Безграничный голод (All-Consuming)

Курить хотелось невыносимо, но сигарет не было — и отлично, иначе Чжао Юнь Лань послал бы все к чертовой матери и уничтожил уже полпачки. Вместо этого он то грыз леденцы, то прикусывал ногти. Отправляясь на крыльцо, он прихватил бутылку своего шикарного байцзю, но он вроде как дежурил, а потому держался, не трогая его, сколько мог. Конечно, в идеале во время дежурства вообще не стоило пить, но оставить выпивку в сумке сумел бы разве что святой, а он святым не был. После самого бездарного в мире каскадерского трюка, проворачивать который у Чжао Юнь Ланя не было ни малейшего желания, они двинулись дальше. Возвращение в город отпадало, попытка отсидеться сразу за городской чертой означала бы, что они нарываются на неприятности. Может, конечно, у министерства найдутся дела посрочнее, чем охотиться на бывших сотрудников, но и обратное никто не гарантировал. Они миновали промышленный район, заброшенные пригороды, обогнули старый карьер. Здесь начинались леса, чередовавшиеся с полями и сельскими домиками. Какое-то время за ними следили: позади держался белый внедорожник, но палить в них из пистолета или какого-нибудь другого оружия его водитель не пытался. Чжао Юнь Лань даже задумался, это мародер-журналист или все-таки кто-то еще. Да и разве найдется такой псих, что станет делать тут репортажи? Понять, насколько пострадали жившие за городом люди от инфекции, не выходило. Эвакуировать их могли просто на всякий случай. Возможно, это было и правильно. Втроем они обсудили возможные варианты того, что делать дальше, но связаться с кем-нибудь в городе они не могли, да и гарантии, что за ними не следят, тоже не было никакой. Оставалось только ехать вперед. И они ехали, пока не разбили одну фару, и даже после этого все равно продолжали ехать, медленно и осторожно, погасив ту, которая уцелела. Когда совсем стемнело, пришлось искать место для ночлега, потому что никто не представлял, куда отправляться дальше, и все слишком устали, чтобы сидеть за рулем, а Шэнь Вэй до сих пор не очнулся. Чжао Юнь Лань хотел отвезти его туда, где он сумел бы по-настоящему отдохнуть. Он понятия не имел, что еще может для него сделать. С Шэнь Вэем все, казалось, было в порядке, по крайней мере внешне, а Чжао Юнь Лань совсем ничего не знал о том, какой вред могло причинить ему такое вот излишнее напряжение сил. Если Шэнь Вэй сказал, что ему просто нужен отдых, приходилось в это верить. Поэтому они выбрали пустой дом в какой-то дыре, где все постройки окружали участки поросшей травой земли и небольшие рощицы. Приглянувшийся им стоял чуть ли не в лесу. К нему вела длинная грунтовая дорога, и он казался покинутым задолго до катастрофы. Снаружи не было видно ни одной машины, и, хотя кое-какая мебель осталась, большинство личных вещей исчезли. Так что дом оказался удачной находкой, хоть и отдавал жутью. Внутри имелось две спальни с кроватями, на первом этаже стояло глубокое кресло и раскладной диван. Всем было, куда рухнуть и уснуть, а если рассуждать здраво, вряд ли на них будут здесь охотиться. По крайней мере, не сегодня Чжао Юнь Лань все равно вызвался подежурить. Снаружи могли оказаться зомби. Возможно. И если хоть кто-то попытается навредить остаткам его команды, он его, черт возьми, просто уничтожит. Да и заснуть у него в любом случае бы не получилось. Как бы он ни устал, стоило перестать заниматься делами, и в голову тут же лезли мысли о Ван Чжэн, и Лао Чу, и Сяо Го, и всех остальных друзьях, студентах, учителях и прочих, прибившихся к ним людей, за чьи жизни он был в ответе. Эти мысли заставляли гадать, живы ли они, и если да, то как долго им еще удастся продержаться. Поэтому он взял бумаги профессора Оуяна, старый шатающийся походный фонарь, серое одеяло и бутылку байцзю и уселся на ступеньках у главного входа, чтобы почитать о проекте «Реликвии» и плане Хайсина по краже забытой биотехнологии. Почти сразу же из темноты появился Да Цин и свернулся клубком в углу одеяла. Чжао Юнь Лань доедал уже четвертый леденец, если верить кучке оберток и палочек, когда рядом что-то прошелестело. Вздрогнув, он потянулся за пистолетом, но потом сообразил, что это кто-то изнутри открыл дверь. Фигуру