Конфиденциальность

Мягкие и теплые персиковые оттенки вечернего неба Президиума просачивались сквозь окна, когда Советник Тевос заканчивала свою работу. Помимо того, что она потратила больше часа на препирательства с Арией Т’Лоак во время их неудачной встречи, следующие часы ее рабочего времени были потрачены на обслуживание многих встреч среди бесконечного потока документов, а также составления трех петиций после обеденного перерыва. Можно было сказать, что у нее был довольно напряженный день. И теперь, когда число чиновников в Посольствах уменьшалось по мере того, как они расходились по своим домам, Тевос наслаждалась более спокойной атмосферой постепенно приближающихся сумерек, в то время как Ирисса лениво бродила по ее офису, рассматривая различные предметы. Разговор между двумя азари касался многих событий, произошедших в течение рабочего дня, но в конечном итоге их беседа достигла самой опасной темы — Арии Т’Лоак. — Она назвала тебя кем? — Ирисса попросила повторить предыдущее заявление Тевос о их встрече в то утро. Она повернулась к ней лицом, нахмурив брови, в то время как ее рука нависла над маленькой статуэткой, которую матриарх Идрас подарила Тевос много лет назад. Это была белая абстрактная фигура из фарфора, смутно напоминающая двуногую фигуру. — Убийцей, — ответила Тевос, снова поджимая губы, в то время как ее пальцы продолжали скользить по клавиатуре. Обсуждение самопровозглашенной Королевы Омеги не входило в ее интересы на данный момент, но Ириссе была очень любопытна эта тема, а Тевос не видела причин что-либо скрывать от нее. — Как я уже говорила, это громкое заявление привело меня в такую ярость, что я решила закончить нашу с ней встречу. Ирисса презрительно покачала головой. Она перевела взгляд на следующий предмет, стоявший на полке — миниатюрную стеклянную вазу с бесчисленными плоскими гранями, геометрическая неправильность которой преломляла вечерний свет, входящий в ее хрустальную форму, и отбрасывала сверкающие лучи во все стороны. Эта ваза была привезена с Тессии, рассеянно вспомнила Ирисса, но ее мысли тут же вернулись к ядовитому определению Арии Т’Лоак. — Я не могу поверить своим ушам, — сердито проворчала Ирисса. — Ты определенно не убийца, Тевос. Но она, видимо, убеждена в этом. Она просто кошмар. Она — самое гнусное существо, которое когда-либо входило в этот офис, не так ли? О, как же я презираю ее. Советник воздержалась от ответа, вместо этого решив сосредоточиться на работе, позволяя взволнованной Ириссе выплескивать свое негодование дальше. Поведение другой азари было вполне объяснимым, и Тевос казалось маловероятным, что кто-то столь гордый, как Ирисса, когда-либо простит Королеве тот инцидент, который произошел между ними на Тессии. Ария Т’Лоак была совершенно не в себе, ее действия были жестокими и отвратительными. Нападение на безоружного человека было однозначно омерзительным, непростительным поступком. — Я не могу понять, как мы подпустили ее так близко к тебе, — продолжила Ирисса, отходя от полки и приближаясь к столу Тевос. Она села в удобное кресло, стоявшее перед ним, продолжая пристально глазеть по сторонам, пока какое-то странное чувство не промелькнуло в ее глазах. — Она ведь сидела в этом кресле, не так ли? — спросила она у Тевос. Советник сделала паузу, оторвавшись от светящегося экрана планшета, и бросила на Ириссу вопросительный взгляд. — Да. Почему ты спрашиваешь? — ответила Тевос, хотя она так и не совсем поняла смысл заданного вопроса. Ирисса развернулась всем телом так, что ее нос оказался почти у самого верха спинки кресла. — Я улавливаю легкий запах сигарет, — она бросила на Тевос быстрый взгляд, сообщая о своей находке, — а также немного запаха крови и копоти, — она не стала объяснять Тевос, было ли это преувеличением или нет, и развернулась, чтобы еще раз принюхаться. — И этот намек на.....что-то вроде духов, которые моя мать однажды подарила мне много лет назад, но эти… другие, более тяжелые. Тевос уже готова была признаться, что ей совершенно безразлично, как пахнет Ария, как вдруг обратила внимание на необычное поведение Ириссы. — Ты ведешь себя… странно, — сказала Советник, отметив ее чрезвычайное внимание ко всем деталям в ее офисе. — С тобой все в порядке? — Я в порядке, — ответила Ирисса, положив руки на подлокотники кресла и скрестив ноги в явном дискомфорте. — Ты кажешься… расстроенной, — настаивала Тевос, ясно видя, что в мыслях ее подруги таится что-то неладное. — Тебя что-то беспокоит? Я знаю, что ты ненавидишь Арию Т’Лоак, но чувствую, что проблема сейчас заключается не в ней. — Я пришла сюда не для того, чтобы побездельничать последний час рабочего дня, хотя ты, вероятно, так и подумала, — Ирисса заерзала на кресле, и на ее лице отразилось выражение странной смеси вины и страха. Тевос отложила свой планшет и со всем вниманием уставилась на подругу, взглядом требуя ее дальнейших объяснений. — Я… я сегодня кое-что подслушала, — выдохнула Ирисса. Она собиралась с духом, как будто собиралась сообщить о чем-то ужасном. — Что-то такое, чего я не должна была слышать. Что-то, что может доставить мне много неприятностей. Однако ты должна это узнать, поскольку это намеренно скрывается в тайне от тебя. — Подожди, Ирисса, — остановила ее Тевос и быстро прокрутила ситуацию в голове. Если разглашение этой информации подвергнет Ириссу какому-либо риску, Тевос сначала нужно было узнать, стоит ли ей вообще раскрывать эту тайну. — Насколько это важно? Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности из-за этого. Твоя карьера не стоит моих знаний о чем-то сравнительно банальном. — Это очень важно. — Ты расскажешь мне об этом? — Советник задумчиво постучала пальцами по столу. — Да, — сказала Ирисса и понизила голос до шепота. — Камеры, которые здесь установлены… Они записывают звук? — Нет. — Ты уверена в этом? — Я бы сказала, что да, поскольку это было прописано в договоре, который я подписала. Однако на самом деле я не совсем в этом уверена. Погоди, я могу отключить их. Минуту, — Тевос запустила программу на своем терминале, ввела несколько кодов авторизации и снова перевела взгляд на Ириссу. — Готово, они выключены. — Хорошо. Я подслушала разговор Советника Таркониса в коридоре. Я шла по нему, собираясь завернуть за поворот, и вдруг услышала его голос и чей-то еще из его Омни-инструмента. Он разговаривал с Советником Делраном, и когда я… когда я услышала, о чем они говорят, я отошла чуть в сторону, чтобы меня не было видно. Я сразу же начала записывать их разговор на диктофон, возможно, рефлекторно, и часть меня теперь сильно сожалеет об этом, — Ирисса подняла свой Омни-инструмент, пролистывая несколько файлов, прежде чем выбрала аудиозапись, сделанную ранее в этот же день. Она протянула руку между ними и включила аудиофайл. — Она только что прислала мне отчет об их встрече, — послышался звонкий голос Таркониса. — Вы его уже просмотрели? — Да, я его прочитал, — ответил Советник Делран. — Они ссорятся, спорят, враждуют — все это разные варианты одного и того же слова, но они не добились никакого прогресса. — А чего же вы ожидали? — усмехнулся Делран. — Как мы вообще могли ждать каких-то результатов от этих двоих? Я не думаю, что они хоть на минуту задумались о мире между ними. Это уничтожило бы цель, которая развлекает их каждый день: злоба и ненависть друг к другу. Представьте себе мир, в котором они перестали бы враждовать друг с другом в один прекрасный момент. Они растерялись бы и не знали, что с собой делать. — Может быть вы преувеличиваете, но я согласен с вами в том, что они никудышные дипломаты и не годятся для проведения таких переговоров. Кто-то другой должен сделать это за них. Но они обе, похоже, твердо намерены сделать это лично. Чем больше я об этом думаю, тем больше это меня оскорбляет. У них развилась личная неприязнь друг к другу, но если их переговоры так и не увенчаются успехом, то из-за них можем пострадать мы все. — Да, кто-то снова будет травмирован. На Цитадели может произойти тот же инцидент, что и на Тессии. Я предполагаю два исхода событий. Либо Тевос потерпит неудачу, и мы начнем войну. Либо Тевос преуспеет, Ария Т’Лоак вернется на Омегу и будет высасывать из нас те привилегии, которые мы предоставим ей по этому договору. Однако в конце концов преступница вновь обнаглеет и будет требовать большего. Я знаю, что мы решили предоставить Тевос этот шанс, но я думаю, что мы сделали это зря. Т’Лоак подобна заразе, которая распространяется бесконтрольно. Мы не можем остановить ее одним лишь договором. — А что, если Тевос даст ей слишком много? — Тарконис издал хриплый звук легкого разочарования. — Ты же ее знаешь, она миролюбива до мозга костей. Если Тевос окажется в безвыходном положении и перед ней будет висеть очередная угроза войны, то она исполнит любую прихоть Арии Т’Лоак. И какой вывод сделает из этого какой-нибудь другой наш будущий враг, наблюдающий за всем происходящим? Если вы нападаете на Цитадель, то вас не только отпустят, а еще и отдадут целую охапку кредитов в придачу? Я уважаю Советника Тевос и ее взгляды, и обычно считаю ее мнение справедливым, но наше подразделение — Совет, работает по определенному принципу. Здесь важен баланс. Когда на сцену выходит только один из нас, то это не приводит ни к чему хорошему. Именно это происходит сейчас. — Я думаю, мы имеем полное право наложить вето на ее договор, если он окажется не пригодным. Мы все еще обладаем такой силой. — Но разве мы поступим так с ней, не предупредив заранее? — Возможно, у нас не будет другого выбора. Я понимаю твои сомнения, но мы ведь не делаем ничего противозаконного. — Послушай, Делран, у меня еще много дел. Я должен вернуться в свой офис. — Тогда увидимся с тобой завтра у тебя в кабинете. У