Подкидыш

      Как только Кроули вернулся домой, он провел тщательную инспекцию помещений: как ангел и пообещал — растения цвели и пахли без вмешательства со стороны хозяина.       Даже воздух в квартире казался чище, а на мебели не нашлось и пылинки.       Удовлетворенный осмотром, Энтони счастливо улыбнулся. У него остался всего один день до начала трудовых будней: нужно хорошенечко к ним подготовиться.       Но все же, у него осталось еще одно незавершенное дело.       — Алло? — на том конце трубки прозвучал взволнованный голос.       — М-м-м… Здравствуй… Это я.       — Я знаю, дорогой. У меня определился твой номер.       — Я… я хотел сказать… Я желаю тебе и… в общем, вам… Счастливого нового года, рождества, и…       — Я понял, Энтони. Спасибо большое! Мне очень приятно слышать это! — улыбнулся Алан, — и тебя с праздниками!       — Я получил твой подарок… Спасибо…       — Тебе понравилось?       — Годовой абонемент в зоопарк. И стильный напульсник. Как мне могло не понравиться, — криво ухмыльнулся Энтони, — а я тебе ничего не подарил.       — Пустяки, дорогой! Это такая мелочь… — нахмурившись, отмахнулся Алан.       Воцарилась тишина. Оба мужчины не знали, как продолжить разговор.       — Может, как устроишься, дашь мне свой адрес? Я вышлю подарок по почте. Да еще надо будет что-то подобрать к помолвке…       — Энтони.       — Алан?       — Прости меня, пожалуйста… — судорожно сглатывая вновь подступившие слезы, прохрипел Алан.       — Пустяки. Я счастлив, если ты счастлив… — тяжело вздохнул Кроули, — ну так как на счет адреса?       — Кто я такой, чтобы отказываться от подарков! — наигранно воодушевился Алан и продиктовал адрес.       Еще минут десять они попытались продолжить разговор, но любая тема разбивалась о неловкое молчание.       — Передавай привет мистеру Феллу, пожалуйста, — попросил Алан, — и мои извинения, наверное… Я так и не поздравил его с праздниками, этот переезд… Совсем не осталось времени… — грустно ответил мужчина.       — Не волнуйся, я уверен, он не в обиде.       — Надеюсь! Не хочу его расстраивать! Он — ангел во плоти!       — Истинно! — в очередной раз ухмыльнулся мужчина, — ладно. Пока?       — До свидания, мой дорогой! Спокойной ночи!       Они повесили трубку. Энтони обернулся на окно. Действительно, уже стемнело. Спать еще рано, но…       Как же быстро зимой тебя настигает тьма. Ты даже не успеваешь понять, когда закончилось утро, а уже пора спать.       Немного подумав, Энтони решил принять ванну. А после, разморенный горячей водой, уснул, утонув в ворохе пушистой перины.       И пускай часы едва показывали семь часов, мужчина видел уже десятый сон.

***

      Как Энтони и опасался, времени на раскачку в новом году у него не осталось. Вставшие из-за его отсутствия проекты безотлагательно требовали пристального внимания.Снова приходилось работать с утра до ночи.       Кое-как дожевав китайскую лапшу и умывшись, Кроули рухнул в кровать, засыпая практически на ходу.       Вдруг, сквозь дрему он услышал звонок.       — Кроули слушает, какие у вас опять проблемы, дайте поспать! Все завтра… — даже не взглянув на имя абонента, пробурчал Энтони.       — Ох, дорогой… Прости пожалуйста… Я волновался! Прошло уже три дня, как мы виделись… Я немного переживал за тебя!       — Все норм, анге… — Кроули широко зевнул, не успев договорить слово.       — Пожалуй, тебе действительно пора лечь, — покачал головой ангел, — ох, я совсем забыл! Я хотел спросить: ты придешь в выходные?       — Не знаю, ангел. Завал такой, что я даже поесть нормально не успеваю… — расстроено отозвался мужчина.       — Ох… тогда… Приезжай завтра. Сразу после работы! Я придумаю, чем тебя накормить! А то знаю я тебя, что ты там ешь… — скривил носик Азирафаэль.       — Ладно… — немного пораскинув мозгами, Кроули решил, что он вполне не прочь для разнообразия поесть стряпню ангела, чем давиться странным на вкус фаст фудом.       — Буду ждать, дорогой. Приятных сновидений!       — Спаси-и-иб… — Энтони снова зевнул и отключил вызов.       Он удобнее устроился на кровати, до подбородка укрывшись одеялом, закрыл глаза и уснул.

***

      Следующий день оказался легче предыдущего. Кроули смог немного выдохнуть и уйти с работы не намного позже конца рабочего дня. Он даже успел заглянуть в булочную и купить Азирафаэлю сладостей.       — Ангел? — Кроули открыл дверь в магазин.       — Я на кухне, дорогой! Поднимайся! — позвал Азирафаэль.       Кроули поднялся в жилые комнаты и зашел на кухню. Там, во всю орудуя ложкой, порхал Азирафаэль.       Стол уже был накрыт на две персоны. Из духовки доносился чудесный аромат запеченной птицы, а на столе стояла прикрытая супница.       — Присаживайся, сейчас будем есть! — снимая фартук, солнечно улыбнулся ангел.       — Очень вкусно! — зажмурил глаза Энтони.       — Спасибо! — улыбнулся Азирафаэль, наблюдая за голодным Энтони, — а знаешь, пока ты не появился, я совсем не умел готовить…       — Зато сейчас у тебя получается превосходно!       Азирафаэль покраснел и смущенно отвел глаза, аккуратно поддевая вилкой очередной кусок птицы.       После ужина, Кроули лениво растёкся на диване, рассказывая ангелу о прошедших днях. Азирафаэль время от времени кивал, отпивая чай из своей любимой кружки, заедая его булочками.       — Ох, уже совсем поздно, ангел… Мне пора… — посмотрев на часы, удивился Кроули.        А казалось, что он пришел совсем недавно!       — Уже?.. Давай, я соберу тебе обед на завтра! — засуетился Азирафаэль.       — Слушай, да не надо…       — Надо! — отрезал Азирафаэль, вкладывая еду в контейнер.       Энтони лишь пожал плечами, принимая коробку. Когда мужчина выходил на улицу, Азирафаэль легонько поцеловал в щеку со словами «Береги себя!», от чего Кроули немного покраснел.       Отойдя от книжного, Энтони обернулся, но дверь уже закрылась, оставляя в воздухе тонкий перелив колокольчика.       Вечером следующего дня он обнаружил на кухне несколько тарелок с теплой едой и запиской:       

«Хоть я уверен, что твой обед был сытным, я подозреваю, что ты ничего не приготовил себе на ужин. Я взял себе за труд приготовить тебе еду. Она должна оставаться теплой (я надеюсь). Никогда не жаловал телепортацию предметов… Приятного аппетита, Энтони. И спокойной ночи!»

      Кроули благодарно улыбнулся и, усевшись за кухонным столом, набрал ангела. Стоило сказать тому «спасибо» за заботу.

***

      Просто удивительно, как за пару недель его жизнь вернулась в привычное русло. То, как было всего лишь год назад. До Алана.       Он работал, ухаживал за цветами, заканчивал бесконечный ремонт, несколько раз в неделю навещал ангела, а иногда проводя с ним все выходные.       От мужчины не укрылось, что ангел стал чаще его обнимать, иногда держал за руку или под руку, но для всех этих жестов всегда был благовидный предлог. Так что Энтони лишь удивлялся такой несвойственной Азирафаэлю тактильности, не предавая ей большое значение.       — Черт! Черт! Вот же блин…       Кроули оторвался от бумаг и посмотрел в сторону расстроившегося коллеги.       — Что случилось?       — У меня на сегодня билеты в «Глобус»! Хотел жену порадовать, она любит смотреть всякое старье, а сейчас позвонила –у нас трубу прорвало! Пока то, да се… Эх… — мужчина разочаровано вздохнул, — а я их за полгода брал, между прочим! Лучшие места… Интересно, их можно вернуть?..       — Я куплю их! — сам себе удивившись, сказал Кроули, — что за пьеса?       — «Ромео и Джульетта».       — Сколько? — улыбаясь и доставая бумажник, спросил Кроули.       «Ангелу понравится, он любит эту пьесу!»       — Двести фунтов*!       — СКОЛЬКО?! — Кроули округлил глаза, — ты издеваешься?!       — Вовсе нет! Это зимняя сцена! И я же говорю — лучшие места!       — Сто пятьдесят, — Энтони сверлил глазами на жадного коллегу.       — Сто восемьдесят.       — Сто тридцать.       — Сто пятьдесят, продано! — звонко хлопнул в ладоши мужчина.       — Диктуй номер карты. Неужто ты думаешь, что я ношу с собой столько налички?! — вздохнул Кроули, открывая приложение.       «Надеюсь, ангел будет свободен…»       — На, держи! Надеюсь, представление понравится твоему новому хахалю! — ухмыльнулся мужчина.       — Почему сразу «хахалю»? — скривился Кроули, забирая распечатки.       — Ну как же! Ты же у нас из этих…       — И?.. — все еще с кислой миной уточнил Энтони.       — Ну, тебе кто-то собирает обед. Ты не выглядишь депрессивным, хотя лишь месяц назад расстался с тем голубком из бухгалтерии. Значит — у тебя кто-то появился. Кто это, м?..       — Знаешь поговорку: от любопытства кошка сдохла!       — Ну и не больно то и интересно!

