Система спасения собственной души

Очнувшись в полной темноте, окруженная размеренным тиканьем будильника и ночной тьмой, я не понимала что происходит. Тик-так, тик-так. Это была ленивая ночь — тихая, мирная и уютная — вставать с кровати не хотелось, лежать — тоже, но все же понадобилось немного времени для того, чтобы проснуться и начать функционировать. Когда я наконец очнулась от опять напавшей дремы и успокоилась после секундой паники, осознав, что все еще нахожусь в том месте, где и засыпала и никаких больше перемещений не случалось, я решила поделать свои дела прямо ночью — в третьем часу — благо дел у меня было достаточно. Нужно было сочинить стихотворение, сделать уроки, прочитать ту-самую-богом-забытую-книгу из библиотеки и наколдовать так, чтобы я не выглядела как зомби, воставший из мёртвых — поэтому, увы, нужно торопиться, что мне, вообще-то, совершенно не свойственно. Начать я решила с последнего. Хоть волшебство творить я не умею, но быстро пригладив волосы, собрав их в небрежный хвостик, умыв лицо, найдя домашнюю одежду в одной из комнат и сделав менее недовольную мину на лице, я редкостно стала похожа на человека. Времечко же медленно тикало. Пять часов до начала учебного дня были и свободными, и мучительными — возвращаться туда мне не хотелось. Там Моника. Там Литературный Клуб. Но сейчас я должна была взять себя в руки, даже не смотря на то, что это все нереально и сделать уже что-нибудь за эти жалкие пять-но-один-на-дорогу-до-школы часов — благо дел было невпроворот. И только я хотела броситься покрывать все дела делами, поняла, что, как бы, кушать то хочется — я, сама того не понимая, не ела целые сутки, поэтому мой желудок сейчас напевал самые различные мотивы баллад, а с таким концертом вряд ли кто-нибудь на чем-нибудь сосредоточится. Вдруг мой мозг столь услужливо напомнил мне о яичнице, что лежала на столе ещё утром, и её ароматно-аппетитном запахе. Подумав, что в общем-то, терять уже нечего в этой бренной жизни, я поплелась на кухню, захватив с собой рюкзак, намереваясь не тратить время зря и сделать домашнее задание во время трапезы. Кухня встречала умиротворенным молчанием, пугавшим меня напоминанием, что я абсолютно одна, но, как то не было ироничным, успокаивавшим именно тем же. Блюдо теперь было холодным, но благодаря микроволновке и пару «грей еду, сука, а не тарелку» положение было исправлено, приведено в порядок с помощью вилки и ножа. На вкус яичница была как яичница. Ничего странного, поэтому, успокоившись, я начала машинально левой рукой решать примеры. Так, привычка. На самом деле это было совершенно не сложно, просто повторение изученного в прошлом году, а училась я, слава богу, неплохо. Дальше в очереди мне предстояла писанина стихов для встречи в клубе и, конечно же, для Сайори. Найдя более-менее ненужную тетрадку, я вырвала из нее лист и занесла ручку над бумагой. Что ж тебе там нравится то? Смерть, самоубийства, тучки… Розы, неуклюжесть, фейерверки. Зефир? Нет, это для Нацуки. Похоть? Нет, это… Ну понятно для кого. Рука начала выводить строки на бумаге. Мои мысли сразу же переключились на несчастную девушку, а вскоре настигло и вдохновение, что начало переводить мысли в слова. Я писала, и писала, не замечая ничего, ни времени, ни тиканья часов. И когда я наконец закончила, прочитала стих, словно в первый раз. Я всегда обожала эти моменты, когда оцениваешь свою работу издалека. Как можно жить, не зная ничего вокруг? Как будто петь пустую песню под названием «Тьма». И раз за разом вылетает неуклюжий звук. И ты признай, не сможешь сделать все одна. Ты думаешь, что ты ничтожна, да? Поверь, не так все это, дорогая. Услышь молитву, что поёт твоя душа, Отбрось страданья, яркий свет впуская. Недаром, коркой ледяной покрытый, Безмолвный крик, что написало то перо. Воспоминаниями, что горем столь облиты. Закатом выстрелит души моё ядро. Рифма есть, загадочность есть, смысла — нет. Вообще-то, это довольно легко исправить, просто объясняешь, что вложила в стихотворение о-о-о-чень глубокий посыл и говоришь какой-то бред, который должен хоть как-то быть связан со строками, а в конце добавляешь, что люди — поверхностные дряни и не могут оценить всю прелесть твоего внутреннего мира, да и вообще, я поэт, я так вижу, — и идеально, никто не придерётся к написанному. Но я ушла от темы. Не перестаралась ли я для первого раза? Не слишком ли это связано с Сайори? Стихотворение может вызвать вопросы. Хотя, с другой стороны… Кому не плевать, придумаю уж что-нибудь. Забив на глубокие смыслы своего произведения, я тяжело вздохнула — боссфайты всегда бывают в конце игры. Книга. Мне всегда трудно давалось освоение чего-то нового, особенно если я в нем не заинтересована. Программирование — как раз та вещь, к которой я бы даже не притронулась, не окажись на этом месте. Я снова посмотрела на время — три оставшихся часа… Три часа для того, чтобы прочитать ровно сто шестьдесят две страницы муторного текста. Сила преодоления, как в аниме, уже работает, я так понимаю? Десяти минут хватило, чтобы понять, что нет, не работает, и это — бесполезное дело. Во-первых, мой мозг был не сконцентрирован на тексте, и мне