меня сегодня тоже очень много забот. — Хорошо. Когда аудиозапись подошла к концу, Советник Тевос подняла на Ириссу широко раскрытые от шока глаза, слегка приоткрыв рот и заметно побледнев. — Ты думала отпустить меня домой, не показав мне этого? — Ты же понимаешь, что меня за это могут уволить. Запись разговоров Советников в Посольствах без их согласия является незаконной! Так что прости меня за то, что я не такая храбрая! — Я не могу поверить, что они собираются начать войну, ведь они еще даже не получили результата от наших переговоров! — сказала она, ее слова были быстрыми и резкими от ярости. — Они… они совершенно нетерпеливы! Сколько же в них наглости. Они ведут грязную игру! — Советник тотчас же поднялась с кресла и начала собирать в охапку какие-то вещи, готовясь к отъезду. — К сожалению, это вовсе не грязная игра, — с усмешкой заметила Ирисса, все еще сидя в кресле. — В этом то вся и проблема. Они могут сговариваться сколько угодно о наложении вето на договор за твоей спиной, за спиной кого-угодно, без последствий. Формально это просто диалог между двумя Советниками, так что все честно. И ты не можешь предъявить им каких-либо претензии, потому что если ты это сделаешь, то меня сразу уволят. Надеюсь, ты это понимаешь. — Я просто не могу в это поверить… я знаю, что взяла в руки большую часть власти сейчас, я полностью понимаю их беспокойство, но они даже не дали мне шанса! Я потратила много времени и сил на этот договор, но мы еще не закончили, — затем Тевос замолчала, так как беспорядочные мысли начали бегать в ее голове, но как только она более менее успокоилась, то снова посмотрела на свою подругу. — Ирисса, мне нужно, чтобы ты узнала больше. Мне нужно точно знать, что они затевают. Они ведь сказали, что завтра снова встретятся. — И каким способом мне добыть тебе эту информацию? — Скорее всего, они уже разошлись по домам, — вслух размышляла Советник. — О нет, Тевос, — остановила ее Ирисса. — Я знаю, что ты собираешься предложить, а я не собираюсь этого делать. Я уже рисковала своей карьерой, когда сделала эту запись. Я не буду прослушивать чей-либо офис. — Я возьму на себя всю ответственность, если тебя поймают, — сказала Советник, пристально глядя на Ириссу своими внимательными зелеными глазами. — Я скажу, что насильно заставила тебя сделать это. Или скажу, что это я подслушивала их, если они обнаружат жучок и начнут искать его владельца. — Значит, ты хочешь ответить на их «грязную игру» своей? Если нас поймают, это может обернуться катастрофой! Ты действительно готова бросить все, все столетия упорного труда только ради этого? Я не буду стоять и смотреть, как ты разрушаешь свою карьеру. Если хочешь знать мое мнение, то Ария Т’Лоак заслуживает смерти. Знаешь, почему бы нам не заткнуть ее навсегда? Мы уже устали от нее! Она так много требует от тебя, оскорбляет и угрожает насилием! Да. Я действительно думаю, что она заслуживает смерти, — Ирисса внезапно замолчала и оторвала взгляд от Тевос. Она не стыдилась своей ярой ненависти к Арии Т’Лоак, или того факта, что ее мнение постепенно начало совпадать с мнением других Советников, но ее очень беспокоило положение, в котором она оказалась. С одной стороны, она могла помочь Тевос и попрощаться с собственной карьерой, а с другой, могла оставить подругу в беде, но сохранить свою репутацию. — Тевос, мир — это не всегда правильный курс действий. Иногда тебе нужно только прицелиться и выстрелить. Я просто… я действительно хочу, чтобы ты убила ее, Тевос. — Ирисса, если мы начнем войну с Омегой, она будет долгой, кровавой и мучительной. Конфликт на таком большом расстоянии, между нашими двумя станциями, продолжался бы годами, прежде чем затихнуть. Хотя мы почти наверняка выиграем, но это будет затяжной кошмар, возможно, продолжающийся в течение десятилетий. Кажется, мы не можем прожить и одного тысячелетия без участия в войнах, Ирисса. Это ужасно. Так что пока у меня есть хоть какой-то шанс решить все мирным путем, я им воспользуюсь. Почему ты меня осуждаешь, ведь у нас еще есть шанс все исправить? — Я просто так устала от Т’Лоак, — призналась Ирисса, ее голос был полон нервозности, когда она поднялась с кресла и скрестила руки на груди. — Посмотри на все, что она сделала, посмотри, что она за личность. Посмотри на себя! Ты устала, напряжена и уже несколько дней не улыбаешься. И даже если ваш договор будет успешным, как ты можешь быть настолько уверена в том, что сможешь держать Арию Т’Лоак в узде на протяжении веков? Она такая же азари, как и мы. Сотни лет это довольно долгий срок для поддержания мирных отношений между двумя ранее враждующими организациями. Советники думают, что однажды она вернется, когда соберет побольше кораблей и мощную армию. А что, если Омега однажды начнет соперничать с Цитаделью? Что тогда? Центр Галактического влияния может сместиться. Взгляд Тевос скользнул