шагнувшего на крыльцо Шэнь Вэя Чжао Юнь Лань узнал, даже несмотря на полумрак. На нем были фланелевые штаны и ветровка, а движения казались твердыми и уверенными. Шэнь Вэй выглядел… нормально. Может, не совсем здоровым, сказать наверняка было сложно, но куда лучше, чем Чжао Юнь Лань ожидал. Вместо глефы Шэнь Вэй держал в руках две разномастные, исходящие парком чашки. Ну конечно же, он нашел кухню. Встретившись глазами с Чжао Юнь Ланем, он двинулся к нему. Чжао Юнь Лань выдохнул и отложил бумаги. — Очнулся! Ты меня напугал. — Прости, — тихо проговорил Шэнь Вэй, остановившись рядом с ним на крыльце. Чжао Юнь Лань уставился на его ноги. Изящные начищенные ботинки никак не сочетались с пижамой, которую Чжао Юнь Лань на него натянул. (Чжао Юнь Лань не хотел укладывать Шэнь Вэя в кровать всего в крови, но раздев его, обнаружил целый набор фиксаторов и подтяжек. Теперь он знал, как их снять и как выглядят бедра Шэнь Вэя с проступившими на коже красными полосами. Сокровенное знание. Оно засело в мозгу и не желало уходить.) — Я заварил чаю, — неуверенно произнес Шэнь Вэй. У Чжао Юнь Ланя была тьма вопросов. Протянув руку, он взял из холодных пальцев теплую кружку, а затем поднял край одеяла, не тот, на котором устроился Да Цин, и похлопал по месту рядом с собой. Шэнь Вэй аккуратно уселся, и Чжао Юнь Лань накрыл их ноги одеялом, чтобы защитить от холода. — Ты зачем вскочил? Как ты себя чувствуешь. — Спасибо, мне уже гораздо лучше, — ответил Шэнь Вэй. — Но где мы? — Неподалеку от Ханьга. Министерство вынудило нас убраться из города. Но гоняться за нами тут, так далеко, у них, думаю, руки коротки. Услышанное, казалось, совсем не встревожило Шэнь Вэя. Возможно, половину рассказанного он уже понял и сам. — А где все? — Чжу Хон и Линь Цзин спят внутри. Остальные… В случившемся была и его вина. Рассказывать Шэнь Вэю, насколько паршиво все обернулось, не хотелось — тот бы, конечно, нашел иное решение, но, несмотря на это, помогал Чжао Юнь Ланю, и теперь его друзья и коллеги теперь мертвы. Пора была признаваться. Самое меньшее, Шэнь Вэй заслуживал знать правду. — Кое-что случилось в общежитии. Конфликт между Я Цин и твоими коллегами. Суматоха привлекла зараженных, и они ворвались в здание. — Чжао Юнь Лань вдохнул и пристально посмотрел на Шэнь Вэя. — Некоторые из нашей группы погибли. Может быть, большинство. Мы считаем, остальным удалось сбежать, но я не могу с ними связаться. В Лончэне перестали работать сотовые. Мы не нашли Ли Цянь, Чжан Жо Нань или моих ребят, так что есть шанс, что они живы. Шэнь Вэй молча слушал, не пропуская ни слова. Чай был отличный. Чжао Юнь Лань вгляделся в очертания темных деревьев, которые словно были вырезаны на фоне сверкающих звезд и редких подсвеченных луной облаков, и сделал глоток. Он уже давно не выбирался из города просто так, не по делу. Сидеть рядом с Шэнь Вэем в молчаливой темноте — это могло бы быть здорово. — Мне следовало рассказать тебе кое-что раньше, — сказал Шэнь Вэй. — Правда? — с недоверчивым смешком спросил Чжао Юнь Лань. — И с чего хочешь начать? С дисинских экспериментов? С того, что служил? Что у тебя есть волшебные способности? Что откалываешь фокусы с замедлением времени или оказанием первой помощи? Или с того, что после всего этого ты надолго вырубишься? — Выходит, он все же зол. Надо же. На секунду Чжао Юнь Лань задумался об этом и в итоге разозлился еще сильнее. Он ткнул в Шэнь Вэя пальцем. — Я понятия не имел, как тебе помочь! Не знал, очнешься ты вообще или нет! Шэнь Вэй сидел очень прямо и очень неподвижно, глядя на него и выслушивая выговор, точно послушный школьник. Или солдат. Сейчас он был совершенно чистым — Чжао Юнь Лань вытер ему лицо и руки мокрой тряпкой, а проснувшись, он, похоже, еще и умылся, но волосы все равно спутались и слиплись от пота и крови, а губы казались бледными в мерцающем свете фонаря. Зажмурившись, Чжао Юнь Лань опрокинул в себя остатки чая и сорвал крышку с бутылки байцзю. — Ты хреново выглядишь. Шел бы ты назад в кровать, — сказал он и сделал большой глоток. Жар скользнул по пищеводу в желудок. На выдохе отозвался теплом в носу. Хорошая штука. Шэнь Вэй смотрел на него. — Я действительно в порядке, — возразил он. — Сон