приходилось перечитывать одну и ту же страницу по нескольку раз, только для того, чтобы понять, о чем идёт речь. Во-вторых, эта книжка содержит много ненужных мне вещей и в ней слишком много воды. Единственное, что я поняла и что действительно мне нужно — характеры и действия персонажей прописаны в коде игры, и, соответственно, Моника могла манипулировать девушками именно через код игры. Информации, конечно, маловато. Поэтому, поняв, что здесь я ничего не найду, решила отправиться на поиски на просторах интернета. Зарядив уже порядком умерший телефон, я просидела в нем ещё полчаса. Итак, что я поняла. В основном, код игры пишется на разных, специальных языках — их насчитывается достаточно, и все, что я пока знаю о них — названия. Так же, код пишется через специальное окно, может быть, это и есть скрипт, не раз упоминавшийся в игре, пока не понимаю. У меня уже созрел план, однако. Как я уже говорила, Моника будет контролировать девушек через изменения кода игры, а это значит, что мне будет нужно ежесекундно следить за ним и приводить к начальному варианту. «Начальным вариантом» я называю код, который был прописан в оригинале, ещё самим создателем. Единственной проблемой было вот что: как мне изменять код игры, находясь в самой игре? На этот вопрос, я думаю, гугл не даст мне ответ. Хммм… А, может, закрыть глаза и представить, как открываю файлы игры? Я зажмурилась. Ничего не происходило. Где-то пять минут я просто сидела, как дура, на полу, с закрытыми глазами. Вот блин. Ещё следующие три минуты прошли в попытках открыть скрипт. Было все: от логичных выводов, вплоть до слез и молитв. И вот, когда это окончательно вывело меня из себя, я наконец выкрикнула: — Да появись уже, тварь! К удивлению, телефон тут же издал тошнотворный звук, врезавшийся мне в уши, и на экране высветилось белое табло. Я вспомнила, что точно так же выглядит окошко, через которое проводятся манипуляции над кодом. Нажав на очевидную стрелочку «Назад», меня выкинуло на чертовы файлы игры. Как всё, оказывается, просто в этой жизни — нужно было кого-то оскорбить, и получить то, что мне нужно! Логика, блин, железная, вы смотрите там, не поломайтесь, а. Ещё немного покопавшись в чудотворных настройках, я скопировала начальный код и сами файлы девушек, включая себя. На всякий пожарный. Один взгляд на часы — чуть больше часа до выхода. Это хорошо, а я ведь ещё и боялась, что не успею. Это плохо, потому что не надо было засыпать днём и сбивать режим. Что делать-то? Немного подумав, я всё же зарылась в отвергнутую мной парой минут назад книжку. Не проводить же впустую время? Так проходили секунды, минуты, а затем и часы. Книга все-таки затянула меня, было там что-то такое, интересное. Опомнилась я только тогда, когда начала безнадёжно опаздывать. Вот бля, я успела попасть в игру, но не успела попытаться стать хоть немного ответственной. Провал, провал. Быстро переодевшись в уже знакомую школьную форму, я схватила рюкзак, покидав в него самое необходимое, и выбежала из дома. Закрывать его, я думаю, нет смысла, в этой игре просто не прописано наличие грабителей. Вдруг, на углу улицы, я заметила Джона. Он неторопливым шагом шёл по дороге, явно не замечая ничего вокруг. А потом ведь из-за такого поведения повесилась Сайори. Вот идиот. Немного подумав, я решила его догнать. Идиот идиотом, а подружиться с ним надо. Ради счастливой концовки! Я стремглав побежала, приближаясь к пареньку. — Эй, подожди меня, пожалуйста! Он обернулся, посмотрел на меня, как на дуру, но все-таки остановился. Наверное, он и на Сайори так смотрит. — Эст? — он удивлённо смотрел на меня. — Неужели, уже забыл как я выгляжу? — так же удивлённо, но с издевкой спросила я. — Хм… Нет? — А разве Сайори не с тобой? — Нет. Она, как всегда, опаздывает. — Тогда почему бы нам её не подождать? — Ну… Не думаю что это хорошая идея, она сама нас по дороге догонит. Я укоризненно на него посмотрела. — Ну, это как минимум грубо, заставлять девушку бежать за собой. И разве тебе жалко простых пяти минут? А ей будет приятно, что ты её подождал, а не обидно от того, что кто-то её бросил. Он медленно сникал под моим взглядом. — Да-а, я думаю ты права. — неуверенно ответил Джон. — Вот и отлично. Мы остановились, и стали ждать девушку в полном молчании. Не имею ни единой идеи, о чем можно с ним поговорить, и это даже как-то неловко. А вот, и вправду, через какую-то минуту Сайори выбежала из своего дома и, быстро захлопнув дверь, как угорелая понеслась прямиком к углу улицы. Тут-то она нас и заметила. — Эсти? Джо-он? — задыхаясь, произнесла она, как только поравнялась с нами. — П-почему вы тут стои-и-ите? — Тебя ждём, глупышка. — ответила я. — Не на небо же любуемся. Лицо девушки засветилось. — Правда?! Боже, какое же солнышко эта ваша Сайори! Она выглядит по-настоящему… счастливой. — Правда, а теперь давайте пойдём, а не то опоздаем. — недовольно вмешался парень, переламывая весь момент. Ух, бошку-то скрутить кому-либо. И я. Даже. Знаю. Кому. — Поторопимся! — однако, перебила меня Сайори. В принципе, они уже все решили за меня, и мне ничего не оставалось, кроме как двинуться за парочкой, что уже ушла от меня на добрые