куда-то вниз, и она погрузилась в более тщательные размышления. А что, если все действительно было напрасно? Все эти сложности из-за глупой погони за миром между Цитаделью и Омегой… Разве договор, составленный сегодня, обеспечит мир на завтра? Это был самый главный вопрос, который продолжал мучить ее. Чем больше она узнавала об Арии Т’Лоак, чем больше общалась с ней, тем больше Тевос понимала, что Ария не была простым лидером. Она была личностью с великолепными амбициями, личностью с поразительным количеством напористости и преданности любому ее грандиозному замыслу. В Галактике было много людей, которые мечтали о славе и власти, но мало кто из них действительно добивался успеха. Если настанет день, когда Ария найдет достаточно сил, чтобы вести постоянную войну против Цитадели… Советник Тевос была совершенно уверена, что она воспользуется такой возможностью. Она представляла себе Т’Лоак в будущем, основываясь на всем, что она знала о ней на данный момент. Ария была бы охвачена безумием, горящим всплеском энергии, все это создало бы ее опасную веру в то, что она действует по воле Богов, или даже хуже, что она превзошла самих Богов. Возможно, разумнее всего было бы устранить ее прежде, чем она станет слишком могущественной. Возможно, Тевос все это время ошибалась. Но все же… поспешность этой планируемой войны беспокоила ее. Бросаться в бой было опасно, особенно когда ты ничего не знаешь о своем противнике. — Мне все еще необходимо знать, что задумали другие Советники, прежде чем я приму решение. Мне нужно, чтобы ты выяснила все, прежде чем я совершу ужасную ошибку. Я подумаю над твоим предложением. Я действительно подумаю, но только если буду знать о заговоре, который ведется за моей спиной. Для меня это главное условие. — Я в самом деле хочу увидеть, как Ария Т’Лоак умрет. Я действительно этого хочу. — затем Ирисса замолчала и, немного подумав, добавила. — Но я думаю, что видеть тебя счастливой, видеть как ты добиваешься успеха, для меня было бы важнее. Потому что ты, наверное, единственная кто может это сделать… Ты даже не представляешь, как тебе повезло, что у тебя есть такая подруга, как я, Тевос. — О, спасибо, Ирисса, — облегченно вздохнув, Советник обошла свой стол и заключила Ириссу в дружеское объятие. — Большое тебе спасибо. — Но ты же возьмешь на себя всю вину, если меня поймают, как ты и говорила? Мы договорились? — Ирисса вывернулась из ее объятий и сделала шаг назад. — Конечно, — сказала Советник и едва улыбнулась. — Не знаю, как тебя еще благодарить. — Хорошо. Будем праздновать только в том случае, если меня не уведут в тюрьму в сопровождении СБЦ. Я вернусь послезавтра днем с результатами, если смогу их достать, — Ирисса начала уходить, очевидно, ей надоел этот напряженный разговор. Однако, прежде чем подойти к двери, она остановилась и обернулась. — Но пока я получаю твои доказательства, что ты собираешься делать на завтрашней встрече с Арией Т’Лоак? — Полагаю, мне придется тянуть время, — Советник на мгновение задумалась. — Она этого точно не оценит. Вероятно, она хочет вернуться обратно на Омегу как можно скорее. — Каждый человек, даже Ария Т’Лоак, имеет естественную склонность к разговору на определенные темы. Я буду играть на ее самолюбии, задавать много вопросов о ней и Омеге, или заставлю ее подумать, что она напугала меня. Думаю, она могла бы болтать об этом часами напролет, — положив одну руку на стол, Тевос быстро набросала примерный план их завтрашней встречи на своем планшете. — Иногда ты меня пугаешь, Тевос, — вздохнула Ирисса и снова развернулась к двери.

***

Вторая их встреча на следующий день началась с того же выражения неудовольствия на лице Т’Лоак. Ария села в кресло и сердито посмотрела на Тевос, как будто враждебный взгляд никогда не покидал ее ни на одну секунду. Кожа ее белой куртки блестела на фоне багровых складок, добавляя жесткости языку ее тела. На дорогой, безупречной ткани ее куртки, мелькала та единственная все еще не зашитая прореха, приобретенная от пули на Тессии. Советник делала вид, что перебирает какие-то важные документы, завершает неотложные дела на своем терминале и нескольких планшетах, но на самом деле она продумывала их предстоящий долгий разговор с Арией. Подняв глаза и на мгновение встретившись взглядом с ее бледно-голубыми глазами, Тевос поняла что будет совсем не трудно разговорить сидящую напротив азари. Спровоцировать очередную перепалку, если это станет необходимым, будет совсем несложно. — Давай уже перейдем к делу, — наконец начала их диалог Ария. Она наклонилась вперед и сложила руки на столе Советника. Тевос к своему ужасу обнаружила, что Ария, видимо, не была настроена на очередной спор с ней. Советник помедлила с ответом. Как и говорила Ирисса, огромное презрение Арии к Цитадели, вероятно, переигрывало любое удовлетворение, которое она находила в том, чтобы