помог снять большинство последствий. — Последствий того, что ты перегнул палку, пользуясь своей волшебной способностью к исцелению? Просто для ясности. — У меня нет способности к исцелению. — В голосе Шэнь Вэя слышалось легкое раздражение, точно чем-то невероятным во всем произошедшем была только она. — Все, что я могу — это менять скорость течения времени, локально. Ну да, всего-то. — Ускоряешь исцеление, замедляешь зомби? Шэнь Вэй опустил голову, то ли кивнув, то ли уходя от ответа. Впрочем, учитывая обстоятельства, он был довольно откровенен. Возможно, скоро это прекратится. Чжао Юнь Ланю необходимо выбрать главные вопросы. Он побарабанил пальцами по бутылке. — Каково это? Шэнь Вэй озадаченно заморгал. Слабо подсвеченные снизу ресницы бросали на его веки длинные трепещущие тени. — Извини, что? — Ты чувствуешь что-нибудь физически или только в голове? Как это? Больно? — Я… нет, наверное? — Шэнь Вэй поднял руку, сложил полным очарования соблазнительным жестом пальцы, и в лицо Чжао Юнь Ланю, заставив вздрогнуть, ударил ветер. Ну конечно, с Шэнь Вэя станется взять и ускорить погоду, пытаясь разобраться. Он уронил руку, и порыв ветра снова превратился в легкое дуновение. — Нужно просто усилие. Ответ выглядел каким-то расплывчатым. Неужели Шэнь Вэй никогда не задумывался об этом? — Но пользоваться твоей способностью понемногу для тебя безопасно? Безопасно — в смысле, физически тебе не вредит. — Способность мне не вредит. Я часто пользуюсь ею, чтобы исцелить мелкие раны. — Но когда ты лечил меня… — Чжао Юнь Лань спустил куртку и закатал рукав чистой футболки, открывая плечо, на котором розовел чистый шрам от пулевого ранения. На его взгляд, выглядел он чертовски сексуально, хотя кожа все еще оставалась немного нежной. — Да еще после драки — ты вырубился на десять часов. Шэнь Вэй смотрел, как Чжао Юнь Лань возвращает одежду на место. Берет лежавший на обертке леденец и кидает его в рот, взбалтывает бутылку с дорогой выпивкой, держа ее между коленей за горлышко. — Я не ожидал, что потеряю сознание, — наконец произнес он. — Прошло много времени с тех пор, как я… прилагал столько усилий. Возможно, я уже не так вынослив, как прежде. Сказанное напрашивалось на шутку в ответ, вот только Чжао Юнь Ланю совсем не было смешно. — Много времени. С тех пор как ты служил в спецназе? Шэнь Вэй попытался сделать глоток чая и обнаружил, что тот закончился. — Да. Чжао Юнь Лань видел, как Шэнь Вэй замыкается в себе. Окошко для вопросов захлопывалось, но у него все еще оставалось несколько неотложных. — Твой брат тоже? — Я — он… да. Ага. Все ведь было чертовски очевидно, стоило лишь хорошенько подумать. Отвращение Шэнь Вэя к пистолетам, жуткая, оставившая мучительный след гибель его брата. — Какое-то задание пошло не так? Поэтому ты теперь рассказываешь хайсинским подросткам о митозе? — Чжао Юнь Лань читал о проекте всю ночь, но в документах были только перехваченные переговоры, намеки и отредактированные имена. Вычленить из всего этого историю Шэнь Вэя не получилось, и то, что он так и не узнал, как Шэнь Вэй стал таким, какой есть, сводило с ума. — Вот только там говорится, что проект провалился, но ты совсем не похож на провалившийся проект. С тем, на что ты способен — как тебе дали уйти живым? И если Е Цзун был таким же, то почему вообще дошло до того, что он умер? — Чжао Юнь Лань, прекрати, — прошептал Шэнь Вэй. — Я не понимаю, — сказал Чжао Юнь Лань. Он услышал в собственном голосе умоляющие нотки. — Здесь есть какая-то связь с тем, что творится сейчас. Это может помочь нам остановить пандемию. Помоги мне понять. Мгновение, когда Шэнь Вэй решил, что разговор окончен, он заметил без труда. Шэнь Вэй не пытался сбежать, он даже не пошевелился, в самом деле, а из-за темноты и того, как он отвернулся от Чжао Юнь Ланя, пряча лицо, невозможно было увидеть, как он закрыл глаза, но Чжао Юнь Лань не сомневался, что так и было. Сделав глоток, Чжао Юнь Лань принялся вертеть бутылку в руках. Быть может, он перегнул палку, выставляя личную трагедию Шэнь Вэя как проблему мирового масштаба. Скорее всего, подробности не имели никакого отношения к делу, думать так не было никаких оснований. Он просто невыносимо хотел