Наше лето: у берега моря

Поезд прибывает в Адлер в одиннадцать утра. Дети, на удивление, встали еще два часа назад самостоятельно, хоть и вчера все сидели допоздна. Леша не уверен, но некоторые из детей легли в четыре часа утра, когда кто-то из соседнего купе слишком громком засмеялся. Но все равно факт остается фактом, что дети с утра чувствовали себя бодрее всех, и никого не пришлось даже будить и обливать холодной водой. Перед тем как выйти, Антон и Леша еще раз пересчитывают всех, проверяют по спискам и потом выводят детей. Как было обговорено, все вожатые со своими отрядами встречаются в центре вокзала, именно поэтому Антон и Леша быстрей ведут свой отряд к месту встречи. Конечно, просто так идти огромным сборищем скучно, поэтому дети придумали свои фирменные кричалки отряда, чтобы все вокруг поняли, кто идет. — Оп, давай-давай! Оп, давай-давай! Если смелый — налетай. В волейболе всех порвем, победим и приз возьмем! — и после чего ребята два раза хлопают. — Я смотрю, вы хорошо подготовились, — обращается к отряду Леша. — Наша фирменная! — также хором выкрикивают ребята, как и кричалку. Пока Миранчуки проходят оставшиеся вагоны, к ним присоединяются остальные отряды, которые тоже решают присоединиться к всеобщему поднятию духа. — Мы отряд? — Крысята! — Наш девиз? — В наше логово не лезь, мы ребята просто жесть! — выкрикивают дети Чалова и Кучаева. — О-о-о, чуваки, я смотрю, вы тоже не без дела сидели, — радостно встречают парней Антон и Леша. Чтобы не задерживать остальных, парни здороваются прямо на ходу и присоединяются к кричалкам своих отрядов, которые начинают звучать чаще и чаще. И, когда наступает тишина, позади раздается громкий голос. Миранчуки его узнают сразу и даже замедляют шаг, чтобы посмотреть на это зрелище. Машка вела за собой отряд из шестнадцатилетних детей, и создавалось впечатление, как будто все шли на битву. Уж слишком серьезно это выглядело, но, когда отряд выкрикнул название и девиз, которые разлетелись по всему вокзалу, Лешу с Антоном нужно было спасать от припадка смеха. — Наш отряд? — Дурдом! — Наш девиз! — Как назовем, так и поплывем! — Я готов признать, что в этот раз мы будем самым адекватным отрядом, — произнес Антон, делая акцент на «самый». — Машка, ты прямо королева дурки, — пошутил Леша, приветствуя девушку, и все дружным строем двинулись к месту встречи. Погода стоит идеальная. Вокзал расположен рядом с морем, и уже при выходе из поезда чувствуется морской воздух, перебивающий другие запахи, и от этого бегут мурашки. Шум вокруг, возня пассажиров, взбудораженные дети, — все это наполняет тебя сладостным ожиданием, предчувствием предстоящего приключения и незабываемого времени. Весь процесс сбора пролетел в считанные минуты. Все вожатые и отряды оказались довольно пунктуальными, поэтому через двадцать минут все уже стояли на вокзале и привлекали внимание огромным сборищем. Старшие сопровождающие лично дали указания вожатым, иначе кричать в такую толпу было бы бессмысленно, и еще через несколько минут все уже стояли у своих автобусов. Кстати, даже та самая женщина-сопровождающая, которая вчера хотела сделать выговор за проделки Леши и Антона, была в приподнятом настроении и выглядела не так угрожающе. После очередной переклички автобусы тронулись, но особо повеселиться не дали сопровождающие, которые по одному ехали с каждым отрядом. Именно поэтому остаток поездки все провели спокойно и тихо, но все равно каждый нашел, чем себя занять. Дорога заняла около сорока минут, и, когда автобусы заехали на территорию лагеря, все дружно заликовали. — Наконец-то, я уже думал, никогда не встану, — бубнил Антон, разминая ноги. — Сегодня еще набегаешься, поэтому наслаждайся последними минутами отдыха, — обнадеживающе похлопал Леша по плечу. Отряд сразу повели в свой корпус. Пока дети мирно, а кто-то и слишком бурно, решали, кто и с кем будет в комнате, Миранчуки получили ключи от своего номера и поскорей направились раскладывать вещи, потому что через тридцать минут все вожатые должны присутствовать на первой планерке. — Если там не будет кондиционера, отвечаю, я буду на улице спать, — снова начал бубнить Антона, поднимаясь по лестнице. — Я уже готов скинуть твои вещи вниз, — ответил Леша, уже давно поднявшись на нужный этаж. Комната особо не отличалась от той, что когда-то была в «Дубравушке». Разве что теперь в ней было еще на две кровати больше. — Так-так, значит, ждем соседей, — уперев руки в боки, прокомментировал Леша и оглядел комнату. — Братик, я тебя поздравляю, твои вещи отправляются вниз, — обрадовал Миранчук своего брата, не увидев в комнате кондиционера. В ответ послышался вой. Время близилось к часу дня. Солнце уже во всю грело, а