Тот придурок - это я

Я наслаждался редкими минутами уединения, срубая бамбук для школьных нужд. Вопреки запугиваниям моего антропоморфного подсознания, прыщами в пубертат я так и не обзавелся, а детская миловидность плавно перетекла в юношескую привлекательность, хотя и не без некоторой угловатости. Так что соученицы по-прежнему мне симпатизировали, а Нин Инъин и вовсе принялась хвостиком таскаться за мной. Это льстило. Но и создавало больше проблем. Во-первых, Нин Инъин отгоняла остальных моих поклонниц. Жутко несправедливо по отношению к милым девушкам. Во-вторых, следом за Нин Инъин неизменно приходил Мин Фань, и это было совсем скверно. Кажется, дня не проходило, чтобы мы с Мин Фанем не сцепились по какому-либо вопросу. На территории школы он меня бил, а я был вынужден смиренно принимать «урок». Но вот за оградой… Тут ситуация могла всяко вывернуть. Я чувствовал, еще пару лет, и Мин Фань поостережется подстерегать меня вне школьных стен. А еще я впервые за весь проведенный в древнем мире срок задумался, как нелегко порой предаться уединению. Люди день-деньской досаждали друг другу, так что неудивительно, что жизнь была куда травмоопасней и жестче. Даже учителя пиковых школ испытывали дискомфорт и периодически удалялись в пещеры для медитаций. Но это не мешало преданным ученикам или любопытствующим коллегам мешать процессу обретения гармонии, отмазываясь, что они просто проходили мимо, или демон какой объявился. Соответственно, младшему ученику, фактически слуге, одиночество не полагалось, как и любая другая роскошь. Поэтому я не спешил заканчивать работу в роще. Выполню я поручение раньше или позже, все едино огребу трепку. - А-Ло, вот ты где! – разбил только-только обретенную гармонию с миром хрустальный голосок Нин Инъин. – Спрятался от своей Ин-эр, ай-яй-яй, - девушка шутливо погрозила мне пальцем. - В мыслях не имел, - бодро соврал я. - Там Мин Фань вернулся. Помнишь, он посещал родителей? Такой важный, с новым мечом. Подарки всем раздает. Я не взяла, больно нужно, - затрещала Нин Инъин. О да, последние новости о Мин Фане – это все, что нужно для отличного дня, спасибо, «сестренка». Что бы я делал без тебя? - А учитель пообещал, что вскоре некоторые из нас посетят город. Ах, только бы он взял меня с собой! Как считаешь, возьмет? – продолжила маленькая сорока. - А то, - кивнул я. - Я вот тоже так думаю, но мало ли что… Ужасно волнуюсь. В городе столько лавок, мне ничьи подарки не будут нужны, особенно подарки Мин Фаня. Ты мне подаришь что-нибудь, А-Ло? - Хм, - задумчиво протянул я, не заостряя внимание на том, что секунду назад Ин-эр не нужны были никакие подарки. На самом деле, вопрос упирался в финансы, а они у меня не то что романсы – ламенто от тоски выводили. - Спасибо! Я так и знала, что у тебя кое-что есть для меня, - засияла Нин Инъин. Кажется, я что-то упустил в нашем разговоре. - Ин-эр, а я тебя везде ищу, - на поляну выкатился Мин Фань. – Что ты делаешь рядом с этим животным? Сказать ему, что мы просто трамвая ждем? Так ведь не поймет, отсталый абориген прошлого. - А ты что тут делаешь? – надула губки Нин Инъин. - Говорю же, тебя ищу… Смотри, какие подвески я для тебя припас, - Мин Фань извлек украшения. - Сам их носи, - задрала нос девушка. – А-Ло подарит мне куда лучшую подвеску, верно, А-Ло? - Кха-кха-кха, - я прочистил горло. - Что у него есть, нищего сынка прачки? – презрительно скривил морду Мин Фань. - То, что мне нравится, - топнула ногой Ин-эр. – А-Ло, я буду носить твой подарок, не снимая. - Весьма этим польщен, - ответил я. - Тогда, э-э… почему бы тебе не отдать мне его прямо сейчас? Твою подвеску, - хлопнула ресницами Нин Инъин. - Подвеску? А, точно, держи, - я развязал полуистлевший кожаный шнурок и протянул девушке кулон с Гуаньинь из фальшивого нефрита. Это украшение болталось на шее Ло Бинхэ с того дня, вернее, с той ночи, когда я им стал. Я так свыкся с висюлькой, что и забыл о ее существовании. Смешно, на что только ни польстятся девчонки! - Спасибо, как приятно и неожиданно, - проворковала Нин Инъин. - Не трогай эту дрянь, Ин-эр! Вдруг на ней какая зараза! – завопил Мин Фань, выхватив у девушки «подарок». - Злюка! Плохой! Отдай сейчас же, - вознегодовала Ин-эр. Мин Фань размахнулся