Конфиденциальность

Появление флота Омеги в системе Тазале спровоцировало мгновенную реакцию Цитадели. Через несколько минут после обнаружения прибытия кораблей систем Терминуса, их соперники из пространстве Совета начали собирать своих командиров и отправлять свои корабли на противостояние войскам Омеги. Все дипломаты нервно дрожали, а горожане беспокойно метались в смятении. Это было похоже на зловещий туман, который просочился в их дома в сумерках ночи, а потом они вдруг проснулись, чуть не задохнувшись. Они задавали друг другу вопросы относительно разворачивающегося конфликта, размышляя о возможных вариантах, но все обсуждения сводились к одному единственному пункту: в мотивах правящей верхушки таилось что-то ужасное. Никто не был уверен, были ли солдаты, которым предстояло участвовать в этой битве, всего лишь пешками в жестокой игре, которую вели богатые и влиятельные люди, или же их действительно призвали на службу, заботясь о безопасности рас Совета. Независимо от происхождения театра военных действий в Тазале, реальность требовала незамедлительного отклика руководства. Судя по тому, что в данный момент сообщали средства массовой информации, Совет и другие высокопоставленные чиновники сейчас находились на Тессии, пытаясь установить дипломатические отношения между ними и криминальными лордами Омеги. Все информационные каналы явно намекали на то, что весь этот инцидент был лишь столкновения интересов, и весьма вероятно, что он будет разрешен без применения насилия. Но люди знали, что это не так. Враждующие флоты не стояли бы друг на против друга несколько часов только для того, чтобы потом спокойно улететь домой. И кто мог бы поспорить с таким развитием событий? Флот Омеги висел в пустом вакууме, как армия демонов из преисподней. Это было скопище массивных и прочных кораблей, сделанных из искореженных кусков металла, украшенных разнообразными пиратскими эмблемами, прикрепленными омерзительными шипами к их обшивкам, словно клыкастые челюсти монстров. Они пришли, чтобы сожрать флот Цитадели, который ждал их ровным строем идеальных, красивых кораблей, начищенных до блеска, серебристых, серых и белых тонов. Как мог командир смотреть в широкие иллюминаторы своего корабля и не видеть неизбежного поражения в этой войне? Тевос стояла, думая о двух армадах, находящихся друг напротив друга в абсолютной тишине космоса. Она очнулась от своих мыслей, когда Ирисса подтолкнула ее локтем, заставляя обратить свое внимание на Советника Таркониса, который находился в нескольких метрах от них и разговаривал с тремя турианскими военными генералами в форме, украшенной бесчисленными медалями и орденами. Под ногами у них виднелись коричневые, черные и бежевые завитки древнего отполированного мрамора, покрывавшего весь пол Тессийского политического центра. Голоса множества горожан и чиновников со всех уголков пространства Цитадели эхом отражались от стен огромного атриума, проходя через два ряда кресел на востоке и западе, поднимаясь вверх по серповидным балконам, врезавшимся в изогнутые стены на севере и юге. Последние отзвуки голосов приземлялись в неглубокий, круглый бассейн с чистейшей водой, расположенный в самом центре величественного сооружения. У его основания в лучах света мерцала изящная эмблема Республик Азари, а вокруг бассейна тянулись блестящие бронзовые перила, воздвигнутые для обозначения специально отведенных мест, где в прежние времена матриархи традиционно стоя обсуждали политику. Часть людей уже начала рассаживаться по своим местам, остальные продолжали беседовать друг с другом. Ария Т’Лоак и ее союзники еще не прибыли, хотя их встреча должна была начаться всего через десять минут. Это был дурной знак. Советник Тевос оглядела атриум, наблюдая за его обитателями. Она видела, как Советник Делран болтает с другими саларианскими чиновниками, а еще дальше через толпу продвигалась матриарх Бенезия в сопровождении двух своих верных учениц, Шиалы и другой высокой и худощавой азари по имени Каллас. Они, вероятно, присутствовали здесь как дополнительная мера безопасности. Репортеры с камерами-дронами находились в специально отведенном для них секторе, чтобы они не вмешивались и не отвлекали участников этой встречи от решения насущных проблем. — Тевос, — осторожно шепнула ей Ирисса, — посмотри, кто к нам приближается.