метр-полтора. С этого дня нужно будет приучать кое-кого ждать Сайори. Поход не был интересным. Вот улица, поворот, болтовня, переулок, болтовня, остановка, болтовня, уже знакомый мне автобус, вполне интересное замечание о ежах, аллея, ведущая до школы, ворота, коридор, прощание, и, наконец, мой класс. Но вдруг, что-то странное произошло. Как только я опустилась на свою парту, мой мозг как будто бы вырубился, и все кануло в чёрном дыму. Очнулась я только когда меня с силой начал кто-то трясти из стороны в сторону. Этим кто-то оказалась моя подружка Харука. Я, мягко говоря, прифигела. Это что, мать вашу, было такое? Сбой игры? Временное помутнение? Моника? Из раздумий меня вывел раздраженный крик: — Да. Обрати. Уже. Блядь. На. Меня. Внимание. Хинамори! — А-ась? — Воу, да ладно! Кто-то, всё же, решил почтить меня словами? Ох, спасибо большое! Кажется она была в ярости. В лютой ярости. — Что-то случилось? — я все-таки задала этот вопрос, за что и поплатилась. — Ты. Ты случилась! Да вы, блядь, посмотрите на неё, весь день она меня игнорит, а потом спрашивает, а что же случилось? Действительно! Всё, что я могла из себя выдавить, так это протяжное «Э-э-э-э-э» и наверняка глуповатый вид. Я пребывала в шоке. Весь день? Я же только что за парту села! Как весь день то пройти мог? Я пораскинула мозгами, и вдруг меня озарило. Не сразу. Очень не сразу. Но озарило. Ну конечно! В оригинальной версии игры нам никогда не показывали сами занятия. Только как мы на них приходили, а потом сразу шла сцена с клубом. Кажется, это ответвление сюжетной линии не стало исключением. Здесь мне не будут показывать уроки, поняла. А как, извините, это понять моей «подружке»? Я ведь должна объяснить свое поведение сейчас? Да? Почему именно сейчас? Может, просто забить? Хотя, это даже для меня как-то по-мудатски. Ох, вот бы быть какой-нибудь героиней фильма, что смогла бы придумать достойный ответ за секунду. Героиней… Фильма… Героиней… Фильма! Я словила второе озарение. Ещё чуть-чуть и достигну самой высокой точки просветления. Включаем навыки актёрства на максимум. Стараясь изобразить на личике наибольшее беспокойство и задумчивость, дерганно вскочила со стула, приблизилась к Харуке и зашептала как можно более тихо, опаляя чужое ухо своим дыханием. Сексуальненько. — Харука, что-то странное происходит со мной, и я не могу, как ты видишь, этого скрывать. Я боюсь, мне грозит что-то, и в последнюю очередь, я хочу впутывать ещё и тебя. Ты мне очень дорога, Харука, но пожалуйста, дай мне разобраться с этим самой, держись от меня подальше. Это не твоя война. А-анг, нам не стоит долго говорить, боюсь, они нас услышат, Харука, притворись что сейчас я ничего не сказала. Молю тебя, Хару. Слишком много Хару и-ка в моем лексиконе. Тьфу-тьфу. — Че-го? Вспыльчивость сошла на нет, вместо неё пришло смятение. Отлично, даже если она не поверила, то наживку заглотила (на первое время). Процитировать строчку из какого то фильма была хорошей идеей. Я гений. (Нет) — Что за хуйня? Хинамори? — Не сейчас, Харука. — фальшиво взмолилась я. — Мне пора идти, клянусь, когда я с этим справлюсь — расскажу тебе самой первой. Пока-пока! Решив закончить собрание недоделанного драм-кружка, я воровато оглянулась, молниеносно съежилась и, быстро подхватив свой рюкзак, вылетела из класса. Целый коридор я бежала на скоростях, пока не достигла мелькающих чёрных полосок в глазах. Пришлось остановится. Пришлось начать дышать. Пришлось разогнуть колени. Хоть бы не пришлось вызывать скорую, ей богу. — Фух… сделала это, ты сделала это. — тихо прошептала я самой себе. — Заканчивай уже с этой драмой, тебе не идёт. Минус Харука на сегодня, а завтра — уже совсем другой день. Нельзя так много стоять — нужно идти. Нужно идти в клуб. Нужно идти в клуб. Опять. Туда же. Мало того, теперь ещё и возвращаться надо — я убежала совсем в другую сторону от клуба. Но делать, к сожалению, было нечего, так что я медленно поплелась к этажу, отведённому третьеклассникам. Хотя я всего два дня здесь учусь, я уже отлично ориентируюсь в этой школе. Не знаю заслуги ли это именно меня, или же инстинкты жившей раньше в этом теле девушки, или, может, это прописано в скрипте, но так передвигаться — достаточно странно. Такое чувство, что ноги сами тебя несут куда-то, но ты знаешь точно куда.Ты на автопилоте. И тебе не страшно. Странно? Да. Необычно? Да. Затягивающе? Да. Но не страшно, нет. Думаю, лучше описания не придумать кроме как: «Ностальгия с примесью». Это что-то одновременно приятное и ненормально-знакомое. Я также заметила ещё несколько вещей, работающих примерно так. Например, японский язык. Я в жизни не учила его и, тем более, не говорила, не понимала, не интересовалась им, но в игре я могу читать разнообразные тексты, не имея никаких преград. Опять же, не знаю, заслуги ли это бывшей «Эстель» или кода игры, или же что-то вроде специального чит-кода для попаданок. Какие-то приятности должны же были дать мне, а? Я пропустила дверь Литературного Клуба, пришлось возвращаться от самого конца корпуса, куда я успела зайти. Дверь смотрела на меня умилительно-грозно. Я медленно отворила ее. Игра началась. Шесть дней до фестиваля.

