BLACK SWAN

7 месяцев спустя.

— Господин Пак, отчёты по деятельности Куро Гу уже на твоём столе, — Хваса совершенно не глядя на Чимина, девушка занята деятельностью в своём планшете. Пак знает, что она не в покер в нём рубится, но кажется, он слишком много позволяет этой даме, но отчего-то усмешка растягивает пухлые губы. — На Вашем. — Что? — На Вашем столе, Хваса. Ты снова обращаешься ко мне неформально, — он идёт рядом с девушкой, и даже немного дёргается, когда та удивлённо-возмущенно бросает на него взгляд своих огромных глаз. — Ну уж простите, Господин Пак, что я совсем позабыла о формальности пока отчищала собственную квартиру от Вашей, Господин Пак, блевоты. Чимин смеётся, пихая девушку в бок. Это действительно так. После того происшествия, о котором все молчат и даже боятся заикнуться и напомнить, Пак действительно пошёл во все тяжкие. В добавок, всё ещё было сложно доверять людям. Он сам не знает чем думал, когда полумёртвым приехал к Хёджин, но она действительно позаботилась о нём. Вытянула из когтей наркотической зависимости и даже все его выебоны на отходняке терпела. И нет, принимать наркотики Чимин не перестал. Просто в те времена, он пытался убить себя ими. Он принимал всю химию, которую ему удавалось найти, колол героин, ему хотелось заглушить то чувство внутри и у него получалось. А потом действие наркотиков заканчивалось, и он отправлялся на поиски. Но всё не прошло так быстро, точнее… вообще не прошло. Чимин старается, пиздец старается, но первое время получалось ой как плохо. Хёджин посоветовала ему загрузить себя работой, а Пак это воспринял слишком буквально, потому что сейчас он спит два часа в сутки, а всё остальное время работает, и не сказать, вроде бы… что это плохо… Камын Пэкчо Пхэ расширяет свои территории. Сейчас под управлением империи Сеул, Пусан, Тэгу, Кванджу, также японские Токио и Осака. А сегодня, как раз-таки, он должен заключить контракт с китайской мафией, с которой слишком уж муторно работать, но Пак уверен, что он справится. Камын Пэкчо Пхэ сейчас основывается на наркотиках, торговле людьми, оружии и заграничными деталями для автомобилей. Поставщики империи сейчас могут достать хоть ядерный реактор и засунуть его под капот, если им заплатить необходимую сумму. Пак добился уважения своих людей смертью Хоупа. Он бы добился этого раньше, если бы убил Ким Намджуна, а не пощадил. А ведь самое удивительное, что брат тогда пришёл позаботиться не о- Ах, неважно. Пак Чимин не хочет об этом говорить, не хочет думать, а уж тем более вспоминать. Он старается построить себя заново, собрать из кусочков, но по ночам разваливается, разбивая руки в кровь и соскребая себя с дорогущего кафеля в своём новом, грёбанном, доме, который слишком большой и холодный для него, который он ненавидит всем своим нутром, как и ненавидит себя, но сейчас у него слишком много дел, чтобы заниматься самобичеванием. — Лиса сообщила, что не сможет сегодня присутствовать на вечернем собрании, — Хваса устало входит в кабинет Чимина и усаживается на кожаный диван. — И чем же она так занята? — У неё свидание с Дженни. Поэтому, Дженни тоже не сможет присутствовать. Чимин лениво потягивается на стуле, оборачиваясь через плечо к панорамному окну. — Может убить их? — он говорил не серьёзно, Пак понимает насколько эти две девушки полезны. Они выполняют львиную долю сбора долгов. И хоть сначала Манобан противилась подобному, она последовала примеру Дженни, которой срочно понадобились деньги. А потом они как-то слишком сблизились, но Чимин предпочитал не лезть в это. Даже Хёнджин предпочёл не лезть в это. По всей видимости, Лиса Манобан слишком… слишком даже для Хвана. — Ты так не поступишь, — Хёджин закидывает нога на ногу и внимательно смотрит на Чимина, пока тот не вздёргивает брови вверх, вопросительно изгибая правую. — Нам нужно поговорить о Ким Сокджине. Он слишком обнаглел. Его люди шныряют по нашей территории, словно уже совсем не боятся. Недавно на окраинах Сеула наши доложили, что люди Ким Сокджина толкают наркоту на наших улицах, этому нельзя просто дать и сойти с рук, ты прекрасно понимаешь это. Чимин не отвечает, но