Hike

— Он пригласил меня на бранч! Типа... Тосты с авокадо и вся хуйня! — А что не так с авокадо? Микки резко обернулся, устремив свой взгляд прямиком на нечто, что только что бессовестно вторглось в его разговор с коллегой. Парень выглядел слегка напуганным, крепко сжимая в руке свой стакан с газировкой. Его медно-рыжие волосы топорщились в разные стороны, рубашка была немного помятой, а весь общий вид так и кричал "на часах 7 грёбаных утра!" Он быстро хлопал ещё сонными глазами, как-то глупо и кривовато улыбаясь, будто его застали за чем-то непристойным. Было ясно, что он не из своих, но при этом не выглядел так дебильно, как другие задроты по-соседству. — Говорю, ведь авокадо и тосты довольно неплохое сочетание, — выкрутился гость. — Топай, куда шёл, Бэмби, — выплюнул брюнет. Они встретились в общем буфете всех сотрудников крупной машиностроительной компании. Многие из присутствующих здесь вынуждены были работать посменно, отрабатывая сутки через двое, либо двое через четверо, как повезёт. В работе автомехаников, инженеров, операторов и контролёров было много сложностей, но одной из самых главных было то, что все вокруг - мужики. — Расслабься, Милкович. Это наш новенький, инженер. Работает тут с месяц, правда, на четвёртом. Давай к нам! — Я в курсе, кто он. Рыжий замялся, всё ещё не решаясь подойти к грозным механикам поближе. Он знал не понаслышке об их грубых манерах и чрезмерном самомнении. Они думали, что без их правильно вкрученных винтиков и саморезов машина не сможет завестись. Но постоянно забывали о том, что кто-то эти машины для начала проектирует. — Привет! Я Йен, — парень всё же прошагал вперёд, гордо расправив плечи и выставив вперёд острый подбородок. — И хули ты здесь забыл, Йен? — прищурился брюнет, выделяя последнее слово. Его глаза хищно блеснули в полумраке помещения. По нему стало заметно, что тот недоволен появлением чужака на их территории. — Просто шёл мимо. И тут услышал ваш разговор о бранчах. Микки недоверчиво изогнул бровь, отпивая бодрящего кофе, всё ещё не отводя взгляда от рыжего "коллеги". Йен насупился. Он видел этого механика тут и там, слышал о его выдающихся способностях. Но кто он такой, чтобы вот так грубо прогонять самого Йена с общей кухни? — Уши греть нехорошо, знаешь? — Да ладно тебе, Мик! — неожиданно вмешался третий собеседник, прервав их игру в гляделки — просто жопка нашего Милковича для всех под запретом. Нежнятину из себя строит. А кое-кто наиболее отчаянный всё не сдаётся! — Пиздец у тебя язык без костей, Фил, — Микки закатил глаза, пихнув своего друга в плечо. Интересное заявление, явно заинтересовавшее Йена. Он осмотрел брюнета ещё раз. Невысокого роста, в синем костюме всех механиков третьего сектора. Такого же синего цвета галстук красовался и на самом рыжем, указывая на то, чьи машины он регулировал. Из кармана мужчины свисала пара перчаток, а на бледных пальцах выделялись красноречивые татуировки. Сам Йен, как правило, носил костюмы а-ля "белый верх чёрный низ", но то, как на определённых людях смотрелся этот бесформенный комбинезон, его забавляло. — Слушай, Йен, а погнали с нами в поход на турбазу! — О, нет.. Только не начинай, Фил.. — А что? Компания того чувака с его бранчами явно не обрадует тебя, верно? Ты пытался найти недостающего человека, но, как видишь, проебался. А этот вроде выглядит вполне здоровым для задрота-инженера. — Что за поход? — рыжий приободрился. Микки снова кинул на него оценивающий взгляд и как-то надменно фыркнул. — Ежегодное собрание, "корпоратив", так сказать, — бородатый парень изобразил в воздухе кавычки, — От нашей бригады будет 15 человек, недостаёт ещё одного. Как раз, дружка для Милковича. — Завались, осёл. — База недалеко в горах, но топать придётся порядочно. Одна ночёвка в лесу, с палатками и всей хернёй. А