***

Я ожидала чего угодно, но не Нацуки которая накинулась на меня с обвинениями в опоздании, как только я перешагнула порог. Поток оскорбительной информации обрушился на меня словно град, и что, извините я могла с этим поделать? Мне ничего не оставалось, кроме как стоять опешившей и слушать её, не имея возможности вставить ни слова. Спасите. Пожалуйста, избавьте меня от неё, она не входит в мои планы по спасению мира! И вдруг, (О чудо), мои молитвы были услышаны. — Как всегда бесцеремонна, Нацуки. — Эээ… Фраза из второго акта? Ладно, неважно — Она же новичок, все-таки, ты должна проявить хоть чуточку такта! — возмущённо сказала фиолетоволосая девушка, что пришла мне на помощь. Юри всегда была такой… Незастенчивой? Она ведёт себя отличаясь от игровой ветки, она ведь совсем… Не стесняшка? Или мне все-таки кажется? Или нет? Стоп, моя цель это Сайори. Сейчас можно и повременить с выяснением несовпадений сюжета. Нужно подружиться с Сайори. Нужно подружиться с Сайори. Нужно. Подружиться. С. Сайори. Оглядывая комнату и подмечая чем заняты другие девушки я искала её. Моника возилась с какими то документами. Нацуки, которая, видимо, уже закончила спор, рылась в кладовке. Юри читала «Портрет Маркова» Сайори была с Джоном. Вот блядь. Игрок. Чёртов игрок, который сейчас проходит эту игру, который назвал себя «Джон Доу», у которого на выбор есть целый гарем из четырех тянок, выбрал именно Сайори. Из всех. Именно её. Именно ту, блядь, на которую у меня планы. Поступил именно так, чтобы спутать все что я придумала. Ну конечно, ведь Сайори, конечно же, выберет друга детства в которого она влюблена, чем одноклассницу с которой она почти не общалась. Конечно же. Вот и как мне теперь перевлекать внимание девушки-бантик на себя если он будет рядом с ней практически все время? Ладно, ладно, фух, без агрессии. Планы меняются. Следующие 20 минут прошли в попытках обратить хоть какое-то внимание Сайори на себя, но все это время Джон был рядом с ней. Согласитесь, было бы странно если бы я подошла к ней и сказала: «Э-э-эй, Сойка-слойка, короче, ты сейчас должна пойти и поговорить со мной, мы должны стать, тип, подругами, окей? А, ты с Джоном говоришь? Да забей, госпадя, ты ведь все равно повесишься из-за него. Что? Да нормально у меня все с крышей» Я невольно засмеялась представляя себе этот диалог, и, как не странно, злость на игрока отступила, давая проход ясным мыслям. Чего это я так разнервничалась? Это же лишь первый день, по идее, сегодня я должна лишь познакомиться ближе со всеми, а не сталкерить за одной из девушек как ненормальный маньяк. — Я опустилась на парту. — Нужно вести себя более сдержанно, нужно сделать свое поведение более натуральным. Я смогу поговорить с Сайори, как только она освободиться. Вообще-то, я могла бы подойти к девушке с просьбой рассказать о клубе ссылаясь на то что я первый раз в нем, но, во-первых, с такой отговоркой я смогла бы выиграть максимум 15 минут, во-вторых протагонист тоже в первый раз находиться здесь, так что он, скорее всего, пойдёт с нами, в-третьих, я могу смутить Сайори своим навязчивым поведением. Вообщем, я не должна… — Мммм… Эстель? Я повернула голову. — Юри? Кого-кого, а её я никак не ожидала. Разве она не должна читать свою книгу сейчас? — И-извини меня если я прервала тебя, я п-просто увидела как ты здесь сидишь и… — начала быстро и смущённо оправдываться девушка. — И… Вообщем… — Ох, ничего такого! — Я посмотрела на часы. Ничего себе, я пробыла в своих раздумьях около десять минут, не удивительно что я выглядела странно со стороны. — Я просто слегка волнуюсь, я здесь впервые все-таки… Ну, ты понимаешь. — Да… Да. — Девушка смущённо спрятала свой взор. — Мммм… Я… я принесла тебе кое-что. Принесла? Мне? Я начала прокручивать события этого дня в голове. Я помню… Помню что Юри приносила книгу главному герою в оригинале истории! Неужели она принесла её и мне? — Принесла? — удивлённо переспросила я. — Точно. Так как ты здесь новенькая, я подумала что пребывание здесь будет нелёгким бременем для тебя, даже принимая во внимание опыт в чтении. И… Я принесла книгу которая может тебе понравится… С этими словами девушка протянула мне блестящий том с матовой обложкой, на которой красовалась девушка с чёрными как смоль волосами, облаченная в оранжевый японский костюм, под ногами которой цвели пионы, а в руке она держала светящийся, традиционно-японский фонарик, который отпускают в небо на каких-нибудь праздниках. Заголовок гласил: «Пионовый фонарь» — Это тоже фантастика, и я-я читала эту книгу раньше, и мы, Уммм… могли бы обсудить её, когда ты ее закончишь? — сказала девушка трогательно смутившись. Что я там говорила по поводу того что Юри совсем не робкая? Так вот, чистый пиздеж, прозрачной воды. Боже… Как у неё получается быть такой непростительно милой? Она даже не поленилась найти мне книгу которая могла бы мне понравиться. Упс, кажется я начинаю цитировать главного героя. Но все же, этот поступок тронул меня до глубины души… До моей ненастоящей, запрограммированной души. Хотя, это ещё с какой стороны посмотреть. Но все же, у меня был ещё один вопрос… — Юри, ты подготовила книгу для одной меня? — А? В к-каком смысле? — Удивилась девушка — Ну, ты сказала что даёшь мне этот подарок чтобы мне было не так трудно, ведь я новичок. — Осторожно начала я — Значит ты и Джону подготовила книгу? — Ээм… — Видимо этот вопрос застал её врасплох — Ну. Да. Я отдала её в начале занятия, когда тебя ещё не было в клубе… Так-с, понятненько, а я уж надеялась что я понравилась ей больше чем игрок, и она в него не влюбится… Глупая надежда, если честно… — Ты удивительна, ты знаешь это, Юри? — с улыбкой произнесла я — Спасибо тебе! — Ой! Н-не говори так. — Последовала пауза — Ум-м… Я буду очень ждать твоего прочтения, дабы обсудить книгу. — Обязательно! — Так же лучезарно сказала я. Хотя… Все равно Слойка-Сайорька занята сейчас… Может быть почитать эту книгу с Юри? Это должно улучшить наши отношения. Некоторые могут спросить: «Зачем улучшать отношения со всеми девушками, если ты спасаешь только одну?». Я отвечу. Если я буду сближаться только с Сайори, то когда эта девушка будет спасена, мне надо будет заново дружиться с Юри или Нацуки, и это будет выглядеть слишком странно и подозрительно. Поэтому мне нужно поддерживать хорошие отношения со всеми участницами. А один из способов, конечно же, чтение вместе. Что же ещё можно делать в Литературном Клубе? Только я хотела открыть рот с целью известить фиолетоволосую о своём предложении, как… — Итак, друзья! — Неожиданно раздался голос Моники — Почему бы нам сейчас не поделиться своими стихотворениями? Кажется, никто не забыл вчера вечером написать его? Фанфары. Прожектора. Моё время блистать пришло. Все поспешно начали доставать свои произведения из школьных сумок. Кажется, все снова идёт по сценарию: Моника и Сайори выглядели взволнованными. Юри, Нацуки и Джон в противоположность им доставали листки с неохотой. Этакая константа на всё времена. Но это не суть важно, ведь теперь… Что мне делать? Обычно в этот момент главный герой выбирал к кому он подойдёт и покажет стихотворение первым, но я ведь не главный герой. Мне следует сейчас пойти к Сайори? Подумав ещё немного, я уже сделала шаг по направлению к ней, как меня опередил игрок. Просто возник из ниоткуда, и в следующий момент стоял и болтал с бантиком. Что, блин? Как так быстро? Не успела я в полной мере обдумать происходящее, как вдруг сзади меня послышался тихий, робкий голос. — Эстель? Обернувшись, я незаметно ухмыльнулась. Кажется, я все-таки сильно понравилась Юри. — И снова привет, Юри! Давай начнём вместе? — Д-да. — согласилась девушка. Фух. Никто не знал что дальше делать, поэтому я решила спасать ситуацию, протянув свое произведение первым. Я медленно наблюдала за бегающим взором девушки читающей строки. Понравится ли ей? Нет, наверное, стихотворение, все-таки было написано не для неё… — Это… Хм, неплохо… — вдруг сказала Юри. — У тебя есть опыт, но он не слишком развитый. Твой стиль не простой и не сложный, тебя ещё есть куда стремиться. Попробуй в следующий раз вложить больше смысла в стихотворение и использовать другие словосочетания… — И тут она увидела как удивлённо я на неё посмотрела — …О-ой. Прошу прощения… — Ха? Что? Нет, Юри, все нормально, спасибо за критику, я постараюсь следовать твоим советам в следующий раз… — Не сказать что я была сильно удивлена, но уверенный тон робкой девушки застал меня врасплох… Недаром в новелле описывали поведение Юри с книгами и без, ведь в «реальном мире» это довольно сильно замечается. А теперь я случайно спугнула её… Пять баллов, Эстель. (Когда я начала называть себя Эстель?) — Теперь… Можно ли прочитать твою работу? — осторожно спросила я — О, да… Конечно же. Она протянула свой лист бумаги мне.