мучить и оскорблять Советника азари. Видимо теперь она просто хотела вернуться на Омегу с любой добычей, которую сможет увезти с собой. Но Тевос не могла позволить ей уехать сегодня, пока над ней нависла угроза вето на их договор. Ожидание результатов разведки Ириссы было жизненно необходимым. Промедление, конечно, разозлит Арию, особенно если она раскусит задумку Тевос, но у Советника не было другого выбора. — Так о чем же поговорить? — подумала Тевос. — Какая тема заинтересует ее с наибольшей вероятностью? О чем с ней можно говорить целый час или даже дольше? — Вчера, — начала Тевос, вызвав смутное любопытство у сидевшей перед ней азари, — когда ты донесла до меня некоторые… досадные полномочия моей профессии. Те, что связаны с убийствами, если быть точнее. Я долго размышляла над твоими словами. Ты утверждала, что отнятие жизни у любого человека — это обыденное действие, выходящее за рамки всех правил и регламентов, прописанных в законе. Я внесла небольшие коррективы в свои взгляды, — когда Советник взглянула на нее, чтобы оценить, как Ария восприняла эту тему, Тевос была рада увидеть интерес, вспыхнувший в ее взгляде. Да, Советник выбрала отличную тему для разговора. — Я в какой-то степени ответственна за смерти людей, — продолжала Тевос. — Хотя такие агенты, как Спектры, являются теми, кто в физическом смысле осуществляют данные действия, они все-таки получают те или иные приказы от нас, от Советников. В некотором смысле они наше живое оружие. Они обладают большей свободой действий, чем мы. Спектры не придерживаются некоторых протоколов, которым следуют правительственные чиновники. И поэтому Совет использует Спектров в тех чрезвычайных ситуациях, в которых не может участвовать самостоятельно. Так что да, я стала причиной гибели тех людей, которые угрожали интересам Цитадели, или, как ты выразилась, моим интересам. Хотя ты права в этом отношении, но я не позволю тебе классифицировать меня как убийцу. Этот термин скорее охватывает сущностей с более гнусными мотивами. Ария медленно кивнула, удовлетворенно ухмыльнувшись. Она откинулась на спинку кресла, закинула ногу на ногу, а затем взяла со стола Тевос пресс-папье и поднесла его к свету. Учитывая тот факт, что бумага доходила до Советника только в виде личных писем, старых документов и случайных приглашений, роль этого предмета была скорее декоративной. Пресс-папье представляло собой сферу, сделанную из полированного черного вулканического стекла с далекой планеты, с приплюснутым основанием для своей устойчивости. — Это просто… эволюция, — сказала Ария, глядя на пресс-папье. Она повертела его в руке, чтобы повнимательнее рассмотреть. — Если убрать из этого определения все моральные принципы, которые являются привилегией разумных существ, само убийство — это люди, сражающиеся друг с другом за то, что увеличивает их шансы на выживание. Деньги. Ресурсы. Территория. Ведь в конце концов выживают только самые хитрые и сильные. Твои люди так одержимы этой концепцией… справедливости…что вы добровольно закрываете глаза на реальность. Вы устанавливаете как можно большее расстояние между собой и тем, кем являетесь на самом деле. Вы думаете, что мы не те существа, которые выползли из первобытной грязи много веков назад. Мы следуем законам. Мы же… цивилизованные люди. Но это не так, — Ария вернула пресс-папье на свое место. — Мы точно такие же, как раньше. Только теперь у нас есть фабрики и скайкары. — Ты действительно не стремишься стать чем-то большим? Ты не стремишься позволить совершенству интеллекта и разума взять верх над своими первобытными инстинктами? — Не пойми меня неправильно. Разум и здравый смысл — вот что завело меня так далеко. Тактическое мышление, тщательное планирование. Я просто не забываю, кто я на самом деле. Когда я назвала тебя убийцей, я хотела указать тебе на то, что мы с тобой не так уж сильно отличаемся друг от друга. Однако ты понятия не имеешь, с чем я имею дело. Все, что я когда-либо слышала в свой адрес от вас, придурков из Цитадели, были жалкие оскорбления относительно моего образа жизни. Вы все такие отвратительно предсказуемые, — Ария усмехнулась, скрестив руки на груди, и привычно отвернулась, чтобы взглянуть в окно. Тевос почувствовала, что это замечание задело ее, но она грациозно проигнорировала его. Тевос нужно было как можно дольше поддерживать их разговор. — Черта высокоинтеллектуального существа — это сопереживание. Ты согласна с этим? — Это черта разумного вида в целом, — коротко ответила Королева пиратов, начав что-то подозревать. — Так ты находишь удовольствие в убийстве? Хотя все вопросы Тевос служили другой цели, она не отрицала своего интереса к ответам Арии. Ее взгляды были искаженными и неформальными настолько, что пугали. Пугали, но завораживали. Ария какое-то время молча смотрела на Советника, возможно, начиная о чем-то догадываться. — Нет, не