… Советник повернулась лицом в указанном направлении и увидела матриарха Лиданью, идущую к ним со сложенными руками за спиной. Она несла обычную суровость на своем лице, и в какой-то момент Тевос подумала, не собирается ли она угрожать ей от лица всего коллектива матриархов. — Советник Тевос, — поприветствовала она ее, — И… Ирисса, не так ли? — она приветственно кивнула и ей. — Я внимательно слежу за ситуацией в Тазале. Вы видели последние поступившие отчеты? — Да, — подтвердила Тевос, поднимая запястье со своим Омни-инструментом. Она постоянно получала все больше новостей, и это начинало нервировать ее все сильнее. — Вы видели размер флота Арии Т’Лоак? — спросила матриарх Лиданья. — Да. — Это… меня беспокоит, — Лиданья ухватилась за подходящее слово. — А ведь мы даже до конца не уверены, есть ли еще у нее корабли за пределами ретранслятора. Это может быть только верхушка айсберга, так сказать. Что вы прикажете? — Для начала, введите меня в курс дела, — Тевос с опаской посмотрела на нее. — Конечно. «Путь предназначения» в настоящий момент находится на орбите, главным образом для защиты пространства азари, если все-таки начнется война и просочится на наши территории. Я уже переговорила с другими матриархами и, хотя они попросили меня не следовать вашим приказам, а действовать самостоятельно, я сочла бесчестным действовать без вашего на то одобрения. Хоть я и не до конца поддерживаю вашу политику, но все же буду следовать приказам. Теперь я задам вам такой вопрос: должна ли я передислоцировать «Путь предназначения» на передовую? Если начнется война, мы сможем помочь первой атаке и, возможно, разбить силы Т’Лоак в течение нескольких минут. Я верю, что мой дредноут сохранит свою жизнь, если мы сможем заставить атаку Т’Лоак захлебнуться достаточно быстро. Однако это потребовало бы от меня ухода и, таким образом, мой голос отсутствовал бы на предстоящих переговорах. Так что прикажете делать? Тевос помедлила с ответом, незаметно поглядывая за спину матриарха, и обдумывала свое решение. Толпа постепенно рассеивалась, теперь уже большинство людей заняли свои места или поднялись на балконы. Расположение «Пути предназначения» во главе флота Цитадели обеспечило бы им победу в первой схватке, если бы она состоялась. Тевос не могла себе даже представить, каким образом столь впечатляющая армада Арии Т’Лоак уничтожила бы этот великолепный дредноут. Возможно Ария придет к тем же выводам, увидев дредноут флота Цитадели, (также самый большой военный корабль в Галактике) который несется на ее корабли со своими гигантскими пушками. Любой разумный человек испугался бы такого зрелища. А если повезет, то, возможно, трусливые пираты покинут поле боя сразу же, как только увидят дредноут, опасаясь за свои жизни. — Я бы хотела, чтобы вы переместили «Путь предназначения» на передовую линию фронта, — храбро заявила Тевос. — Ваша стратегия очень хитроумна. Выражение глаз матриарха Лиданьи внезапно стало серьезным. Она нерешительно кивнула Советнику и опустила глаза. Она не открыла истинную причину данного разговора с Тевос; это был хитроумный способ выяснения окончательных намерений Советника. Она и матриархи рассудили, что если Советник азари на самом деле не хочет войны, то она оставит Лиданью на переговорах. Однако если Советник отправит ее на передовую, то это будет являться знаком того, что Тевос готовиться к неизбежному конфликту. И вот, видя, что война действительно близко, матриарх Лиданья согласилась перебазировать свой дредноут в Тазале. Не сказав больше ни слова, она отвернулась от двух политиков и исчезла в редеющей толпе. — От всех этих испытаний мне становится не по себе, — сказала Ирисса с легким раздражением, стоя рядом с Советником. — Слишком много неизвестных составляющих, слишком много разобщенностей между всем в целом… Я действительно надеюсь, что ты знаешь, что делаешь, Тевос. Хотя, признаюсь, меня немного успокаивает тот факт, что теперь у нас есть «Путь предназначения». Но я также молюсь, чтобы Т’Лоак не организовала вторую атаку где-нибудь в другом месте. Ты приняла это во внимание? А что, если ее флот в Тазале — это отвлекающий маневр? А что, если мы отправили туда все свои лучшие корабли, оставив другие места уязвимыми? Богиня, кажется меня тошнит. — Все будет хорошо, Ирисса, — заверила Тевос, положив руку ей на плечо. — Да, твои опасения вполне реальны. Но Цитадель и пространство азари все еще хорошо охраняются, и если откроется еще один военный фронт, то турианцы будут рядом и помогут нам, если понадобиться. — Пожалуйста, окажись правой, Тевос. Я верю в тебя. Хотя у меня нет другого выбора, кроме как довериться твоему тайному плану… Просто береги нас. Я вернусь на балкон. Удачи, — прежде чем уйти, она коснулась руки Советника. Пока Тевос смотрела в след уходящей Ириссе, то подметила, что в атриуме, внезапно, воцарилась полная тишина. Это было жуткое зрелище, когда голоса коллективно угасали сами по себе, как горящие свечи, задуваемые порывом ветра. Она повернулась лицом к источнику этой ужасающей тишины и увидела четыре фигуры, направляющиеся к центральному бассейну. Во главе этой группы шла Ария Т’Лоак, в сопровождении все тех же азари и батарианца, которые были вместе с ней при первой попытке переговоров, а позади них шагала большая, неуклюжая фигура Ганара Ранга, владельца Кровавой Стаи. Их было всего лишь четверо, однако они шли так, словно владели этим политическим центром и всеми его обитателями. Ария несла с собой ауру власти, куда бы она ни пришла. Она словно робот, который запрограммирован исключительно на убийства и причинение боли. Люди, смотрящие на нее, начинали нервно вздрагивать, потому что все расы эволюционировали с общей потребностью самосохранения, заложенной в их самых первобытных генах: страхом перед голодным хищником. Тевос встретилась с ней