***

«Пряди моих волос злато отражают, в янтарном свете ниспадающем Купаясь. А вот его источник. Последний уличный фонарь, проверку временем прошедший, страж одинокий. Последний сего века столб, что будет заменён неоном будущего сине-изумрудным. И я плыву. В тиши, вдыхаю воздух настоящего, но в прошлом существую. Мерцает свет. Мерцаю я ему в ответ.»

***

Это тот самый стих, который был в оригинале. Странно видеть его сейчас, воплощенным на бумаге. В нем нет рифмы, но он мне всегда нравился. Белые стихи стоят во главе вселенной. — Это прекрасная работа, она красива, в ней глубокий смысл. Мне он очень понравился, Юри. — с тёплой улыбкой сказала я. — Ох, с-спасибо. Он не настолько… — сказала девушка — Хорош. Я не стала возражать. Этим я только ещё больше смущаю её, а это мне ой как не нужно. Однако, пора возвращаться к моему начатому, да? Я кивнула Юри, оповещая о том, что я пошла к следующему участнику и направилась к Сайори. Наконец-то направилась к Сайори. — Приветик! — поздоровалась я. — Как дела? — Приветик, Эст! Все тип-топ! — ответила девушка с широкой улыбкой. Эх, Сайори… Когда-нибудь ты перестанешь мне так фальшиво улыбаться… Когда- нибудь ты покажешь мне реальность. Когда-нибудь ты разобьешь саму себя. а до этого момента… Я просто буду рядом. Мы, может быть, даже подружимся. — Ну что ж, начнём! — сказала девушка — Чур, ты первая! — Ладно, ладно, Слой- — ой, кажется я слишком много раз назвала её так в голове. Черт, черт. Мысленно дав себе по думалке, я решила перемазать эту оплошность в шутку. — Слой-ка? — удивлённо-обиженно воскликнула девушка. — Почему это я Слойка?! — Упс, а я не хотела — протянула я — Но, согласись, тебе идёт! — Хэ-э-э-эй, ничутоньки! Это даже немного обидно! — Почему? Слойка ведь така-ая сладкая булочка… Прям как ты. — хихикая, объяснила я. Девушка покраснела. Вау. Она. очень милая, когда смущается. Никакого юри, девочки — Бу-у-у… Ты такая вонючка! — но уже менее обиженно произнесла собеседница. — Да-да. Приму за комплимент. Ладно, все, начнём. — сказала я и, заглушая все протесты девушки, протянула ей свое стихотворение. медленно наблюдая, как счастливая улыбка сползает с лица во время её прочтения строк. Почему она читает так долго? Черт-черт. Кажется она перечитывает его уже в третий раз? Моя писанина, что в ней- А. Черт-черт. Как знала, я сделала строки слишком связанными с Сайори. Это слишком, слишком подозрительно. И вот, наконец, когда девушка подняла на меня глаза… в её выражении лица читалось только смятение и тревога. — Эст…ель. О чем ты думала когда писала это стихотворение? Вопрос застал меня врасплох. Он был логичен, но всё же испугал. Что ей ответить сейчас? О тебе? Нет, нет, нет, это слишком плохо. Нужно придумать что-то. Быстро. — О ночи. Я думала о ночи. О том, какие чувства преобладают в ней, краски. Пожалуй, о смене суток. Знаешь, о пейзаже и всё такое. — задумалась, но глаз всё-таки нервно дергался, меня выдал. — Это, наверное, потому что я писала этот стих ночью. — Вот как, это… — озадаченно начала девушка, а потом вдруг спохватилась и сменила тон своего голоса на приторно-сладкий — Это супер классно! Я и представить не могла, что ты насто-о-олько хороший писатель! Боже, и как мне реагировать на такие смены настроения? Это грустно. Просто сделать вид что сейчас ничего не было? Думаю, это лучший выбор. — Ах-х, ты меня переоцениваешь, Сайори — спокойно отшучивалась я — Теперь твоя очередь, давай! — О! Э-э-э, да! — воскликнула девушка протягивая мне помятый лист со стихотворением. — Сейчас.

