понять, сколько сейчас времени. Однако, так как окон в комнате не было, да и часов я не нашла, определить время оказалось трудновато... Зато я, наконец, заметила две двери, спрятанные в тени факелов. Я прислушалась пытаясь понять, какая из комнат куда ведет, но за обеими дверьми была тишина. Поэтому я тут же схватила вещи и ринулась к той, которая располагалась ближе ко мне, надеясь, что это ванна.       Схватившись за ручку, я резко дернула ее на себя. Дверь отворилась передо мной как-то уж слишком быстро, и в следующую секунду я врезалась в твердую грудь. Голую. От столкновения я отшатнулась назад, но от падения меня спасла рука, крепко схватившая меня за предплечье. Это все произошло так быстро и резко, что пространство перед глазами закрутилось, и я упала в чужие руки, словно тряпичная кукла. Реакция у Малфоя была то, что надо... А то, что это был именно он – я не сомневалась.       – Доброе утро? – с доброй издевкой усмехнулся парень, держа меня в руках.       Я пару раз моргнула, пытаясь сфокусировать на нем свой взгляд, а потом прикрыла глаза на пару секунд. Но лучше бы я этого не делала. Что-то внутри меня перевернулось и рухнуло куда-то вниз...       – Ага... Извини... – закрыв рот и задержав дыхание буркнула я и, оттолкнув парня, ринулась в ванную.       Кажется, выпитое ночью с успехом прорывало себе путь наружу. И меня сейчас абсолютно ничего не волновало: ни Малфой, стоявший за спиной, ни обстановка ванной комнаты, ни собственно самолюбие, и как я буду выглядеть в глазах блондина. Ничего. Только туалет.       Пару минут меня выворачивало... И пока я сидела в обнимку с туалетом, а вино выходило наружу, я зареклась больше никогда не пить в таких огромных количествах... Ощущения просто отвратительные! Тело вмиг ослабело и покрылось капельками пота, а в голове раздавался тихий, но противный звон. Горло горело от желчи, и складывалось такое чувство, что пытаешься выплюнуть все свои внутренности.       Когда последствия похмелья закончились, я еще несколько минут тупо сидела перед туалетом на холодном каменном полу, опрокинув голову на сложенные руки, лежавшие на туалете. Вставать не хотелось... Я боялась, что стоит мне хоть немного принять вертикальное положение, как все начнется снова. Через пять минут «тишины» я все же встала и сделала парочку осторожных шагов в сторону раковины. Я смыла с лица всю эту мерзость, даже не взглянув на свое отражение в зеркале. Видеть себя сейчас совершенно не хотелось – я и так прекрасно знала, что выглядела просто отвратительно. Зато после прохладной воды звон в ушах прекратился, и я смогла свободно вздохнуть, не боясь очередного непредвиденного «извержения». Но стоило пальцам отцепиться от раковины, а ногам принять на себя вес тела, я поняла, что подкашиваются коленки. Но и тут меня вновь спасли от «поцелуя» с полом.       – Ты совершенно не умеешь пить... – обреченно фыркнул Малфой и, встряхнув меня, поставил на ноги, придерживая за талию.       Он молча помог мне дойти до кровати и, усадив на нее, стал что-то искать в тумбочке. Я в это время оперлась руками о колени и, положив на них подбородок, внимательно наблюдала за копошениями Малфоя. И, если честно, то мне чертовски понравилось, что я увидела перед собой. Судя по моим быстрым наблюдениям – он недавно вышел из душа. Хотя этого и следовало ожидать, когда человек выходит из ванной комнаты... Но об этом также свидетельствовали слегка мокрые светлые волосы, зачесанные назад, хотя несколько «сосулек» все же падали ему на лоб, влажная кожа и черные штаны. Спортивные. Видеть его таким... обычным, в ОДНИХ штанах и босиком было... очень непривычно и волнующе. Особенно если учесть, что этот аристократишка всегда был одет с иголочки. Я тихо хихикнула себе под нос. Зато теперь я могла похвастаться, что видела вот такую простую и домашнюю версию Малфоя. Но, естественно, сейчас я никому об этом не расскажу. Еще чего...       – Что, нравится? Насмотрелась?       