взглядом, пока они занимали свои места вокруг центрального бассейна. Ария на мгновение отвернулась, чтобы обменяться несколькими напряженными перешептываниями со своими сообщниками, положив руки на бронзовые перила, и потом вновь вернула свой злобный взгляд в сторону Советника. — Богиня, — подумала про себя Тевос. В Арии было так много презрения, так много жгучего гнева и ненависти к ней. Было очевидно, что их деловой конфликт давно перерос в личный, хотя она не исключала того факта, что этот конфликт был таковым с самого начала. Вся затея Арии была вдохновлена избранием Тевос на должность Советника, и поэтому, по сути, не было ни одного пункта плана Королевы пиратов, который бы не зависел от реакции на них Тевос. И, по-видимому, эта зависимость от мнения Советника азари только мешала исполнению всех намерений Арии. Это приводило Королеву в бешенство. Тевос казалось, что Ария Т’Лоак вот-вот перепрыгнет через перила к Советнику, плюхнется ногами в безукоризненно чистый бассейн, насильно затащит ее через бронзовые перекладины в воду и утопит там… Она выдохнула, прогоняя свое нервное возбуждение. Матриархи собрались в полном составе, слева от нее стоял Тарконис, а справа Делран. Теперь, когда все были на своих местах, пришло время действовать. — Переговоры между Правительством Цитадели и властями Омеги, касающиеся контрабанды товаров на наших территориях, сегодня возобновляются после предыдущей неудачной встречи в Цитадели. Во время нашей последней конференции, обе стороны обсуждали возможные уступки по отношению друг к другу. Эти уступки теперь будут представлены на обсуждение всего форума, для того, чтобы мы смогли прийти к мирному соглашению без эскалации вооруженного конфликта. Как и прежде, я советую всем вам соблюдать… — Как ты смеешь, Ария Т’Лоак? — матриарх Алайя внезапно прервала Советника. — Как ты смеешь располагать свой флот возле Иллиума, возле систем азари? Мы еще даже не объявили войну, а ты уже сознательно усугубляешь и без того опасную ситуацию, приведя свои боевые корабли, провоцируя панику среди наших граждан и создавая впечатление, что ты уже подписала наши судьбы на неизбежную войну! Как ты смеешь… — Я же сказала, что отправлю флот в Тазале, — властным тоном произнесла Ария, прервав разглагольствования матриарха. — Я же сказала тебе, что собираюсь это сделать, и я сдержала свое обещание. Здесь нечему удивляться. Ты игнорировала меня тогда в Цитадели, или ты просто слишком стара и не понимаешь всего, что происходит вокруг? — Прошу прощения, — снова вмешалась в разговор Тевос. Они обе посмотрели на нее и затихли. Ей это понравилось. Это свидетельствовало о том, что они признают ее авторитет. — Я и не знала, что сегодня буду выступать посредником между ссорящимися друг с другом детьми, — сказала она. — Давайте не будем отвлекаться от главной цели этой конференции. Если мы сможем преодолеть наши противоречия мирным путем, то ваши опасения, матриарх Алайя, не будут оправданы. А теперь давайте перейдем к изложению упомянутых ранее уступок. Ария Т’Лоак может высказаться первой, если у нее вообще есть что сказать. — Да, у меня есть кое-какое предложение для тебя, — довольно жестко ответила Ария. Она все не сводила глаз с Советника азари. — Я готова отказаться от контрабанды оружия. Я перестану отправлять его в твои драгоценные миры, если ты позволишь «Пыли Люсена» и дальше поставляться на потребительский рынок. Можешь облагать ее налогами, мне все равно. Просто оставь «пыль» в порядке, и, может быть, мы заключим мирный договор. — Ни в коем случае! — тут же возразила матриарх Дарейя, — Алуниген B2 — одна из наших самых больших проблем. Мы не можем позволить тебе это. Ты должна прекратить торговлю наркотиками. — «Пыль Люсена» — это то, что наполняет наши карманы кредитами. Так что — нет, — Ария в раздражении покачала головой, — вы должны разрешить продажу «пыли». Вот в чем моя цель, вот почему я согласилась стоять здесь и разговаривать с вами, пустоголовыми бюрократами. Вы либо отставляете ее, либо никто не уйдет отсюда, не потеряв несколько сотен кораблей, — она бросила на всех суровый взгляд, подтверждая правдивость своей угрозы. — Ты, кажется, не понимаешь, почему мы никогда не допустим незаконного распространения наркотиков на наших территориях, — сказал Советник Тарконис. — Я также думаю, что мы должны еще раз перечислить специально для тебе все пункты, которые мешают нам позволить тебе заниматься контрабандой, потому что ты, очевидно, пропустила все мимо ушей в прошлый раз. Наркотики, такие как Алуниген В2, запрещены не просто так. Они представляют серьезную опасность для здоровья, поскольку они не протестированы специальной, одобренной правительством лабораторией. Их легализация требует наличия строго регламентированного договора, от соблюдения которого ты, вероятно, будешь уклоняться в любом случае. Поэтому допустить потенциально вредные химические вещества в наши миры мы не позволим! — Ну так иди и проверь его идиот, — парировала Ария. — Я знаю все его свойства и могу гарантировать вам, что он не вызывает никаких