знать. В жизни Шэнь Вэя случилось столько всего, о чем он не знал. От этого было больно, и — ладно, пусть так, именно потому он и бесился. Чжао Юнь Ланю хотелось верить, что все это происходит не только с ним, что его чувства к Шэнь Вэю, такие мощные и оглушительные, не безответны, но Шэнь Вэй не рассказывал о себе почти ничего. Немного приоткрыть завесу его вынудило лишь предательство профессора Оуяна и… и тот снайпер, что выстрелил в голову Чжао Юнь Ланю. Шэнь Вэй так крепко держал все в себе, запер прошлое подальше, там, где оно не могло причинить ему боли, но ради Чжао Юнь Ланя позволил ему вырваться наружу прямо под министерскими камерами видеонаблюдения. А он-то тут ведет себя как сволочь. Практически готовый, что его оттолкнут, Чжао Юнь Лань протянул руку и накрыл ею лежавшую на колене ладонь Шэнь Вэя. Прежде ему нравились такие прикосновения. У Шэнь Вэя перехватило дыхание, он вздрогнул и высвободил свою руку из-под руки Чжао Юнь Ланя. Чжао Юнь Лань ждал, что тот встанет и уйдет, но вместо этого Шэнь Вэй потянулся к нему — на какое-то мгновение он даже подумал, что ночь станет куда приятнее, что, безусловно, было весьма неожиданно, но совершенно замечательно — но нет, явно нет. Шэнь Вэй просто хотел взять бутылку. Он обхватил ее пальцами, но Чжао Юнь Лань и не подумал выпускать. — Ты же, вроде, не пьешь, — чуть встревоженно проговорил он. — Но ты пьешь, — не отступаясь, ответил Шэнь Вэй. — Я все время пью. — Шэнь Вэй резко дернул бутылку. — Шэнь Вэй, он очень крепкий, просто… Чжао Юнь Лань разжал пальцы, потому что так было лучше, чем устраивать тут соревнования по перетягиванию бутылок и пролить содержимое. Шэнь Вэй вслед за Чжао Юнь Ланем сделал из горлышка большой глоток и, даже не скрываясь, поморщился. То, как он наморщил нос и скривил губы — Чжао Юнь Лань попытался не рассмеяться, потому что это было чертовски мило, но он не хотел злить его еще больше. — Слушай, — начал он, надеясь, что в процессе сумеет подыскать что-то, за что Шэнь Вэй сможет ухватиться в разговоре, — денек сегодня выдался совершенно сумасшедший, понимаешь? Не так-то просто принять такое. Но я пытаюсь. Я изо всех сил стараюсь разобраться с тем, как с нами обошелся мой босс, и почему он так поступил, а тут до кучи вся эта хрень с проектом и еще ты. Слишком много всего надо уложить в голове, да? Профессор Оуян, и министерство, и то, что в итоге мы оказались здесь, — ты ведь наверняка чувствуешь то же самое. — Шэнь Вэй слушал, наклонив голову, и Чжао Юнь Лань продолжил размышлять вслух. — Так что, я считаю, нам стоит начать с самого начала. Некто выяснил что-то о твоем прошлом и прислал тебя ко мне, когда я получил дело Лу Жо Мэй. Ты был подозреваемым. Судя по этому, — он указал на папку профессора Оуяна, — все завертелось из-за того, что Бюро Синду вломилось на какой-то закрытый дисинский объект и забрало разработанную для проекта «Реликвии» сыворотку и кучу информации, в которой всплыло твое имя. Ты, наверно, и не догадывался об этом. — Нет, — тихо подтвердил Шэнь Вэй. — Я не подозревал, что моя… прошлая личность была раскрыта. — Тебя действительно зовут Шэнь Вэй? Шэнь Вэй едва заметно дернулся. — Да, — укоризненным тоном сказал он. Немного нечестно с его стороны реагировать так, будто для такого вопроса нет никаких оснований, но это был хороший ответ, и теперь Чжао Юнь Ланю требовалось уйти от острых скал психологии, на которые он чуть было не посадил их разговор. — Хорошо, — произнес он, — значит, им было бы легко догадаться, что ты и есть тот самый Шэнь Вэй из списка. Вероятно, профессор Оуян рассказал им о тебе. Они наверняка подумали так же, как и я, только решили, что ты сам проводил сомнительные исследования. И ты был достаточно близок к Лу Жо Мэй, чтобы ее «отравление» выглядело так, будто может быть связано с тобой. Они надеялись поймать тебя — моими руками. Потому что это уже моя работа. Даже если ты ее не убивал, я бы заподозрил тебя и начал под тебя копать. Рассказывать мне никто ничего не собирался, потому что тогда я мог бы выйти на Оуян Чжэня, а это вызвало бы некоторые, хм, политические сложности. Но они не понимали, что профессор Оуян прямым ходом отправился тестировать сыворотку, которую