Я пару раз моргнула, будто прогоняя наваждение, и подняла взгляд с тела парня на его лицо. Его серые глаза смотрели на меня с какими-то самодовольством, а уголки губ были чуть приподняты. Он заметил, что я пялилась на него...? Да еще так смело и в открытую! Я чуть прикусила губу от смущения, что меня поймали с поличным, однако взгляд не отвела. А вот Малфой, кажется, совершенно не смутился от моего пристального взгляда пару секунд назад. Слизеринец только усмехнулся и расправил плечи, выпрямившись и демонстрируя свою ровную осанку. Словно самый настоящий павлин!       – А тебе это, небось, льстит, да, Малфой? – поиграв бровями, довольно усмехнулась я, пока взгляд бесстыдно бегал по голым участкам его кожи.       – О, ты даже не представляешь, насколько, Доусон. Держи. – самодовольно протянул парень, а после дал мне небольшой флакон.       Я уставилась на флакончик внимательным взглядом, а потом еле слышно усмехнулась и взглянул на парня, чуть вскинув бровь.       – Не бойся. Травить не собираюсь. – ответил Малфой.       – Ну, кто же тебя знает... – я по-доброму фыркнула и все же взяла флакончик из рук парня.       Он, кстати, на мои слова даже не обиделся, а только усмехнулся и стал собираться.       Я же вновь взглянула на флакон. Его содержимое было мне уже прекрасно знакомо, потому я быстренько открыла его и выпила все содержимое, чуть отклонив назад корпус и запрокинув голову. В итоге, когда последняя капля антипохмельного зелья попала мне в горло, я все же рухнула на спину, прикрыв глаза. По телу сразу же распространилась приятная слабость, а плохое самочувствие стало отступать.       – Выпивка и правда делает смелее... – через какое-то время раздался насмешливый голос.       Я сначала не поняла, о чем он говорил, однако спустя пару секунд резко распахнула глаза, вспомнив в каком именно виде я сейчас была! Пришлось резко сесть, чтобы больше не демонстрировать парню предмет своего нижнего гардероба, из-за задравшейся вверх рубашки.       – Не пялься... – фыркнула я и встала, натянув край рубашки пониже.       – Чего я там не видел то. – парень протянул мне мои вещи, но я заметила, как он слегка нахмурился, когда наши пальцы соприкоснулись.       И у меня было предположение, с чем это могло быть связано. Буквально пару дней назад, когда мы вместе готовили наш проект по зельям, я, собрав все свое мужество в кулак, призналась ему, почему динамила его раньше. Сказать, что он был шокирован и зол – ничего не сказать. Я тогда, чтобы успокоить его, вскочила с дивана и случайно разлила горячий чай на руку. Это, к счастью, помогло отвлечь его от истории о не состоявшемся изнасиловании. А еще, что удивило меня пожалуй больше всего, и что стало для меня своеобразной вишенкой на торте – Малфой совершенно искренне заявил, что благодарен Сириусу за мое спасение, и что ему жаль, что Блэка убили.       – Расскажешь, что это было вчера? – вырвал меня из раздумий Малфой.       – Не сейчас... – нехотя буркнула я, положив вещи на кровать.       Не хотелось пока об этом говорить – нужно было как можно быстрее добраться до гостиной. Да и что следовало говорить, когда в прямом смысле не знаешь, что говорить.       – Ты вчера была в очень... хреновом состоянии... – наконец подобрав нужные слова, чтобы описать мое состояние, произнес Малфой, глядя прямо мне в глаза. – Что ты делала на кухне?       В его взгляде и голосе отчетливо читалась заинтересованность вперемешку с беспокойством. От этого внутри стало как-то приятно и даже немного стыдно...       – Кухня?!       – Мы встретились на кухне? – полностью развернувшись к нему лицом, осторожно поинтересовалась я, однако парень в ответ только качнул головой. – Нет? А где ты тогда меня нашел?       – Почти у лестницы, вед... – закончить он не успел, так как дверь в комнату резко открылась, и тут же раздался недовольный голос:       – Друг, я, конечно, все понимаю. Но все же это и моя комнаааа... та.       Я резко повернула голову в сторону двери, глядя на вошедшего испуганным взглядом. Это полный провал! Дверь со скрипом закрылась, а Блейз, замеревший на месте, с удивлением пялился точно на меня. Не смотрел, а именно – пялился. Его внимательный взгляд осмотрел меня с ног до головы, а потом уголки его губ чуть приподнялись вверх.       