Часть 6.
30 марта 2021 г., 10:00
После ситуации с преступником, которого Человек-Паук урони с многоэтажки, спасая ребёнка, Питер Паркер стал куда более спокойным и сдержанным. Данное событие сильно повлияло на него, те, кто знали о том, кем он является — обратили на это внимание. Это заметила и его тётя, и его лучший друг, и те немногие, кто знал о его тайной жизни. Норман Осборн принял желание подростка скрывать своё «я», Майлз Моралес… что же, их отношения теперь были далеки от дружеских, они практически не пересекались. Питер вновь облачался в чёрный костюм Паука, и теперь его взаимодействие с Веномом вышло на новый уровень.
— Решил сменить стиль? — Гарри хмыкнул, когда увидел друга в лаборатории. — С чего вдруг? Снова сложности с симбионтом?
— М? — тот отвлёкся от моделятора ДНК и улыбнулся ему. — Нет, что ты, мы научились взаимодействовать. Просто… — он взмахнул рукой, после чего опустил голову и осмотрел себя. Чёрная спортивная толстовка, джинсы и высокие кеды. Потянулся к браслету, скрытому тканью, и нажал на пару кнопок, после чего наряд рассыпался на голографические кубики, оставляя Питера в костюме паука. Только без маски. — Просто экспериментирую. Мне нужно иметь что-то более практичное, дабы постоянно не переодеваться.
— Удобно — заценил младший Осборн и приблизился, осмотрев браслет на руке, а после и костюм друга. — Симбионт?
— Соединён с костюмом и частично с техникой, местами со мной — Паркер кивнул. — Это достаточно удобно, он более не пытается влиять на меня.
На какое-то время повисло молчание. Питер вновь настроил браслет, сменив костюм на привычную одежду при помощи голограммы, плотной и осязаемой; после чего вновь активировал оборудование. Гарри же всмотрелся в данные и хмыкнул — его друг искал способы лишить симбионта слабостей перед сильным холодом и огнём, звуком, а на столе были наброски новых химических соединений для паутины. Питер Паркер не упускал возможности улучшить свою технику и помочь своему симбионту, с которым умудрился найти общий язык… после произошедшего.
Младший Осборн вздохнул.
— Мы так и не поговорили. О том преступнике.
Питер вздрогнул, его спина напряглась, а лицо на мгновение исказила гримаса, а после он вздохнул.
— Это уже не так важно. Мне нужно было быть сдержаннее, я сам понимаю это, но… — тихое фырканье. — Порой приходится делать выбор. Твой отец сам настаивал на этом, разве нет? — он повернулся к другу, с улыбкой на него глядя.
Привычная улыбка, знакомый взгляд и таже манера двигаться и говорить. Если забыть о смысле слов, по-видимому, он оказался прав, и Питер Паркер действительно многое переосмыслил.
— Тот человек пропал — произнёс Гарри, поведя плечом.
— Тем лучше — Паук пожал плечами. — Нет человека, нет проблемы. Разве нет?
— Я тебя не узнаю, Питер.
— Я много думал об этом, и понял, что должен быть осмотрительнее — ткач вздохнул, переключая оборудование на режим ионизации. Образец Венома, совсем мелкий, подвергался воздействию, но… ничего не происходило. Паучок решил проблему с электричеством, и на лице его возникла улыбка. — Осторожнее. Но если делать выбор между жизнью ребёнка и жизнью преступника, я его сделаю. А ты?
Гарри вздохнул и подошёл к своему другу, и положил руку ему на плечо.
— Я тебя ни в чём не обвиняю, тебе незачем так реагировать. Я всего лишь беспокоюсь о тебе, вот и всё.
— Как я и сказал, я в порядке. Просто… — он сделал паузу, подбирая слова. — Мне потребовалось некоторое время, чтобы взвесить и принять всё так, как есть. Не всегда можно помочь всем — хмыканье. — Спасибо за беспокойство, Гарри.
Питер нажал на кнопку аппаратуры, после чего вытащил образец Венома из модулятора и положил на свою ладонь эластичный шарик, который был ничем иным, как частью симбионта. Спустя мгновение он растворился на его ладони, словно бы его и не было, и младший Осборн невольно отметил про себя, что теперь бороться с инопланетной субстанцией будет ещё сложнее — раз уж его друг только что лишил его одной из «врождённых» слабостей.