знает, что так это оставлять нельзя. Он говорит Хвасе, что обязательно разберётся с этим, а та лишь удовлетворительно кивает, сообщая о том, что через час у Пака встреча. Пак Чимин дорожил такими людьми, как Хёджин. Она была умна, также никогда не врала и за этот срок ни разу не заставила Чимина разочароваться в ней. У неё были свои тараканы в голове, но это никогда не мешало работе, а ещё их дружбе. Хёджин была несколько старше самого Пака и это слегка чувствовалось, ведь девушка заботилась о нём как о младшем брате, а этого Чимину пиздецки не хватало, этим он пытался прикрыть пустоту внутри. Поэтому, Хваса стала его второй рукой, помощницей и во всяком случае, просто нуной, которую Чимин не мог отпустить. Они выходят из здания Камын Пэкчо Пхэ, где у выхода их уже ждёт новый чёрный Мерседес с водителем, что так учтиво кланяется и открывает поочередно двери, быстрыми шажками направляясь за руль. Пак понимает, что по всей видимости, он новенький. Раньше, Чимин никогда его не видел, и тут ему в нос бьётся неприятный аромат, такой знакомый, но… он точно не помнил что именно имеет такой запах. Брезгливо осмотревшись, он ловит взгляд Хвасы, который умоляет его прекратить. — Господин, эту машину только сегодня доставили. — Мне не нравится. — Что именно? — Блять, Хваса, тут воняет. Отправь эту под пресс и закажи новую. Хёджин так и поступает, но просит Пака потерпеть хотя бы один день, ведь не могут же они ехать на Чёрном Лебеде, а все остальные автомобили Чимина отправлены также под пресс. Вместе с Агерой и Альфой. А с предвзятостью младшего, он не сядет в автомобиль который до этого был предназначен не для него. Одна из Чиминовских замашек, на которые Хваса пытается не обращать внимание и не задавать лишних вопросов. Встреча проходит в одном из самых дорогих ресторанов китайской кухни, из-за уважение к гостям, конечно же. Чимин приезжает во время, его встречает толпа охраны, которая конечно же, не проверяет самого Пака, а вот Хвасу обыскивают, не позволяя себе ничего лишнего. Это действительно польстило Паку, к его людям относятся с уважением, а это хороший тон. — Пак Чимин? — мужчина поднимается из-за стола, учтиво улыбается и протягивает руку. Пак дарит ему сдержанную улыбку, пожимает руку и усаживается за стол, закидывая нога на ногу. — Ван Цзяар? — Джексон, зовите меня Джексон. Чимин кивает, делая глоток воды из стакана. Мужчина перед ним хорошо сложен, он весьма красив, его волосы аккуратно уложены на бок, неравномерный андеркат, дорогой костюм и часы на руке, которые стоят как месячный доход какого-нибудь небольшого городишки. Они обмениваются любезностями, в привычном, для таких встреч, ритме. А официант уже подаёт еду, заказанную заранее. — Так почему вы хотите сотрудничать с Камын Пэкчо Пхэ, Господин Ван? — Пак берёт в руки палочки и расправляет плечи, выбирая блюдо к которому бы хотел попробовать сначала. — Я наслышан о вас, Господин Пак Чимин, — корейский Вана слегка ломанный, но Чимину это даже нравится. — Ваш успех дошёл до нас, более того, я поражён. Думаю, именно под вашим крылом моя организация и расцветёт. Мы не из сильнейших ответвлений мафии Гонконга, но стремимся к этому. Восхищённый вашим примером, я хочу забрать престол у старшего брата. А ваши силы… если конечно, вы согласитесь, помогут мне в этом. Чимин польщён такой открытостью и честностью, Джексон говорит всё то, что о нём накопала Хваса, пока предлагала этот союз. Это весьма выгодно для Камын Пэкчо Пхэ. Они смогут действовать в Китае, пусть и руками этого мужчины. Паку, откровенно говоря, похуй на проблемы Вана и его старшего брата, всё что его интересует — личная выгода и выгода его империи. А здесь, определённо их ждёт успех. А если что-то прогорит — Чимин убьёт их. Если потребуется, вырежет весь город. Сейчас, у него есть силы, люди и средства на это. Поэтому, он соглашается, без долгих раздумий и манипуляций. Чимин устал и хочет снять напряжение. Но то, как Джексон смотрит на него и пожимает его руку, еле заметно поглаживая большим пальцем его тыльную сторону ладони, заставляет Пака усмехнуться, возможно сегодняшний вечер он проведёт слегка интересней.