получил, на людях. Подобное явно не предусматривалось. Его не связали со вспышкой болезни, иначе меня с самого начала не подпустили бы к этому делу и близко. Я встречался с министром Гао — детали не важны, но знай они все, Отдел не стали бы впутывать до тех пор, пока не потребовалось бы прикрыть какую-нибудь ложь. У меня же были другие задачи. В деле предполагался биотеррорист из Дисина — очевидно, ты — и от меня хотели, чтобы я его обнаружил. Не знаю, в какой момент они поняли, что облажались, и все произошло по их же вине, но было уже слишком поздно. Они полностью сосредоточились на устранении последствий, но те успели выйти из-под контроля. — Чжао Юнь Лань замолк, чтобы перевести дыхание, потер ноющие от усталости глаза. — Но зачем тогда сбрасывать меня со счетов? Зачем так надолго предоставлять нас самим себе? Они не могли не понимать, что я сижу и строю планы. Просто были слишком сильно заняты? Надеялись, что я буду так добр и помру? — Возможно, на меня сразу хотели возложить ответственность за поступки профессора Оуяна, потому что я уже идеально для этого подходил, — сказал Шэнь Вэй. Чжао Юнь Лань удивился, что он продолжал внимательно слушать. Вид у него был сонный. — Запасной вариант, очевидно, заключался в том, чтобы позволить нам всем, включая профессора Оуяна, умереть. — Ага, — презрительно хмыкнул Чжао Юнь Лань, — Бюро Синду защищает своих информаторов, обычно с нашей помощью, но когда дело доходит до выбора между секретами и людьми, секреты всегда важнее. — Секреты… — Шэнь Вэй потряс головой, моргнул. — Чжао Юнь Лань, как я сказал, я собирался кое-что рассказать тебе. Не совсем так, но ладно. — Прошу, — ответил Чжао Юнь Лань, отчаянно желая, чтобы ему сообщили по доброй воле хоть что-то. — ПЦР, тот генетический тест, который я делал утром, показал у Сяо Цюаня именно то, что я и ожидал увидеть. Тот штамм вируса «Реликвия», что распространяется сейчас, вызывает восприимчивость к прионной болезни профессора Чжан. Думаю, в этом можно быть достаточно уверенным. — Шэнь Вэй замолчал, поставил бутылку позади себя, стукнув донышком об пол. Сказанное, казалось, никак не соответствовало повисшей драматической паузе, и потому Чжао Юнь Лань ждал продолжения. — Себя я тоже проверил, — добавил он и поправил очки. У Чжао Юнь Ланя оборвалось что-то внутри. — Шэнь Вэй. — Не мог же он… но он то и дело возился со всей этой дрянью, и вчера тоже… — Нет. Только не ты. Шэнь Вэй посмотрел на него широко распахнутыми от замешательства глазами. —Нет — нет, я не заражен. — Он коротко улыбнулся, словно предполагать подобное было страшной глупостью. — Напротив — похоже, что я в принципе не могу заразиться. Чжао Юнь Лань с облегчением выдохнул и рассмеялся. — Твою мать, это лучшая новость за весь гребаный день! — Взяв бутылку байцзю, он отсалютовал ею и сделал глоток. — Ух. Погоди. Почему? — Лу Жо Мэй укусила меня той ночью, — проговорил Шэнь Вэй. Он уже практически спал. Чжао Юнь Лань вспомнил, как взял Шэнь Вэя за руку и развернул ее к себе запястьем. Не просто повод прикоснуться. Он действительно думал, что увидит рану, а у Шэнь Вэя ее не было. — Я исцелил укус. Но когда я попытался вылечить точно так же Сяо Цюаня, ничего не вышло. Наоборот, инфекция убила его еще быстрее. Ох. Ну конечно же, он не мог не попробовать. Чжао Юнь Лань не хотел, чтобы, глядя на него, можно было решить, будто услышанное его расстроило. Он ведь и не был расстроен. Шэнь Вэй сделал все правильно. — Но почему ты? — спроси он, не сводя с него глаз. — Генетический тест… — О… — Шэнь Вэй смочил губы языком. — Судя по всему, изменения в моем геноме влияют на ген, непосредственно граничащий с тем, что отвечает за прионный белок. Такой тип редактирования нацеливается на определенный фрагмент ДНК, вырезает его и встраивает на его место новый. Тот вирус «Реликвия», которым я заражен, и тот, что распространяется сейчас, направлены на один и тот же участок гена, который должен быть одинаков у всех людей. — Теперь Шэнь Вэй казался чуть ли не смущенным. — У меня он другой, потому что его уже изменили. Инфекция просто не может найти свою цель в моих клетках. Сказанное звучало не так… сложно, как могло бы. — То есть тот вирус, который есть у