потом отрыв в огромном доме, куча бухла и тёлочки! А? Что скажешь? — Вообще, я стараюсь не пить, — Йен опустил взгляд на колу в своём стакане. — И кто ж бля выдержит сутки, не закидываясь кофеином? — встрял брюнет. — У меня свои методы — игриво ухмыльнувшись ответил парень, — но походы - это интересно. Я был в таких пару раз, во время подготовки к поступлению в Вест Поинт. — Ха! Мужик, Вест Поинт? И как тебя сюда-то занесло? — Да, походу, кто-то выбрал песочницу, вместо пустыни? — Микки рассмеялся. И Йен готов был поклясться, что смех этого хмурого механика его лучший энергетик за эту ночь. — Не сложилось, — он мягко улыбнулся, — Так что? Когда выезжаем? — Через полторы недели, тридцатого октября. Эта тема всегда в канун Хэллоуина, сечёшь? Лес, горы, вечеринка! Девочки в костюмах медсестёр! — бородатый всё не унимался, явно подтрунивая над Микки за его видимую незаинтересованность девушками. — Медсёстры?.. Да.. Будет здорово! — Йен пожал плечами, не сводя глаз с Милковича. Тот почесал нос большим пальцем и посмотрел куда-то в потолок, еле сдерживая смешок. Рыжий развернулся на пятках, напоследок кивнув новым знакомым. — Эй, Йен?.. — Галлагер! — Галлагер, — Микки продолжил, — Ты бы брал поменьше суточных. Мы здесь еле сдерживаемся, чтобы кокса не нюхнуть. А ты ещё и без кофе. Быстро сдуешься. — Посмотрим, — улыбнулся в ответ Йен и побрёл на свой этаж.

***

— О господи, ты хоть иногда затыкаешься, рыжий? Йен, вместе с Микки и Филом шёл позади всей остальной группы, активно жестикулируя и улыбаясь во все тридцать два, рассказывая очередную юмористическую, на его взгляд, историю. На нём была болотно-зелёного цвета шапочка, из под которой торчали медные пряди волос, и утеплённый спортивный костюм в комплекте с термо-бельём. Милкович закурил, удерживая сигарету уже заледеневшими пальцами, выглядывающими из обрезанных чёрных перчаток. Фил от души хохотал вместе с коллегами, находя компанию в лице инженера весьма неплохим выбором. — Ну ты и шутник, Йен! Пиздец, парень! — бородатый мужчина утирал подступившие от смеха слёзы. — Да уж, не то слово, — брюнет закатил глаза, но всё же улыбнулся, соглашаясь.       Всего три-четыре часа в дороге, а парни уже успели о многом поболтать. Галлагеру нравилось, когда вещать начинал Микки. Его голос, слегка подрагивающий и низкий, был приятным дополнением к внешнему виду сурового механика. Пухлые губы обхватывали сигарету, давая рукам согреться, а в голубых глазах, казалось, отражались все горы вокруг. — Чего пялишься? — выдал брюнет, изогнув бровь. — Ээ.. Ничего, — на щеках Йена проступил лёгкий румянец. Да, он находил Микки симпатичным и не скрывал бы этого, если бы кто-то спросил, — Я тут подумал, почему ты всё-таки не пошёл на бранч с тем парнем? — Потому что "бранч" - пидорское слово. Меньше знаешь - крепче спишь, — Милкович выдохнул в конопатое лицо облачко дыма, улыбаясь. — Потому что он у нас целка! Никому не даёт! Не заводит романы на работе! — Ёбаный боже, Фил! Я сейчас спущу тебя вниз по обрыву! Хоть Микки и строил из себя "плохого парня", Йен понимал, что тот не сделал бы коллеге ничего плохого. Они почти привыкли к компании друг друга, встречаясь на работе ещё несколько раз в течение полутора недель, и теперь шли бок о бок, наслаждаясь красотами леса и свежим воздухом. Позднее, вечером, группа, наконец, остановилась для привала. — Так, доставайте палатки и выстраивайте кругом вокруг этой точки, как обсуждали. Здесь будет костёр, — скомандовал мужчина в серой кепке и все вокруг зашевелились. Несмотря на свой невысокий рост, Микки казался весьма сильным и резвым, стаскивая с плеч массивный рюкзак и принимаясь изучать инструкцию. — Слушай а.. Палаток, вроде как, в два раза меньше, чем людей? — спросил Йен у Фила. — Ага. Я же говорил - Милковичу нужен сожитель, — мужчина подмигнул и удалился к своему партнёру по временному ночлегу. Рыжий подошёл к озадаченному брюнету, запихнув руки в карманы и съёживаясь от холода. На улице начинало темнеть, а воздух становился всё более морозным. — Чего встал, Белоснежка? Тащи свой зад сюда.        