теплый воздух совсем не спасал от наступающей жары. Миранчуки развалились на своих кроватях, открыв окна настежь. С территории доносилась веселая музыка, явно намекающая на какое-то приближающееся мероприятия. Иногда ее перекрикивали чайки, иногда доносились голоса детей, обсуждающих предстоящие дни. — Меня разморило, — развалившись звездой, лениво протянул Леша, и единственное, на что хватило сил Антону, это также лениво промычать. — Интересно, кто наши соседи? — Смотри, через три секунды зайдут. — Один. — Два. — Опа, — неожиданно на пороге появились Федя и Костя. — Действительно, чего я спрашивал, — приподнявшись на локтях, ответил Антон. — Вы не ждали, а мы приперлись, — Чалов аж засветился от радости и кинул сумку на кровать, занимая таким образом место. — Вы че так долго шли? — Мы так сроднились со своим отрядом, что не могли оставить их, — произнес Федя, театрально положив руку на сердце. — Ага, если под этим понимается фраза «мы заблудились», — раскрыл все карты Костя, и Федя недовольно его пнул. — У-у-у, у кого-то топографический кретинизм, — пошутил Антон и явно повеселел с приходом ребят. — Я ж говорил, блин, не рассказывать, — буркнул Федя, раскладывая вещи. — Ща новый повод для шуток будет. — Мы же напарники, мы же должны доверять все друг другу! — со всей серьезностью заявил Леша, но в этой фразе все равно скрывался сарказм, который ребята не уловили. — На этом строятся доверительные отношения, когда вы можете все рассказать, поделиться, иначе как тогда общаться? Доверие — ключ к… — Ой, Миранчук, завали, — Костя кинул в него подушку, но Леша быстро среагировал и отправил подушку обратно. Костя поймал ее лицом. — Это еще только первый день, крепитесь.

***

В половину второго все вожатые собрались в актовом зале главного корпуса для важного объявления от старших сопровождающих и самого директора лагеря. Федю и Костю пришлось взять под контроль, иначе эти двое пришли бы к концу собрания. Леша, Антон, Федя и Костя сели рядом. Маши еще не было, но место для нее парни специально оставили. Сидоренко ворвалась в зал практически вместе с директором и прошмыгнула на свое место, стараясь никого не задеть. — Маш, у тебя тоже топографический кретинизм? — с надеждой в голосе произнес Федя. — Что? Нет, мой отряд меня уже пранканул, и я чуть не обоср… Договорить ей не дал один из сопровождающих, который начал собрание, но заканчивать за Машу и не нужно было. Все и так поняли, что имелось в виду. — Приветствуем всех на вступительной планерке, — все захлопали. — Эта смена для нас особенная, потому что мы набрали много новых лиц в наш вожатский состав. Лагерь у нас большой, и мы надеемся, что вы быстро сориентируетесь в нем и подойдете к организационному процессу серьезно, — продолжил мужчина. Антон с Лешей на фразе про большой лагерь и быструю адаптацию на такой территории одновременно повернули головы в сторону Кости и Феди и еле сдержались, чтобы не заржать. Вступительная речь уж очень затянулась, и только после пятнадцати минут объявили всех старших ведущих и директора «Орленка». — Станислав Саламович, наш предводитель! — радостно представил мужчина-ведущий и громко захлопал в ладоши, побуждая всех поприветствовать самого главного здесь человека. — А это тебе не Федя. Грозный мужик. К такому страшно попасть на выговор, — прошептал Антон, не переставая громко хлопать. — Ну, в этот раз в основном будут косячить эти двое, — пошутил Леша и кивнул в сторону Феди и Кости, и уже тогда братья не смогли сдержать смех. В самом конце планерки объявили, кто из старших сопровождающих будет прикреплен к определенному отряду. К Миранчукам приставили ту самую новенькую девушку, с которой они еще встретились на вокзале. Леша с Антоном были рады этому, потому что девушка казалась адекватной и с чувством юмора и вряд ли стала бы докладывать «начальству» о каждом промахе братьев. — Меня зовут Ксюша. Рада знакомству, — после собрания девушка познакомилась с братьями. Оказалось, что она старше парней всего на четыре года и в «далеком» прошлом была примерной вожатой, именно поэтому в эту смену ее повысили до старшего ведущего. Подождав после собрания Машу, которая тоже знакомилась со своим сопровождающим, ребята отправились по своим корпусам, и следующим пунктом в их дневном плане на сегодня было знакомство отряда с вожатыми и вожатых со своими детьми. Для этого отрядам нужно было придумать название, девиз, приветствие в виде сценки и нарисовать герб своей команды, чтобы на вечернем показе это все отыграть. Одно дело было уже сделано — девиз команды был. Осталось самое сложное — придумать оригинальное приветствие, чем и занялись Миранчуки со своими детьми, сразу нырнув в бурную лагерную жизнь.