побочных эффектов. Этот наркотик приносит не больше вреда, чем алкоголь или сигареты. Есть много причин того, почему он так популярен. Вы, придурки, только что заклеймили его опасным продуктом, потому что люди других рас, кроме азари, заработали себе передоз и подохли от него. Вы получили то, что заслужили. — Как мы можем рассчитать долгосрочное вредное воздействие «Пыли Люсена» на организм азари? — наконец храбро выступил саларианский Советник. — Вы ведь живете веками! Многие турианцы и саларианцы, сидящие или стоящие здесь сегодня, будут уже давно мертвы, прежде чем изучат и получат хоть какие-то достоверные результаты. Неужели ты действительно будешь терпеливо ожидать сотни лет, пока мы не протестируем и не изучим все свойства этого наркотика? Вряд ли это удастся такому человеку, как ты. — Об этом не беспокойся, — Ария уверенно посмотрела на него. — Пусть «Пыль Люсена» проходит все проверки, и если ваши пра-пра-пра-пра-правнуки случайно найдут что-нибудь опасное в этом наркотике, тогда вперед, запрещайте. — Ты ведь хочешь, чтобы мы не обнаружили его опасность для здоровья, — Советник Делран, почувствовав острые иглы оскорбительного тона Арии, встрепенулся и дал отпор, — пока не станет слишком поздно, тогда уже будет нанесен непоправимый урон тем, кто стал зависимым от этого наркотика. А к тому времени ты будешь сыта по горло деньгами! Ты подлая пиявка, высасываешь жизни и здоровье граждан Цитадели только для того, чтобы накормить свое собственное эго! — Эй, слушай сюда, мелкая ящерица, — батарианский пират ткнул пальцем в Делрана, вероятно, желая присоединиться к их спору. — Я… Прежде чем он смог продолжить, Ария потянулась в его сторону и оттолкнула назад. — Он мой, — сказала она. Ее сообщники все поняли. Эти переговоры она должна была вести самостоятельно. Но Ария не была враждебна по отношению к Ралоту, когда приказала ему замолчать. Это было даже не предупреждение. До сих пор ее союзники вели себя послушно, следовали за ней даже в пекло зарождающейся войны против их неукротимого врага. Но эти переговоры принадлежали ей и только ей, поскольку они были последним пунктом ее плана, последним шагом, в ходе которого нельзя было допустить ни одной ошибки. — Он мой, — повторила она еще раз. — Хотя ты неплохо начал, Ралот. Так что, слушай сюда мелкая ящерица… Слушай очень внимательно. Я говорила это бесчисленное множество раз и повторюсь снова: пропустите мои корабли, или я сама пробью себе путь. — Я все еще не могу представить себе, что кто-то в здравом уме будет начинать полномасштабную войну из-за наркотиков. Это совершенно безумно и не разумно! — воскликнула в шоке матриарх Медора. — Деньги — вот моя причина! — сказала Ария, наклоняясь над перилами. — Экономическая экспансия Омеги — вот моя причина, и за нее, черт возьми, стоит бороться! Мы — поднимающийся с колен народ, и я стою сегодня здесь для того, чтобы помочь ему достичь высот! Все эти причины стоят того, чтобы биться за них. Так что я не колеблясь брошусь в бой! — Ты говоришь о том, что хочешь получить деньги от Алунигена В2, а так же яростно защищаешь его, тем самым создавая для этого вещества весьма негативную репутацию, — сказала Тевос, нахмурившись и слегка склонив голову вниз, словно обдумывая дальнейшие слова. — Даже если бы мы предоставили тебе торговые пути на наших территориях, то количество потенциальных покупателей стало бы намного меньше, и они перестали бы вносить свой вклад в экономику пиратов и разбойников, которые когда-то угрожали их семьям, их друзьям, их домам. Все они видят, что ты творишь. Все они видят флот в Тазале, все они видят твое безумие. — Безумие? Я так не думаю, — усмехнулась Ария, находя для себя это мнение абсурдным. Она смотрела на Тевос с легким недоверием, как будто не могла понять, как у Советника хватило наглости сказать такое. А потом ее веселье сменилось враждебностью. — Эти люди имеют право покупать все, что они захотят, они имеют право выбирать свою жизнь. Однако я вижу, что ты хочешь контролировать здесь все, в том числе и их судьбы. Да ты уже все контролируешь. Просто посмотри вокруг; ты открыла переговоры для общественности, но все же простые граждане не могут выразить свое мнение на этих переговорах. Ты собрала их здесь только для того, чтобы обмануть. Ты предоставила им иллюзию того, что их мнение может сегодня на что-то повлиять. Все это было сделано для того, чтобы ты смогла попрактиковаться в свей мелочной политике без их вмешательства и без их реакции. Да ты уже облажалась, они уже не верят в то, что они изначально вообще являлись частью этих переговоров. — Когда мы закончим эти переговоры, — разозлилась в ответ Советник Тевос, — гражданам будет предоставлен перечень всех возможных вариантов решений наших проблем. Наиболее популярный вариант ответа, после голосования, будет принят в дальнейшую разработку Советом и Правительством… — Полная, мать его, чушь! — воскликнула Ария и прервала Советника. — Еще один лживый способ создать иллюзию выбора. Эти двое начали врываться в речь друг друга, одновременного обвиняя и оскорбляя, их