всегда. Если только я не очень зла или если я уже много лет страстно не охотилась за своей добычей. Тогда да, я чувствую некую эйфорию. Но в остальном это работа. Это трата моего драгоценного времени на устранение препятствий. Так что нет, я обычно не получаю удовольствия от убийства, если только у меня нет на то веской причины. Это что, какой-то психологический анализ? — она издала короткий смешок, когда эта мысль внезапно пришла ей в голову. — Ты пытаешься обнаружить мои давние психологические травмы? Ты надеешься найти какое-то ужасное событие, которое превратило меня в безжалостную убийцу? — Ария чуть не рассмеялась. Тевос воздержалась от каких-либо слов и продолжила просто наблюдать за ней. — Ты надеешься найти корни моих неординарных амбиций, чтобы потом каким-то образом привести меня к внезапному откровению, вдохновив меня измениться? — Нет, — возразила Советник. Это был честный ответ. Даже если Ария Т’Лоак была подвержена какому-то ужасному событию в прошлом, сейчас было уже невозможно изменить ее мировоззрение. — Отлично, — усмехнулась Ария. — Потому что ты должна понять, что если ты будешь искать то, что случилось когда-то со мной, то ты ничего не найдешь. У меня нет для тебя ни слезливой, ни трагической истории. Если ты хочешь понять основные аспекты моей личности, то пойми следующее: здесь нечего анализировать. Я творю все эти вещи потому, что мне этого хочется. И я никогда не извинялась и никогда не собираюсь извиняться за все это. — Что-то ты слишком уж защищаешься, — заметила Советник. — Это потому, что я знаю, к чему ты ведешь этот допрос, — Ария, казалось, была возмущена обвинением в свой адрес, — я хочу покончить с ним как можно скорее, чтобы мы могли вернуться к этому чертову договору. — Я бы хотела спросить еще кое-что, — попыталась возразить Тевос. Она осторожно запустила два пальца в высокий воротник своего платья, оттягивая ткань от своей шеи. Его хватка вокруг ее горла, казалось, стала чуть сильнее, чем обычно. — Послушай, Советник, — сказала Ария, перегнувшись через край стола. Она говорила медленно, стараясь, чтобы каждое ее угрожающее слово доходило до Тевос как можно отчетливее. — Я больше не играю в твои игры. Я хочу получить свои привилегии и вернуться на Омегу. Почему ты вдруг так чертовски заинтересовалась мной? Вчера тебе не терпелось скорее покончить со всем этим, так почему же ты вдруг передумала? И не пытайся врать мне или нести чушь. Я вижу тебя насквозь. Тевос затихла. Она знала, что разоблачение ее замысла неизбежно произойдет, но ей очень не хотелось, чтобы это произошло так скоро. Ария, возможно, была чрезвычайно эгоистичной и наслаждалась тем, чтобы некоторое время побыть в центре внимания, но она не была глупой. Она уловила скрытый подвох во всем этом разговоре, и у Тевос не было никакого оправдания. Но было бы неразумно раскрывать ей свои подозрения, и было бы особенно опасно давать Арии какой-либо дополнительный рычаг воздействия. Если они в конце концов вступят в войну, предварительное знание о готовящемся заговоре над Советником может дать Королеве преимущество, которое Тевос не желала давать; это может привести к еще большим потерям для флота Цитадели или к другим проблемам. Но с другой стороны, если им удастся заключить мир, то предупреждение Арии о готовящемся заговоре может завоевать ее благосклонность и укрепить солидарность их договора. Какой более подходящий знак доброй воли она могла бы дать ей, чем доказательство того, что она хоть немного заботится о Омеге? Если Ария Т’Лоак узнает о надвигающейся опасности, возможно, их отношения стабилизируются и помогут предотвратить будущие разногласия. Советник собралась с духом и решила пойти на огромный риск. — За моей спиной среди других Советников зреет заговор, — призналась Тевос. — Моя подруга сообщила мне об этом вчера. Возможно, над нами снова нависнет серьезная угроза войны, но на этот раз ее объявит Цитадель. — Я же просила тебя не нести полную чушь, — грубо ответила Ария. — Но это правда. Мы могли бы как-то сотрудничать друг с другом, чтобы избежать этой катастрофы. — Я устала от твои лживых игр, Советник. Ты меня не одурачишь. — Я могу предоставить тебе доказательства. Могу показать тебе результаты уже завтра. — Я тебе не верю, — Ария в отрицании покачала головой. — И даже если ты говоришь правду, то это всего лишь твои параноидальные подозрения. — А что, если это не так? — Советник пристально посмотрела на нее, встретившись взглядом с Арией, чтобы подчеркнуть всю серьезность ситуации. Ария надолго погрузилась в полное молчание. Она сидела, внутренне кипя от гнева и недоверия, а образовавшаяся морщинка на ее лбу подчеркивала бурю негативных мыслей. — Откуда мне знать, что ты говоришь правду? Ты могла бы придумать этот сценарий вместе с другими Советниками, в последней попытке запугать меня. — Независимо от того, веришь