тебя, это вакцина от вируса зомби? Шэнь Вэй выпрямился. Что любопытно, Чжао Юнь Лань даже не понял, что тот сидел, сгорбившись. — Абсолютно… верно, — сказал Шэнь Вэй. У Чжао Юнь Ланя возникло чувство, будто он только что превзошел самые радужные ожидания своего учителя, если, конечно, не брать в расчет, что Шэнь Вэй, с огромными потемневшими глазами, дышащий чуть чаще обычного, казался несколько возбужденным. Или всему виной спиртное. Но он же выпил всего один глоток? В любом случае, никогда в жизни Чжао Юнь Лань не удостаивался от учителей такого взгляда. Возможно, и к лучшему. — Его нельзя использовать для массовой вакцинации в исходном виде, — продолжил Шэнь Вэй, — но при наличии правильного оборудования, возможно, получится модифицировать таким образом, чтобы он вносил в геном незначительное изменение — что… эм… не так просто — какое-то небольшое изменение, которое предотвратило бы включение инфекции зомби, если можно так выразиться — но это может привести к непредсказуемым последствиям… Чжао Юнь Лань фыркнул. Речь Шэнь Вэй сделалась даже еще заумнее, чем обычно, или это просто Чжао Юнь Лань слишком плохо соображал, однако… — Ты сказал «зомби», — хохотнул он. Шэнь Вэй недоуменно нахмурился, глядя на него. — Прошу прощения? — Ты никогда прежде не использовал такое антинаучное слово, а теперь сказал. — Чжао Юнь Лань склонился к коленям Шэнь Вэя и посмотрел на него. — Профессор Шэнь, вы слегка набрались? Шэнь Вэй толкнул его в грудь. — Ты пьян, — невнятно проговорил он. — А вот ты пьян совершенно недостаточно для того, кто, возможно, только что предотвратил конец света, — ответил Чжао Юнь Лань. Обняв Шэнь Вэя за плечи, он постучал бутылкой ему по груди. — Ну-ну. Давай, раз уж начал — так поздно прекращать. Шэнь Вэй опустил глаза, с оскорбленным видом уставившись на бутылку, а затем медленно взял ее и отпил еще один глоток. Чжао Юнь Лань смотрел, как его губы коснулись края ободка, как дрогнуло в темноте горло. И как затем последовала еще одна легкая гримаса. — Не понимаю, какое удовольствие ты в этом находишь. — Чем больше пьешь, тем лучше вкус. — Забрав бутылку, Чжао Юнь Лань похлопал его по плечу. А затем, потому что он устал, и сегодня был худший день в его жизни, а Шэнь Вэй был такой чудесный, он наклонился и поцеловал его в щеку. Она была теплой под его губами. Не размыкая объятия, Чжао Юнь Лань прижался лбом к виску Шэнь Вэя и легонько дунул ему в ухо. — Э-эй. Спасибо тебе. Около носа Чжао Юнь Ланя возникла дужка очков. Шэнь Вэй снял их, спрятал в карман. Убрал с пути. — За… за что? — спросил он. — За то, что остановил для меня пули. — Чжао Юнь Лань улыбнулся. — И приготовил ужин накануне. Он немного поднял голову, чтобы видеть Шэнь Вэя, а тот слегка обернулся, чтобы видеть его, а затем — они уже целовались. По тому, как губы Шэнь Вэя коснулись его губ, Чжао Юнь Лань понял, что он тоже улыбался. Но теперь больше нет. Чжао Юнь Лань задумался, сколько раз в своей жизни Шэнь Вэй целовался. Некоторые оказываются талантливы просто от природы, а Шэнь Вэй и так был великолепен в очень многих областях. Придвинувшись ближе, Чжао Юнь Лань языком коснулся местечка, где смыкались его губы. Ему хотелось хорошенько распробовать их, ощутить их вкус. У Шэнь Вэя вырвался прерывистый гортанный возглас, его рука легла Чжао Юнь Ланю на колено. Прикосновение вышло почти что грубым, будто Шэнь Вэй заваливался на него, не в состоянии удержать равновесие. А следом Шэнь Вэй пробрался языком ему в рот, словно стремясь распробовать вкус байцзю. Одновременно другой рукой он потянулся к спутанным волосам Чжао Юнь Ланя, и Чжао Юнь Лань запрокинул голову, давая Шэнь Вэю то, что ему было нужно, а затем поставил бутылку и погладил его по спине через ветровку. Чжао Юнь Лань уже замечал ее прежде — жажда, но не такая, как у него. Похожая на страх, что ему не хватит, словно Шэнь Вэй привык к голоду и ждал, что у него все отнимут слишком скоро. Что Шэнь Вэй такого боится, Чжао Юнь Ланю совсем не нравилось, но то, что в нем нуждаются так сильно… черт, рот Шэнь Вэя был таким горячим, а касания его языка заставляли почувствовать, как кружится голова, и Чжао Юнь Лань уже не чувствовал собственного тела, кроме тех мест, где