***

      — Ангел!       — Да, дорогой! Ты сегодня приедешь ко мне? Я думал сделать пасту… — задумчиво закусил губу Азирафаэль.       — Звучит замечательно! А после — мы поедем в «Глобус»!       — В «Глобус»? Ох, дорогой это так неожиданно… — ангел всплеснул руками, заставляя воду быстрее закипеть, — ты мог бы меня заранее предупредить…       — Я достал билеты буквально час назад… Ты не сможешь?..       «Черт-черт-черт! Над было сначала спросить!»       — Конечно смогу! — закатил глаза Азирафаэль и щелкнул пальцами.       Старый коллекционер, с которым у него была назначена на вечер встреча, забыл о ней, находясь в полной уверенности, что встреча завтра.       — Что за пьеса?       — «Ромео и Джульетта! Ангел, что у тебя там?! — услышав грохот, заволновался Энтони.       — Н-н-ничего. Так. Пустяки! Жду тебя!       — Буду через двадцать минут!       «Подуматься только, «Ромео и Джульетта»! — Азирафаэль все еще стоял, прижимая руку к груди. Вряд ли, конечно, это что-то значит, но…       — Боже мой, я почти готов поверить, что это часть Твоего Плана! — плюнув на все, Азирафаэль взмахом руки заставляет появиться на столе пасту из лучшего итальянского ресторана, не забыв пополнить его счет на необходимую сумму.

***

      Вечер прошёл нормально. Кроули не очень любит затянутые трехчасовые представления, но главное, что ангелу нравилось. Под конец он совсем заклевал носом, и Азирафаэль уложил его голову на плечо.       Досмотрев спектакль. Энтони вызвался отвезти ангела домой.       — Не зайдешь? — выйдя из машины, спросил Азирафаэль.       — Прости, ангел. Не в этот раз. Очень устал… — выбравшись из машины, широко зевнул Энтони, — завтра хочу съездить в строительный, докупить кое-что…       — Понятно… — разочаровано потупив взгляд, вздохнул Азирафаэль, — спасибо за вечер! Он был замечательный! — спустя мгновение Азирафаэль снова сиял своей яркой улыбкой и, сделав пару шагов к Кроули, невесомо поцеловал того в щеку, — спокойной ночи, дорогой! — прикрыв глаза, попрощался Азирафаэль.       — Спокойной ночи… — когда дверь в книжный закрылась, немного сконфуженно отреагировал Энтони.       Это было немного странно. Но ладно…       Мужчина завел мотор, а потом резко убрал ногу с газа.       Ему показалось, или сегодня вечером Азирафаэль снова принял форму его ровесника?       — Черт знает, что творится в голове у этих ангелов! ** — Энтон, наконец, тронулся с места и поспешил домой.       Господи, как же он хотел спать! ________________________________________________ *Чтобы вы понимали, почему Кроули возмутился ценой. https://www.tourister.ru/world/europe/united-kingdom/city/london/theatres/622 ** Для протокола: Змий тоже редко понимал, что творится в голове пернатых и в голове Азирафаэля в частности. Хотя, в отличие от Кроули, он когда-то и был ангелом. Может быть, все дело в том, что демон никогда не был правильным ангелом.       В любом случае, ни Кроули, ни Змий понятия не имели, что творится в очаровательной белобрысой макушке Ангела Восточных Врат. ________________________________________________

***

      Как-то незаметно подкрался февраль. Кроули чертыхался на чем свет стоит: день рождения Алана вот-вот наступит, а он так и не отправил ему подготовленные подарки. Взяв себя в руки и упаковав в коробку все заготовленные заранее подарки, он отправился на почту.       Держа в руках квитанцию, он еще не терял надежды, что подарки придут вовремя.       Конечно, они опоздали.       — Алан, привет! Поздравляю тебя с Днем рождения!       — Спасибо, дорогой!       — Тебе еще не приходила моя посылка?       — Ох, нет… — разочаровано отозвался мужчина, — а что там?       — Если расскажу, не будет сюрприз! — ухмыльнулся Кроули, — там подарки, что я задолжал на Рождество, помолвку и День рождения!       — Ох, это так мило! Только теперь ты еще должен мне подарки на свадьбу! — фыркнул Алан.       — Что?.. — переспросил Энтони.       На секунду между ними повисла неуютная тишина. Кроули пытался отогнать от себя удушливую горечь, стараясь найти в себе хотя бы крупицы радости за любимого. Получалось плохо. Очень плохо. Он с силой сжимал в руке трубку, чудом не превращая её в пластиковое месиво       — Прости, что не рассказал раньше. Это получилось спонтанно… На прошлой неделе мы просто пошли в мэрию и расписались… — виновато отозвался Алан.       — Ничего страшного, я понимаю, — попытался отозваться более веселым тоном Кроули.       — Дорогой.       — Да.       — Пожалуйста… Я люблю тебя. Не делай глупости.       — Я тоже люблю тебя, — Энтони положил трубку, до крови прокусывая нижнюю губу.       Спустя секунду он с силой бросил в стену телефон, от чего мелкие детальки разлетелись по всей комнате.       Алан тяжело вздохнул, глядя на сброшенный вызов.       «Ох, господи, Энтони. Пожалуйста, береги себя! — откладывая телефон на стол и обхватывая руками диванную подушку, взмолился Алан, — только не делай глупости!» — уткнувшись лбом в колени через подушку, молился мужчина.

***

      Город готовился ко Дню всех влюбленных. Нужно ли говорить, что всегда недолюбливающий этот праздник Кроули в этом году был мрачнее обычного. Он скрипел зубами на парочки, что сновали тут и там. От них негде было спрятаться: ни на работе, ни на улице… Даже в книжном, когда он в последний раз навещал Азирафаэля, ему встретилась по-идиотски улыбающаяся пара.       — Энтони, не будь таким хмурым! Это праздник любви и счастья. Ну же! — погладив его по щеке, вкрадчиво произнес Азирафаэль, — хочешь пирожное? Я сам испек!       Энтони кинул взгляд на лоснящиеся розовой глазурью сердечки и скривился.       — Ну вот… — потупился ангел.       Как, скажите, можно было не попробовать эту сахарную бомбу, когда ангел смотри так… так… А-а-а!       Он честно проглотил одно сердечко, удостоверился, что угрюмое личико прояснилось, и свалил из магазинчика, нагруженный десятком контейнеров с едой и выпечкой. Энтони не понял, как это вошло в привычку, но ангел всегда умудрялся снабдить его снедью, как бы он не упирался.       «Пернатый манипулятор!» — беззлобно ворчал Энтони, ковыряясь вилкой в приготовленном ангелом обеде.       Проследив взглядом очередную обнимающуюся парочку, Энтони понял: с него хватит!       Вечером того же дня, он нарядился в самый стильный свой костюм и поехал в клуб. Он не был уверен, кто привлекает его больше: мужчины или женщины. Так получилось, что он никогда не проверял.       Спустя пару часов и нескольких мокрых поцелуев с очаровательной блондинкой, Энтони понял: он все-таки гей.       Не его это: облизывать чужой рот, намазанный какой-то гадостью, вдыхать синтетический сладкий аромат… Эти звонкие стоны, от которых болит голова…       Следующей остановкой у Энтони оказался гей-бар. Здесь дела пошли повеселее. Может быть, потому, что в этом баре выпивка была позабористее.       Он смог взять пару телефонов. Потанцевал на танцполе…       А после оказался зажатым в углу, целуясь с каким-то мужчиной. К этому моменту Энтони уже так надрался, что плохо понимал: кто он и что творит. Но когда чужая рука расстегнула его ширинку и залезла в трусы… Все похмелье будто рукой сняло.       Кое-как отделавшись от случайного любовника, Энтони выскочил на улицу.       «Что же я творю!» — осознав, каких делов только что не наделал, дрожащими руками Кроули завел машину.       На ум пришел Майлз, и его первый поцелуй. Мужчина до боли сжал зубы. Тридцать лет прошло, а он все еще повторяет свои прежние ошибки!       «Только бы ангел не прознал!» — Энтони и сам не смог бы объяснить, почему это важно.       Он закрыл глаза и прислушался. Он не почувствовал никаких теплых вибраций в воздухе или странного запаха, которое могло означать незримое присутствие Воина Господнего.       Энтони немного успокоился и вырулил на шоссе.       В это время ни о чем не подозревающий ангел занимался переводом застольных частушек с древнеарамейского на древнегреческий забавы ради. И даже не представлял, что буквально этим вечером все его старания сблизиться с Кроули чуть не пошли прахом.

***

      Четырнадцатое февраля прошло. Надвигался очередной «праздник». Годовщина знакомства с Аланом. Кроули не знал, как относится к этой дате, когда памятное число замаячило на календаре.       Но когда вечером ему позвонил Алан и радостно поздравил с этим событием, Энтони смягчился. Все-таки он предпочел бы, чтобы Алан появился в его жизни, чем если бы его не было.       — Спасибо, Алан! Я тоже счастлив, что познакомился с тобой! — ухмыльнулся Энтони.       — Еще бы! Ведь я такой душка! — на это заявление Кроули лишь тепло рассмеялся.