и зашвырнул безделушку куда подальше. Нин Инъин заплакала: - Ты злой, я тебя ненавижу. Всегда ты все портишь! - Ин-эр, только посмотри, эти украшения, право, куда лучше и чище. Ни одного поддельного камня, - снова достал свои сувениры Мин Фань. - Нет, я хотела Гуанинь, - хлюпнула носом Нин Инъин. - Я куплю тебе подвеску из лучшего нефрита, когда приедем в город, - пообещал Мин Фань. – Учитель берет тебя с собой. И меня, конечно же. Он уже дал мне разрешение на прогулку в городе. Я могу попросить его, чтобы он и тебе разрешил. - Правда? Спасибо, А-Мин, - вытерла слезы Ин-эр. – Так не забудь про нефритовую подвеску. - Ни за что! А ты, бездельник, что уши развесил? Лентяй, - набросился на меня Мин Фань. – Вот я скажу учителю, как ты тут прохлаждаешься. Ты как осел, которому необходим погонщик. - А-Ло не осел, что ты, А-Мин, - прощебетала Нин Инъин. - Первый ученик прав, - я поклонился оторопевшему от подобной сговорчивости Мин Фаню. – Порой, вот как сегодня, я чувствую себя заправским ослом. Прошу прощения, старший брат Мин Фань, сестренка Нин Инъин, мне необходимо доставить этот бамбук в школу и получить наказание за задержку. После я постараюсь предаться медитации, чтобы лучше поразмышлять о мудрых словах первого ученика. Благодарю, старший брат Мин Фань. Я побрел со свой ношей к школе, оставив ошарашенных подростков в роще. Что осел! Я просто придурок, права Ли Баожэй, глупею день ото дня. Нет, пора брать себя в руки и вытаскивать за волосы из болота. В зарослях послышалось еле уловимое шуршание, и я насторожился. Не хватало только, чтобы эти двое за мной увязались. Боковым зрением я отметил, как среди стволов мелькнул зеленый наряд. Учитель? Да быть не может! Я замедлил шаг, поправляя связку бамбука, и пригляделся. Точно, учитель. Отличная маскировка, но меня не проведешь. У этого тела оказалось превосходное зрение, в иные времена я бы всерьез задумался о карьере снайпера. Однако, что понадобилось почтенному учителю, и зачем он таится? Вероятно, он вышел сразу за Мин Фанем… А, вот оно. Шэнь Цинцю проверяет первого ученика на предмет выдержки и работы с отстающими, вроде меня. Поди, специально направил Мин Фаня меня поторопить. Что ж, Мин Фань отработал в духе времени, не думаю, что учитель может быть им недоволен. Но и я молодец, что не полез в драку. Если бы Мин Фань меня побил, то подтвердил бы в глазах учителя свое превосходство. Если бы я побил Мин Фаня, меня бы наказали за непочтительность по отношению к старшему. А так ничьей репутации не нанесен урон. Мы все (кроме Ин-эр, но она, будучи девушкой, не в счет) замечательно справились. Будь у меня вторая подвеска, вручил бы ее Мин Фаню, не задумываясь – пусть пошвыряется от души. Невелика потеря. А поезд тихо ехал на Бердичев, А поезд тихо ехал на Бердичев, А поезд тихо шел, А поезд тихо шел, А поезд тихо ехал на Бердичев. Я напевал себе под нос, шагая за паланкином учителя. Впереди и по бокам шли более достойные ученики, а я замыкал шествие, таща на спине багаж. Настроение у меня было отменное: сначала почти одиночная прогулка в отдалении от пылящей толпы, затем город. Сколько лет уже не заходил в города, просто удивительно! Слышишь, сестренка Баожэй? - Куда я от тебя денусь, чудовище? Я вообразил, как она, сидя на ослике, едет рядом со мной. - Кто тебя знает, красавица, - я подмигнул несуществующей сестре. – Ты расцвела, глядишь, сбежишь от своего скучного братца. - Интересно, с кем? – фыркнула Ли Баожэй. – Не завезли сюда усатых гусар и лихих уланов. А с вашим братом заклинателем бежать – последнее дело. - Ты всех под одну гребенку не равняй, - я кивнул на паланкин учителя. - Ну, конечно-конечно, учитель... Мастер Шэнь Цинцю красив, умен, силен, и все такое прочее. Но подумать, так что с него взять предприимчивой девушке? Половину нарядов и вееров? Ха-ха. Рай в хижине – это не для меня. Хочешь, сам себя втаптывай в грязь, братец Бинхэ, но я птица другого полета. - Заклинатели делают большое дело! С демонами сражаются, - напомнил я меркантильной девчонке. - Так и я не предлагаю с ними лобзаться, - поморщилась Ли Баожэй. – Пусть демоны бегают со своими заклинателями, мне-то на что вся эта карусель? Мне надо в жизни устраиваться, и чтобы не в старом сарае, а со