его касался Шэнь Вэй. Плотно прижавшись к нему, он спустил руку ниже, просунул ее под край ветровки и сомкнул зубы. Шэнь Вэй судорожно хватанул воздух и отстранился. Не слишком далеко, по-прежнему оставаясь в кольце рук Чжао Юнь Ланя, и тут же уткнулся лицом ему в плечо, тяжело дыша. Чжао Юнь Лань положил ладонь ему на шею, чуть сжал пальцы. — Все в порядке, мой хороший. Ты в порядке? В его голосе чувствовалась улыбка; он очень надеялся, что Шэнь Вэй не подумает, будто он над ним смеется. Он знал, что Шэнь Вэй немного застенчив, но скрывать ее было уже поздно. — М-м, — торопливо подтвердил Шэнь Вэй. — Просто я чувствую… Чжао Юнь Лань ждал, но продолжения не последовало, а привалившийся к нему Шэнь Вэй стал как будто тяжелее. — Шэнь Вэй? Что ты чувствуешь? Пауза затягивалась. Чжао Юнь Лань уже даже решил, что ему придется отстранить Шэнь Вэя, чтобы выяснить, все ли с ним в порядке, и тут тот пробормотал: — Я не знал, захочешь ты или нет. — Целоваться с тобой? — Теперь Чжао Юнь Лань действительно рассмеялся. Просто не смог удержаться. Он плотнее подоткнул вокруг их ног одеяло. — Да мне всегда этого хочется. Я просто пытался… — припомнить, что именно он пытался сделать, было сложно. — Надо было тебе раньше сказать. — После того, что было сегодня, это… — Шэнь Вэй поднял руку в том решительном жесте, каким замедлял пули. Хотя само движение было аккуратным и точным, тот факт, что он прибегнул к нему, оставаясь сидеть, уткнувшись лицом в Чжао Юнь Ланя, заставил ощутить одновременно ликование и беспокойство. Чжао Юнь Лань все-таки приподнял Шэнь Вэя, удерживая его за плечи. Тот оказался тяжелее, чем думалось. Весь сплошные мышцы, он весил куда больше, чем можно было сказать по его внешности — Чжао Юнь Лань мимолетно задумался, что он делает, чтобы оставаться в форме — но то, что сейчас Чжао Юнь Лань мог точно сказать, до чего он тяжелый, означало, что Шэнь Вэй… едва ли не спит. — Эй! Ты в порядке? Шэнь Вэй, ты со мной? — Шэнь Вэй издал какой-то тихий звук и наморщил нос. — Шэнь Вэй! — М-м-м… Что? — Пожалуйста, только не вырубайся снова. Мне одного раза уже хватило с головой. Поднявшаяся возня заставила Да Цина потянуться и встать. С недовольным видом пройдясь прямо им по ногам, он направился к ступенькам, спрыгнул вниз и растворился чернильных тенях. — Я в порядке, — сказал Шэнь Вэй. Не та фраза, которой он сейчас мог успокоить. — Просто я… не могу пить. — Тебя так развозит всего с двух глотков байцзю? Всегда? Шэнь Вэй пробормотал что-то, что можно было расценить как «Наверно», и его глаза закрылись. Чжао Юнь Лань вздохнул. Он очень надеялся, что Шэнь Вэй не шутит. Так или иначе, зря он настоял, чтобы тот выпил. — Пошли назад в постель. — Лучше не тянуть, иначе Чжао Юнь Ланю только и останется, что как дураку пытаться поднять Шэнь Вэя на руки. Когда они приехали, занести его в дом ему помогал Линь Цзин. Он удобнее подхватил Шэнь Вэя, откинул одеяло и поставил их обоих на ноги. Шэнь Вэй издал еще один протестующий стон и прижался к нему, отчего все мысли переместились в самом неподходящем сейчас направлении. Позволять себе что-либо подобное Чжао Юнь Лань не собирался. — Давай, помоги мне, — проворчал он, закидывая руку Шэнь Вэя себе на плечи. С некоторым трудом ему удалось затащить Шэнь Вэя в дом. Тот все еще держался на ногах, более-менее, но был слишком сонный, чтобы возмущаться. Что само по себе уже стало неплохим подспорьем, пока Чжао Юнь Лань поднимал его по лестнице в маленькую спальню, где уже оставлял сегодня вечером. Чердак в доме отсутствовал, и на втором этаже прямо над головой находился идущий под углом потолок. На обоях едва проступал выцветший цветочный узор. В комнате имелась кровать, правда, без постельного белья, но Чжао Юнь Лань, когда устраивал здесь Шэнь Вэя, нашел в видавшем виды сундуке в ее ногах попахивавшее плесенью одеяло и единственную подушку. Шэнь Вэй, отправившись разыскивать Чжао Юнь Ланя, оставил их аккуратно разложенными на матрасе. Также здесь был пустой ночной столик и спортивная сумка с вещами Шэнь Вэя, которую Чжао Юнь Лань притащил, когда они приехали. Ссадив Шэнь Вэя на кровать, он вытряхнул его из куртки, а затем опустился на колени, чтобы развязать