***

      Кроули смотрел на свою квартиру и украдкой стирал слезы. Это произошло.       РЕМОНТ ЗАКОНЧИЛСЯ!       Он не мог в это поверить! Он потратил столько времени, сил и средств…       Ремонт окончен, до выкупа квартиры оставалось чуть меньше половины. Кроули был ужасно счастлив! А счастьем принято делиться, чтобы его стало в два раза больше!       — Ангел, приезжай ко мне! — схватит трубку, громко позвал Кроули.       — Дорогой?.. Что?..       — Приезжай немедленно! — взволнованно повторил Кроули.       Вдруг воздух в помещении запульсировал, и посреди комнаты появился воинственно настроенный Азирафаэль.       — Ой… — только и смог вымолвить, хлопая глазами, Энтони, уставившись на грозно смотрящего вокруг ангела.       — Ох… — поняв, что никакой опасности нет, Азирафаэль снов принял свой обычный вид (теперь это был вид тридцатилетнего юноши, и Энтони все никак не мог к нему привыкнуть), став будто в два раза меньше, — я думал, что-то случилось… — виновато улыбнулся ангел.       — Эм… нет… То есть — да! — встряхнув головой закивал мужчина, — я закончил ремонт!       — Да не уж то! — всплеснул руками Азирафаэль — можно посмотреть?!       — Да!       Он взял ангела за руку и потащил осматривать помещения. Азирафаэль радостно восклицал и охал, осматривая его новую обитель. От Энтони не укрылось, как наставник незаметно посылал благословение на его мебель и утварь. Он был совсем не против.       — Ах, какая красота! — зайдя в оранжерею натурально запищал ангел.       Он подошел к растениям, что-то им нашептывая. Энтони был готов поклясться, что зеленые негодники потянули к ангелу свои веточки и листики, впитывая его благодать.       — Ты их разбалуешь! — надулся Энтони, сложив руки на груди.       — Вовсе нет, мой дорогой! Они такие хорошие… Такие милые… — Азирафаэль поцеловал несколько листьев, что вытянулись около его лица.       — Ты прям Белоснежка какая… Только вместо птичек — растения, — прикрыв ладонью лицо, усмехнулся Энтони.       — М?.. — удивлено обернулся на него ангел, — не припомню такого у Братьев…       — Не заморачивайся, — махнул рукой Энтони, — пойдем дальше? — ангел согласно закивал головой.       Следующей на очереди была кухня. У ангела разбежались глаза от количества разных новомодных штучек. Он с недоверием дотронулся до кофемашины, от чего аппарат рассеянно чихнул, заставив ангела подпрыгнуть от неожиданности.       Энтони как мог давил в себе смех, когда продемонстрировал ангелу специальную блинницу. Азирафаэль смотрел на неё с истинным благоговением и держал в руке так, будто это был по меньшей мере пламенный меч.       Когда они зашли в ванную — уши Азирафаэля начали краснеть. Ванная комната была достаточно большой. А ванна… Точнее, небольшой белый бассейн в море голубой кафельной плитки.       — А здесь что?.. — нажав на очередную дверную ручку, полюбопытствовал ангел, — Оу… — теперь не только уши, все лицо Азирафаэля запылало как светофор.       — Ангел, не над… Ох… Да. Это моя спальня… — сконфужено потирая затылок, произнес Энтони.       Ангел зашел в комнату и огляделся.       Комната была небольшой. Почти все пространство занимала кровать. Нет — Кровать. С большой буквы. Ангелу пришла в голову мысль: а сможет ли он расправить на этом монстре крылья?..       Ангел подошел к окну: из него открывался прекрасный вид на город. Своим ангельским взором он без труда нашел крышу книжного.       Пока ангел рефлексировал у окна, Энтони судорожно собирал разбросанную по комнате одежду и запихивал её в шкаф.       — Не стоило так утруждаться, дорогой! — засмеялся в кулак ангел, наблюдая, как тщетно Энтони пытается закрыть набитый битком шкаф.       Кроули лишь залился краской, отступая от дверц. Те счастливо распахнулись, извергая наружу весь запиханный хлам.       — Энтони — Энтони! — покачал головой Азирафаэль и щелкнул пальцами, проходя мимо мужчины.       Вся одежда подобралась, разгладилась и ровными стопочками сложилась на полки.       — Показушник! — сложив руки на груди, фыркнул Кроули.       После они сидели на кухне. Энтони жарил на блиннице блины, срывая бесконечные аплодисменты и счастливый смех ангела на каждый удавшийся круглый блин.       Они пили красное вино и обсуждали интерьер. Энтони рассказывал, что бы ему еще хотелось добавить, а ангел внимательно слушал.       Около десяти ангел засобирался домой. Кроули пытался его остановить, но ангел был неумолим. Уже в дверях, Азирафаэль потянулся по-своему обыкновению обнять мужчину на прощание. Кроули не сопротивлялся. Только вот ноги ангела держали плохо и вместо того, чтобы чмокнуть воспитанника в щеку, он угодил ему прямо в губы.       Глаза Энтони округлились как блюдца. Он аккуратно помог наставнику принять вертикальное положение, делая вид, что ничего особенного не случилось.       Когда дверь за Азирафаэлем закрылась, Кроули глубоко вздохнул и выругался: «Черт!»       Он вернулся на кухню и принялся мыть испачканную посуду, ощущая на губах вкус земляничного варенья, которого даже не ел.       Когда Азирафаэль вышел на улицу, он увидел, что над городом уже взошла Луна. Расстроено пиная камушки, он пошел домой.       «Черт! Опять у меня ничего не вышло! Он снова был пьян!» — сокрушался Азирафаэль.       Но с другой стороны, идея притвориться пьяным, чтобы украсть очередной поцелуй не казалась ангелу такой уж плохой. Он ведь не врал Кроули. Тот сам подумал, что он навеселе.       Кивнув своим мыслям, ангел щелчком пальцев открыл дверь в книжный.

***

      — О, да… — жадно сверкая глазами, Алан прижимал к груди заветную коробку.       И пускай почтовая служба доставки задержала её на непозволительно долгий срок, мужчина был весь в предвкушении!       Архитектор, увидев маниакальный взгляд супруга, решил того лишний раз не дергать. Все-таки тот ждал этой посылки больше месяца. Конечно, мужчина жутко ревновал Алана к Кроули, но поставить вопрос об их общении ребром — боялся.       Алан разложился в своем собственном небольшом кабинете (такой роскоши у него никогда не было, даже на работе он делил кабинет с тремя коллегами) и, достав нож для резки бумаги, стал вскрывать коробку.       Он с умилением перебирал мелкие сувениры и крупные предметы, пока не достал до дна.       Архитектор подскочил на месте, а в следующую секунду побежал к кабинету супруга, услышав протяжный оглушительный визг.       — Что случилось?!       — А-а-а! — не прекращал кричать практически на ультразвуке Алан. Он прыгал по маленькой комнате прижимая к груди какую-то книгу. — А-а-а! — он разомкнул руки и крепко обнял мужа, даря тому страстный поцелуй.       — Что случилось? — с нежностью перебирая чужие волосы, спросил Архитектор.       — Смотри! Это «Гордость и предубеждение»! С автографом! — отстраняясь от мужчины, Алан открыл форзац.       — Ох, это, наверное, редкий экземпляр…       — Еще бы! Ох, мистер Фелл! Вы так добры! — качая книгу как дитя, мурлыкал Алан.       — Что же, твой бывший парень угодил тебе? — скрывая раздражение, сложил руки на груди мужчина.       — Не дуйся, дорогой, — покачал головой Алан, — и не называй его так. Хоть мы и расстались — мы все еще хорошие друзья. И только! — чмокнув нахмуренный нос мужчины, кокетливо улыбнулся Алан, — пойду позвоню мистеру Феллу, поблагодарю за книгу!       К сожалению, дозвониться Азирафаэлю Алан не смог — тот так глубоко ушел в переводы, что совсем не слышал звонка.       Немного огорчившись, он набрал Кроули, чтобы поблагодарить за его подарки и передать привет его отцу.       — Не волнуйся, Алан. Я передам ангелу… Азирафаэлю твои благодарности и спрошу, когда он будет свободен, чтобы ты перезвонил. Он, наверняка, опять с головой ушел в свои книги.       — Я буду тебе очень благодарен, дорогой! Спасибо!       — Пока! — услышав гудки, Энтони повесил трубку.       «Надо бы навестить ангела. Я не видел его с того вечера…» — обдумав это, Энтони согласно кивнул. Он навестит ангела сегодня же.       По своему обыкновению, завернув по пути в кондитерскую, Кроули подъехал к книжному. Он зашел внутрь. Удостоверившись, что внутри нет покупателей, Энтони закрыл дверь на ключ.       — Ангел! Ангел, где ты? — осмотрев первый этаж, Кроули поднялся на второй.       Ангел обнаружился на втором этаже, лежащим на кровати с пухлым томиком в руке. В другой его ладони был зажат бокал с вином.       Энтони встал в дверях и лишь покачал головой: и как такого гедониста еще на Небесах держат?       — Ангел!       Азирафаэль невольно вздрогнул и повернулся к двери.       — Энтони! — ангел радостно улыбнулся, буквально засветившись.       — Что же ты магазин не закрыл, раз решил отдохнуть? — кивнув на бокал, спросил человек.       — О, я закрыл! Я просто навел чары на дверь, чтобы они тебя впускали! — откладывая книгу и бокал, встал с кровати Азирафаэль, — что-то случилось?       — Нет. Просто подумал, что я давно не заглядывал. А тут Алан посылку получил — я чуть не оглох от его визга. Ему очень понравилась твоя книга. А еще — он не смог дозвониться до тебя! Признавайся, чем ты занимался весь день?       — Ну… я… — глаза ангела забегали по комнате.       Ему не очень хотелось признаваться Кроули, что он всесторонне изучает тонкости плотских человеческих утех. Поэтому сегодня потратил весь день в изучении в аптеках всевозможных придуманных средств, делающих процесс безболезненным. И чем их не устраивал старый-добрый вазелин?       — Гулял, — нашелся Ангел.       — Я-я-сно… — недоверчиво окинув наставника взглядом, кивнул Кроули.       — Ты голоден? Будешь ужинать? — решил свернуть с неудобной темы ангел.       — Как волк. Что на ужин?       Азирафаэль улыбнулся и уплыл по коридору в сторону кухни, увлекая за собой урчащего животом Кроули.