голоса становились все громче и громче с каждой секундой. Слова из их яростной ругани внезапно заполнили прежде мертвенно тихий атриум. Тевос, даже несмотря на то, что она всегда умело сдерживала свои негативные эмоции на протяжении всей своей жизни, быстро теряла контроль над закипающим в ней гневом. — И твое лицемерие совершенно безгранично, поскольку ты насильно заставила замолчать своих собственных союзников, — уже буквально переходя на крик обращалась к Арии Советник. — Ты слабый, напыщенный, отвратительный политик, — возмущалась Ария и уже перегнулась через перила, чтобы лучше доносить свои слова. — А ты коррумпированное чудовище и олицетворение высшего проявления алчности, — Тевос приняла ее вызов, и они продолжали бороться друг с другом до победного конца. Ни матриархи, ни другие члены Совета не вмешивались в их словесные баталии. Наблюдая за тем, как Советник Тевос и Ария Т’Лоак дерутся на этой дуэли при помощи гневных слов, вынося резкие суждения о характере друг друга, они кое-что осознали. Это была уже не их битва. И, вполне возможно, так и было изначально. Это был поединок Арии Т’Лоак и Советника Тевос. Вместо того, чтобы общаться между собой на обычном пассивно-агрессивном жаргоне двух профессиональных политиков, они вцепились друг другу в глотки, охваченные личной враждой, как будто они были злейшими врагами в течение многих лет. Но они встречались друг с другом всего один раз. Все вокруг начали задаваться вопросом о том, как именно они смогли развить такую личную и взаимную неприязнь в столь короткие сроки, принимая во внимание тот факт, что они никогда не общались за пределами заседаний. Должно быть они копались в огромном количестве информации друг о друге, возможно, в этом и заключалась их стратегия. Каждая из них планировала подорвать авторитет соперницы, при помощи безжалостной клеветы. Этот конфликт изначально происходил только между ними, а другие политики, стоявшие рядом, были лишь простыми аксессуарами. — Бесхребетный политик, волочащий свое жалкое существование, не имеющая никакой ощутимой победы или вклада за всю свою карьеру! — Презренная азари, несущая позор всей нашей расе. — Да пошла ты! — закричала Ария на Советника в кипящей злобе, костяшки ее пальцев побледнели до пугающей белизны, когда она схватилась за бронзовый поручень. Она быстро развернулась в сторону зала, спровоцировав всеобщее затаенное дыхание. — Значит, вы все действительно счастливы, когда ваше Правительство постоянно говорит вам, что делать, указывает вам на то, что вы можете и не можете покупать? — она обратилась ко всем присутствующим. — Вы позволяете этим богатым болванам ежедневно пасти себя, как безмозглый скот? Вы действительно настолько доверяете этим политикам, что готовы терпеть ограничения своих прав и свобод, даже если они выбросят вас в пекло войны, когда им это будет удобно? — Наши ограничения свободы, как ты выразилась, называются законами. Они разработаны специально для защиты граждан, — Тевос немедленно ответила, крайне возмущенная тем фактом, что Ария пытается настроить народ против своего Советника. — Эти люди охотно отказались от своих животных инстинктов, таких как воровство и убийство, в отличии от тебя, чтобы жить мирной и спокойной жизнью. И поскольку эти законы защищают наше общество от распада уже на протяжении многих веков, то они будут продолжать действовать и оберегать своих граждан от захватнических посягательств Омеги. Я, как их избранный Советник, позабочусь об этом. Ария рассмеялась. Это был ужасный, леденящий душу смех. — Только вслушайся в шепот этих людей! — она указала рукой в сторону балконов. — Они явно не хотят войны. Разве ты не дала им понять, что все, чего я хочу — это маленький кусочек вашего огромного торгового пространства, в котором люди могут свободно выбирать, что приобретать, а что нет? Я никогда не говорила, что они должны покупать именно мой товар. Про этот немаловажный пункт она вам рассказала? Нет? Так что позвольте мне все вам прояснить. Я выступаю здесь за свободную торговлю по всей Галактике, никого не заставляя вкладывать деньги в мой бизнес. Вместо этого я сосредоточиваю все усилия на преодоление запретов жестокого Правительства, которое подавляет желания своих собственных граждан, и при этом я все еще злодейка? Разве ваш Советник не сказала вам, что я не причиняю вреда людям, которые интересуются моими товарами, или она потратила все свое время и усилия на то, чтобы клеветать на меня? — Ария была в восторге от того, что люди буквально ловят каждое ее слово. Т’Лоак завоевала их полное и абсолютное внимание. — Она собирается послать вас всех на войну! Она заботится о своей карьере больше, чем о собственных гражданах. Она будет нести ответственность за все жертвы, которые неизбежно появятся в результате данного конфликта. И все же вы по-прежнему спокойно существуете под гнетом ее правления, следуя ее капризам, наивно полагая, что ей не наплевать на каждого из вас? Среди граждан поднялся гул озабоченного ропота. Глаза Тевос беспокойно метались по трибунам, среди них она могла разглядеть