шнурки — снова. — Профессор Шэнь, когда я затащу тебя в следующий раз в постель, разуваться ты будешь самостоятельно, ясно? Шэнь Вэй заставил себя сесть ровно, удерживаясь за плечо Чжао Юнь Ланя. — Я могу… могу разуться. — Ты уже разут, — сказал Чжао Юнь Лань и посмотрел на него снизу вверх. В комнате было темно, только рассеянный лунный свет лился в окна, сквозь которые виднелись колышущиеся черные силуэты раскачиваемых ветром деревьев. Фонарь они оставили снаружи, из-за полумрака лицо Шэнь Вэя казалось принадлежащим призраку, а глаза напоминали черные провалы. Чжао Юнь Лань принялся возиться с пижамной курткой Шэнь Вэя, разглаживая ее там, где она собралась в складки. Шэнь Вэй совершенно не сопротивлялся. — Ты точно хорошо себя чувствуешь? — Просто устал, — тихо вздохнул Шэнь Вэй. Чжао Юнь Лань с улыбкой похлопал его по бедру. — Ладно. Ложись-ка спать. — Толкнув Шэнь Вэя, он потянул за одеяло, дождался, пока тот примет приемлемую для сна позу, после чего встал, потянулся, чувствуя, как ноет спина — что за бесконечно долгий день — и уже начал отворачиваться от кровати. Рука Шэнь Вэя метнулась вперед, схватив его за нижний край куртки. Чжао Юнь Лань озадаченно уставился на эту руку, затем перевел взгляд на лицо Шэнь Вэя. Его глаза были закрыты, ну или почти закрыты. А он-то думал, что Шэнь Вэй уже отключился. — Ты уйдешь? — едва различимо спросил Шэнь Вэй. На бледной коже отчетливо выделялся резкий изгиб бровей. Чжао Юнь Лань замялся, обдумывая ответ. — Мне нужно пойти забрать с улицы вещи, — наконец, сказал он. — Когда я проснусь, тебя здесь не будет, — с тоской прошептал Шэнь Вэй. От этих слов у Чжао Юнь Ланя сжалось горло и защипало в глазах, а, может, все дело было просто в том, что он был слегка навеселе, и устал до чертиков, а еще в него стреляли и большинство его друзей, вероятно, были мертвы, но он не мог оставить все, как есть. Просто не мог. Шэнь Вэю уже пришлось этим вечером проснуться в незнакомом месте совершенно одному. Скорее всего, он тогда не понимал, что происходит. Возможно, это было очень плохо. — Я могу вернуться, — надтреснутым голосом произнес Чжао Юнь Лань. — Я останусь здесь. Только вещи заберу. Шэнь Вэй молчал. Не глядя в его лицо, Чжао Юнь Лань отцепил от куртки тяжелую руку. — Документы профессора Оуяна, помнишь? Нельзя, чтобы они размокли под дождем или что-нибудь еще. Я быстро. Когда он вернулся, нагруженный барахлом, с вертящимся под ногами Да Цинем, который словно поставил себе целью заставить его запнуться и упасть, Шэнь Вэй дышал ровно и медленно. Чжао Юнь Лань поднес к его лицу фонарь. Свет отразился в застывших на ресницах каплях. Он что… плакал? Из-за того, Чжао Юнь Лань ушел? Шэнь Вэй был пьян. Возможно, ему нездоровилось. Слезы, если это были слезы, вызвала выпивка. И слова тоже. Он понятия не имел, о чем просил, и, возможно, не знал, кого просил. Вероятно, он даже не вспомнит утром, как целовался с Чжао Юнь Ланем. Очень может быть, что он уже пересек черту. Сейчас Шэнь Вэй все всяких сомнений спал, никак не реагируя на то, что Чжао Юнь Лань вытирает ему глаза рукавом. Шэнь Вэй не предлагал ему лечь вместе, а если сейчас забраться в его кровать, он этого даже не поймет, но утром ему может быть из-за этого чудовищно неловко. Вот только в груди Чжао Юнь Ланя ощущалось что-то нежное, и горячее, и слишком большое, и он задохнулся от ужаса при мысли, что Шэнь Вэй проснется один и почувствует хотя бы частицу того опустошения, что была в его голосе минуту назад, а потом скроет и это, точно так же, как скрывает все свои ранящие изнутри тайны. Ужас победил. А, может, Чжао Юнь Лань был эгоистичным ублюдком без малейшего уважения к личным границам. Или же попросту чувствовал себя одиноким. Он расстелил серое одеяло поверх найденного, переоделся в толстовку и спортивные штаны и скользнул в постель позади Шэнь Вэя. Кровать была довольно большая, не меньше двуспальной, но у них оказалась только одна подушка, и он уже уложил на нее Шэнь Вэя. Чжао Юнь Лань подумал, что стоит встать, свернуть куртку и положить голову на нее, но он уже несколько часов как озяб, а сейчас наконец начал согреваться, и его охватила дрожь. А потом дрожь утихла, и ему просто сделалось тепло.