***

      — Как всегда — божественно вкусно, Азирафаэль! — отдавая ангелу тарелку, поблагодарил Энтони.       — Ты мне льстишь, дорогой! — вяло отмахнулся от похвалы Азирафаэль.       Он любил, когда его хвалили.       — Я опять у тебя засиделся… — взглянув на часы, вздохнул Энтони.       — Что же, я собрал тебе обед на работу! — в руках ангела уже был сверток с контейнерами.       — Ты меня балуешь, Азирафаэль. Я ведь уже не маленький! — покачал головой Энтони, принимая пакет.       — Глупости! Мне нравится ухаживать за тобой! — негодующе покачал пальцем Азирафаэль.       — Не то чтобы я был против… — усмехнулся Энтони, — ладно, пока, ангел.       — Счастливо, дорогой! — Азирафаэль подошел к мужчине вплотную и, немного пристав на носочки, поцеловал того в щеку. Ну, почти. Уголок губ — ведь тоже щека?       — Эм… — Кроули покраснел и поспешил отвернуться от отошедшего от него ангела.       Он сделал пару шагов к двери, как в его мозгу что-то щелкнуло. Он замер.       — Дорогой?..       Это странное изменение внешности, постоянный «прикорм», объятия, поцелуи с поводом и без, Азирафаэль, что…       — Ангел, ты что — подкатываешь ко мне? — Кроули резко развернулся, от чего пакет в его руке сделал широкую дугу, опрокинув подставку для зонтиков.       Азирафаэль вздрогнул от громкого звука и принялся нервно перебирать края жилетки.       — Понятия не имею, о чем ты…       — Ангел… — Энтони сощурил глаза, вынуждая Азирафаэля смотреть куда угодно, но не на себя.       — Если это слово означает «проявлять любовный интерес», то да, это так, — наконец, собравшись, Азирафаэль нашел силы твердо посмотреть в глаза воспитаннику.       — Да ты, наверное, шутишь! — откидывая пакет куда-то далеко в зал, заорал Кроули, — и с чего это у тебя такой интерес?!       — Я не… Я не шучу! — в тон ему ответил Азирафаэль, — зачем бы мне шутить такими вещами?!       — О, наверное, затем, что ты кучу раз отвергал меня?! Когда ты прозрел?!       — Я не… Вообще-то, я начал «подкатывать» к тебе, — передразнил манеру Энтони говорить и передёргивая плечами, — сразу после Армагеддона! Так что это ты был слеп! — Азирафаэль почувствовал, что его тоже заносит.       Но зачем Энтони смотрит на него так гневно! Разве это не то, чего они оба хотят?!       Кроули на секунду завис. Когда это ангел за ним «ухаживал»?..       — Это ты о тех редких хлопках по плечу?! — наконец, догадался Энтони, — и как, я интересно, должен был догадаться, что это что-то особенное!       — … а потом у тебя появился Алан! — наморщив носик, не слыша воспитанника, продолжил Ангел, — а теперь, когда вы расстались, я подумал… Я подумал…       — О, ты решил воспользоваться шансом, — холодно закончил Кроули.       — Да! Что в этом плохого?! Мы же любим друг друга! — делая шаг навстречу возлюбленному, спросил Азирафаэль.       — Дай подумать… Ты натравил на моего парня демона, чтобы он разлучил нас, а теперь спрашиваешь, что в этом такого?!       — Я не натравлял Змия, клянусь! — Азирафаэль прижал ладони к груди.       Он чувствовал, как в его глазах собираются слезы. Видит Бог, он представлял себе этот разговор совсем не так!       — Знаешь Азирафаэль, я тебе не верю, — зло выплюнул Энтони, — прощай.       Громко хлопнув дверью, Кроули вышел на улицу.       Азирафаэль стоял как громом пораженный. Когда на всю улицу завизжали шины Бентли, он, опомнившись, кинулся к дверям.       — Энтони, пожалуйста, подожди… Ох, дорогой мой, любимый… — так и не открыв дверь, Азирафаэль осел на пол, царапая дверь ногтями, — я опять все испортил…

***

      Прошла неделя с того дня, как он разругался с ангелом. Он все еще был зол на него, хотя вряд ли смог бы сформулировать: за что.       За то, что ангел опять манипулировал им? За то, что опять взялся играть его чувствами? За его эгоистичность?       Кроули вздохнул и потер переносицу.       Азирафаэль всегда был таким: эгоистичным и заносчивым ублюдком. И вряд ли это когда-нибудь изменится. Да Энтони бы и не хотел. Эти черты в ангеле он тоже любит.       В дверь коротко позвонили. Потом еще и еще. Звук стал настойчивым и каким-то истеричным. Будто у дверных звонков бывают истерики.       Кроли нехотя поднялся с дивана и пошел открывать дверь.       На пороге стоял Азирафаэль.       Энтони сделал шаг в сторону, пропуская ангела внутрь.       — Что ты хотел, Азирафаэль?.. — закрыв дверь, устало спросил Кроули.       — Поговорить, — негромко произнес ангел.       — Ну так говори… — Энтони пожал плечами и побрел в гостиную.       Ангел последовал за ним.       — Энтони. Я хотел извиниться… Наверное, ты в чем-то был прав в прошлый раз… Я действительно столько раз тебя отталкивал… ты вправе злиться и не доверять мне…       Кроули кивнул на стул, но Азирафаэль мелко замотал головой, отказываясь.       Энтони внимательно смотрел на своего гостя: Азирафаэль был бледен, весь осунулся. Под глазами были синие круги, а глаза поблекли. Даже вечно стоящие торчком кудряшки приняли поникший вид. Некогда ухоженные пальцы были обкусаны и перебирали край замусоленного жилета. Именно эта небольшая черта поразила мужчину глубже всего. Смотреть на такого ангела было физически больно.       — … ты хотел знать, как давно я люблю тебя… — продолжил Азирафаэль, — буду честным, я не знаю, когда я действительно перешел черту родительской любви… Но когда ты уехал в университет… Вскоре я понял, что не мыслю себя без тебя, — Азирафаэль поднял глаза на воспитанника, — глупо отрицать, что ужасные, крамольные мысли посещали меня и раньше, но я гнал их прочь. Ведь это невозможно и неправильно!       — И что же изменилось? — закатил глаза Кроули, отходя к окну.       — Я боялся потерять тебя! — Азирафаэль прикусил губу, как же тяжело выставлять на свет собственные страхи и совершенные ошибки! — Ты — смертный! Пока я разбирался в себе, тебе уже стукнуло тридцать! Не успел бы я и глазом моргнуть — и стоял бы у твоей могилы! — сжав кулак, горько выкрикнул Азирафаэль.       Кроули вздрогнул, но не повернулся. Эти слова причиняли боль, будто вогнанный тупой нож в межреберье.       — Разве несколько счастливых лет не лучше полностью упущенной возможности?.. — глухо спросил Кроули.       — Да, теперь я понимаю! — глотая слезы, отозвался Азирафаэль, — когда настал Армагеддон, я думал лишь о том, чтобы спасти этот мир. Спасти тебя. Спасти этот мир для тебя! — делая несмелый шаг к сгорбленной спине, выдохнул Азирафаэль, — тогда я решил, что попробую ответить на твои чувства. Но я все еще не был уверен… А потом, у меня случился разговор с Адамом…       — Ясно. Антихрист пообещал тебе, что продлит мне жизнь, чтобы у тебя было больше времени буксовать?       — В целом, да… — горько ухмыльнулся сквозь слезы Азирафаэль, — я пытался сблизиться с тобою, как мог. Как оказалось, этого было недостаточно… — прикрыв глаза и сглотнув горький ком, Азирафаэль продолжил, — потом появился Алан. Ты был так счастлив, что я посчитал лучшим отступить. Господи, если бы ты знал, как это было тяжело! Моя уязвленная гордость, самодовольство… Я ведь думал, что ты будешь рядом всегда… — снова закрыв лицо руками, продолжил Азирафаэль, — будто я имею право на тебя. Осознание того, что я не успел, чуть не убило меня. Я был таким эгоистом… У меня начали выпадать перья, я чуть не разнес дом Змия, когда у меня случилась такая глупая, собственническая истерика. Я действительно думал над тем, чтобы развоплотиться, исчезнуть или взять самоотвод на Небеса.       — Ангел? — Кроули повернулся, неверяще уставившись на Азирафаэля.       — Но потом… Я подумал, что может быть: так лучше? Я получил то, что хотел: ты стал независимым. Твой избранник любил тебя. Не так сильно, как я. Но все же — для людей этого было достаточно. И я решил отступить. Порвать все связи, чтобы ты забыл обо мне. И смог полностью сосредоточиться на Алане.       Азирафаэль опустил голову, перебирая рукава плаща.       — Я клянусь, я не знал, что Змий что-то затеял. Если бы я знал — я бы остановил его. Прости меня, пожалуйста. Знаю, я принес тебе много боли. Наверное, просить о взаимности было бы глупо, хотя я знаю, ты еще испытываешь ко мне теплые чувства. Но я прошу тебя о том, в чем сам отказал тебе… — Азирафаэль, наконец, поднял глаза, — не покидай меня. Я буду тебе другом, приятелем, отцом, кем захочешь. Захочешь — я никогда не попрошу тебя о большем. Только не… не… — голос не слушался ангела. Горькие слезы взяли над ним верх, заставляя руку подняться к груди, помогая унять рыдания.       — Азирафаэль, перестань… — Энтони подошел к ангелу, устраивая его на своем плече.       — Прости мня, Энтони! Я такой идиот!       — Ты — самодовольная, эгоистичная, слепая, высокомерная сволочь.       — Энтони… — ангел сильнее вцепился в полы чужого пиджака, трясясь в рыданиях.       — Но куда я от тебя денусь, — перебирая бледные кудряшки, спросил мужчина.       — Кроули? — Азирафаэль неверяще поднял слезящиеся глаза на воспитанника.       Энтони криво ухмыльнулся, наблюдая, как вздрагивает от накатившей икоты ангел, с ожиданием смотря в его лицо.       — Ну, когда я тогда сказал «прощай», я не имел в виду, что ухожу навсегда… Мне просто нужно было побыть одному.       — Оу… — Азирафаэль залился румянцем, хотя его лицо и так было порядком покрасневшим.       — Но я рад, что ты все рассказал. И мы все выяснили.       Азирафаэль согласно закивал, снова укладываясь на мокрое плечо.       — Но, прости меня, Азирафаэль. К большему я пока не готов. Может быть, теперь моя очередь совершать ошибки. Но я не… Не теперь. Прошло так мало времени после разрыва с Аланом… И мне нужно обдумать все, что ты сказал… К сожалению, я пока не готов принять твои чувства. Сейчас ты говоришь, что любишь меня, через неделю — что мы не можем быть вместе. Если снова обманешь меня — боюсь, снова такой удар я не выдержу.       — Я… я понимаю, дорогой. Я не буду тебя торопить, — отстраняясь, Азирафаэль утер лицо рукавом.       Кроули с грустью смотрел на опухшее красное лицо с отекшими глазами. Хотел бы он, чтобы у него был другой ответ. Но он действительно пока не готов.