Он кивнул сам себе, будто бы решив для себя что-то.       – Что же... Оставлю вас наедине. – игриво протянул Блейз и, развернувшись на пятках, пошел на выход.       – Что? Нет! Ты все не так понял! – лихорадочно жестикулируя руками, тут же затараторила я и, получив в ответ от мулата загадочную ухмылку, осеклась.       – Почему это я оправдываюсь? – со стороны блондина послышалось тихое хмыканье.       – Не важно. Но вам двоим лучше поторопиться со... – Забини снова улыбнулся и, окинув нас с Малфоем оценивающим взглядом через плечо, подмигнул. – со своими делами… Скоро наш террариум проснется, поэтому не хотелось бы проблем с утра по раньше. Только не шибко веселитесь.       Помахав нам рукой, Блейз вышел, и мы остались наедине. Опять. Я тут же с упреком взглянула на парня, стоявшего рядом.       – Что? – поинтересовался блондин, взглянув на меня в ответ.       – Ничего. – недовольно фыркнула я, выжидающе глядя на Малфоя. – Он же будет держать язык за зубами?       – Хочешь верь, хочешь нет, но Блейз не любитель просто так чесать языком. Да и своих мы не сдаем. – поучительно протянул он, зачесав пальцами волосы назад.       – О, как благородно и неожиданно... – я тихо рассмеялась, глядя на него из-под полуопущенных ресниц.       – Да я само благородство, если ты не знала. – чуть растянув губы, ответил парень, нарочито медленно подходя ко мне. – В противном случае я бы мог просто оставить тебя пьяную валяться там в коридоре. Думаю, Филч был бы очень рад найти тебя в таком необычном состоянии. Он ведь столько лет пытался словить ваш золотой квартет на нарушениях.       – Нет. – в мгновение довольно уверенно и спокойно ответила я, когда Малфой остановился в нескольких миллиметрах от меня.       – Что, «нет»? – чуть вскинув бровь, прошептал он и, взяв длинную черную прядь, стал аккуратно теребить ее между пальцами.       – Не оставил бы. – пояснила я, чуть приподняв голову, чтобы взглянуть ему в лицо.       – Ты так в этом уверена? – левая бровь блондина чуть изогнулась в поддельном удивлении.       Его серые глаза нашли мои, в то время как рука выпустила прядку и легла мне на плече, медленно поднимаясь к шее и заставляя меня вплотную приблизиться к нему.       – Определенно... – раздался мой все еще уверенный шепот.       – Хмм... Ты слишком самоуверенна... – его губ коснулась легкая ухмылка, и он погладил мою кожу на щеке большим пальцем, наклоняя лицо, а у меня в этот момент сердце сделало несколько кульбитов и со свистом рухнуло куда-то в пятки. – Но черт, как же бесит, что ты права... – опалив горячим дыханием, прошептал мне в губы Малфой, прежде чем запечатлеть на них долгий поцелуй.       Его шея тут же оказалась в кольце моих рук, заставив наклониться ниже ко мне, и углубить поцелуй.       Я уже в который раз убедилась, что мне нравится чувствовать рядом его присутствие, горячие поцелуи и сильные руки. А запах его тела вперемешку с запахом мужского парфюма просто кружили голову, заставляя забыть обо всем. Где-то внутри замаячила надежда, что парень, который сжимал меня в объятиях, сминая губы, чувствовал то же самое.       Однако, спустя пару минут мне пришлось предпринять попытку к освобождению, когда одна его рука слишком настойчиво залезла под рубашку, и пальцы тут же дотронулись до ткани трусов. Поняв, к чему все ведет, я чуть прикусила слизеринцу губу. Он тихо рыкнул, сильнее сдавив меня руками, а потом, выпустив мои губы из плена, перешел на шею.       – Ну что за упрямый... Хорек... – хоть мысленно я и была против, однако голова все же откинулась назад.       – Малфоооой, сейчас не место и не время... – жалобно потянула я, тяжело дыша. – Мне надо как можно быстрее попасть в гостиную. Малфой... – эта попытка вразумить его, увенчалась успехом.       Через пару минут я уже стояла одетая в свои штаны и толстовку.       – Вот черт... И как я так пойду... – тихо выругалась я себе под нос, поняв, что палочки не было, и что безопасный путь до гостиной был капец как затруднен.       – Сейчас, секунду... – тут же отозвался Малфой и, протянув мне свою запасную мантию, взял в руки палочку и ловко покрутил ее между пальцами.       – Дезиллюминационное? А ты, я смотрю, уже наловчился его использовать. – похвалила я его, вспоминая как учила его этим чарам.       А Малфой от моих слов отчего-то вдруг напрягся, но спустя мгновение все же самодовольно ухмыльнулся:       – У тебя вчера с ним явно были проблемы. Так что не стоит так зазнаваться, милочка.       – Меньше пить надо...       Фыркнув, я уже хотела накинуть ткань на плечи, как меня остановил голос Малфоя:       – Увидеть поздно ночью в темном коридоре, как в воздухе висит только чья-то стонущая голова – то еще зрелище, если честно... – издевательски протянул он, глядя на меня с насмешкой, а потом взмахнул палочкой, накладывая на меня чары.       Я тут же вспыхнула от стыда и, прикусив губу, уперла взгляд в ткань мантии. Причин вернуться в спальню до того, как кое-кто проснется, становилось все больше. Что я в принципе и сделала, засеменив в сторону двери.       – Доусон, надеюсь, больше не застать такого... – сурово бросил он вдогонку.       – Ох, а я-то как на это надеюсь, ты не представляешь!       Я лишь зачем-то кивнула ему и, накинув мантию, выскочила в коридор, и направилась в сторону того самого прохода, по которому Малфой вел меня в прошлый раз.       Мне и одного такого странного пробуждения хватало! Но мало того, что это произошло вновь, так и плюс ко всему теперь были свидетели моего странного поведения. Кстати, о них… в планах на день я добавила пунктик, чтобы наведаться на кухню. А раз по пути туда я скорее всего была под заклинанием, значит, что и расспрашивать у картин, видели они меня или нет, не было никакого толку. Хотя они и в прошлый раз не помогли. Мистер Рудс и Элайджа лишь прочитали мне лекцию о том, как опасно бродить ночью одной по коридорам.       Моего исчезновения в комнате, слава всем богам, никто не заметил. Но зато, меня ждало очередное открытие, когда я стала переодеваться. В кармане толстовки я нашла уменьшенную мантию невидимку! Теперь понятно, как я шаталась по коридорам школы без палочки, вот только... оставалось надеяться, что это я каким-то образом умудрилась уменьшить ее без палочки, а не Малфой. Как-то не очень хотелось объяснять ему, откуда у меня этот магический артефакт. И вот, мысли снова вернулись к тому неизвестному, что произошло ночью. Я грузила себя, пытаясь восстановить цепочку воспоминаний, но все было тщетно. Так же, как и в ту ночь после Хэллоуина. Бесило, что у меня была уйма вопросов, на которые я никак не могла найти ответы. Черт бы все это побрал... Достало! Я решила, что мне была нужна помощь. И стоило лишь смириться с этим, как мысли в голове стали крутиться вокруг одного блондина. Было жутко стыдно, что Малфой нашел меня в таком паршивом состоянии. Но на первом же совместном уроке со Слизерином взгляд дольше позволенного задержался на двух парнях. Малфой стоял ко мне спиной и лицом к Забини, и они о чем-то тихо перешептывались. Когда Малфой отвлекся на что-то, Блейз поймал мой взгляд, и уголки его губ чуть приподнялись в лукавой улыбке, так чтобы никто больше не заметил. Смущение тут же накрыло с головой, когда в голове вспылили воспоминания недавнего утра.       Я вдруг нахмурилась и перевела взгляд на друзей, с ужасом понимая одну единственную вещь. Я не могу рассказать им про Малфоя. Про нас. Я боялась их реакции. А что, если я откроюсь им, и они отвернуться от меня? Они были моей семьей, а Малфой с самого первого курса портил им жизнь. Тем более, если взять во внимание ситуацию, происходящую в мире... Меня вряд ли поймут. Я в первый раз за все время искренне позавидовала Малфою от всей души. Он мог доверять Забини, и тот его за выбор не осуждал.              После занятий на кухне меня ждала неудача – Винни в эту ночь не было на кухне, а эльф по имени Орибаст меня не видел. Из чего следовал вывод, что я набухивалась прямиком из-под мантии невидимки... УЖАС ТО КАКОЙ!       – А может вообще это произошло не на кухне? Может я бухнула где-то еще, а потом просто пошла прогуляться, и Малфой подобрал меня на пути на кухню? – размышляла я, направляясь в сторону каменной горгульи. – Тфу, это звучит еще хуже...       