Ты готов быть рядом?

Мы вошли в квартиру моего друга в Одессе, еще одного сына богатого папика, друга моего отца. Сереге родители купили этот двухуровневый пентхаус, но он здесь практически не жил, все время разъезжая по заграницам. Он великодушно согласился дать мне ключи от хаты отпраздновать Новый Год, в компании “слава богу, что не Лера” новой пассии. Естественно, кто эта девушка, я отказался рассказывать, хотя Серега не очень-то и настаивал. Прямо перед отъездом в Одессу я позвонил родителям и сказал, что у меня поменялись планы, и что я передумал ехать домой на Новый год. Мне не хотелось оставлять Камиллу одну и уходить общаться с родителями. Я решил, что так будет лучше. Я ожидал, что в квартире будет дикий срач. Серега часто устраивал тут тусовки, и редко удосуживался убираться в квартире. Бывало, на одном квадратном метре можно было наткнуться на ряд пивных бутылок, несколько коробок из-под пиццы и открытые упаковки презервативов. В общем, включая свет в квартире, я не сразу открыл глаза, подготавливая себя к любой картине. На удивление, в лофте царил порядок. Камилла прошлась по студии, осматриваясь, проводя кончиками пальцев по мебели, столешнице кухни, барным стульям. — Могу я спросить, откуда это все? Это же ведь не твоя квартира? — Это квартира моего друга, я попросил у него ключи на время, — открыл я холодильник, там, конечно, же кроме пары бутылок вина, ничего не было. Камилла растерянно стояла посреди квартиры. Я подошел к ней. — Тебе здесь не нравится? Если хочешь, мы можем уехать куда-нибудь в другое место, — обнял я ее за талию. — Нет-нет, все хорошо, просто я хотела удостовериться, что ты не потратил кучу денег, чтобы снять такую квартиру. “К сожалению, при всем желании я бы не смог этого сделать.” Да, я продолжал совершать ту же ошибку, что и в предыдущих отношениях, не говоря о своем реальном финансовом состоянии. Я понимал, что скажи я правду, что временами перебиваюсь с гречки на картошку, она не захочет даже начинать со мной отношения. И не из-за корысти. А из-за того, что она действительно достойна уровня жизни лучше, чем я могу ей сейчас дать. Я все же, несмотря на романтические бредни в своей голове, отдавал себе отчет в том, что начинаю отношения со взрослой женщиной, которая привыкла к определенному уровню жизни и которая давно уже прошла этап безденежного студенчества. Но я верю в себя, что однажды я смогу дать ей все, что она захочет. Мне нужно только немного времени. Пока придется скрывать правду, на этот раз я иду на этот шаг абсолютно осознанно. — Значит план такой, — попытался я перевести тему от денег, — сегодня уже довольно поздно, думаю, гулять по городу мы не пойдем. Раскладывай вещи, обосновывайся здесь, прими душ после самолета, а я схожу за продуктами, приготовим ужин, выпьем вина. А завтра 31 числа пойдем уже в город, зарядимся новогодним настроением украшенного города, купим большую живую елку, приедем домой, украсим лофт, приготовим что-нибудь, встретим новый год, — улыбался я во всю, по телу разливалось тепло от произнесенных слов, я самому себе не верил, — можно одетыми, можно раздетыми, — стал я целовать Камиллу, улыбаясь ей в поцелуй. Она улыбалась в ответ, сплетя свои руки вокруг моей шеи. — Тебе нравится мой план? — Да, очень, только большую елку можно не покупать, можно купить маленькую веточку ели для запаха. Когда я пришел домой с продуктами и, немного поменяв наши планы, пушистой веткой ели, которая одурманивающе пахла, Камилла встретила меня, только что выйдя из душа и вытирая волосы полотенцем. Она так лучезарно улыбнулась мне и взвизгнула от счастья, увидев в моих руках, казалось бы, такую мелочь, но так напоминающую нам всем о детстве. Она радовалась елке так искренне и так по-детски, как никогда бы не порадовалась самому дорогому букету цветов. Я даже не ожидал, что у меня получится вызвать у нее такие эмоции, я бы навсегда хотел сохранить этот момент у себя в голове, как один из самых прекрасных в жизни, разделяя эти эмоции вместе с ней и утопая в благодарственном поцелуе. Я поднялся наверх и стал рыться в поиске коробки “с новогодней хренью” по указаниям Сереги. Пока я раскладывал продукты и подготавливал их для готовки, Камилла сидела на диване неподалеку и