***

      После памятного разговора прошел месяц. Кроули изредка появлялся в книжном, навещая ангела. Они ужинали, говорили о всяких мелочах, аккуратно избегая скользких тем.       Кроули не нравилось, что их беседы с Азирафаэлем потеряли былую легкость и непринуждённость. Он замечал, как ангел то и дело, одергивал свои руки, если они оказывались слишком близко к Энтони. Замечал взгляды, брошенные украдкой, когда ангел думал, что его не замечают.       «Господи, что же я делаю? Не дурак ли я?..» — прощаясь с ангелом в очередной раз, Кроули наблюдал, как Азирафаэль жмется у порога, теребя жилет, борясь с привычкой обнять на прощание и благословить на следующую неделю.       — Что же, желаю тебе спокойной ночи и… Кроули? — Азирафаэль удивленно посмотрел на мужчину, что в два шага приблизился к нему вплотную.       «К Черту все!»       — Я очень надеюсь, что ты меня не обманываешь. Я не вынесу еще одного предательства с твоей стороны, — хмуро поглядев на наставника, произнёс Энтони.       — Никогда, — хлопнув глазами, опустив руки с жилета, серьёзно кивнул ангел.       Кроули приблизился к его лицу, и их губы соприкоснулись. Азирафаэль неуверенно положил ладони на чужие плечи, а после, решительно потянул мужчину на себя, зарываясь пальцами в волосы.       Кроули обвил его поясницу, вынуждая встать ближе к себе, еще ближе.       Азирафаэль хотел бы, чтобы этот поцелуй длился вечно. Но человеку нужен кислород, и спустя какое-то время, Энтони отстранился.       — Спокойной ночи, ангел.       — Спокойной ночи, мой дорогой мальчик… — облизывая припухшие губы, отозвался Азирафаэль.       — И еще, ангел… — поворачиваясь у порога, назидательно поднял палец Энтони.       — Да?       — Если мы с тобой пара, то перестань называть меня «мальчиком». Ты теперь мне не опекун, а партнер.       — Я понимаю. Я согласен, — счастливо улыбнувшись, кивнул Азирафаэль, — до встречи!       — До свидания, — коварно ухмыльнувшись, заставив Азирафаэля покраснеть, игриво кинул Энтони.       Все еще красный от счастья и смущения, Азирафаэль закрыл дверь за возлюбленным.       «Господи Боже, как же я счастлив!» — обхватив себя поперёк груди думал Азирафаэль, опираясь спиной о дверь.

***

      — Привет, дорогой! Как дела?       — Да, нормально. Недавно помирился с Азирафаэлем, так что все хорошо.       — …       — Алан?..       — КАК?! КАК ты умудряешься ругаться с этим святым человеком, Энтони Дж. Кроули?!       Энтони лишь пожал плечами, Алан, будто почувствовав это движение, лишь тяжело вздохнул.       — Он передавал тебе «привет». Он рад, что тебе понравился подарок.       — Надо еще раз попробовать ему позвонить.       — Попробуй. Я думаю, через часик-два, он освободиться.       — Так и сделаю! Пока!       — Пока!       Энтони сбросил вызов и поудобнее устроился на коленях ангела.       — Очень мило было с твоей стороны дать мне пару часов, чтобы дочитать эту книгу, — весело посмотрел на возлюбленного поверх очков Азирафаэль.       — Не обольщайся. Просто я не собираюсь слезать с твоих колен еще пару часиков. Я устал!       — Тогда отдыхай и не ерзай! Я не могу сосредоточиться!       Кроули лишь хмыкнул, уткнувшись носом в теплый бок. Он еле сдерживался, чтобы не замурчать, когда теплые пальцы вновь зарылись в волосы, перебирая отросшие прядки.

***

      Весна, наконец, вступила в свои права. Азирафаэль и Кроули все чаще стали выбираться в парк кормить уток.       Кроули находил особое очарование в том, как Азирафаэль грел его вечно холодную ладонь в своих руках, а еще, иногда, невзначай, приближался к нему так близко-близко, укладывая белокурую голову на плечо. Энтони был уверен, что ангел слышал бешеный стук его сердца даже через слой одежды. Такой оглушительный. Такой счастливый. В такие моменты он сам не мог удержаться и оставлял на кудрявой макушке невесомый поцелуй, от чего Азирафаэль незаметно, но все же, начинал светиться.       Азирафаэлю нравились такие прогулки. И вообще. Ему нравилось находиться рядом с Энтони в их новом статусе. Они продолжали жить порознь, хоть Энтони довольно часто наведывался в книжный. Иногда они даже засыпали в обнимку в спальне ангела. Конечно, засыпал Энтони, а Азирафаэль охранял его сон, во все глаза наблюдая за своим человеком.       В конце концов, он устал прятать свои множественные глаза, позволяя им проявляться на своих крыльях. Пусть и скрытые в эфире, они с той же теплотой наблюдали за спящим Энтони.       А вскоре, Азирафаэль вообще перестал совсем убирать их. Ему хотелось смотреть на Энтони как можно чаще, как можно больше! Он не хотел упустить из виду ни одно из мелькнувших на его лице выражений. Ни одного незначительного жеста. Он впитывал Энтони в себя, как губка. И ему было недостаточно.       Часто Энтони чувствовал на себе пристальный взгляд. В такие моменты он старался незаметно оглядываться по сторонам, но никого не замечал.       Он думал, что это просто паранойя от усталости, или еще что. Но вскоре, он уже ничего не мог поделать. Пристальный взгляд начал его преследовать не только на улице, но и в самом безопасном месте — книжном Азирафаэля!       — Азирафаэль, послушай… А к тебе не приходило начальство?       — Нет, я их не видел с Армагеддона. Гавриил шлет иногда задания или инструкции, но на Землю не спускается. К чему такой вопрос? — ангел подобрался и взволновано посмотрел на мужчину.       — Просто меня постоянно преследует чувство, что за мной кто-то наблюдает! Особенно, когда ты рядом! Даже здесь! — Кроули невольно поёжился и еще раз огляделся по сторонам, — может, это конечно паранойя, но…       — Ох… — Азирафаэль растеряно захлопал глазами и невольно покраснел.       «Что же, мои дорогие, придется вам снова побыть невидимыми. Мы напугали Энтони» — мысленно извинившись перед своими глазами, Азирафаэль вернул их в оболочку.       — Не волнуйся, Энтони. Я попробую понять в чем дело. В любом случае, я могу тебе гарантировать — здесь ты в полной безопасности, — приглашающе похлопав по месту рядом с собой на диване, улыбнулся ангел.       — Угу… — все еще обхватывая себя руками, кивнул мужчина.       Он присел на выделенное место, укладываясь ангелу на плечо. Сильная рука обхватила его за пояс, притягивая ближе. Кроули прикрыл глаза, ощущая, как над ним закрывается теплый энергетический кокон. Хоть он и не видел, он прекрасно знал, что это ангел расправил над ним свои крылья. Энтони облегченно вздохнул и провалился в сон. Здесь им ничего не может угрожать, как ангел и говорил.