***

Джексон прижимает Чимина к стене номера отеля, он грубо вжимается в его губы, покусывая и играясь языком, пока Пак не отталкивает его, слегка хмурясь. — Я же не каменный, будь мягче. Ван тут же кивает, но по глазам Пак видит, что тому сносить крышу, чего не скажешь про самого Чимина, которому не нравится. Что-то не так, поэтому тот снова разрывает поцелуй и давит Джексону в плечо, заставляя опуститься на колени. Мужчина сам справляется с застежкой брюк Чимина, когда сам парень закрывает глаза и прижимается спиной к стене, пытаясь расслабиться. И у него получается, Джексон берёт умело, не оставляет ни сантиметра без внимания, он берёт полностью, Пак чувствует стенки горла и еле заметно вздрагивает, когда Ван втягивает щёки и создаёт вакуум. Коленки слегка подкашиваются, а тонкие пальцы скользят в грубые волосы мужчины, путаются в них и чуть оттягивают, а в следующий момент, Чимин наоборот давит на затылок, буквально трахая рот Джексона в нужном ему ритме. Ещё немного, Пак чувствует эту нарастающую волну внутри, ещё совсем немного и он кончит, нужно лишь ещё, блять. — А-ах, — Пак рычит, прижимая Джексона ещё сильнее и кончая ему в рот, ещё пару раз толкается сильнее, вздрагивая всем телом и наконец-то, выходит из горячего рта мужчины. Телефон Чимина начинает трезвонить. С закрытыми глазами, Пак достаёт мобильный из кармана, отвечая, пока Ван вылизывает его шею. — Да? — Чимин, ёбанный Ким Сокджин. Сука, я говорила, что его пристрелить нужно, выблядок блять! — Хёджин, конкретнее. — Перестрелка в Итэвоне. Двое наших погибли. Они привлекли внимание полиции, один из их людей схвачен копами. Где ты вообще? — Я буду в полицейском участке через 15 минут. Нужно забрать их гадёныша. Немного даже неловко как-то оставлять Джексона неудовлетворённым, но Пак оставляет. И даже даёт ему свой номер, ведь сосёт он хорошо, неплохо было бы закончить начатое чуть позже, пока Ван не улетел обратно в Гонконг.

***

— Мы же убьём его? — с горящими глазами канючит Хваса, а Пак удивлённо хмурится, давно он не видел у девушки такого запала, но решив не отвечать, Пак надевает кожаные перчатки, готовясь к тому, что может их ждать. Ким Сокджин, выжил, сука блядская. И если сначала Чимин не предал этому особого значения, мол пусть живёт и радуется, что больше ни на кого не работает, так нет, Сокджин решил толкать хуй пойми откуда взявшуюся наркоту, как мелкий… гандон. Хотя, с этого же вроде начиналась империя Камын Пэкчо Пхэ? Всё приходило постепенно. Сначала наркотики, потом проституция, потом оружие, а потом уже в руках империи было несколько районов, всё шло по нарастающей. Неужели Джин хочет своё дело? Тупой ублюдок. Чимин не его брат, он не позволит развиваться даже мелким бандам под его носом, не позволит ни одной шавке даже подумать о том, что каким-то магическим образом, кто-либо сможет затмить Камын Пэкчо Пхэ. Он слишком много отдал этой кровожадной империи, он не позволит ничему её разрушить. Пак Чимин даже не переживает, он молча выходит из мерседеса и поправляет пальто на плечах, заглаживая выпавшие пряди назад, осматривается. Это было не очень похоже на место, где могли бы затеваться заговоры против Камын Пэкчо Пхэ, но был это всего лишь клуб, не особо популярный, но здесь даже очередь стояла, которая тут же слегка запаниковала, когда их взгляд наткнулся на Чимина, который не обращая внимание ни на вышибал, ни на этих подростков, желающих напиться и найти приключений на свой зад, он прошёл внутрь клуба без проблем. Чимину некомфортно, он редко бывал в таких местах, да и Намджун всегда не позволял находиться в