кивки согласия, серьезные выражения лиц и страх. Там было очень много страха. Ей казалось, что мраморный пол буквально рушится прямо у нее под ногами. Она теряла своих людей, Ария отобрала их у нее так легко. Советник перевела взгляд на азари, которая уже упивалась преждевременной победой. Тевос еще долго и беспомощно смотрела на нее. Что за злой, проклятый сгусток энергии вошел в ее тело при рождении? Что за неведомая сила питала ее, превращая в такую пугающе умную личность, способную так запросто привлечь на свою сторону толпу? В этот миг в голове у Тевос помутилось. Впервые в жизни у нее не было ни слов, ни плана. — О, да заткнись ты уже, блядь! — воскликнул кто-то. Все обратили свои взоры на источник этого крайне неприятного заявления. Матриарх Этита была крайне недовольна всем происходящим, направляя свои слова в сторону Арии Т’Лоак. Затем она развернулась к трибунам. — А вы, эдакие маленькие говнюки! Неужели ваши головы так глубоко засунуты в собственные задницы, что вы готовы поверить этой суке? — она небрежно махнула рукой в сторону Арии. — Она врывается в ваши дома, целится вам в головы из пистолетов, а теперь вы набрасываетесь на женщину, которая пытается вас защитить? Вам, блять, должно быть стыдно за себя. Не думаю, что я когда-либо испытывала такое отвращение к своему собственному народу… Советник Тевос делает все возможное, чтобы сдержать Арию Т’Лоак, эту гребаную психопатку, серийную маньячку, Королеву пиратов, вне пространства Цитадели. А вы готовы броситься на нее, после всего, что она сделала для вашей же защиты? Ария Т’Лоак просто собирается трахнуть вас всех в задницы, как только у нее появится такая возможность. Вот как работает Омега! Они заманивают вас словами обещания несметного богатства, чтобы принудить людей иммигрировать на эту станцию. В итоге люди узнают, насколько опасны и беспощадны эти обещания на самом деле. Если тебе нужна твоя маленькая анархия, убирайся к черту из наших миров, отправляйся гнить на свою Омегу. Черт возьми, да ведь это даже не анархия, потому что во главе всего стоит эта сумасшедшая, перед которой вы должны отчитываться! Советник Тевос никогда прежде не испытывала такой симпатии к матриарху Этите. Ее сердце переполнялось чувствами благодарности и облегчения. Она вновь обрела дар речи благодаря чудесному спасению, которое даровала ей матриарх. — Спасибо, Этита, — сказала она, пытаясь выразить всю свою огромную признательность этой короткой фразой, — однако, боюсь, я должна слегка не согласиться с твоей оценкой характера наших граждан. Они не побегут на Омегу. Они желают только одного — сохранить себя и своих близких в безопасности, они сплотятся вокруг лидера, который дарует им эту безопасность. И когда нам бросают вызов, мы должны принять важное и тяжелое решение: пойти на войну и остановить агрессоров, которые угрожают нашему обществу. Любая война — это страшная трагедия. И хотя мы вступали во многие военные кампании на протяжении всей своей истории, наши народы никогда не отступали назад. Они гордые и смелые, всегда готовы сражаться друг за друга, если до этого дойдет. Я не думаю, что эта война будет чем-то отличаться от остальных. Но я подчеркиваю, что независимо от исхода наших сегодняшних переговоров, люди будут держать судьбу своего общества в своих руках, как это и было неизменно на протяжении тысячелетий. Ария изобразила отвращение на лице. Она почувствовала подкатывающую тошноту. Не из-за страха или беспокойства, а потому что этот бюрократический слет заставил ее вновь закипать от чистой ненависти. — Посмотрите на нее! Послушайте, что говорит этот политик, она использует свои слова, чтобы склонить вас к подчинению своим собственным высокомерным и эгоистичным целям! — это было немного иронично и лицемерно, поняла Ария. Но она не могла позволить себе упустить возможность унизить Советника. В отчаянные времена грязная борьба всегда была одним из лучших вариантов. — Она обрекает вас всех на смерть только потому, что хочет сохранить идеальный образ своей безграничной власти! И из-за чего же? Из-за долбаных наркотиков? Это все для того, чтобы потешить свое самолюбие! Она хочет стать благородным Советником, которая отправит своих граждан на войну. А сама в это время, будет просиживать задницу в своем дорогом особняке и наблюдать за резней. Пока в один прекрасный момент она, возможно, не объявит о своей победе, пока вы будете хоронить свои семьи! — Не смей обвинять меня в подозрительных махинациях и коррумпированной политике! — в чудовищной ярости воскликнула Тевос. — Единственная причина, по которой у тебя хватило наглости бросить нам вызов, заключается в том, что матриарх Идрас умерла. Ты все это время верила в то, что я позволю тебе беспрепятственно проникать в наши миры, как паразиту, заражая людей своими наркотиками и ложью. Но я вижу тебя насквозь. И всегда видела. Ария выглядела так, словно ей только что выстрелили в грудь, но она не чувствовала боли. Вместо этого ее не покидало ощущение того, что она смертельно ранена. Ей казалось, что если она посмотрит вниз то увидит, как