***

      Время текло незаметно, проносясь мимо на скорости дьявольской машины Змия. Вот наступили очередные пасхальные каникулы, и крестники странной парочки не преминули заглянуть на порог.       Адам сразу понял изменения между этими двумя, хотя крестные старались вести себя как обычно, а Азирафаэль вернул себе более «старческий» вид.       Варлок же сильно не вникал в хитросплетения личной жизни крестного. Он знал, что бывший парень няни свалил куда-то в туман, от чего презирал его всей душой.       Честно.       Кто может отказаться от Кроули? Только полный дурак.       Уплетая сготовленные ангелом кексы и крашеные яйца, мальчики наперебой рассказывали об учебе.       Адам, с головой ушедший в теологию, пытал Азирафаэля по поводу различных толкований божественных писаний, пытаясь с наскока постичь Истину.       Варлок же, импульсивно размахивая руками, рассказывал Кроули о хитросплетениях британского и союзного законодательства, которые даже внутри друг друга не всегда согласованы.       — Это так круто! Но иногда мне кажется, что юриспруденцию придумали в Аду! — откусывая шоколадному зайцу голову, заключил Варлок.       — Я даже могу подсказать имя демона, придумавшего её… — ухмыльнулся Азирафаэль.       На это замечание Энтони лишь забавно хрюкнул, а Адам заливисто рассмеялся.       Варлок же лишь пожал плечами. Что поделать — они всегда были странными.       Когда мальчики собрались домой, Адам, вымахавший уже на полторы головы выше своих крестных, подошел к ним и со всей силы обнял.       — Я так рад за вас! — тихо, но, чтобы они оба услышали, прошептал Адам и чмокнул мужчин в щеки, — постарайтесь снова все не испортить! — нахмурился Антихрист, строго взглянув на ангела.       Азирафаэль лишь рассеяно пожал плечами, а Кроули тепло обнял ангела за плечи, показывая, что они постараются.

***

      Азирафаэль снова и снова оправлял края жилета, меряя шагами комнату. День рождения Кроули наступит со дня на день. Точнее, день, которые они по привычке определили его Днем рождения… Но не важно.       В выходные Энтони останется в книжном. Но это будут… это должны быть особенные выходные.       Азирафаэль размышлял: что подарить возлюбленному?       Малодушно, он даже думал спросить у Змия, но тот, то ли назло, то ли по счастью, в Британии не показывался. Лишь пару раз прислал весточку, что ошивается где-то в Азии.       Азирафаэль по сотому кругу перебирал уже приходившие в его голову идеи.       — Господи, но это ведь все не то! — приложив ладонь к разгоряченному лбу, вздохнул ангел.       Прохладный метал его золотого кольца приятно скользил во полыхающей щеке.       — А что, если…- задумчиво разглядывая ладонь, подумал Азирафаэль, — а почему бы и нет? Но, пожалуй, нужно купить еще что-нибудь для страховки.       Может, новый ремень?.. Точно! Кожаный!

***

      — Ангел, у меня ощущение, что у тебя какие-то коварные планы на мой счет! — со вздохом откидываясь на спинку стула, усмехнулся Кроули.       — О чем ты, дорогой? — напрягся Азирафаэль.       — Ты кормишь меня, будто на убой!       — Прошу заметить, что насильно я в тебя еду не заталкиваю! — фыркнул Азирафаэль.       — Но это все так вкусно! — беспомощно указал на стол Энтони,       — В любом случае, дорогой, я надеюсь, у тебя еще осталось место для торта, — коварно ухмыльнувшись, поднялся ангел из-за стола.       — О, Боже! Спаси меня от Своего Воина!       — А ну-ка, цыц! Лучше задувай свечки!