всем удобством. - Да, было бы здорово, чтобы заиметь свой собственный дом, - мечтательно протянул я. - А лучше дворец, - подхватила Ли Баожэй. – Чтобы кладовые были доверху забиты добром, а посуда сплошь из золота и серебра. И куча слуг. Вот оно счастье, в князи из грязи! - Может, тебе еще летучий корабль построить? – поддел я девушку. - Было бы неплохо, - величественно кивнула моя ненастоящая сестра. – Но сначала дворец. - Но как бы ты приказывала слугам, сестренка Баожэй? Они бы тебя не увидели… - Злыдень, - махнула рукой Ли Баожэй и исчезла. Но и без нее день казался прекрасным, так что я медитировал на ходу и почти не устал, когда дошел до города. Разместившись в гостинице, учитель отправился по делам, строго наказав нам вернуться до вечера. Пусть Мин Фань пытался меня убедить, что разрешение гулять на меня не распространялось, я лишь вежливо указал старшему ученику, что учитель сказал ровно то, что хотел сказать – не более, но и не менее. И умчался в город. Я намеренно пренебрег вежливостью, чтобы Нин Инъин не успела увязаться со мной. Денег за поясом не прибавилось, так что компания мне была без надобности. Я с упоением бродил по улицам, играя сам с собой, будто я турист или разведчик, и должен выделить самые интересные или сомнительные места в городе. В районе лачуг бедняков я наткнулся на стайку детей, вместо мяча подбрасывающую вверх протез руки. Кто бы выбросил такую вещь? Впрочем, мое недоумение разрешилось быстро. За детьми, сгорбившись, ковылял калека в грязной одежде. Дети смеялись и продолжали свою игру. - Ты только погляди, братец, - ахнула Ли Баожэй в моем воображении. - Ну-ка, мелюзга, живо отдали мне эту штуку! – рявкнул я. – Не то я вам так сильно добра пожелаю, что сами окажетесь на его месте, - указал я на остановившегося в отдалении калеку. - Да кто ты такой? – начал крепыш, бывший у ребятки заправилой. - Я? Будущий мастер-заклинатель, путешествующий инкогнито, - выпалил я. - Инго… как? – не понял этот гаврош. - Не тебе, невежественной обезьяне, уразуметь подобное. Делай, что тебе говорят, если не хочешь, чтобы за тобой пришли демоны, - приказал я не хуже первого ученика. Дети завопили от страха и, кинув мне протез, бросились врассыпную. - Вот, держите, - я подошел к нищему и отдал ему протез. - Благодарю, добрый мальчик, - его голос неожиданно оказался мелодичным и нежным. А когда бедолага поднял голову, я обомлел. Мне показалось, будто красота запыленного лица могла превзойти даже красоту учителя. - И вас, юная госпожа, - взяв свою потерю, бродяга учтиво поклонился Ли Баожэй. То есть он поклонился пустому месту, где в моем воображении могла располагаться Ли Баожэй. Я буквально прирос к земле. Язык отнялся. - Вы меня видите? – прошептала Ли Баожэй. - Я потерял всего лишь руку, мои глаза, по счастью, оба при мне. Отчего бы мне вас не видеть, юная госпожа? – мягко рассмеялся необычный бродяга. - Потому что ее не существует, - мне удалось справиться со спазмом. - В самом деле? – живо заинтересовался нищий. – А что вообще существует, мальчик? Вне наших умов, я имею в виду. Кто сообщает тебе о том, что существует, если не ты сам? - Погодите, почтенный. Я сам выдумал Ли Баожэй. - Рад познакомиться, юная госпожа Ли, - кивнул пустому месту (пустому же, правда?) бродяга. – Если позволите, этого странника некогда звали Ши Цинсюань. Ныне я предан забвению, мои храмы заброшены, а статуи разбиты. Ситуация начинала проясняться. Несчастный калека был попросту сумасшедшим, вот и все. Только ни разу мне не доводилось слыхать о сумасшедших, способных увидеть чужие галлюцинации. - Впрочем, я не должен сетовать на судьбу, - продолжил безумец. - Да? Отчего же? – вырвалось у меня. - Я хотя бы не отчужден от собственного тела и не разделен в своей сущности, - с той же мягкой улыбкой пояснил бродяга. - Каждый из нас на свой манер выживает после катастрофы, господин Ши, - вздохнула Ли Баожэй. Я почувствовал себя лишним. Неприятное ощущение. – Могу ли я что-то сделать для вас? Она серьезно? Что мы можем сделать для нищего калеки? Даже сам бродяга рассмеялся. - Милая госпожа, едва ли сами небожители мне помогут, ибо я справедливо несу свои невзгоды… - Справедливо?! Справедливо искалечить человека и выбросить на верную