***

«Дорогие солнца лучики То, как ваш свет через жалюзи утром проходит, Даёт мне понять, что вы скучали по мне. Вы целуете меня в лобик, помогая с постели подняться скорей. И глаза открыть, если сонливость с них долго не сходит. Вы просите меня поиграть вместе с вами? Верите, что дождливый день прогнать я смогу? Я гляжу наверх: гладь да синева под небесами. Вам я тоже верю, по секрету скажу. Если бы не вы, я бы спала дни и ночи. Но я не сержусь, Только вот кушать хочется очень.»

***

Я улыбнулась. Потом не улыбнулась. — Мне нравится. Это… Так в твоём духе, Сайори. Особенно, стоит отметить, очаровательна последняя строчка. — я сказала это, хихикнула, но на самом деле грустно. Грустно за Сайори и за её горькую участь. Но я ведь ей помогу, да? Теперь я просто обязана. — Е-е-ей, самой супер-дупер Эст это понравилось! — лучезарно сказала девушка — Я польщена, маэстро! — Ну, хватит, Сайори… — строго сказала я — Не веди себя так, как будто я супер писатель. — Но ведь так и есть! — возмущённо возразила она. На том наш разговор и закончился, меня остановила Юри, пришедшая меняться стихами с бантиком. Я ей уступила. Жаль, конечно, но ничего не поделаешь. Пробормотав что-то наподобие «Удачи» девушке, я юркнула к следующей участнице. Ей должна была стать гордая и неприступная Нацуки, но я встретила некое препятствие… Препятствие в виде Джона Доу, который сейчас преспокойненько делился своим произведением с ней. О боже, как ты меня бесишь. Ты бы знал. И долго ты собираешься вмешиватся в мои планы? Как же раздражает наличие тупых людей в комнате. Неимоверно. — Эстель? — произнёс мягкий и нежный голос сзади меня. Он напугал меня не на шутку. — Моника? — произнесла я, обернувшись. Ну конечно она, наш незабываемый кальмар. ха-ха — Кажется, теперь мы партнёры. — с нежностью в голосе произнесла девушка. Интересно, она все ещё невинна, или уже та самая сучка, которую знаем все мы? — Ну, кажется, да. — ответила я. — Давай начнём, не будем затягивать. Почему-то я не могу контролировать себя рядом с ней. Всё выходит каким-то дерганным и резким. Боюсь? Обращаю слишком много внимания? Её выражение лица не менялось в течение всего прочтения. Интересно, о чем она думала. Интересно, о чем она вообще, блядь, думает. — Хм, это… Неплохо, хоть и достаточно коротко. Здесь есть смысл, но он запутан, да и слова тоже неплохие… Но, я всё же замечу, переходы слишком резкие, поэтому его можно понять лишь со второго прочтения, а, может, третьего прочтения. — замерла, немного подумала — Так. Вот тебе совет дня от Моники! Постарайся выбрать более мягкие слова для словосочетаний, но сохраняя рифму, ритм и стиль и тогда у тебя могут получиться более связные четверостишья или же многостишья. Это не всегда работает, но держи это в своей голове, хорошо? — подмигнула мне. — Хорошо! — кивнула я. — Большое спасибо за совет… Моника. — Я рада, что ты прислушалась. Теперь, раз уж мы не затягиваем, да? Пожалуйста, прочитай моё. — и она протянула мне тетрадку, исписанную мелким, но чертовски красивым почерком.

***

Это не могла сделать я. Видишь, шпаклёвка выступает сюда? Шумный сосед? Парень сердитый? Мне не узнать. И дом был закрытый. Я заглянула внутрь, узнать в чём причина. Нет! Я ослепла! Испорчена, как фотоплёнка на солнце. Но уже слишком поздно. Выжжена картина бессмысленная в сетчатке глаз, её не вывести больше. От обычной маленькой дырочки, что не была слишком яркой. Но была глубокой такой, что меня поглотила залпом. Тянулась, бесконечно уходя, во всё и вся. Дыра возможностей, которым нет конца И я осознала, что смотрела не внутрь. Я выглянула наружу, поняв всё про себя. А он, с другой стороны, глядел на меня.