Механики развели большой костёр, предварительно установив несколько толстых брёвен в качестве скамеек. Кто-то открыл банку фасоли, кто-то довольствовался быстрорастворимым пюре, а кто-то распаковывал взятые из дома бутерброды. Микки достал из сумки свёрток, извлекая оттуда сэндвич с салями, плавленным сыром, салатом и майонезом. — Эй, Галлагер. Держи, — он протянул еду удивившемуся Йену, — Попробуй настоящей мужицкой пищи, а не эти ваши тосты с авокадо. Йен довольно кивнул, поднимая свои огромные влажные глазища и пожирая ими самого Микки в знак благодарности. Огонь костра отражался на его щеках, путался в волосах и согревал теплотой улыбку. Кажется, где-то внутри него танцевали чертята, и Милкович готов был поклясться, что Хэллоуин - это точно праздник рыжих. — Ходят легенды, что в этом лесу живёт бог Локи в обличии двуногого оленя, — начал один из присутствующих мужчин, — Каждый раз, когда здесь кто-то засыпает, им снятся самые ужасные кошмары. — Я слышал, один мужик даже обоссался от страха, когда проснулся! — Ну, для тебя это нормальная практика, как в том году, да, Джейми? Вокруг раздался хохот. — Ага, надо ж было нажраться до такой кондиции, чтобы сходить под себя, — добавил Милкович, вызывая новую волну смеха у коллег. И волну мурашек вдоль позвоночника Йена. Ему безумно нравилась улыбка брюнета, мелкие морщинки вокруг глаз и небольшая ямочка на щеке. Он чувствовал себя идиотом, так бессовестно пялясь на Микки весь оставшийся вечер. Но что он мог с собой поделать? Что-то в этом парне напрочь отрубало Йену мозги. Что-то слишком сильно очаровывало. По кругу передавалась фляга с крепким спиртным, минуя лишь рыжего, который уже почти уснул, аккуратно расположившись на собственной руке, подпирающей острый подборок. Он дёрнулся вниз, когда локоть соскользнул с коленки, осторожно качнулся назад, и, нащупав что-то мягкое справа от себя, приложил голову прямиком на плечо механика. Микки заметил его почти сразу, но решил не тревожить сон парня. — Эй, салага. Кажется, кому-то пора баиньки, — крикнул главный в серой кепке, вновь будя уснувшего Галлагера. — Ой.. Да.. — тот заметил, что отлично устроился на Милковиче, которого это не слишком-то и волновало, — Пожалуй, пойду в палатку. Спустя пару часов, Йен проснулся от шуршания снаружи. Он напрягся, прокручивая в голове байки у костра, но тут же вытряхнул глупые мысли из головы, выглядывая на улицу. У тлеющих углей стояла одинокая фигура, то и дело подпрыгивающая на месте, приминая собой сухие иголки и шишки. — Эй! Микки? Ты сдурел? Такой дубак на улице! — брюнет обернулся, докуривая сигарету и недоверчиво глядя на рыжую макушку, — Пиздуй сюда! — А мне и тут.. Х.хорошо! — Ты так себе все яйца отморозишь, придурок! — А что тебе до моих яиц? Йен закатил глаза. Вот же упрямый дятел. Фил был прав, хрен пойми, что у Милковича на уме. Рыжий фыркнул, исчезая внутри палатки, но не застёгивая за собой вход. Ещё пару минут раздумий, и подвыпивший брюнет завалился вовнутрь, стягивая с себя верхнюю одежду. В маленьком помещении стоял небольшой обогреватель, что делал температуру воздуха гораздо комфортнее, чем снаружи. И спать совсем расхотелось. Блядь. Галлагер уставился в потолок, натянув одеяло по самый подбородок и вытянув долговязые конечности вдоль тела. Стук зубов по-соседству ещё больше придавал комичности ситуации. — Мик? — Йен не успел озвучить свою мысль, как вдруг оттопыренный зад брюнета притиснулся поближе, касаясь ладони парня рядом. Было ясно, что Милкович продрог до