Ты готов быть рядом?

Дня два я дико злился на Камиллу, она повела себя не как взрослая женщина, а как малолетка, которая оказалась в первый раз в постели с мужчиной. Она могла бы меня поддержать, а не выскакивать из квартиры, оставляя меня одного с поломанной психикой. Для мужчины такие моменты всегда очень болезненные, это очень подрывает самооценку. В большинстве случаев причина далеко не в вас, девочки, хотя понимаю, что это неприятно и второй половине. Но вместо того, чтобы выбегать из квартиры, с мыслями “я его не возбуждаю”, лучше сесть поговорить, найти причину и поддержать друг друга. А может Камилла хотела меня просто разозлить, сделать больно, чтобы я отступил? Не больно-то и хотелось. Так я думал первые два дня, пока злился. Когда злость отступила, стал понимать, что я никуда не уйду. “Не накидывай себе пуха, Мэл, куда ты от нее уйдешь? Возвращайся и доделывай дело до конца. Если ей так хочется с тобой попрощаться, ладно, но пусть это решение она принимает с дрожью в коленках от оргазма. Все уже практически произошло, и если она думает, что это не считается, только потому что я не вставил в нее, то она дура. Поэтому ее слова, что мол это все запретно, я даже слушать не буду." Я звонил в ее дверь довольно долго. Я ничего не принимал, не пил алкоголь, чтобы добавить себе уверенности, потому что в этот раз я был в себе уверен. Сегодня я тут босс, и будет все так, как я захочу. Камилла, наконец, открыла мне дверь. Она была такая вся домашняя, была одета в пижамные штаны, облегающий топик на голую грудь, без макияжа и в очках. Ее густые волнистые волосы были уложены набок, что добавляло ей очарования. — Мэл, прости меня за мое поведение, я поступила неправильно. Давай поговорим, — стала она отходить назад. Я зашел в квартиру и стал снимать пальто и ботинки. — Я не хочу разговаривать, — кидая пальто на кушетку, сказал я. Я подошел к ней вплотную. Она прижалась к стенке и стала виновато на меня смотреть. Я снял ее очки и кинул на свое пальто. Я стал ее целовать уверенными движениями губ. — Мэл, нет, давай прекратим, прошу, — она стала меня отталкивать, положив руки мне на грудь. Я взял ее за запястья и поднял их вверх. На ее лице не было испуга, она не боялась меня, она хотела меня так же, как я ее, просто сомневалась. — Мы уже здесь. В этой точке. Назад пути нет, — стал шептать я эти слова на ухо, все еще держа ее руки над собой, — тебе остается только закрыть глаза и получить удовольствие. Я взял ее запястья и переложил в одну руку, ее ручки были такие изящные, что в легкую помещались в одну мою ладонь. Другой рукой я нагло взял ее за грудь, одновременно целуя ее шею. Она выгнула ее так, чтобы мне было легче до нее добраться. — Я знаю, ты хочешь этого, — я стал шептать ей в шею, медленно возвращаясь к губам, — хочешь почувствовать меня внутри себя. Жаждешь снова ощутить тепло моего языка у себя на теле. Или почувствовать новое ощущение, которое ещё не успела попробовать: жар моих губ у себя на клиторе. Ты хочешь этих вибраций, твое тело не врет. Но если это не так, и я ошибаюсь, ударь меня, и я навсегда исчезну из твоей жизни, — медленно я стал отпускать ее руки. Она возбужденно дышала, смотря мне в глаза. В следующую секунду она ударила меня по щеке, а потом жадно впилась поцелуем мне в губы. Я подхватил ее на руки и понес в сторону спальни. Я уже чувствовал, что той проблемы, что была в прошлый раз, не будет, я уже был возбужден как никогда. Щека все ещё горела от удара, но мне это даже нравилось. Спальню освещала лишь настольная лампа на столе в углу комнаты. Я положил ее на постель. Она села на кровати, и оказалась на уровне моих брюк. Камилла потянулась к моей ширинке, но я оттолкнул ее, заставляя лечь обратно. Я снял с себя футболку и, нависая над ней, сказал: — Сегодня будет все так, как захочу я. Я стал поднимать ее майку, обнажая живот. Я провел языком по ее прессу, по тому как ее мышцы на животе подрагивали, я понял, что ей было приятно. Она гладила меня рукой по волосам, запрокинув голову и тихо дыша. Я опускался все ниже к линиям штанов и стал стягивать их с нее, оставляя ее в одном белье. Откинув ее штаны в сторону, я стал целовать ее ноги, миллиметр за миллиметр, не пропуская ни один участок кожи. Она все так же пахла персиками, мне сносило голову от этого запаха, от нежности ее кожи, от податливости ее тела на мои движения. Когда я снял с нее белье и лег у нее между ног, она вся изогнулась. Я взял ее грудь в одну