***

      — Ты не знаешь, где Змий? — чувствуя себя колобком, Кроули устроился на диване, в обнимку с ангелом.       — Где-то в Азии. А что?       — Тогда это объясняет, зачем он прислал мне на День рождения самурайский меч! Я целый час потерял на таможне на главпочтамте, пытаясь объяснить, что я не заказывал холодное оружие.       — А что с мечом?       — Да отдали мне его. Но все равно были крайне подозрительны… Думаю воткнуть его рядом с катаной. Пальма опять начала чахнуть.       — Дорогой! — усмехнулся Азирафаэль, поцеловав наморщенный лоб.       — Мальчишки прислали набор ручек, пособие по растеневодству и варенье… — непроизвольно улыбнулся Энтони, — Алан прислал какую-то книгу и конфеты. И вино. Несколько бутылок! Но я решил, что мы откроем его чуть позже, ты не возражаешь?       — Совсем нет, милый… Иди сюда, — Азирафаэль светло улыбался, прекрасно понимая, куда клонит Энтони.       Мужчина приподнялся, позволяя ангелу подарить нежный поцелуй.       — А у меня, если быть честным, для тебя два подарка. Но я не знаю, понравится ли тебе второй… — Азирафаэль щелкнул пальцами, и в его руках появился небольшой пакет.       — Ух ты! Классный ремень! — Энтони аккуратно развернул сверток и провел ладонью по коже, — спасибо, Азирафаэль! А что за второй подарок?       — Ну… — Азирафаэль заметно задергался, что заставило Энтони тоже напрячься, — помнишь наш прошлый разговор на День отца…       Энтони сморщился.       — Я не понимаю, о чем ты. Ты снова хочешь меня бросить?       — Что?! Нет, нет, конечно! Ох, Господи, ладно! — Азирафаэль захлопал себя по карманам и достал из одного бархатную коробочку, — Энтони Дж. Кроули, будешь ли ты согласен стать моим супругом? — громко сглотнув, прошептал Азирафаэль.       Кроули показалось, что он не расслышал. Он с круглыми глазами смотрел на кольцо, лежащее в открытой коробочке. Совсем простое, из белого золота, оно искушающее блестело, ожидая его ответа.       Энтони ничего не ответил, взяв коробочку из слегка подрагивающих рук. Он погладил бархатные бока и заметил, что коробочка местами совсем затерта.       — И давно ты её с собой носишь? — отрешено спросил Кроули.       — Уже год. Я хотел подарить его на твой прошлый день рождения, но появился Алан и… — Азирафаэль пожал плечами, — все как-то завертелось…       Ангел старался смотреть куда угодно, лишь бы не на мужчину. Похоже, на этот раз он снова поспешил! Опять все испортил! Азирафаэль нервно теребил рукав, облизывая пересохшие губы.       — Что же, наверное, я поспешил, давай отложим этот разг… — начал Азирафаэль.       Не успел он договорить, как Энтони набросился на него со страстным поцелуем, заставляя буквально вжаться в спинку дивана.       — Да… Да! Теперь ты никуда от меня не денешься! Никогда! — притягивая бледное лицо к себе за мелкие кудряшки, угрожал Кроули.       — А ты от меня! — в тон ему ответил Азирафаэль, — что же. Властью Небес объявляю нас супругами! — взмахнув рукой, повелел ангел.       Комнату наполнило приятное тепло. Пальцев Азирафаэля и Кроули коснулось неяркое свечение. От кольца, которое успел надеть Энтони, протянулась красная нить, что узелком завязалась на безымянном пальце Азирафаэля. Через пару мгновений нить исчезла.       — Надо будет купить и мне кольцо… — захлопав глазами, констатировал ангел, вертя перед лицом ладонь.       — И это все?       — Прости?       — А как же голуби? Рис? Милые детишки в платьях?       — Оу… Ты хотел свадебную церемонию? — понял ангел, — Прости, я… Я могу подняться наверх и перехватить Акт Венчания, может, все можно откатить назад…       — Стоять! — проворно заскочив на колени попытавшему дернуться Азирафаэлю, рыкнул Энтони, — ты никуда не пойдешь! Ты — мой супруг — и точка! А я и без церемонии как-нибудь проживу! — обхватывая ангела за шею, нахмурился Кроули, — и так я тебя и отпустил! Ты должен мне брачную ночь! — провокационно прижавшись к супругу, выдохнул тот ему на ухо.       — Ох, терпеть не могу быть в должниках! — томно ответил Азирафаэль в губы мужа.       Одной рукой он привлек мужчину к груди, а другой подхватил под бедра. Мир перед их глазами закрутился, и они очутились на кровати в спальне ангела.       — Мх… — нечленораздельно выдохнул Кроули, пытаясь расстегнуть рубашку. Пальцы не слушались его, а юркие пуговки застревали в прорезях. Азирафаэль также с переменным успехом расправлялся с одеждой. Не выдержав, он наклонился над мужчиной, желая почувствовать его вкус. Энтони с энтузиазмом ответил, бросив свое занятие. Он закинул ноги ангелу на поясницу, заставляя того прильнуть к себе ближе. Азирафаэль неловко перебирал коленями, пытаясь найти лучшую позу. Но кровать была слишком маленькая. Она не была предназначена для таких активных действий, особенно — двух человек. Она едва-едва могла назвать себя полуторной.       Азирафаэль разочаровано рыкнул, небольно прикусив нижнюю губу Энтони, и снова покрепче прижав его к груди, взмахнул невидимыми крыльями.       Это перемещение оказалось легче предыдущего. Энтони рухнул на мягкую перину, немного спружиня обратно. Азирафаэль приземлился сверху, прижимая его к матрасу. Немного проморгавшись, Кроули понял, что ангел перенёс их в его спальню.       Между тем, Азирафаэль, окончательно потеряв терпение, щелкнул пальцами, заставив их одежду исчезнуть. Это стало неожиданностью для Кроули, который интуитивно дернулся, стараясь прикрыться.       — Не нужно, любимый… Пожалуйста, тебе не нужно меня стесняться… — аккуратно разводя изящные руки в стороны, навис над возлюбленным Азирафаэль.       — Угук, — рвано выдохнул Кроули и зажмурился.       Азирафаэль тяжело вздохнул и принялся покрывать худое тело поцелуями. Он с жадностью слизывал солоноватые капельки пота, проступившие на смуглом теле, вслушивался в слабые стоны, что издавал Энтони от его прикосновений. Он впитывал и запоминал все родинки, шрамики и отметинки, о которых не знал.       Ему хотелось рассмотреть мужчину во всех подробностях, поэтому, не выдержав искушения, он снова позволил своей сотне глаз открыться.       Он выцеловывал грудь с редкой порослью волосков, оглаживал проступающие ребра, вылизывал впадинку пупка… И, наконец, вобрал в рот сочащийся предэякулятом член.       — Анг-х… — Кроули непроизвольно дернулся и распахнул глаза.       Азирафаэль с наслаждением облизывал его головку, то снова брал в рот. Заметив на себе сумасшедший взгляд любовника, он провокационно облизал ствол от основания до кончика, вызвав у мужчины очередной всхлип.       — Разве… ангелам… положено… быть… такими развратными… мпф… — выгибаясь на постели, спросил Кроули.       — Понятия не имею… — прервав свое занятие, Азирафаэль вернулся к лицу Кроули, вовлекая того в долгий поцелуй.       Энтони с жадностью ответил, позволяя юркому язычку вылизать свое небо. Мужчина был на грани. Он рвано стонал в поцелуй, энергично дергая бедрами, желая хотя бы потереться об ангела.       — Азирафаэль… Я… — хныкал Кроули, когда ангел, наконец, оторвался от него.       — Прости милый, но это случится не сейчас… — с наигранной грустью сказал ангел и пережал член у основания.       Кроули протестующе взвыл, выгнувшись на постели дугой.       — Потерпи чуть-чуть, обещаю, тебе будет очень-очень хорошо… — легонько оглаживая безумно поднимающуюся грудь человека, извиняющееся обещал ангел, — а теперь нам надо выбрать смазку…       Ангел щелкнул пальцами и рядом с ними на кровати оказалась огромная коробка, наполненная всякого рода тюбиками.       — Это что? — со вновь округлившимися глазами спросил Кроули, даже привстав на локтях на кровати.       — Я проводил небольшое исследование… Как думаешь, нам выбрать расслабляющую? Или обычную? А может со вкусом клубники?.. А что на счет презерватива с шипами? — задумчиво капаясь в коробке, спрашивал ангел.       — Азирафаэль…       — Да, дорогой? — внимательно смотря на партнера, с просил ангел.       — Мне все равно! Просто трахни меня наконец! — вновь упав на подушки и призывно раздвинув ноги, рыкнул мужчина.       — Но ты же понимаешь, что мы должны основательно подготовиться! В первый раз это может быть достаточно болезненно!       — Я доверяю тебе, — настойчиво повторил Энтони, — и я не хочу никаких презервативов! Я хочу чувствовать… — уже на грани слышимости произнес Кроули и всхлипнул: Азирафаэль внял его просьбе и приник к его анусу одним пальцем.       Азирафаэль с нежностью смотрел на храбрящегося Кроули всеми своими глазами и прекрасно видел, как тому страшно. Он аккуратно облизал палец и попытался ввести его во вход. Это вышло, но с большим трудом. Кроули был весь напряжён.       Азирафаэль глубоко вздохнул, принуждая себя немного поостыть. Немного подумав, он начудесил около себя небольшую баночку с вазелином (с новомодными штучками он разберется позже), высунув палец, он хорошенько обмакнул его в густую мазь и снова приставил к анусу.       — Дорогой, ты должен расслабиться…- целуя любимого в живот и одновременно снова пытаясь проникнуть внутрь, попросил Азирафаэль.       — Я… я пытаюсь…       — Ладно… — Азирафаэль бросил попытки к проникновению и снова навис над мужчиной, — тебе нечего бояться, я не сделаю тебе больно.       — Я знаю… Я… — ангел прервал его очередным поцелуем.       Он нежно гладил дрожащего Кроули, заставляя того обнять себя. Постепенно мужчина в его руках успокаивался, а немного опавший член снова настойчиво терся о живот ангела. Вовлекая Энтони в глубокий поцелуй, ангел подгадал момент и аккуратно вошел в анус одни пальцем.       — Вот видишь, ничего страшного, все хорошо! — поцеловал ангел в висок мужа, когда тот сдавлено охнул от неожиданности, — а теперь не зажимайся. Я не сделаю больно.       Кроули согласно закивал, стараясь расслабиться. Он сминал руками простыни, честно стараясь думать об Англии.       Ангелу не очень нравилось, как проходила подготовка, но он тоже был не железный. Он продолжал успокаивающе целовать Кроули, разгибая и сгибая внутри первый палец. Но для второго места все ещё было недостаточно.       Азирафаэль склонился над членом мужчины и снова взял в рот. Кроули протяжно застонал, на секунду расслабив мышцы. Ангел добавил второй палец.       — М-мф… — Кроули задыхаясь метался на кровати.       Азирафаэль уверенно разрабатывал его уже тремя пальцами, то и дело задевая простату. Между тем, ангел то насаживался на его член, то снова отстранялся, не давая ему кончить, оттягивая яички.       — Ангел… Я скоро… — когда Азирафаэль самозабвенно принялся обсасывать набухшие яички, заскулил Энтони.       — Я жду этого, дорогой… — облизнув языком ствол, ответил Азирафаэль.       — Ах… — Кроули задушено выдохнул.       Азирафаэль молниеносно склонился над его членом и принял вытекающую сперму.       Солоноватая жидкость ударила ему в небо. Он принялся судорожно её сглатывать, с восторгом ощущая вкус мужчины на языке. Он вынул из ануса пальцы и подтянул Кроули за ягодицы к себе на колени.       Господи, что это были за ягодицы! Казалось, они были специально вылеплены, чтобы ложиться ему в ладони. Упругие, небольшие… Азирафаэль не смог удержаться и принялся их мять, продолжая слизывать натекшую мимо рта сперму.       — Поверить не могу, я кончил от одних только пальцев… — смотря в потолок, но видя вокруг себя лишь звездочки, выдохнул Кроули.       — Поверить не могу, что ты до сих пор соленый, хотя съел в одиночку почти весь торт! — наигранно возмущаясь, облизнулся Азирафаэль.       Кроули постарался несильно лягнуть его, но Азирафаэль удержал его ногу на весу.       — Иди сюда… — нагнувшись к любимому, он втянул его в глубокий поцелуй, позволяя почувствовать солоноватый привкус спермы, — чувствуешь, какой ты вкусный?       — Мгхм… — невнятно ответил Энтони, начиная краснеть.       Ничего особенно он не почувствовал… А вот Азирафаэль в тот раз на вкус был бесподобен…       За всеми этими переживаниями Энтони не сразу заметил, как в него вернулись три пальца. Азирафаэль сосредоточено разрабатывал анус, то разводя пальцы в стороны, то водя ими по кругу.       После оргазма тело Энтони стало немного более расслабленным, и Азирафаэль не преминул этим воспользоваться.       — Может, хватит уже… — чувствуя, что от непрерывного массажа простаты он снова начинает возбуждаться, спросил Энтони.       Азирафаэль отрицательно качнул намокшими кудрями и ввел в супруга четвертый палец.       — По-моему, это перебор! — чувствуя себя до отказа заполненным, протестующе взвился мужчина.       Азирафаэль будто не слышал его протесты. В его потемневших глазах плескалась жажда и желание. Вынув пальцы, он приник к разработанному и изрядно покрасневшему входу губами, глубоко залезая языком внутрь, попутно оглаживая пальцем края дырочки, залечивая воспаления.       Под непрекращающиеся стоны Энтони, он, наконец, отстранился и приставил ко входу головку.       — Расслабься, любимый… — попросил Азирафаэль и начал проникновение.       — Ах! — Кроули натужно застонал.       Ангел был большим. Очень большим! Он разрабатывал его так долго, но мужчина все равно чувствовал себя проткнутой иголкой натуралистом-извращенцем бабочкой. Азирафаэль входил медленно, неумолимо раздвигая судорожно сжимающиеся стенки. С его лица градом катил пот, ангел сдерживался изо всех сил, чтобы не причинить лишнюю боль.       Проникнув до конца, он устало выдохнул и посмотрел на лицо замершего под ним Энтони. Мужчина был весь напряжен, он прерывисто дышал, стараясь не стонать от неминуемой боли. Член, безвольно опав, покоился на животе.       — Расслабься, милый. Я сделаю так, что нам обоим будет хорошо… — склоняясь над супругом, пообещал ангел.       И сделал первый толчок.       Сначала это было неприятно. Распирающее чувство, мышцы, что пытались соединиться вместе. А потом… Кроули буквально потерялся в ощущениях: ангел был везде: его руки гладили его тело, губы целовали лицо и шею, член монотонно двигался в его нутре, каждый раз умело попадая по простате, заставляя его буквально кричать от наслаждения.       Неожиданно сильная рука опустилась на его член.       — Нет… нет! — рыдая запротестовал Энтони.       Он хотел еще! Еще! Он не хотел кончать так рано!       Толчки стали размашистее и сильнее. Азирафаэль выходил до конца и со всей силы возвращался обратно, буквально втрахивая мужчину в кровать.       — АНГЕЛ! — срывая голос закричал Энтони, извергая семя на их животы.       Мышцы ануса сомкнулись вокруг члена Азирафаэля. Он с силой сжал зубы, стараясь не кончить сразу, и сделав с десяток мелких фрикций, продлевая наслаждение Энтони, он не выдержал и, с глухим рыком, излился глубоко в супруга.       Ангел рухнул ему на грудь, пытаясь выровнять дыхание. Хоть ангелам оно и не нужно, но сейчас его голова была девственно пуста, чтобы вспомнить об этом.       — Это было божественно… — немного придя в себя, отозвался Кроули, — почему мы так долго тянули?       Ангел ничего ему не ответил.       Азирафаэль, наконец, перекатился с Энтони на кровать, от чего тот счастливо вздохнул полной грудью. Член, выскользнувший из ануса с пошлым звуком, перестал быть преградой для ручейков спермы, что начали вытекать на кровать.       Но супругам было на это глубоко плевать.       Азирафаэль поудобнее устроившись около Кроули, собственнически прижал его к своей груди, укрывая одеялом (и невидимым крылом).       Энтони, уткнувшись носом ему в грудь, закинул ногу на поясницу, желая оказаться к возлюбленному как можно ближе. Устроив ладонь на чужой спине, Кроули немного повозился и через мгновение заснул.       Азирафаэль, удостоверившись, что Кроули удобно устроился, аккуратно погладил пальцами щель между ягодицами, залечивая воспаление. Оставив невинный поцелуй на макушке, ангел тоже закрыл глаза.