костей. Что ж. Йен развернулся на бок, тепло выдыхая в тёмную макушку. Он прижался чуть ближе, желая согреть механика собой. Но тот свернулся в клубок и никак не хотел разворачиваться, пытаясь сохранить остатки тепла в своём пьяном организме. Галлагер аккуратно поднял руку и опустил её на бедро соседа, как бы вытягивая его вдоль себя. Он провёл ладонью вверх и вниз, немного растирая и чувствуя, как кровь начинает приливать именно к месту его касания. Йен переместился чуть выше, нежно поглаживая кожу под тканью, очерчивая округлую задницу Микки. Она была мягкой, и в то же время упругой. Ну что за пиздец пришёл ему в голову? Он продолжал водить рукой по бедру, перемещаясь вперёд. Ещё раз глубоко и жарко выдохнув, он рискнул: Йен накрыл своей большой ладонью промежность Микки, ожидая в этот момент, что тот врежет ему, не колебаясь. Но вместо этого, брюнет издал лишь еле слышный стон и не проронил ни слова больше. Рыжий чуть сжал пальцы, водя ими вдоль твердеющего члена механика. В голове не было никаких оправданий ситуации, кроме как желания согреть парня таким образом. Он уткнулся носом в мягкие волосы на затылке Микки, крепко зажмурил глаза и осмелился оттянуть резинку термобелья вместе с боксёрами. Милкович развернулся, оказываясь на спине, чуть приподнимая нижнюю часть туловища и приспуская одежду. Его голова всё ещё была отвёрнута от лица Галлагера, но протестов не последовало. Получив своеобразное "разрешение", Йен тут же прильнул к шее механика, оставляя на ней невесомый поцелуй. Взяв в руку полностью твёрдый член Микки, он провёл большим пальцем по головке, размазывая естественную смазку. Двигая рукой, он задал себе темп, то замедляясь, то ускоряя движения, заставляя тело Милковича чуть выгибаться над импровизированным матрасом. Горячее дыхание Галлагера продолжало обжигать его ухо и он больше всего на свете боялся сейчас повернуться лицом к этому рыжему демону. Какого хуя в его безумную голову вдруг пришла такая идея? И ведь он даже не говорил о том, что его вообще интересуют мужчины. Вот же чёртов.. Очередное резкое движение крепкой руки выдавило из горла Микки ещё более громкий стон, переходящий в хриплый вдох. Часы на запястье Йена через раз охлаждали ледяным циферблатом уже разгорячённую кожу брюнета. Второй рукой, Галлагер сгрёб яйца Микки, приятно оттягивая нежную кожу. Сильнее сжимая ствол у основания и доводя обычной дрочкой своего механика до исступления, Йен сам готов был кончить, едва его взгляд падал на губы брюнета, с силой прикушенные зубами. На его взмокшие и прилипшие ко лбу волосы. На его всё ещё прикрытые дрожащими веками глаза и на нахмуренные брови, что встречались на переносице. И будь он проклят, если это не самое сексуальное зрелище в жизни. Йен снова коснулся его шеи, несильно кусая и тут же зализывая укус. Ему было мало. Ему хотелось целостности ощущений для них обоих. Ему хотелось трахнуть этого строптивого парня прямо здесь, заставить его кричать под собой, вылизать его всего и отсосать так, чтобы ноги не держали. Низ живота сводило, а собственный каменный стояк до боли тёрся о жёсткую ткань трусов. Ещё пара влажных движений и Микки выгнулся дугой, обильно изливаясь в кулак инженера. Его учащённое дыхание казалось слишком громким посреди ночного леса. Милкович чуть развернул голову в противоположную сторону, на мгновение встречаясь взглядом с рыжим парнем, по виску которого скатилась маленькая капелька пота. Этот парень выглядел просто сумасшедше возбуждающим и удивлённым одновременно. Брюнет резко отвернулся, натягивая одежду и вновь сворачиваясь в клубок. Его и без того разгорячённые щёки стали ещё краснее, приятное тепло разливалось по телу, утягивая Микки за собой в царство Морфея. "Пиздец" — пронеслось в голове Галлагера. По крайней мере, им обоим удалось согреться.