кровь пропитывает ее одежду. Это было ошеломляющее ощущение — парализующий момент, когда мир вокруг нее замедлился. У нее не было ни слов, ни эмоций, ни гнева, чтобы замаскировать свое поражение. Только пустой, беспомощный взгляд. — Хм, в этом есть смысл, — задумчиво произнесла Бенезия. — Ария Т’Лоак боялась матриарха Идрас, потому что любая попытка провокации с ее стороны почти наверняка привела бы к войне. Однако с Тевос в должности Советника, политика склонилась в сторону мирного сотрудничества. Советник Тевос приняла на себя роль Советника Идрас, чтобы отпугнуть Арию. Но Ария, должно быть, была уверена в своих способностях запугать Тевос и заставить ее согласиться на свои требования. А Тевос ничего не могла рассказать нам о своих планах, потому что тогда мы были бы частью этой уловки и у нее ничего бы не вышло. Она пыталась заставить Арию Т’Лоак поверить в то, что она действительно готова к войне, — Бенезия повернулась к другим матриархам и обменялась взглядами с каждым из Советников. Они едва заметно кивнули, и во всех глазах засветилось понимание. Затем все присутствующие перевели свои взгляды на Арию. Ария Т’Лоак находилась под пристальным вниманием сотни глаз, наблюдая, как ее план разрушается и распадается прямо у нее на глазах. Ее поражением не было стремительным. Оно было медленным и мучительным. Даже ее союзники смотрели на нее в шоке и ужасе, ожидая ее дальнейших действий, ожидая, что их Королева чудесным образом вытащит из кармана новый план и сразит своих врагов. Но у нее не было никакого запасного плана. Она исчерпала все свои тактические приемы, а они ведь были так близко… нет, Ария Т’Лоак не потерпит никакого поражения. Если она проиграет, то проиграет в огне ожесточенной, славной битвы. Она все еще сохраняла контроль над ситуацией. Теперь она точно знала, что лидеры Цитадели не хотят войны, но они не могли сказать того же об Арии. — Послушай меня, — оскалив зубы, прошипела Ария Советнику азари, — мы находимся в нескольких сантиметрах от войны, ты либо дашь мне то, чего я хочу, либо мы вступим в бой! Я могу развязать кровавую резню одним своим приказом, одним своим словом, произнесенным за одну гребаную секунду! Ты дашь мне то, чего я хочу! Тевос вновь обрела уверенность в себе. Арии больше не за что было зацепиться, и поэтому ее слова больше не пугали Советника. — Видите? — она посмотрела на Королеву пиратов, а потом повернулась ко всем остальным. — Дело не в наркотиках и не в деньгах. Речь идет исключительно об эгоизме Арии Т’Лоак. Мы для нее всего лишь очередной военный трофей. Снова появился взволнованный ропот. Он взлетел с балконов и нижних рядов, а затем приземлился рядом с Арией. Она повиновалась своим инстинктам и активировала свой Омни-инструмент. Все взгляды устремились на нее, когда она ввела чей-то номер. — Флот Омеги, это Ария Т’Лоак. Джона Седерис… приготовь корабли к атаке, — сказала Ария. Тихий ропот сразу же превратился в панические вскрики; послышался отдаленный шорох и Ария обнаружила, что по меньшей мере два десятка коммандос нацелились на нее. — Что ты хочешь сделать, застрелить меня? — слегка усмехнулась Ария. — Застрелить Королеву Омеги? Если ты на самом деле хочешь войны, то это как раз самый действенный способом развязать ее, — Ария спокойно вернулась к своему Омни-инструменту. — Приготовь оружия, но не стреляй, пока я не отдам приказ. — Хорошо, Ария, — раздался голос Джоны Седерис. Ария Т’Лоак подняла голову и увидела полные дикого страха глаза всех присутствующих. Было приятно осознавать, что тебя бояться. Это доказывало Арии, что они все еще уважают мощь ее флота и ту власть, которой она обладала. На мгновение она почти забылась, забылась что блефует. — Ладно, Седерис, — обратилась Ария к Джоне. — Я приняла решение… атакуй наши цели! — Нет! — воскликнула Тевос. Жестокая ухмылка на лице Арии поразила Советника, и хотя она отчаянно пыталась сохранить видимость своей непреклонной силы, ей не удалось скрыть наворачивающие на глаза слезы. У нее ничего не осталось. Больше никаких переговоров о наркотиках, никакой лжи о тайном оружии, которого не существовало. Не осталось ничего, кроме одной цели: спасти своих граждан. — Ария! — отчаянный вскрик Седерис прервал их молчание. — Что такое? — спросила Т’Лоак. — Чертов «Путь предназначения» только что появился! Как, блядь, мы будем противостоять ему? Вызови подкрепление, нам понадобятся все в Тазале! Через сколько они прибудут к нам? Мы сможем держать эту линию фронта недолго, может быть всего несколько часов. Подкрепление должно прибыть к этому времени. Что нам делать, Ария? — Джона поливала отборными ругательствами свою команду на заднем плане. Ария сделала паузу, обдумывая свой дальнейший шаг. «Путь предназначения» — это огромный дредноут, внушающий страх и ужас флагман флота Цитадели. Он прилетел, чтобы поприветствовать ее. Она посмотрела на Тевос обвиняющим взглядом, прекрасно понимая, что это был ее план. Если она сейчас начнет войну, пути назад уже не будет. Королева Омеги определенно была амбициозна… но она не была полной дурой. — Седерис, прекрати