руку, другой — засунул два пальца в нее, чем вызвал легкий стон. Я опустил свой язык на ее клитор, почувствовав в нем пульсацию. После нескольких движений языком, я тихо прошептал: — Укажи направление. Она взяла мою голову и повернула ее совсем чуть-чуть влево. Как только язык коснулся нужного места, она схватилась за край постели, ее ноги стали немного дрожать. Я стал усиливать давление на эту точку, немного помогая себе рукой. Другая рука была у нее на бедре. Через некоторое время, она взяла подушку и стала в нее стонать. — Прошу, Мэл, не останавливайся, чуть сильнее. Моя рука в ней и язык стали делать более резкие движения, и я почувствовал, что она вот-вот кончит. Убрав подушку от лица, она издала в потолок самый громкий крик. Я еще на какое-то время оставил свой язык в том же месте, вынимая пальцы из нее, ее клитор все еще пульсировал. Я поднялся и лег рядом с ней. Я все еще был в джинсах, стояк уже жутко мне мешал, но я не хотел спешить, давая насладиться ей моментом. Она повернулась в мою сторону, молча улыбаясь. Я стал улыбаться ей в ответ. Она провела своей рукой по моему члену. Потом взялась за пуговицу, расстегнула ее и стала расстегивать ширинку. Я полез в задний карман, чтобы достать презерватив. Она сняла топик, который я так до сих пор с нее не снял, а потом стала снимать мои джинсы. Пока она расправлялась с одеждой, я занимался тем, что открывал презерватив. В свете настольной лампы в углу комнаты, она была просто невероятно прекрасна. “Моя богиня.” — незаметно для меня проскочила мысль в голове. Когда я надел презерватив и она села сверху на член, я прямо почувствовал, как одновременно от наших половых органов полилось тепло по нашим телам. Она медленно двигалась на мне, целуя меня. Я держал ее за талию, и никак не мог поверить, что это чудесное создание сейчас принадлежит мне. Хоть, и встав с моего члена, она снова будет от меня убегать. Мы лежали какое-то время в тишине, я гладил ее по спине и нюхал ее волосы, она прижалась к моей груди, я чувствовал на своей коже ее теплое дыхание. — Поехали в Одессу? Я уезжаю завтра, — нарушил я тишину. Она отклонилась от меня и села в постели ко мне спиной, прикрывая грудь одеялом, ее волосы легли на ее голую спину. Я облокотился на локоть и стал разглядывать ее красиво по-женски накаченную спину, мне открывался обзор на ее поясницу. Просто садись и рисуй, не девушка, а вдохновение. — Мэл, я не знаю, что мне сейчас делать… — Ты сравниваешь его со мной? Неужели нет никакой разницы? — я сел и приблизился к ней, губами едва касаясь ее плеча. — Есть. Тебе мне хочется верить. — Так верь мне, если тебе подсказывает сердце. — Это уже не просто секс, я не уверена, что хочу погружаться в это нечто большее. — Камилла, я тебе говорил, что для меня это тоже не просто секс. Для меня уже слишком поздно отступать, меня уже не спасти. Я люблю тебя! — обнял я ее, тесно прижимаясь к ней. — Всякий раз, когда ты отталкиваешь меня от себя, ты делаешь мне больно. Ее дыхание как будто стало сбиваться. Она молча подставляла лицо под мои поцелуи, закрыв глаза. — Мы сможем быть вместе, если действительно этого оба захотим. Лично для меня нет никаких преград. Она открыла глаза. — А для меня есть — 8 лет разницы в возрасте. — Я обещаю, что ты эту разницу даже не заметишь, просто перестань оглядываться на мнение кого-то или бояться, кто что скажет. Есть только мы с тобой, если нам вместе хорошо, нам должно быть похуй на всех остальных, — моя рука под одеялом стала медленно опускаться ниже. Камилла поменяла позу и облокотилась на меня, раздвинув ноги. Она положила свою голову мне плечо, и немного приоткрыла ротик, как только я дотронулся до ее клитора. Я был очень нежен, я медленно водил пальчиком по всем частям ее половых губ, временами вводя палец внутрь, она была уже влажной. А пальцем второй руки я гладил ее верхние губы, она облизывала мой палец, потом взяла его в рот. — Мы поедем в Одессу? — стал покусывать я ее мочку уха. Свой палец я держал на входе во влагалище, дразня ее, то засовывая его внутрь, то вынимая. — Ты меня шантажируешь? — томно дышала она, посасывая мой палец и всем видом показывая, что хочет продолжения. — Пусть будет так, я хочу добиться желаемого. Любыми способами. — Ладно, если ты обещаешь, что я забуду обо всем на свете. — Обещаю, я сделаю все, чтобы ты ни об одной минуте не пожалела. Моя рука стала двигаться быстрыми, резкими движениями внутри нее, от чего Камилла стала заходиться от экстаза.