***

В семь вечера уже состоялось первое мероприятие лагеря. Все собрались на так называемой летней веранде с небольшой сценой. Каждый отряд представил себя, показал визитную карточку и в пятиминутной сценке рассказал о каждом члене команды. Самым оригинальным и странным в хорошем смысле слова было выступление отряда Маша. Оно и понятно — отряд с названием «Дурдом» иначе сделать не мог. Мероприятие получилось веселым и очень дружеским, и все отряды смогли познакомиться друг с другом не только через представления, но и благодаря импровизированной дискотеке. И если уж говорить о знакомствах, то не только дети находили себе новых друзей. — Привет, — раздалось рядом с Машей, которая следила за порядком на дискотеке. Надо сказать, что Маша вечно находилась в своих раздумьях, и, когда кто-то неожиданно решал с ней заговорить, девушка одаривала незнакомца слишком оценивающим, словно неприветливым, взглядом. Но Маша была не из тех, кто не любил знакомиться. Девушка просто не успевала выпрыгнуть из своих мыслей и сообразить, кто и зачем к ней подошел, именно поэтому сейчас взгляд Сидоренко казался парню уж слишком злым и хмурым. — Привет, — ответила девушка и слегка улыбнулась, и парень даже еле заметно выдохнул. — Тебя Маша зовут? — Да, а ты… — девушка предприняла попытки вспомнить имя, но лицо парня никак не всплывало в сегодняшних воспоминаниях. — Миша, — он протянул руку, и Маша пожала в ответ. — Оу, — протянула Сидоренко и едва заметно посмеялась. — Что? — Нет, все нормально. Просто так забавно, Маша и Миша. Почти как в мультике. Имена похожи, только одну букву поменять, — начала заплетаться девушка. — Ладно, забей, — чтобы не показаться еще глупей, девушка замолкла и на секунду отвернулась, поморщившись от только что сказанного бреда. — У твоего отряда была классная визитка, я посмеялся, — сказал Миша, разбавляя обстановку. — Спасибо. Это вообще моя первая смена в качестве вожатой, поэтому неожиданно, что с первого раза я еще не накосячила, — Маша смущенно улыбнулась. — О, так это круто. Когда ты ребенок, у тебя одни эмоции, а становишься вожатым, и это как новое дыхание. Вожатым быть даже веселей. Это так, по секрету, — Миша прикрыл рот рукой, будто передавал секретное послание. — Не поверишь, но вон те два оболтуса, — Маша показала на Антона и Леша, отжигающих вместе с детьми, — два года назад были моими вожатыми, — Сидоренко посмотрела на Мишу, улавливая его реакцию, и по выражению лица было видно, что парень удивлен. Маша закивала головой, подтверждая слова. — Кто бы мог подумать, да? Они мне как старшие братья. — Вот это тебе подфартило, — Миша легко толкнул Машу локтем, и девушка засмеялась. — Это круто, когда у тебя в смене есть уже старые друзья. Ты так быстрее привыкаешь к обстановке, лагерю и детям. Они иногда слишком пугают, когда ты только видишь их и думаешь «мама, на что я подписался». — Да-а-а, я когда только увидела своих, подумала, и куда мою задницу же притащило, — Сидоренко, рассказывая, изображала свои эмоции, чем очень смешила парня. — А ты здесь впервые? — Неа, — спокойно ответил Миша и начал мотать ногами, как ребенок. — Уже в третий раз. — Е-мае, вот это ты старик, — пошутила девушка и также шутливо отодвинулась от парня. — Эй, мне всего двадцать три! — Миша еще раз толкнул девушку, и та со смехом повалилась на лавочку. В девять вожатые отвели всех по корпусам и проследили, чтобы каждый оказался в своей комнате. В половину десятого должна была состояться вторая планерка, на которой нужно было обсудить работу первого дня. Но до этого было еще полчаса, а у Миранчуков было еще