рассматривала то, что было в коробке. Она была такая счастливая, время от времени показывая мне, что прикольного и красивого она нашла там, и спрашивая у меня совета, куда бы это или то повесить. Апогеем распаковки коробки была лента презервативов, которую она потянула со дна. Она показала мне ее и стала заливисто смеяться. Я посмотрел на серебристую упаковку и немного смутился. — Я смотрю, твой друг трахарь еще тот, презервативы разбросаны абсолютно везде: в ванной, в спальне, но найти презервативы здесь, это просто вышка, — продолжала смеяться она. — Никогда не знаешь, где тебя застанет секс, — все еще смущаясь, сказал я, растапливая масло на сковородке. Она, улыбаясь, подошла ко мне со спины и обняла меня, уткнув подбородок мне в спину. — В каком самом неожиданном месте тебя заставал секс? — кокетливо спросила она. — Я не хочу говорить и вспоминать о том, где и с кем у меня было, но мы можем начать создавать свою историю, — обернулся я к ней, — можем прямо сейчас. Она сделала шаг назад от меня и заигрывающе улыбнулась. — Хорошо, я подумаю, с чего можно начать. Она вернулась к коробке. И стала распутывать гирлянду. Я готовил ужин, она развешивала гирлянды, мы открыли вино и болтали о разном. Она сидела на барном стуле и зачарованно наблюдала за моей готовкой. Когда я наконец известил ее о том, что ужин готов, Камилла поставила свой бокал на барную стойку, пробежалась по квартире, выключая свет и оставляя лишь гирлянды и блеклую подсветку на кухне, освещать лофт. Потом села на одну из столешниц кухни и поманила меня пальчиком. — Я думаю, начнем с банального — кухни, — потянула Камилла меня за футболку и приблизила к своим губам. Я встал перед ней, раздвигая ее ноги. — По моему мнению, это самый лучший выбор, — я стал сладко ее целовать. Мои руки стали залезать ей под майку, она была без лифчика, и когда я дотронулся до ее груди, я понял, что она уже возбуждена, я не стал снимать с нее майку, наслаждаясь видом ее возбужденных сосков через ткань. Камилла легла на столешницу. Я стянул с нее штаны, оставляя ее в белье. Я стал целовать ее живот, начиная ласкать ее через тонкую кружевную ткань. Она стала извиваться от удовольствия. Я оттянул ее кружевное белье в сторону и впился поцелуем в ее половые губы. Немного раззадорив ее и оставляя влажной, я отклонился от нее. Я достал из соседней шуфлядки презерватив, который заприметил час назад, и быстро снял с себя штаны, надел презерватив, взял ее за ноги и вставил в нее, от чего Камилла дернулась от кайфа. Она запрокинула голову и уцепилась за край столешницы. Потом она поднялась, села и взяла меня за шею, целуя. Не сказать, что у меня было прям так много партнерш до нее, но сравнить было с чем. В ней находиться было приятнее всего. Сигналы от мозга, который просто плавился от ее нахождения рядом, пробегали по всему телу от кончиков пальцев рук до пальцев ног. Это был лишь наш второй секс, но я уже думал, что это мой самый лучший секс в жизни. Но так же я думал о нашем первом разе, вероятно, буду думать также и о третьем. Наша секс-история началась просто прекрасно, хотелось верить, что в том же темпе все и будет продолжаться. Мы настолько круто провели тот вечер, что я бы поставил его на полку самых счастливых минут своей жизни. Мы действительно забыли обо всем на свете в этих стенах, о разнице возрасте, о разнице в социальном статусе. Мы много смеялись, много болтали, рассуждая о жизни, психологии, музыке, много целовались. Хотели включить какой-то фильм, но за разговорами до него дело так и не дошло. Мы второй раз за вечер занялись сексом на диване гостиной, и этот раз был еще круче предыдущего. Я никогда не понимал желания парней заниматься сексом без презерватива (постоянные и долгие отношения не в счет), ведь безопасность превыше всего. Но именно находясь в Камилле, мне захотелось быть еще ближе к ней, прочувствовать ее изнутри максимально, ее тепло, ее влажность, еще отчетливее ощутить, как она сжимает меня внутри себя. Но, естественно, я ей об этом не сказал. С каждой ее улыбкой, вздохом, стоном, криком, я влюблялся в нее еще больше. Блять, меня и вправду уже не спасти. Я пропал. Я влюбленный идиот, который просто-напросто смотрит ей в рот и с замиранием сердца следит за ее движениями.