— Я всегда поддержу тебя, Пит, ты же знаешь — он улыбнулся. — Можем посетить наше место вечером.
— Я бы с радостью, но тёте всё ещё сложно, ей требуется уход. Прости — тот грустно улыбнулся. — В следующий раз, хорошо?
Осборн младший только кивнул, принимая такой ответ. Он знал, что Питер ему не врёт, и не собирался как-либо давить. В конце-концов, беспокойство о любимом и родном человеке — это было то, чего он и ожидал от своего друга.
***
— Что можешь сказать о своём друге? — поинтересовался Осборн старший у сына, когда тот вошёл в зал с одной из многочисленных книг по инженерии. Они любили находиться вдвоём в помещении, просто составляя друг другу компанию и занимаясь своими делами, но порой обсуждали важные темы. Как сейчас. — Ты выражал беспокойство о нём, после недавнего… инцидента. — Он стал куда более холоднее и расчетливее. Услышав подобный ответ — Норман только улыбнулся, кивнув. Он не считал холодность и расчётливость плохими чертами, наоборот, он считал, что другу его сына не хватало именно этих черт. Так что эту информацию мужчина считал более чем хорошей, только вот… это было не всё. — Но тебя ведь беспокоит не это. Верно? Гарри тяжело вздохнул и кивнул отцу, плюхнувшись в кресло, что стояло рядом с его диваном. — Веном. Меня беспокоит его отношение с симбионтом. Раньше он не умел разговаривать, а сейчас, насколько я понял Пита, это существо идёт на контакт — он постучал пальцами по корешку книги. — Сегодня я видел, как он работал со структурой Венома, он более не восприимчив к электроэнергии — Гарри поджал губы. — Ты уверен, что давать Питеру симбионта было хорошей идеей? — Образец тянется к нему куда сильнее, чем к другим потенциальным носителям. И, если что-то пойдет не так, мы всегда можем найти выход из ситуации. — Они уже контактировали. Если я правильно понимаю природу Венома — он симбионт, и связь становится крепче. Взаимное влияние носителя и паразита, это взаимовыгодно — Гарри потёр переносицу. — Но мы ничего не знаем о нём. Это буквально пришелец из космоса, и я… беспокоюсь. — Не стоит — отрезал Норман, внимательно посмотрев на сына. — Запомни, у меня всё под контролем. Ничего не произойдёт. Эксперимент продвигается в штатном режиме. Ты ведь веришь мне, Гарри? Плечи подростка опустились, и он кивнул, заражаясь настроением отца. В конце-концов, ему хотелось верить, что всё действительно под контролем, и, кому-кому, а своему родителю он верил.***
Питер Паркер привык к Веному. Симбионт оказался не таким уж плохим приобретением, к тому же, со временем он понял, что с ним совершенно точно не нужно бороться. Он только улучшал его способности, а Питер… что же, он питал его и находил способы совершенствовать самого Венома — они уже устранили слабость перед электричеством, и провели несколько тестов — пожалуй, впервые Паркер чувствовал от него искреннее удивление и радость. Их взаимоотношения, с тех пор, как V-252 вернули ему — складывались более чем неплохо. Исключая инцидент с бандитом, но и он пошёл ему — нет, не ему — им на пользу. Теперь Веном говорил с ним, и подобный собеседник, который был всегда рядом, и готов был, как прийти на помощь и поддержать морально, если требовалось — на вкус Питера, это было даже слишком хорошо, но… он совершенно точно не был против такого соседства. В конце-концов, он привык к этому. — Веном. По-отвечаешь на вопросы? — подросток хмыкнул, сидя на крыше своего дома и откусывая очередной кусок от батончика. — Раз уж мы, наконец, нашли общий язык. Тёмный комок слизи образовался на его руке. Он медленно вытянулся, открыл белые глаза и клыкастую пасть. — Можно и так скоротать время. Питер отломил кусок батончика и протянул симбионту, делясь с ним своим лакомством. Они выяснили, к этому моменту, что Веном любит сладкое, а потому подросток старался, чтобы у него всегда было с собой что-нибудь вкусное. — Расскажи о себе. Ты один такой или вас много? Как ты вообще оказался на Земле? — Симбиотов много. Я сбежал от нашего тюремщика. Должен найти место для братьев и сестер — протянутый кусочек обвили языком