Смерть - лишь начало

- Итак, слушайте меня. – главарю наемников никогда не нравилась манера разговора альтмеров. Многие из них говорили с другими расами так, будто они – повелители если не мира, то континента. Впрочем, правда закралась недалеко. – Вы же понимаете, что вызвал я вас не просто так. У вас есть новая цель, и она крайне опасна. - Будто не все цели, что вы заказываете у нас, не крайне опасны. – съязвил крупный редгард. Он был широко известен в определенных кругах общества, и его банду часто нанимали в качестве убийц. - Не груби мне! – резко прикрикнул талморец. – Эта цель гораздо опасней других. - И где же этот опаснейший феномен искать? – опять съязвил наемник. Этот выпад эльф проигнорировал. -Я точно не знаю, но он крайне примечателен. Выше человека вдвое, владеет огромным изогнутым мечом, который также вдвое больше человека. Может атаковать магией на растоянии. – редгардприсвиснул. Четырехметровый меч и магия – это не входило в его планы. - Что насчет оплаты? - Десяти тысяч будет достаточно. Все понятно? - Да. До встречи. – талморец обеспокоенно посмотрел вслед наемнику. Зря они вообще этот эксперимент начали, очень зря… * * * В небе раздался громкий рев. Местные драконы опять бесновались, но по мнению Проклятого, это было больше похоже на мелких виверн, чем на драконов, настолько слабы они были. Хотя, возможно, что видел он лишь слабых драконов, а сильные еще не появлялись в его поле зрения. Ах да, еще твари каким-то образом разговаривали. В родном мире Нежити таким могли похвастаться разве что древние присносущие драконы, которых уже ко второму зажжению не было. Тем временем виверна начала резко снижаться, пикируя к земле. Их вообще было не понять – в городах Проклятый слышал, что они нападают практически на любых одиночных путников, и это крайне странно. На отряды же драконы практически не нападали. Слабо дыхнув огнем, дракон пролетел прямо над головой Проклятого. Последний же с легкостью ушел от струи пламени. - И это все, что ты можешь? – насмешливо прокричал мертвец, получив в ответ замораживающее дыхание, от которого ему не составило трудности уйти. Спустя еще несколько безнадежных попыток дракона убить его, мертвец послал темное копье души, настоящий разряд смерти. Крыло виверны безжизненно опало, кожа из зеленой мутировала в истинно черную. Дракон яростно взревел, но, увы, с крылом уже ничего поделать не мог, а потому с грохотом упал на землю.Крыло начало разлагаться прямо на глазах, а дракон – оглушительно реветь. Последний, завершающий рывок в сторону Проклятого был скорее отчаянной мерой, чем осознанным поступком. Виверна хотела хоть как-то отомстить за себя… Но не вышло. Огромное изогнутое лезвие Хаоса вошло в голову дракона, как нож в масло, завершая дело. Проклятый хмыкнул, впитывая голубоватую дымку душ. Действительно, здешние монстры слабее аналогичных из его мира, но разумны.       * * * Пробиваясь сквозь снежную бурю северной провинции, Мертвец задумался. Никакие штормы ему не были страшны, а вот в мыслях была буря еще похлеще наружной. Ведь миры Пламени и этот были похожи как маг и воин. Абсолютно разные, но в Нирне Проклятый ощущал себя гораздо, гораздо лучше. Не было того ощущения безнадежности и умирания мира. Боги тут были абсолютно другие, Пламени в этом прекрасном мире не было, а значит, и проклятия. Но мертвец все равно был заклеймлен знаком тьмы и было абсолютно непонятно, как дитя Пламени и Тьмы может спокойно жить здесь. * * * В дорогах Проклятый встречал разных людей. Но одно у всех здешних существ было полностью единым. Их эмоции. Радость, гнев, злость, счастье… Есть еще туча таких названий, но глаза говорили выразительнее. Сам Мертвец мог испытывать эмоции, но намного, намного слабее, чем настоящие люди. Да и только в человеческой форме. Будучи полым, он становился абсолютной стеной как в эмоциональном, так и в физическом планах. Единственная эмоция, которую Проклятый мог испытывать в полном смысле этого слова – гнев. Банально? Нет. Ведь испытывал ее он только при сильнейшем безумии, которое изредка могло охватить его. В подобном состоянии мертвец был по-настоящему страшен. Бури тьмы кружились вокруг него, уничтожая всех и вся на своем пути, не делая различий ни в чем.В такие моменты он боялся сам себя. * * * Мертвец любил засиживаться в тавернах допозна: проклятые не нуждаются ни в еде, ни в сне, не пьянеют. Сами по себе они практически неутомимы. Поначалу к огромному четырехметровому человеку относились настороженно, но вскоре он стал частым и званым гостем во всех тавернах Скайрима. Он любил посидеть в тишине и послушать истории путешественников, несмотря на обилие собственных.