ли ты мне или нет, мои опасения достаточно реальны, чтобы я сегодня же расторгла наш с тобой договор. Вот почему я рассказываю об этом тебе. — И все же у меня нет причин тебе доверять. — Просто прекрасно, — сказала Тевос, подняв руку и сделав короткий пренебрежительный жест в ее сторону. — Это уже твоя проблема. Так что вперед, оставайся в неведении, пока я пытаюсь спасти нас обеих. Независимо от того, веришь ты мне или нет, сегодня мы не будем обсуждать наш договор. — И что же? Ты хочешь, чтобы мы просто сидели здесь и тратили время впустую? — ощетинилась Ария. — Ты находишься в моем офисе уже некоторое время, но недостаточно долго. Помни, что СБЦ наблюдает за нами. Я не сомневаюсь в том, что ты хочешь уйти как можно раньше. Но тогда нам придется устроить что-то вроде фальшивой ссоры. — А как насчет того, чтобы нам устроить настоящую ссору? Потому что у меня есть к тебе несколько претензий. — Этот заговор вполне реален. Я ужасно боюсь того, что может случиться с нами всего через несколько дней. У тебя есть выбор, Ария Т’Лоак. Либо ты помогаешь мне, либо не мешаешь, — Советник выпрямилась в своем кресле и с укором посмотрела на Арию. Ария вновь погрузилась в молчание. Она выглядела так, словно боролась с тем, чтобы не выплеснуть свой гнев, в виде криков или, что еще хуже, биотики, наружу. — Значит, мне придется провести еще один день в этой адской дыре? — Боюсь, что так. Так ты хочешь устроить фальшивую ссору или нет? — Я не актриса. — Но ты играла роль танцовщицы в течение многих лет. — Я бы сказала, что это была удобная… побочная работа в то время, — Ария не смогла скрыть хитрой ухмылки, отложив на время свой кипящий гнев в сторону. — Как бы то ни было, я уверена, что ты можешь дотянуться до своего внутреннего гнева за актерским вдохновением. Если тебе нужна дополнительная помощь, то я могу организовать убедительный обмен мнениями. — Ладно, только слишком не наглей, — нахмурилась Ария. — Просто скажи мне, что мне нужно сделать, чтобы поскорее выбраться отсюда. А в освободившееся время я могла бы устроить парочку неприятностей на твоих драгоценных улицах, — Т’Лоак вновь потянулась за пресс-папье. — Ты не станешь делать ничего подобного. — Ну мне ведь нужно как-то развлекаться, — сказала Ария и начала подбрасывать обсидиановую сферу над головой. — Но ты же не устраиваешь беспорядки на своих собственных улицах на Омеге, — возразила Тевос. — Ты должна развлекать себя как-то иначе, — она протянула руку в сторону Арии, чтобы та вернула ей ее имущество. — О, я развлекаюсь, как прирожденная королевская особа, — сказала она, отдавая пресс-папье Тевос. — Любуюсь танцовщицами, пью вино… А когда мне все это надоедает, то я предаюсь занятиям, знакомым твоему цивилизованному обществу, например чтению, — Ария откинулась на спинку кресла. — И никаких смертельных поединков на захваченных кораблях? — Советник добавила несколько шутливых предположений. — Никаких грабежей соседних систем или изготовления украшений из костей поверженных? Ария отрицательно покачала головой, выглядя так, как будто она, была удовлетворена юмором Советника азари. — Это наводит меня на любопытную мысль. Чем, черт возьми, ты занимаешься в свободное время, Советник. Рассказываешь анекдоты про других политиков? Посещаешь пафосные театры? Смотришь, как СБЦ колотит мирных демонстрантов? Проводишь званые ужины? — Вообще-то я тоже читаю, — Тевос дала ей краткий ответ, не подтверждая и не отрицая ни одно из вышеупомянутых развлечений. — Если это все, что ты можешь мне рассказать, то это ужасно скучно, — Ария показательно закатила глаза. — Я никому не рассказываю о своей личной жизни. Но не хочешь ли ты послушать истории о тайных правительственных планах или о последних скандалах с хищениями кредитов? Ария поймала себя на мысли о том, что у Советника либо вообще не было личной жизни, либо она действительно была ужасно скучной. — Вообще-то я бы предпочла послушать такие истории. Советник выдавила из себя слабую улыбку. Эта едва заметная улыбка удивила ее, сбила с толку. Тевос внутренне отчитала себя за то, что выказала малейшие признаки веселья, ведя диалог с этой опасной преступницей. — Ну да, эти выдуманные истории были бы гораздо более захватывающими, чем реальные, не так ли? — Возможно, — пробормотала Ария, делаясь более серьезно настроенной. — Просто избавь меня от своей персоны сейчас же, — она поменяла свое положение в кресле, быстро оглядела офис, а затем снова посмотрела на Тевос, ожидая дальнейших указаний. — Хорошо, — сказала Тевос, обнаружив, что отказ Арии проявлять какие-либо позитивные эмоции, является отражением ее гордости. Тевос сочла это обстоятельство подходящим для того, чтобы освободить их общества друг от друга, и поэтому она наклонилась вперед, делая вполне правдоподобный серьезный взгляд. — А теперь я обращаюсь к тебе с замечанием относительно твоей