атаку. Оставайся на месте. Я сейчас все улажу, — ответила ей Ария. — Хорошо, — сказала Седерис. В атриуме воцарилось долгое молчание. Они были так близки к страшной катастрофе, и только чудом смогли избежать ее. — Если позволите, — произнесла наконец матриарх Медора, — я бы хотела попросить перерыв. — Черт бы тебя побрал с твоим перерывом, — последовал грубый, но успокаивающий ответ Арии. Она, как и все остальные, полностью измотала себя — Пожалуйста, — продолжала Медора, — позволь нам прерваться на некоторое время и через час мы вернемся к работе. Нам нужна передышка. Нам нужно подумать и обсудить все между собой. С начала заседания мы получили много новой информации, и мы должны принять ее во внимание. Конференция начала расходиться на перерыв. Ария обнаружила, что ее и ее спутников уводят прочь из главного зала. Она попыталась оттолкнуть от себя нескольких коммандос, но они сообщили ей, что специально для гостей из Омеги зарезервирована комната, и повели их в нужную сторону. Неохотно направляясь к выходу, Ария на последок оглянулась через плечо и увидела, что к Советнику Тевос приближается еще одна азари. Они нервно улыбались друг другу, а ее подруга говорила Советнику, что она проделала отличную работу. — Поговори со мной наедине, — сказала азари. — Встретимся в кабинете. Восточное крыло, комната двенадцать. Я буду там. А пока у тебя, вероятно, есть кое-какие свои дела. Тевос кивнула ей в знак согласия. Ария сузила глаза, а ее ум вновь начал трудиться над переработкой полученной только что информации. Она была полна решимости как можно скорее прогнать от себя коммандос, но пока все-таки решила следовать их требованиям.

***

Пока делегация из Омеги приближалась к забронированной для нее комнате отдыха, Ария отдалилась от своих сообщников и шла в нескольких метрах впереди. Ее яростные крики эхом отражались от стен коридора. Она буквально рычала, ее тело сотрясалось от непрекращающегося порыва гнева, а ругательства сопровождались все более изощренными проклятиями, обрывками имени Советника азари и словом «сука», которое повторялось чуть ли не через каждое слово. Она уже много лет не прибывала в таком бешенстве. К счастью, пик ее катарсиса закончился к тому времени, когда они вошли в комнату. В их номере стояла заранее приготовленная еда; скромные блюда, обычно встречающиеся на каждом из их родных миров. Ганар Ранг немедленно устремился к кроганскому блюду, подняв целую чашу странного вида угощений, напоминавших что-то среднее между пирожными и частями внутренних органов. Он тяжело опустился на стул и принялся жевать эту массу, пока остальные расхаживали по комнате. — Я ненавижу ее, — в сотый раз повторила Ария, все еще кипя от злости. — Я ненавижу Советника. — Ария, ты отключила свой Омни-инструмент? — Амира осторожно прервала гневную тираду своего босса. — Я получаю множество сообщений от Джоны Седерис. Она просто сходит с ума. Я… я думаю, что она собирается открыть огонь по флоту Цитадели. — Передай ей, что если она сделает хоть один выстрел, то я покалечу ее, выпотрошу кишки и насажу ее голову на пику перед Загробной Жизнью. Дословно. Амира набирала сообщение, пока Ария подходила к небольшой настенной полке, на которой стояли две декоративные вазы. — Я ненавижу ее, — повторила Ария. — Она была единственной, кто стоял у меня на пути. А теперь у нас закончились все варианты. Матриархи будут ждать от нас капитуляции, потому что, блядь, я не собираюсь с ними воевать. И они это понимают, — она на мгновение опустила голову в раздумьях. — Но я не собираюсь возвращаться на Омегу ни с чем. Если мы отступим, вся Галактика узнает, что здесь произошло. Мы должны привезти с собой какой-нибудь трофей. Если мы этого не сделаем, то потеряем уважение, деньги и большинство союзов, — Ария начала постукивать указательным пальцем по одной из стоявших на полке ваз. Прошло всего несколько секунд, прежде чем она сбросила вниз одну из них. Ваза вдребезги разбилась о пол, а ее осколки рассыпались по всюду. Восточное крыло, комната двенадцать. Эти слова эхом отдавались в ее голове, пока она постукивала пальцем по оставшейся вазе. — Что ты планируешь, Ария? — спросил Ралот, вытаскивая сигарету из бокового кармана. — Это еще не конец. Мы вложили все силы в этот план, он был чертовски хорош. Но мы еще не готовы отказаться от него, так что пока Омега еще в игре. Ария кивнула, не глядя на него. Восточное крыло, комната двенадцать. — Поставь еду на стол, Ранг, — сказала Ария крогану. — Мы сейчас кое-куда все пойдем. — Формально нам запрещено покидать этот район, — заявила Амира. — Так что если мы уйдет, то столкнемся с некоторым сопротивлением. Как мы безоружными пойдем против коммандос? Готовы ли мы к этому? Ария лишь ухмыльнулась. Амира кивнула, принимая ее ответ. Рядом с ней Ганар Ранг поднялся со своего стула и вытянул вперед руки. — Я готов сделать все, что бы ты там не задумала, — проворчал он, похрустывая шеей. — Куда мы направляемся? — Восточное крыло, — медленно произнесла Ария, убедившись, что все ее внимательно слушают. — Комната двенадцать.