История Дарки

      Ну вот, наконец, мы вышли из этой комнаты. Должна заметить, в этой пиццерии впрямь не было ни единого окна, из «ФНаФ 2». Коридор был длиннее, чем в игре, комнаты праздников оказались просторнее, чем казались. Что первым делом заинтересовало меня: никакого человеческого персонала не было видно. Конечно, в тот день, как позже выяснится, был выходной, но даже так в здании должен же быть хоть один член персонала, хотя бы дневной охранник. В первый раз при мне было такое. Я не могла не спросить об этом, желая пролить свет на эту странность.       — Я прошу прощения за скромный вопрос, но… Почему кроме вас в здании никого нет?       — Ты имеешь ввиду людей? — Уточнил Фокси, и после моего кивка, скрестив руки, пояснил. — Видишь ли, начальство сочло, что выплачивать людям зарплаты, отпуска и всё такое не выгодно, вот и подумало, почему бы и не скинуть всю грязную работу нам на плечи? Как будто делать нам больше нечего! Разве что директор время от времени приезжает доход собирать, да и то раз в полгода.       — Люди принимают много глупых решений, но это, пожалуй, стало самым абсурдным из всех. Им-то легко. – Пробурчал Фред и потёр переносицу.       — Но, знаешь, мелкая, в этом отстое есть один крохотный плюс — в кои-то веки мы стали хоть кому-то нужны, наравне с этими заменами. Лучше вкалывать за троих, чем гнить в той комнате.       Этот краткий диалог занял достаточно времени, пока мы дошли до основного зала. Большая часть ребят сидели там и занимались своими делами, громкий ворох голосов отдавался эхом от его стен, словно их было в два раза больше. В этом большом разношёрстном коллективе не хватало только двух «Оригиналов» — Бонни и Чики. Что не удивительно, сейчас все они целы, без единой царапинки после нападения «фиолетового человека». Даже Мангл не разобрана и перетасована, как в той игре. Очевидно, до моего появления они давно решили все насущные проблемы (разумеется, кроме него). Все присутствующие резко оживились и прервали свои разговоры, как только увидели меня. Мы подошли ближе и Фред окончательно дал понять, что я остаюсь с ними. Как выяснилось с его слов, о моём аниматронике в комнате запчастей местные уже давно знали, оставалось только поздороваться и влиться в коллектив. Той Бонни (буду называть его Тони), как только посмотрел на меня, подметил, что я уж больно сильно напоминаю неких ребят с соседней улицы. По его словам, это должно было быть шуткой. Черри (Той Чика) и Мангл тоже повели себя довольно гостеприимно. И только Тедди (Той Фредди) посмотрел одним глазом и отвернулся назад. Я слышала, как он недовольно бурчал себе под нос: «Прекрасно, теперь вообще повернуться будет негде! Итак проходной двор, ещё одну привезли докучи!».       С того дня официального представления (и после некоторых формальностей, куда же без этого), я была названа Дарки и стала жить в пределах пиццерии вместе с новыми коллегами. Сказать, что первое время далось мне легко — немного преукрасить ситуацию: было трудно влиться в этот необычный коллектив без чувства ненужности, тяжело отбросить тоску по прошлому на второй план, как это сделали другие до меня. Ты не успел вырасти и уже вынужден забыть о семье, забыть о прошлых друзьях, забыть обо всём и просто делать то, что от тебя хотят. Это было несправедливо. Больше всего времени, мне хотелось быть в одиночестве, поэтому я сидела часами в комнате охраны и думала о своём. Конечно же, когда ФЧ не было на посту. Если же он был на месте, я могла перейти в подвал — там никто давно не бывал. Жители пиццерии были не против моего существования, даже Марионетка, но Тедди постоянно бурчал при мне и сверлил серьёзным взглядом, что реально смущало. Я ни разу не слышала от него даже дружеского «Привет». Мангл и Черри буквально из шкуры вон лезли, чтобы мне понравиться и оставить хорошее впечатление о себе. Я часто не обращала внимания на то, что они там тараторят, постоянно отвлекаясь на свои мысли и думая о своём. От них было не вооружённым глазом заметно сочуствие, так как они тоже были людьми и стали жертвами ФЧ. Каждый из них делал это, естественно, по-своему: кто-то нагружал меньшими просьбами, кто-то мягко обращался ко мне, кто-то просто подбадривал.       В будние дни все занимались какими-то своими делами, и только я не находила своей роли в коллективе, буквально хватаясь за любую работу, какую мне предлагали (даже если я не была в этом идеальна). Первая неделя стала своего рода "первым шагом" для меня, пока остальные смотрели, что мне удавалось лучше всего. Глядишь, и через пару недель я буду уже постоянно при деле.       По ночам же занятий было больше, чем днём. В принципе, можно существовать, но главное — смотреть в оба, чтобы ничего страшного не случилось. Не хватало повторного нападения или ситуации с поджогом полгода назад. Девчонки часто болтали о том, что все пройдёт и вообще, наша жизнь в роли аниматроников будет гораздо лучше, чем людская. Я не так сильно разделяла их энтузиазм, как хотелось бы, но где-то в глубине души мне хотелось во что бы то не стало верить в лучшее. Всё-таки, не всё в этой жизни только чёрная полоса, когда-то она обязательно кончается.