погибель? У вас тут ужасный мир, господин Ши, не прогневайтесь на мое замечание. Я едва с ума не сошла, когда впервые здесь очутилась. Вот этого ребенка, - она неуважительно ткнула в меня пальцем, - едва не прирезали из-за чужого стихотворения в день смерти его матери. Его били все, кому не лень, нагружали работой как вола, кормили и содержали тоже как скотину. И считали это справедливым, холера их побери. А я говорю, собрать таких вот любителей справедливости да расстрелять к чертовой матери. Жалко, патронов к наганам не завезут еще несколько веков. - Ли Баожэй, ты не должна так отзываться о приютившей нас школе, - нахмурился я. - Ты прав, Ло Бинхэ. О ней не отзываться, ее сжигать надо. Весь мир в труху! – воинственно задрала нос Ли Баожэй. - Значит, со мной точно поступили справедливо, - добродушно кивнул странник, - раз даже уважаемая гостья из чужого мира это подтверждает. - Что? Я ведь наоборот, - принялась протестовать Ли Баожэй. - Вовсе нет, - он покачал головой. – Добрая госпожа так же придерживается идеи о справедливом мщении, как жители этого мира. Что бы она сказала о несчастном создании, чью семью безжалостно истребили у него на глазах, лишили дома и невесты, заставили отринуть собственную судьбу ради благополучия и возвышения захватчика и его слабого неразумного братца? Саму память о бедолаге истребили, и не к кому было воззвать о справедливости. Меж тем его обидчик приобрел высокое положение и жил во дворце, пользуясь почетом и всеми мыслимыми благами. - Типичные феодальные разборки, - пробурчала Ли Баожэй. – Сейчас вы мне расскажете, что потомки того униженного и оскорбленного собрали силы, поквитались с потомками обидчика, вышибли нахрен из фамильного замка и прах из склепа вытряхнули. Все эти мародеры стоят друг друга. - А если отомстил сам ограбленный? – полюбопытствовал бродяга. - Ну, респект ему, быстро управился, - кисло ответила Ли Баожэй. - О да, едва ли кто не выказал бы ему теперь должного уважения, - согласился бродяга. - Моя сестра обожает исторические анекдоты, - я вмешался в их бессодержательную беседу. – И я опечален тем, что приходится вас прервать. Учитель приказал мне вернуться до вечера, а солнце уже садится. - Твой учитель – прибывший сегодня заклинатель, добрый мальчик? – спросил калека. - Мастер Шэнь Цинцю. - В таком случае, едва ли ты застанешь его на месте предполагаемого ночлега. Демон, объявившийся в этом городе, продолжает свои проказы. Я с удовольствием провожу тебя туда, где решится исход их схватки. - Благодарю почтенного господина, - я поклонился. – Если учитель уже сражается, стыд мне, что я тут болтаюсь. Демоны – мерзкие создания. - В самом деле? Допустим, по тебе этого не скажешь. Ты очень милый ребенок, несмотря на демоническую кровь. Что? Что?! Он точно безумец. Потому что если калека не бредит… Представьте, что вы оказались в волшебной сказке, и вам торжественно говорят: «Ты, Гарри, избранный». Тогда это отличная сказка, прекрасное самоощущение, замечательный, в перспективе, финал. А если так: «Да вы, батенька, будущий Волдеморт. Чего это вы побледнели? Мы пошутили, сами посудите, какой из вас Волдеморт? Так, заурядный Пожиратель, и нечего тут меняться в лице». Уф, в самом деле, что это я? Пожиратель – так Пожиратель, может, это вообще не мой выбор, а вина предков. Подумаешь, демоническая кровь. Они тут из мира в мир шастают, ясен пень, что не только дерутся, но и пьют, жрут, с местными шашни крутят или силком берут. Я-то не собираюсь идти по темному пути. - Интересно будет на тебя взглянуть, когда кровь твоего венценосного отца проявит себя в полной мере, - как ни в чем не бывало продолжил бродяга. Упс! Ну, Волдеморт – так Волдеморт. Ничего не поделаешь, как там недавно говорила Ли Баожэй, весь мир в труху? Неохота, конечно. Но вдруг так положено? Надо бы как-то узнать. Что за дурацкие мысли крутятся в голове… Да нормальные мысли, просто у меня стресс. - К-какой же он демон, господин Ши? - дрожащим голосом проговорила Ли Баожэй. - Подозреваю, один из сильнейших. Владыка Бездны, разрушитель миров, могущий со временем встать вровень с Четырьмя величайшими бедствиями, - любезно просветил ее бродяга. – Кстати, их давно осталось только три… Пора восстанавливать число. Я икнул.