и запихнули в рот. — Тюремщика? — переспросил паук, наблюдая за тем, как его «сосед по телу» поедает угощение. — Выходит, что вас держат где-то? Но зачем? И будешь ли ты продолжать поиски? — Использовать для захвата и подчинения. Создание новых послушных солдат. — Звучит не очень. Вам самим-то это нравится? — Питер отломил очередной кусочек от сладости, скармливая его симбионту. — И ты не ответил на мой последний вопрос. Ты ведь, по сути, застрял на Земле со мной. Получается, ты не сможешь найти дом для своих сородичей. — Не нравится. Сложно сопротивляться — звучал симбионт обиженно. К сладости он потянулся уже маленькими щупальцами и так же быстро проглотил предложенный кусок. — Уже нашёл. Здесь хорошо. — Мне казалось, что это вы можете подавлять чужое сознание, а не наоборот — заметил подросток. — И, я не уверен, что местное население вас хорошо воспримет. Сгусток завибрировал, транслируя своё недовольство. Веном нечасто вставал в стойку и упрямится, но сейчас Паркер прекрасно чуял намерение симбионта скрыть от него информацию. — Хэй, ты чего? — он потянулся к инопланетянину второй рукой, осторожно касаясь сгустка и поглаживая. — Я ведь просто констатировал факт. — Это больно. Когда отказываются. Бросают. Питер молчал какое-то время, обрабатывая услышанное, а после вздрогнул. Наконец, он задал свой собственный вопрос, грустно глядя на симбионта. — Тебе… тебе было больно после нашего первого разрыва? Тишина. Недолгое, словно бы внеземное существо раздумывало, а после инопланетянин произнёс, медленно и очень тихо. — Да. — Прости меня, — попросил Питер, осторожно сжимая в обеих ладонях отросток симбионта, при помощи которого он общался с ним. — Я не знал. Да и перемены в себе… они пугали. Я и не представлял, что это причинит тебе боль. Симбионт молчал, не зная, как ему следует реагировать на эти слова. Они были достаточно неожиданными для инопланетянина, он не понимал их значения, а потому анализировал всё, что знал — память Питера, особенности характера и поведения людей, а так же чувства — сожаления и вину, которые испытывал, и сделал закономерные выводы: человечки совершенно неплохи, как потенциальные носители, главное найти к ним подход. К своему «человечку», который, вообще-то, по факту являлся мутантом — он подход нашёл. — Не делай так больше. Это было единственным, что сказал Веном, прежде чем вновь раствориться в теле Паркера, показывая, тем самым, что особо не желает отвечать на что-либо ещё. Питер фыркнул. — Не буду. Однако, вероятно, я смог бы помочь тебе, если бы ты не был таким скрытным — ворчание. — Но, знаешь, я не думаю, что инопланетное вторжение, это то, за что нас погладят по головке. Не «меня», а «нас». Что же, это определённо было прогрессом: симбиоз проходил более чем успешно, раз подросток воспринимал их, как единое существо. Раньше это не срабатывало, и организм, и разум молодого супергероя воспринимал его, как нечто чуждое. Веному нравились эти изменения. И, пожалуй, ему нравилось наблюдать за тем, как Питер постепенно принимает его, да и ему самому нравился этот носитель — сильный, достаточно умный, с необычными способностями. Иметь такого носителя было приятно. На этой планете, в принципе, было достаточно тех, кто заинтересовал бы его сородичей, но именно различные герои могли помешать их расселению. Помешать, да. А после запихнуть в лаборатории, начать резать, бить током, обжигать жаром и леденящим холодом. Веном бы содрогнулся от воспоминаний, если бы был человеком, но ощутил разве что злобу. Некоторые людишки были ничтожны и пытались изучить то, что им не дано понять. Но и это он сможет предотвратить. Нужно только решить проблему на назойливыми героями, а заодно дать ядру созреть. Тогда он сможет позвать своих братьев и сестер. Благо, на данном этапе никто, включая его носителя, не догадывались о зреющем ядре. Пока ещё было слишком рано разглашать это, а потом… ему нужно будет лишь ненадолго получить контроль над подростком, и дальше от него уже не будет ничего зависеть. Веном считал это самым идеальным исходом.