одно дело. — О, Машка, а мы-то как раз тебя ищем, — Миранчуки сделали вид, будто случайно наткнулись на девушку, хотя уже пятнадцать минут караулили ее у корпуса. Но Сидоренко была не одна, с Мишей, которого парни еще не знали, и этот факт поверг братьев в ступор. «Не понял», — промелькнуло в мыслях у Антона и Леши. — Что-то случилось? — спросила девушка. — Да нет. То есть нет. Короче, пошли с нами, Федя с Костей уже ждут, — Антон без лишних слов развернулся и заставил всех пойти за собой. Миранчуки привели Машу с Мишей обратно на летнюю веранду, где уже было темно из-за выключенного света и диско-шаров. На одной из лавочек уже сидели также ничего не понимающие Федя и Костя. — Итак, мы собрали вас здесь, чтобы провести обряд посвящения, — низким голосом начал Антон, и все переглянулись. — Че? — спросил Федя, но в ответ получил «тш-ш-ш» от Леши. Миша уже по-тихому начал ржать. — Закройте глаза и положите руку на сердце, — сказал Антон, но его фраза особого доверия не вызывала, поэтому Маша, Федя и Костя снова скептично переглянулись, но глаза закрыли. — А теперь произносите за мной. Я. — Я, — неуверенно и не совсем слаженно ребята начали проговаривать. — Самый лучший вожатый этой смены. — Самый лучший вожатый этой смены. — Я счастлив быть здесь, готов на идиотские поступки, на самые креативные идеи и странные желания, — продолжал Антон, и, пока ребята это все повторяли Леша вынес маленький кремовый торт. Миша наблюдал за всем этим и сразу понял, что хотят сделать братья, поэтому приготовил к кульминации телефон. Когда ребята проговорили последнюю фразу, Леша неожиданно кинул торт в лицо Маши, и почти весь крем размазался по лицу. Федя с Костей тут же отпрыгнули, секунду молчали, а потом начали смеяться. Смех продолжался, пока Маша сидела в шоке и собирала крем в руку, но, когда она встала, смеяться всем перехотелось. — Че ржете? — обратилась она к Феде с Костей. — Вы тоже эту клятву давали, — и без предупреждения кинула крем в лицо Феди, размазав руками по лицу. Послышалось протяжное «у-у-у», и все сделали несколько шагов назад, чтобы не попасть под обстрел. — А ты че ржешь? — теперь была очередь Феди, который тут же накинулся на Костю и тоже измазал лицо остатками торта. Маша повернулась к Мише. — Чур не я. Я тут не в первый раз, — парень вытянул руки перед собой, делая медленные шаги назад, но Маша уж слишком заговорщически улыбалась и в один момент кинулась на парня. Миша тут же дернулся и начал наматывать круги от Сидоренко по всей площадке. Это было успешно в первые тридцать секунд, потом Маша перестала церемониться и запрыгнула на спину, измазав футболку, шею и волосы Миши. — А-а-а, — парень начала кружиться, чтобы сбросить девушку, но в какой-то момент это стало выглядеть слишком опасно, и Мишу начало заносить в стороны. Миранчуки наблюдали за тем, как посеяли хаос, но спасать вожатых тоже нужно было. Братья кинулись на помощь Мише и Маше и кое-как разняли их, тоже получив свою порцию торта в лицо. Федя с Костей уже давно сидели на лавочке и ели остатки торта, собирая его с лица. Короче говоря, вожатым крупно повезло, что этого не видела администрация лагеря. — Итак, что мы имеем, — запыхавшись и вымазавшись, Антон плюхнулся на лавочку к остальным. — Одну королеву дурки, — парень показал на Машу, которая снимала с волос крем. — Две крысы из крысиного отряда, — это были Костя с Федей. — Два адекватных человека, — Антон показал на себя и на Лешу, с чем никто особо не согласился, но сил спорить уже не было. — И… — Миша. — И просто Миша, — продолжил Антон. — Заебись, команда мечты, — подытожил Федя.