клубах подобного уровня, здесь слишком много барыг и прочего мусора, которые глядя на Пака слюни с подбородка начинают подтирать и руки свои грязные тянуть, а парня аж немного потряхивает от этого всего. После своего «небольшого» нервного срыва, Чимин стал параноиком, но самую малость, не то чтобы его рука не лежала на пистолете… Найти Ким Сокджина не составило труда, он был в вип-зоне, Чимин аж в кулак прыскнул, узнав, что тут есть вип-зопа, как же важно это звучит, а на деле просто второй этаж с ограждением и охраной. Джин напряжён, хоть и пытается это скрыть. Его лоб открывают тёмные волосы, а глаза еле заметно подведены тёмными тенями, одет в шелковую блузку и обтягивающие чёрные штаны. Ну точно шлюха выряженная, думает про себя Чимин, но ничего не говорит, по-хамски обходит кожаный диван и садится туда, закидывая нога на ногу в своей любимой манере. — Господин Пак? Чем обязан? — Сокджин начинает мягко, прощупывает территорию, но там нечего прощупывать, всё сгорело, поэтому Чимин не отвечает, молчит и прожигает взглядом. — Слышал, вы наконец-то пришли в себя после случившегося с- — Сдохнуть решил? Так быстро? Давай, произнеси их имена и я заставлю тебя жрать собственные кишки, — голос Чимина слишком мелодичен для всей той грязи, что изливает его рот, но говорит парень чистейшую правду, он и не сильно расстроится, не смотря на то, что Джин был весьма неплохим парнем, редкой гадостью, но неплохим парнем. — Но- — Что ты задумал, Джин? Хм? — Чимин поднимается, обходит диван в котором сидит старший и кладёт руки ему на плечи, мягко сжимая. — Ты решил, что можешь торговать на моей территории? — Пак склоняется над ухом. — Решил, что можешь убить моих людей, а потом сидеть и пить дешёвый виски в этом богом забытом клубе, мм? — Убить твоих людей? О чём ты? — Сокджин смотрит перед собой, нервно сглатывает слюну и оглядывается на охрану Пака. — Хочешь сказать, что ты не в курсе? — Пак сжимает его плечи сильнее. — Сегодня, в 21:03 двое моих людей были убиты твоими людьми, которые почему-то решили, что толкать наркоту в моём, блять, городе — это нормально. Так скажи же мне, Ким Сокджин, как ты хочешь умереть? Пак пришёл убить, он разговаривал просто для того, чтобы хоть немного развлечься, да и голос у Джина довольно-таки приятен на слух, как и его личико, как жаль, что скоро от него ничего не останется, ведь Чимин достаёт пистолет из кобуры и упирается дулом прям в затылок старшему. Но над ухом щёлкает знакомый звук предохранителя, Чимин чувствует сбитое дыхание позади себя и знакомый голос, от которого мурашки пробегают по спине, от которого органы скручиваются, а сердце забывает как работать, он слышит тихое, хриплое «Опусти пистолет, Чимин». Смерти Чимин не боится, пусть его сочтут глупцом, но он просто разворачивается на каблуках собственных ботинок и всматривается в любимые, такие ненавистный черты, которые еле заметны при тёмном освещении. Дуло пистолета упирается ему прямо в лоб, но кажется, что выстрел уже сделали, его сделали прямо в сердце, ведь Пак ничего не видит и не слышит, глядя на Тэхёна перед собой. — Это ты. Не вопрос, а утверждение. Это он, он блять стоит перед ним и смотрит ему в глаза, грёбанный Ким Тэхён, который должен был, сука, сгореть, он должен был гореть в аду сейчас, тогда почему же удар Тэхёна на Чиминовской скуле под громкое «Беги» от Сокджина чувствуется так сильно? Чимин держится за щеку, чувствуя боль, чувствуя что-то по-настоящему и оборачивается на Хвасу, которая только под одному взгляду его поняла что нужно делать. Найти грёбанного мальчишку, найти грёбанного Ким Тэхёна.