Я настолько погрузилась в раздумья, что не сразу поняла, что уже несколько минут топталась напротив лестницы, ведущей в кабинет директора. И как-то мое стремление и желание идти к нему угасло.       – Что я ему скажу? Нет, это изначально была дерьмовая идея.       Я уже собиралась уйти, как меня остановил голос мужчины с картины:       – Дамблдор ждет тебя, девочка.       – Черт!       – Спасибо... – недовольно буркнула я и все же медленно прошла внутрь.       Альбус Дамблдор восседал за своим огромным письменным столом, покрытым бумагами и свитками. Услышав, как я вошла, он оторвал взгляд от свитков, и, взглянув на меня поверх очков, приветливо улыбнулся:       – А, Сара, здравствуй.       – Здравствуйте, директор. – немного неуверенно буркнула я, топчась на месте.       Заметив мое состояние, Дамблдор отложил свои бумажки и кивнул мне на мягкое кресло, в которое я тут же перебралась.       – Что привело тебя ко мне в таком смятении?       – Я... У меня небольшие проблемы, директор.       – Снова видения? – на этом вопросе я даже заметила, словно он немного оживился.       – Не совсем... – я затеребила пальцы от нервов. – Скорее даже нет.       Собравшись с мыслями и тщательно подбирая слова, чтобы не взболтнуть чего-нибудь лишнего, я рассказала ему о двух странных случаях, произошедших со мной. В недавней ситуации пришлось правда сказать, что я очнулась в небольшой хозяйственной комнатушке, коих в коридорах Хогвартса имелось достаточно. Директор слушал внимательно и не перебивал меня. А когда я закончила, он не спешил отвечать, видимо обдумывая мои слова. А я все это время чувствовала себя словно на иголках.       – Может, это какая-то форма трансгрессии? – все же не выдержала и начала размышлять я. – Хотя нет. Дела у меня с ней не очень...       – Возможно, это произошло из-за всплеска магии вместе с непроизвольной трансгрессией. – наконец задумчиво произнес директор, поглаживая свою длинную бороду.       – Который никто не почувствовал? – я нахмурилась. – Да и разве можно переместиться куда-то, не желая этого? Причем в Школе, на которой наложен запрет на трансгрессию...       – В мире магии бывает и такое, Сара. Страх или любая другая неимоверно яркая эмоция. Сильный внутренний импульс. – директор вдруг замолчал и, облокотившись руками на стол, серьезно взглянул на меня. – Вам в последнее время ничего такого не снилось? То, что могло вызвать такие эмоции.       – Нет. – ответ вырвался довольно быстро.       Единственное, что сейчас вызывали мои сны – раздражение. Но оно явно было не такое сильное, чтобы из-за него переместиться из собственной кровати хрен знает куда.       Но было не понятно удовлетворил ли директора мой ответ, ведь он все также и продолжал смотреть на меня, чуть склонив голову в бок. И от его взгляда, честно, было как-то не по себе. Словно его мудрый взгляд сканировал меня, пытался пробраться внутрь. И тут то я и вспомнила! Дамблдор ведь прекрасно умел влезать в чужие мысли! Я напряглась, ведь именно в тот момент, как я это вспомнила, в голове вдруг всплыли сцены сегодняшнего утра, которое я провела совсем не в своей комнате. Пришлось быстренько начать думать о чем-нибудь другом: занятия, Гарри, Гермиона, которая никак не отвадит от себя Кормака, прогулки с Полумной к фестралам. И все это время я не сводила взгляд с директора – пыталась понять, как много ему удалось увидеть. Но его выражение лица было непроницаемым. Оно даже за это время не поменялось. Ни один мускул не дрогнул!       – Может он не лез в голову? – вдруг пришла мысль, от которой я даже позволила себе немного расслабиться.       А ведь правда. Гарри говорил, что это ОЧЕНЬ неприятный процесс… И как-то мои ощущения никак нельзя было приравнять к этому «очень». Просто неприятно.       В итоге все закончилось тем… что директор мне ничем не помог. Он лишь сказал, если подобная ситуация еще раз повторится, сразу приходить к нему и не ждать утра. Конечно, ради приличия я согласилась, хотя выполнять это обещание определенно не собиралась.