Фенилэтиламин

Вторник

      Звонок на мгновение прервал назойливый гул голосов. С унылым видом все начали разбредаться по местам. Химе, не особо горя желанием лишний раз тревожить колени, не покидала своей парты и только под привычную команду встала и согнулась в приветствии, стоило старосте заговорить:       — Встали, поклонились, сели!       Облегчённо грохнувшись на стул, рыжая достала из сумки тетрадь и раскрыла её на последней записи. Монотонный голос пожилого учителя убаюкивал, но Химе старательно выводила строчку за строчкой, словно хотела наверстать пропущенные уроки все и сразу.       Спустя минут десять на стол перед девушкой упала маленькая бумажка, свёрнутая вчетверо. Удивлённо моргнув, рыжая развернула её.       «Ты как?»       Растерянно прочитав короткий вопрос, Химе обернулась к Ичиго, который дожидался ответа подруги. Ответив, что у неё все в порядке, девушка подбросила записку обратно.       Урок пролетел почти незаметно, благодаря тому, что рыжая то строчила лекцию, то ответы для Ичиго. В конце, когда у каждого из друзей собралась приличная горстка исписанных бумажек и стоило звонку прервать диалог, Химе быстро сгребла свой мусор и сбросила его в рюкзак, не дожидаясь когда лишнее внимание старосты будет обращено на её парту.       Подскочив, девушка почти бодро пошагала на выход. Ноги ещё болели, но это было вполне терпимо. Химе выбила у учителя Абараи разрешение ходить в школу в брюках, пока синяки не сойдут. Ей было непривычно, что нет необходимости поправлять юбку.       — Ну, Химе! Пойдём к госпоже Мастумото? — закинув на плечо Химе руку, Тацуки довольно улыбнулась подруге.       — А, точно! Надо было, наверное, на прошлом перерыве?       — Ты чего? Это же последний урок. Как раз у меня до карате есть около часа.       — Как? А биология?       — Пока у нас не будет её. Учитель Кёраку уехал на той неделе, — удивлённо сказала девушка, глядя на Химе. — Я же уже говорила, нет?       — А, было дело, точно… Извини, я какая-то рассеянная в последнее время.       Выскользнув из кабинета и осторожно оглядевшись, Химе ускорила шаг, вынуждая подругу поспешить. Колени отзывались тягучей болью, но рыжая упрямо игнорировала это. Ей очень не хотелось встретить учителя химии. Особенно после участившихся прогулов. Ради того чтобы избежать неловкостей, девушка не покидала своего места, а если и было необходимо, старалась держаться толпы одноклассниц. Это напоминало ей любимую компьютерную игру брата, за которой в детстве она часто наблюдала исподтишка.       — Эй, ты чего? — взволнованно спросила Тацуки. — Тебе разве можно так бегать сейчас?       — Ничего, все в порядке, — бросила в ответ Химе. И, несмотря на предостережение, девушка даже не попыталась хоть немного замедлить шаг.       Вывернув вскоре в широкий коридор, где находился кабинет медсестры, рыжая почти выдохнула, успокоившись. Дойдя до белоснежной двери с глянцевой табличкой, она снова обернулась и едва слышно пискнула. Серые глаза распахнулись и забегали в поисках убежища. Отвернувшись и коротко постучав, Химе дёрнула ручку, взмолившись о том, чтобы госпожа Матсумото была на месте и свободна.       — Здравствуйте! — почти бодро воскликнула рыжая, влетев в кабинет. Тацуки проскользнула следом и загораживая подругу от учителя химии, как раз закрывшего журнал, занимавший все его внимание.       — О, привет, милая, — подняв голову, ответила женщина. К удаче Химе, она действительно была почти свободна. Медсестра сидела за круглым столиком у окна и вдумчиво красила ногти. — А ты Арисава, кажется, да?       — Да, мэм, — в английской манере пробормотала немного стушевавшаяся спортсменка. Она стояла за спиной Химе и нервно теребила лямку сумки.       — Не надо так официально, девочки. Проходите. Судя по внешним признакам, вы не умираете, так что пару минут подождёте пока закончу, да?       — Конечно! — Химе улыбнулась, выдыхая. Учитель Шиффер все ещё не постучался в кабинет, а значит, ему не было дела до двух учениц, невежливо сбежавших от него. Может быть, он и не заметил их. — У нас все хорошо, просто хотели посоветоваться.       — Так, ни слова о делах. Иноуэ, детка, помнишь, где чайник хранится?       — Кажется в том шкафу?       — Именно. Доставай. Сейчас я докрашу, заварим чая и нормально поболтаем. Не люблю я разговоры без хорошей чашечки… чаю, к несчастью, в этих стенах приходится обходиться чаем, — лукаво улыбнувшись, закончила женщина. Она в последний раз взмахнула кисточкой и удовлетворённо оглядела ногти. Закрыв бутылёк, медсестра усадила Тацуки на свободный стул и принялась руководить действиями Химе.       Спустя пару минут они расположились за столом. От чашек исходил приятный цветочный аромат. Медсестра достала из особого шкафчика миску с печеньем и зефиром.       Химе поёрзала на стуле и, наконец, сделала первый глоток. Ей было приятно в компании медсестры, почти как с подругой или даже мамой. Поймав себя на столь странной аналогии, девушка икнула от удивления, чем привлекла к себе внимание остальных.       — Госпожа Матсумото, мы собственно, пришли с просьбой, — начала Химе, скрывая смущение за деловым тоном.       Женщина, напротив, была расслаблена и почти лежала на столе, облокачиваясь на него локтями. Сложив пальцы в замок, она упёрлась в них подбородком и задумчиво оглядела школьниц.       — Какой, лапушка?       Рыжая, немного растерявшись, замолчала, пытаясь сформулировать мысль, но подруга опередила.       — Мы хотим открыть на фестивале лавку с косметикой, натуральной. Орихиме умеет варить мыло, я даже принесла, что она давала как образец, — Тацуки поставила себе на колени сумку и быстро достала несколько бумажных свёртков.       — Так-так, уже интересно, — глаза медсестры сверкнули, и женщина подтянула к себе один. Осторожно развязав витой жгут, она развернула бумагу. На мятом белом листе лежала полупрозрачная зелёная ёлочка с вкраплениями разноцветных стружек. По кабинету растёкся пряный рождественский аромат хвои и корицы. — Отлично сделано! — восхищённо воскликнула женщина. — Аккуратно и красиво. Самое то, для подарка! Только не по времени, почему рождество?       — У меня дома были формы под праздники только, для рождества и четырнадцатого февраля. А потом я забросила это дело, — смущённо пробормотала Химе. Она не ожидала такой похвалы от медсестры.       — И зря. У тебя отлично получается! — Подскочив, женщина быстро обняла рыжую и принялась её расхваливать на разные лады: — Умничка! Золотые ручки! Прелесть такая!       — Ай, задушите! Госпожа Матсумото! — прохрипела растерянная девушка. Стоило медсестре вернуться на своё место, девушка, потупив взор, пробормотала — Спасибо большое…       — Только у нас проблема, — наконец, подошла к цели визита Тацуки, она вздохнула и, развернув второй свёрток, продемонстрировала мыльное сердце с россыпью пищевых блёсток. — Это все что у нас есть. Никто больше ничего не умеет. Да и восторга от фестиваля у класса мало.       — Неправильные дети пошли, — фыркнула госпожа Матсумото. — В моё время все наперегонки мчались участвовать. Потому вы и взяли такой скромный проект?       — Именно. Мы, девочки, можем коллективно что-то сделать, а мальчики обещали помочь с упаковками. Но, это, что-то ещё для магазина нужно придумать.       — Я подумала, что вы бы могли подсказать литературу или сайт с рецептами верными?       — Глупости. Все эти «ресурсы» нужно ещё годами проверять! — возмущённо отозвалась женщина. Оглядев сердце, она задумчиво оперлась щекой на кулак и затихла.       Пока Тацуки и госпожа Матсумото разговаривали, рыжая взяла зефирку и впилась в неё зубами. В голове вместо нужных вопросов о мыле и кремах назойливо вертелся образ учителя химии. И ведь повезло же ей встретить его прямо после уроков. Если бы подруга не потащила бы её к медсестре, то Химе уже давно бы шагала домой, где её ждала Широ и возможно Сора. Брат обещал вернуться на днях.       От поиска виноватых девушку отвлекло мягкое касание руки. Подняв голову, Химе растерянно уставилась на женщину. С трудом вспомнив, что та говорила последним, рыжая нахмурилась.       — Наверное, вы правы… — расстроено пробормотала Химе. В итоге, вся её идея разбилась вдребезги так и не начавшись. Хотя учитель Абарай утвердил предложение.       — Вот именно. Нет ничего абсолютно верного и универсального. Иноуэ у тебя все в порядке? Ты какая-то отстранённая.       — Да, все хорошо! — выдавив улыбку, успокаивающе воскликнула рыжая.       — А Рейнджи как пропустил вашу идею? Он же Киру готов на лоскутки порвать вашими руками, — вернулась к теме женщина, вставая. Она подошла к широкому шкафу с чередой белоснежных корешков, на которых были короткие подписи голубым маркером.       — Учитель Абарай разрешил. Он сказал, что такого ещё не было, мол, возьмём креативом.       Ответила снова Тацуки. Химе облегчённо выдохнула и постаралась сосредоточиться на разговоре. Её едва не раскусила медсестра, не хватало ещё, чтобы и подруга начала подозревать что-то. У самой рыжей до сих пор не было ответов на животрепещущие вопросы, а уж посвящать окружающих в свои проблемы она тем более не хотела.       — И то верно. Хорошо, я подумаю, чем можно вам помочь. Все равно меня бы привязали к какому-нибудь классу, а так я сама выберу поинтереснее.       — Привязали? Разве у нас принято распределение? — Тацуки удивлённо посмотрела на медсестру. Внезапно ойкнув, девушка подскочила. Ровно за спиной женщины, на полке, стояли часы. Заметив время, спортсменка взволнованно подхватила сумку. — Извините, пожалуйста, у меня через пятнадцать минут начнётся тренировка пора бежать! Мне ещё переодеться надо…       — Иди, конечно. Мы с Иноуэ поговорим. Будь осторожнее, лапочка.       Едва женщина договорила, дверь хлопнула, и донеслись топот и ругань. Тацуки ненавидела опаздывать.       Растерянно разглядывая яркий плакат о пользе чистки зубов на двери, Химе потянулась к рюкзаку, намереваясь последовать за подругой.       — Куда? Ты что боишься меня, милая? — возмущённо воскликнула госпожа Матсумото. Она преградила путь девушке и недовольно упёрла руки в бока. — Не пущу. Нам ещё о многом поговорить надо.       — Разве я вам не помешаю? Да и без Тацуки обсуждать…       — Все в порядке. Не переживай, — улыбнувшись, медсестра усадила Химе обратно и, пододвинув свой стул ближе, села. — Я же вижу, что ты сама не своя. Рассказывай.       Растерянно похлопав глазами, рыжая опустила голову и вздохнула. Хотелось выложить такой тёплой и заботливой женщине все свои волнения. Но останавливала осторожность. С самого детства, сколько бы ни старался Сора, в душе его младшей сестрички жило подозрение к взрослым и желание защитить собственные тайны. Даже брату девушка почти ничего не могла рассказать, если это могло его взволновать. Свои душевные проблемы Химе предпочитала решать самостоятельно.       Поджав губы, девушка сцепила пальцы и посмотрела на госпожу Матсумото. Мгновение и почти все сомнения исчезли словно сон. Женщина была учтива и внимательна. Химе верила, что её выслушают и, если потребуется, помогут. Набрав в грудь воздуха, рыжая заговорила…