***

— Загадочно. — Протянула я. — Это очень…напоминает меня. — без сил сказать ещё что либо, я просто посмотрела на кальмара. — Я так раньше писала. — Ха-ха-ха-! — засмеялась девушка и продолжила шутливо — Я очень рада, что тебе понравилось, Эстель. Любые совпадения — наказуемы. Я запрещаю здесь совпадения! Добавим в свод правил. — вдруг посмотрела на меня серьёзно. — У тебя есть замечания? — Нет? У меня их нет. — отрезала я. — Ох, правда? — Девушка перечитала свою поэму ещё раз. — Я… Польщена твоим отзывом, спасибо! — О, а, да… не за что? — Эстель, как президент клуба я должна узнать, всё ли тебе нравится здесь? — вдруг произнесла кальмар. Я уже не помню, но, вроде, она задавала тот же вопрос Игроку? — Ах, все отлично, Моника, тут просто прелестно, мне все нравится. — С фальшивой улыбкой произнесла я — Здесь так весело! — Да? Я рада, что тебе все приглянулось. — пауза — И ещё… Если у тебя есть какие-либо предложения или предпочтения, то я тебя с удовольствием готова выслушать! Любое, что поможет усовершенствовать клуб принимается во внимание. — О. Ладно, хорошо, если такие появятся, то я обязательно скажу. — ответила я с полным убеждением в том, что эта тема никогда не будет поднята вновь. — Хорошо, тогда я буду ждать твоих предложений! Нам уже надо заканчивать, мы наверняка задержались. — начала прощаться президент. — Ладно. — согласилась я и обернулась где-то в сторону кладовки — Пока, Моника. Только я, наконец, хотела поздороваться с мисс вредность, как вдруг… Он. Опять. Идущий ко мне. Он выбрал меня следующей. Да вы серьёзно что ли? Черт, как долго он собирается мне мешать? Я. Должна ли я проигнорировать его? Нет, не так. Могу ли я проигнорировать его? Он же главный герой! Но я, в какой-то степени, тоже главный герой… — Хэй, эм… Эстель! Твою мать. Как он подобрался ко мне настолько быстро? Я даже не успела ничего подумать А теперь мне, очевидно ведь, не остаётся ничего, кроме как — Привет, Джон! — мило улыбнувшись, я повернулась к нему — Ой, ты напугал меня! — Извини? — виновато смотря на меня, произнес он. Бесяще. — Проехали, давай начнём? — дружелюбно улыбнулась я, на самом в деле стараясь не зарядить ему в нос. — Ага… — Он протянул свой листок первым. Ну да, ну да, главный герой. Посмотрим, посмотрим.

***

Громкий. Закат. Цвет. Дорогой. Стыд. Уют. Поражение. Лень. Вращение. Боль. Играть. Кровать. Сердцебиение. Сломанный. Семья. Каникулы. Поцелуй. Смех. Шрамы. Неуклюжий.

***

Ок, ладно, просто убейте меня. Как я должна на это отреагировать? Это… Это… Программа разве не могла сделать его слова хоть чуть-чуть поэтичней? Хоть что-нибудь, но не простой набор слов! — Всё очень плохо, да? — прервал мои мысли игрок. — Прости, я пишу в первый раз. Да, всё очень плохо. — Попробуй… в следующий раз поработать с рифмой и смыслом. Найди более красивые слова. Ты новичок, не удивительно, что у тебя сначала получилось плохо. — начала пиздеть я — Вообще-то, я тоже в какой-то мере новичок, так что… — я протянула свою поэму — Сам убедись. Он прочитал моё произведение только единожды, быстрее, чем все, кто читал её до этого. — Это довольно коротко, но очень поэтично — начал он — Не сказал бы, что ты такой прям новичок. По-то-му-что-я-не-но-ви-чок-и-это-все-что-ты-мо-же-шь-мне-ска-зать-? — Хех, благодарю — взамен произнесла я. — Пустяки. — пауза — Ладно, тогда… Я пойду. Встретимся по дороге домой? Хах, какой короткий разговор. Я не против, кстати. — Ага. — монотонно произнесла я и поспешила удалиться, дабы ему в голову не пришло ещё чего-нибудь. Как бесит. Наконец, я поспешила к моей последней цели на сегодня — девоке-конфетке. Сколько же раз мне не давали к ней пройти? — Привет, Нацуки! — радостно начала я. — Да-да-да, привет… — ворчливо поздоровалась девушка. — Давай начнём уже! Плохое начало, плохое начало, Ватсон! В игре чтение стихов происходило намного дольше. Или мне кажется? — Да, хорошо, — согласилась я, уже протягивая свой листочек. — Как скажешь…

***

Во время прочтения лицо девушки менялось из нейтрального в раздраженное, и наоборот. — Ну… Это… Ну, неплохо. — вынесла свое заключение девушка. — Не… плохо? И все? — возмутилась я, но поспешила тут же исправиться— В смысле, разве ты не должна рассказать мне о своём мнении? — Я… Ну… Да! — запнулась девушка — Но я уже сказала, что хотела! Она выглядела… Таким ребёнком. Маленьким, слабым, беспомощным ребёнком. Если точнее, трехлеткой, что оправдывается за украденную конфетку. Значит, не хочешь комментариев? Будет тебе война! Время играть в пай-девочку, юху-у. — Х-хорошо, извини просто мне очень хотелось услышать мнение опытного писателя. Ты же давно пишешь, да? — бросила наживку я — Ай, прости, что навязываюсь! Тогда… Вместо этого, могу ли я прочесть твою поэму? — Я? — переспросила девушка с удивлённым лицом. — Я имею ввиду… Да, держи.

***

«Обезьянки могут лазать, Сверчки же — ловко прыгать, Лошадки — скакать грациозно, Совы — зыркать серьёзно, Гепарды — быстро бегать, Орлы — летать под облаками, А люди могут попытаться, Но тут пора стиху кончаться.»