невоспитанной личности. Ария сначала замешкалась, анализируя произнесенные слова. Когда она поняла всю хитрость этой затеи, то на подкорках ее сознания появилась еще одна серия мыслей, вращающихся вокруг Советника Тевос. Советник определенно не заслуживает доверия, — подумала Ария. Это утверждение было подкреплено горой доказательств. Наличие многочисленных секретов и интриг, которые хранила в себе Советник. А беседы с Тевос показывали ее не малое остроумие. Она не была политической марионеткой. Ария несколько неохотно признала этот факт. Хотя ей все еще очень не нравилась Цитадель, ее лидеры и их бесконечные законы, она считала Тевос довольно грозной соперницей. Эта горькая мысль укоренилась в ее сознании. Она недооценила Советника азари. Эта недооценка была ошибкой, а Ария ненавидела их совершать. Поэтому она молча проглотила свою гордость и немного изменила отношение к Тевос. — А я в ответ называю тебя лицемеркой, как и вчера. А также добавляю какое-нибудь провокационное оскорбление, направленное на твоего ближайшего родственника или лучшую подругу. — И поэтому я возмущенно встаю, — сказала Тевос, затем поднялась с кресла и положила руки на стол, — чтобы сказать, что ты не имеешь права втягивать мою семью в нашу дискуссию, — Советник, несмотря на напускную раздражительность, выпрямилась, сохранив каждую унцию своей царственной, величественной осанки. Она была, по сути, образцом, к которому все азари, изучающие сейчас политику, могли обратиться за советом. — Я тоже встаю, чтобы бросить тебе вызов, — Ария тоже встала, решительно встречая пристальный взгляд Советника, — и терплю абсолютно нелепую показуху, в которой принимаю участие, только для того, чтобы поскорее покинуть твой проклятый офис… И каким-то чудом сдерживаю себя, чтобы не применить биотику вместо слов. Может быть, мне сломать несколько вещей, чтобы ускорить этот процесс? Будет очень весело. — Я напоминаю тебе, что от СБЦ ты так легко не отделаешься, и они, вероятно, будут держать тебя в заключении в течение нескольких часов, если ты попытаешься нанести какой-либо материальный ущерб. В конце концов ты потратишь больше времени на них, если не будешь и дальше подыгрывать мне. — И поэтому я с презрением терплю все это, — Ария слегка прищурила глаза. — Но не без напоминания о том, что завтра я жду от тебя адекватного доказательства того, что… твои подозрения, вполне реальны. Мое время не должно быть потрачено впустую. — Я указываю на дверь, — сказала Тевос, направляя руку в сторону выхода, — и заверяю тебя, что завтра предоставлю все доказательства, а если нет, то наш договор будет заключен к концу завтрашней встречи. Так что тебе не о чем беспокоиться. Но прежде чем я позволю тебе уйти, я должна тебя кое о чем предупредить. Если другие Советники действительно планируют безоговорочно наложить вето на наш договор, у нас с тобой будет мало вариантов. Если мои подозрения подтвердятся, то наше сотрудничество будет неизбежным. Мы больше не должны считать друг друга врагами, Ария Т’Лоак. Ради Омеги, стань моим союзником не через обязательные условия договора, а через нашу общую цель, чтобы мы могли избежать этого конфликта. — Если ты предоставишь мне достаточно веские основания для того, чтобы я могла считать себя твоим союзником в решении этого вопроса. Я сделаю это. Но только если у меня будет достаточно веская причина, — напоследок сказала Ария и вышла из офиса. Когда Т’Лоак вышла из офиса, Тевос откинулась на спинку стула. Что только что произошло? Не что иное, как великолепное чудо. Она сидела в кресле некоторое время, размышляя, не подводят ли ее чувства. Устойчивая цепь бесконечной ненависти оборвалась, уступив место проблескам… легкого юмора. Короткие, мимолетные мгновения сдержанности. В центре всего этого был факт того, что хоть они и продолжали пререкаться друг с другом, но в какой-то степени начали сотрудничать. Они уже начали делать немыслимое. Непостижимое. Невозможный подвиг Советника Тевос и Арии Т’Лоак, терпящих личную неприязнь друг к другу ради безопасности своих станций. До этого дня они прибывали в тупике, применяя оскорбительные ругательства, не замечая перед собой ничего, кроме гнева и неприязни, отражавшихся в радужках их глаз. Но вот наконец явились руки неведомой силы, схватили их за затылки, оторвали друг от друга и устремили их взоры к белому свету приближающегося уничтожения. — Смотри, — сказал внутренний голос, — вот что вас ждет. Что это была за сила — страх собственной гибели? С первых дней существование их конфликта, предполагалось, что они должны были уничтожить друг друга. Они должны были встретиться на мгновение, кружась в огненном хаосе, пока все не иссякнет и не погаснет, не сгорит дотла или не превратится в сплошные руины. Но их не ждала такая участь, подумала Советник Тевос, чувствуя, как в ее груди проскакивают фрагменты оптимизма и решимости.