***

      Азирафаэлю снился сон. И он знал, что это сон. И все равно он ему нравился. Хоть ангел и не очень любил такой способ проведения досуга, но именно сейчас он был рад, что поддался ему. В этом сновидении он летал среди облаков вместе с Кроули. У того тоже были прекрасные золотые крылья, что редко и сильно ударяли о воздух, поддерживая его на высоте. Он держались за руки, то приближаясь друг к другу, то отдаляясь… Этот неспешный танец был таким легким, воздушным… Ангел чувствовал эйфорию и неподдельное счастье!       Они снова оказались вплотную друг к другу, и Азирафаэль поцеловал яркие губы, такие манящие на вид.       Азирафаэль довольно замурлыкал и теснее прижался к лежащему к нему спиной Энтони.       Кроули тоже снился похожий сон. Но он не был ангелом, поэтому его сон был не настолько невинен. Ему снилось, что ангел прижал его к стенке, беспорядочно покрывая поцелуями и стаскивая одежду. Вот он почувствовал первый толчок и…       Открыл глаза.       Осоловевшими глазами он огляделся вокруг и понял, где находится. Вдруг, он почувствовал, как в его задницу что-то толкнулось. Он аккуратно повернулся и увидел, что спящий Азирафаэль, невнятно бормочущий себе что-то под нос дергался бедрами, потираясь уже заметно окрепшим членом.       Энтони ухмыльнулся и лег обратно, удобнее выпятив задницу. К сожалению, ангел продолжал беспорядочно толкаться в него, чаще попадая головкой по яйцам или в местечко за ними, чем в алчущую проникновения дырочку.       Глубоко вздохнув, Энтони придвинулся чуть ближе, аккуратно перекинув чужую ладонь себе через талию.       Азирафаэль снова что-то забормотал и зашарил ладонью по его животу, безошибочно опускаясь вниз и сжимая член.       Кроули беззвучно выдохнул и расслабился, прикрывая от удовольствия глаза.       Кроули во сне ангела сдавлено выдохнул, откидывая свою голову назад и не больно ударяясь затылком о его макушку. От неожиданности, ангел открыл глаза и проснулся. И тут же снова их закрыл.       Но другие его глаза продолжали транслировать в его мозг картинку, как он бессовестно прижимается к заднице Энтони сочащимся членом, а рукой гладит его ствол.       А этот бесстыдник, до крови прикусив губы, закатывает глаза в наслаждении!       — Энтони? — позвал ангел, заставив мужчину подскочить на месте.       — Ангел?..       — Что ты делаешь? — продолжая дрочить супругу, спросил Азирафаэль.       — Занимаюсь с тобой любовью. И вообще — ты первый начал толкаться в меня во сне! — пошел в наступление Энтони, поняв, что ангел не перестанет ему дрочить.       — Ты не будешь против, если я… — Азирафаэль на секундочку убрал пальцы от чужого члена и приставил их к узкой дырочке.       — Нет… В смысле… Сделай это… — еще сильнее выпячивая задницу, взмолился Кроули.       — Ладно… Тогда потерпи…       За ночь залеченная дырочка Энтони сильно сжалась, но все-таки пальцы проникали в неё легче, чем вчера. У Азирафаэля почти не осталось терпения, поэтому обильнее смазав вход и собственный член, он аккуратно подложил одну руку под Кроули, обнимая его поперек груди, а второй закинул его ногу себе на бедро, заставляя лечь спиной себе на грудь.       — Расслабься, милый. Будет неприятно, — предупредил Азирафаэль и быстрым слитым движением проникнул внутрь, заставляя Энтони громко застонать на одной ноте.       Азирафаэль, разгоряченный приятный сном, во все свои глаза смотрящий на Энтони, вдыхающий его аромат, языком слизывающий его вкус… Ангел просто не мог больше сдерживаться. Он яростно вбивался в откинувшегося на него Энтони, оставляя на его шее яркие отметины.       — Мой, мой, мой! — неустанно повторял ангел под задушенные всхлипы Кроули.       — Да! — оглушительно закричал Энтони, забрызгивая своей спермой кровать.       — Да…- вторил ему ангел, до упора загнав член в сужающееся отверстие.       Немного передохнув, он выскользнул из Кроули, продолжая притягивать его к себе на грудь.       Тот не сопротивлялся, бешено хватая ртом воздух.       — И где ты такому научился, а? Невинный ангел, называется!       — Отдыхай, после расскажу! — ухмыльнулся Азирафаэль, убирая налипшие на лоб медные прядки за уши.       Энтони послушно закрыл глаза и уснул.

***

      Азирафаэль открыл глаза и тут же почувствовал аромат пекущихся блинчиков. Он потянулся и присел на постели. Вдруг прямо напротив его глаз материализовалось письмо с характерной Небесной печатью.       Азирафаэль протянул руки и аккуратно вскрыл послание. Он прочел написанное несколько раз и устало потер лоб. Прикусив губу, он щелкнул пальцами.       На тумбочке появились листок и перьевая ручка.       Наскоро придумав записку, он сложил её вдвое и заставил исчезнуть.       Тяжело вздохнув, Азирафаэль встал с постели и натянул на голое тело призванный из Кладовки шелковый халат.       — Сначала завтрак, а потом все остальное… — решил Азирафаэль и заставил письмо Архангела испариться в эфире.

***

      Змий спал на огромной кровати и никого не трогал. Честно! Он даже не совращал людей уже где-то с месяц, сменив грех прелюбодеяния на грех праздности, и, иногда, чуть-чуть уныния.       Вдруг, какой-то яркий свет точно перед его носом заставил его открыть глаза.       — Что, блять, тебе от меня надо… — молниеносным движением руки поймав искрящиеся благодатью письмо, буркнул демон.

      «Дорогой Змий!       Меня в срочном порядке вызывают Наверх. Боюсь, что до моего начальства дошла кое-какая информация, которая вызвала у них крайнее неудовольствие. Я не знаю, чем закончится разбирательство по моему делу. Если я не вернусь (или не подам тебе весточку о себе) в течение недели — пожалуйста, найди Энтони и все ему объясни. Письмо для него я оставлю в секретном месте «А», чтобы он не нашел раньше времени и не начал волноваться.       В случае, если я не появлюсь в течении столетия, скорее всего - меня уничтожили.       Не волнуйся за меня. Что должно, то произойдет, ибо таков Великий План.       PS я знаю, ты мне ничего не должен, но ты ведь не откажешь в, возможно, последней просьбе своего не-друга. С любовью, твой Азирафаэль».

      — Блядь, Ангел! Куда ты вляпался! — в ярости пиная кулаком подушку взвыл Змий.       Первым его порывом было телепортироваться в Лондон, но немного подумав, он решил остаться на месте. Если все так плохо, как представляется ангелу, то лучше ему быть подальше от эпицентра. Ели вдруг что, он всегда успеет схватить Котенка и утащить его в какое-нибудь безопасное место.       А если опасность грозит только ангелу, то, может быть, он сможет выставить его прегрешения в выгодном для себя свете и записать на свой счет. В конце концов, Соглашение никто не отменял.       — Ангел, пожалуйста, только вернись. Куда же я без тебя, мой дорогой не-друг… — грустно вздыхая, Змий снова улегся среди подушек, но сна не было ни в одном глазу.       Он уставился не моргающим хищным взглядом в потолок, пытаясь ощутить любое движение в эфире.       Демон ждал знака.       Змий затаился.