***

Миленько. Сейчас меня не это волнует. — Это очень… — начала я — Ну, знаешь… — Мило? — Чего? Нет… Я хотела сказать… Достаточно изящно и красиво, — начинала потихоньку я — Мне нравится как ты смогла передать глубокую мысль через столь простой слог и лёгкие формулировки. Из-за этого ты как бы… обманула меня. Очень хитро поступлено. — добила я. — А он должен быть милым? — Нет. — насупившись, сказала она. — Ты действительно так думаешь? — Ну… — сказала я с недоумением. — Да? Повисла неловкая-ожидающая пауза. — Ха! Знаешь… — начала девушка, но так и не произнесла это вслух — А, неважно. Плюс балл в копилочку Нацуки-и-и.

***

Охарактеризовать мою работу до конца она конечно же не стала. Ну да, ну да… Пошла я нахер… Перед тем как мне представилась возможность что-либо сказать, Нацуки попрощалась со мной и свалила нахрен. А я что? А я не унываю, так что последовала её примеру опускаясь на ближайшую парту и искренне жалея что у меня нет попкорна. Почему же? А потому что сейчас у меня открывается офигительная возможность посмотреть на одну из моих самых любимых сцен игры, а именно… Женский махач. (О да, ебашь Альбина, ебашь) Я не собираюсь это пропускать! С таким девизом я начала беспалевно наблюдать за парой Юри/Нацуки которые только начали делиться произведениями. На миленькое личико Юри была прилеплена грустная улыбка, в то время как лицо Нацуки нахмурившись выражало недовольство. — «Что-то за стиль такой?» — великодушно озвучила бабл-гам будущую тему конфликта. Озвучила это, кстати, настолько тихо, что если бы я не знала что она скажет, то не поняла бы. Парочка начала аккуратно обмениваться впечатлениями, по крайней мере, до того момента как Юри все не испортила. — «Спасибо. А твой… Милым.» (Речь идёт о том как получился стих Нацуки) Никогда. Слышишь? Никогда не говори Нацуки что её стихи милые. Н. И. К. О. Г. Д. А. Ожидаемо разгорелся спор о том что фиолетоволосая не воспринимает её писанину всерьёз. Боже, где мой попкорн? О, кажется все тянется к середине действия — Юри попыталась дать несколько советов Нацуки. — «На самом деле у меня есть пару предложений…» Ожидаемо, девушка опровергнула эту фразу. — «Если бы мне нужны были советы, я спросила бы того кому действительно понравился бы мой стих!» И она начала перечислять людей которые похвалили ее работу, а в конце попыталась исправить стиль Юры на что ожидаемо получила отказ. Оо, сейчас в их спор буден вовлечен антагонист? — «И Джон мой стих тоже похвалил, прошу заметить!» — с возмущением парировала высокая девушка. Кажется Нацуки разозлилась, так что перешла в нападение, подколов соперницу в том что она с отчаянием пытается восхитить нового члена клуба. (То что я существую благополучно забыли) На такое заявление девушка сначала растерялась, и удачно-неудачно парировала. — «Или тебе просто завидно то что мои слова Джон ценит больше?» — уверенно проговорила фиолетик — «Почему ты думаешь что мои слова Джон ценит ниже? Ты настолько самовлюбленная?» — отвечала Нацуки ООО, накал страстей. — «Будь я такой… Я бы точно из кожи вон лезла чтобы сделать все слащаво-милым!» И на таком прекрасном моменте вмешалась Сайори. — «Эм… У вас все хорошо?» Но её успешно проигнорили и продолжили спор. — «И вообще знаешь что? Это не у меня сиськи волшебным образом выросли на один размер с тех пор как Джон вступил в клуб!» Кха… КХА. Если бы я сейчас пила чай, то я бы подавилась… Насмерть… Дальше все полетело к чертям собачьим, состоящим из возмущения крика и конфликта. В конце концов все пришло к тому что (бедному?) Джону пришлось выбирать на чью сторону встать. И конечно же он выбрал… — «Сайори!» … Приплести сюда ее На самом деле На самом деле. Не могу его винить. Девушкам кстати не понравилось то что кого-то другого вовлекают в их спор. Всё это могло бы и дальше продолжаться очень долго если бы чудесная булочка Сайори не вмешалась бы. Вот несколько строк из её длинного монолога: — «Прекратите!» — выкрикнула Сайори. — «Я просто хочу что бы все были счастливы!» «Мои друзья… Чудесные люди.» «И я люблю их именно из-за их различий» «Стихи Нацуки…» (Идёт описывание стихов Нацуки) «И стихи Юри…» (Идет описывание стихов Юри) «Вы все такие талантливые… Так почему же вы ссоритесь?» «И сиськи у Юри такие же как и всегда!» А теперь — картина маслом. В центре класса триумфально стоит Сайори с ухмылкой а-ля победа, рядом застыв стоят виновники торжества, не зная, что сказать, позади располагаются знатно так охреневшие Моника и Джон, а я наблюдаю за всем этим с ближайшей парты. И кто же сказал что в Литературном Клубе скучно? — Я… Приготовлю немного чая. — Юри искусно съебалась с места преступления. Пардон, ретировалась. Нацуки просто плюхнулась рядом со мной и уставилась в никуда. Джон с Моникой завели разговор. Сайори не сдвинулась с места. … Как и ожидалось такая пламенная речь не осталась без внимания и конфликт был разрешён, хотя в воздухе все ещё висело ощутимо напряжение. Процитирую Монику. «Думаю на следующий день никто ничего не вспомнит.» Это акт второй, а не первый, но всем пофиг. Так-с осталось подождать гг, когда он натрындится с кальмаром, и можно валить домой. Подожди-ка… — Итак, друзья! Думаю на этом можно считать наше мероприятие закрытым! Как вам впечатления от совместного чтения стихов? Буркнув что-то вроде «Неплохо», не больно заостряя внимание на том, что ответили другие (я и так знаю), дослушав бодрые речи Моники насчёт сегодняшних блистательных стихотворений, я потянула Сайори к выходу, заодно увлекая её придурошного за собой. Мне пришла в голову одна не очень разумная мысль.