Маленькая оплошность большого А-Сяня

— Ну ты и… — прохрипел Цзинь Лин, у которого не получилось подобрать слов. — Засранец, — подмигнул У Сянь, подсказывая. — Ты где таких слов набрался?! — делая из глаз блюдца, воскликнул Цзинь Лин. — Ай, походил по городку, послушал, — махнул рукой Вэй Ин. — Так бывает. — А-Юй… — сделав несколько потерянное лицо, вдруг «осознал» Цзинь Лин. — Гу Су — это исправительный лагерь, но тебя он только портит! — Никогда бы не подумал, что свобода наступит под угрозой четырёх тысяч правил, — покачал головой У Сянь, потягиваясь. — Пошли на обед. — Опять эти корешки, — скривившись, Цзинь Лин даже язык высунул. — Голова у тебя, я вижу, дырявая, — тяжело вздохнул Вэй Ин и под обиженным взглядом племянника вытащил из-за пояса мешочек со специями. — Наша жизнь не будет пресной*, друг мой, — крутя завязки на указательном пальце, подмигнул У Сянь. — Ай-я, — стряхнув всю предыдущую обиду, просветлел племянничек, — совсем забыл! — Эхэх, — посмеиваясь, У Сянь вальяжно пошагал в столовую. Цзинь Лин, словно утёночек, поковылял за мамой-уткой.

***

— Что за запах? — шепнул один ученик другому. — Похоже на сычуанский перец, — ответил другой. Уже половина столовой озиралась и принюхивалась. Чудесные ароматы пока ещё не долетели до столов учителей, но подозрительные копошения в рядах младших едко бросались в глаза. — Что за непорядок?! — воскликнул Лань Цижень, наконец-то не выдержав. Отвлёкшиеся от еды мальчишки теперь ещё и перешёптывались. Приглашённые ученики задали темп, а другие подхватили, и поднялся гул, как в улье… Старик Лань поднялся из-за своего места, проходя рядами быстро затихающих мальчишек. Чуткий нос старого учителя уловил противный, едкий запах острых специй! — Кто это сделал?! — воскликнул он, зорким глазом высматривая нарушителя**. За дальним столом, где обособленно умостились новички из Ланьлин Цзинь, все сидели особо тихо, большинство мальчишек выглядели очень бледными, и казалось, что их вот-вот стошнит. Они судорожно отводили взгляд от одного из соклановцев. Тот, в свою очередь, не обращая внимания на всех остальных, уплетал за обе щеки обычно безвкусную и от того противную рисовую кашу… — Ты, — направляясь к столику мальчишек из Ланьлина, уже начал свою гневную речь учитель Лань. — А ну покажи, что это там у тебя, — по мере приближения аромат сычуаньского перца только усиливался, — … такое, — договорил Цижень, одёргивая какого-то мальчишку. Взору старого учителя предстала большая миска. Раза в два больше, чем у остальных, так точно. Такая же, кстати, была и у его соседа. Но больше шокировало не то, откуда этот мальчишка откопал посуду, а то, что в ней было! Нет, в том красном месиве угадывался рис, хотя это были, скорее, специи с рисом… — Учитель, — поворачивая своё озадаченное лицо к одёрнувшему его мужчине, мальчишка выпалил: — вы что-то хотели? — Нарушитель, — прошипел Цижень, — как ты посмел сделать такое в месте умиротворённого приёма пищи?! — завопил Цижень. — Я нарушил какое-то правило? — спокойно переспросил ученик. — Ты ещё спрашиваешь?! — возмущёно прошипел Старик Лань. — Нарушил, ещё как нарушил! — Но учитель, я ел только растительную пищу, — задумался Вэй Ин. — В рисе нет мяса, он абсолютно чист. «Наглая ложь!» — орали у себя в головах другие ученики. — Ты мешал остальным принимать пищу, — продолжил наступать Цижень. С «растительной пищей» новенький ученик его полностью уделал, потому что о самих специях в своде правил ничего не было. Просто привычка есть «полезную» пресную еду, к чему приучали и приглашённых учеников… — Но я не шумел и никого не отвлекал, — снова пожал плечами У Сянь. — Как же я мог отвлечь кого-то, если просто спокойно обедал? «Ах, — вдруг все ученики вздохнули с облегчением, — это он просто так издевается!» — Ты подмешал в свою еду перец, и запах мешал другим ученикам! — воскликнул Лань Цижень. — Я вам мешаю? — переспросил У Сянь, оборачиваясь на своих соклановцев. Взгляд его просто кричал: «Вам будет плохо, если не подыграете!» — Нет, у-у, — дружно помотали головами бледные ланьлинцы. — Ребята, я кому-то мешаю наслаждаться корешками и постным рисом? — погромче воскликнул Вэй Ин, посматривая на побагровевшего Лань Циженя. — Наверное, нет, — было примерным ответом большинства. Только ученики из Ордена Лань остались в молчаливом нейтралитете. — Здесь запрещено кричать, — прошипел Цижень. Ответ У Сяня последовал незамедлительно и ударил прямо в «десяточку»: — Но я говорил не громче вас. «Ах, — снова подумалось ученикам, — он мой кумир!» В основном, это были ученики самого Лань Циженя… — Ты… — учитель уже просто шумно вдыхал носом, выдыхая ртом. — Живо выложил все специи на стол, и чтобы я больше не видел, что ты такое проворачивашь! — Учитель, — тихий голос позвал где-то сбоку. — А у него больше нет. Он их все… туда и всыпал… На удивление большинства учеников из Ланьлина, говорил постоянно конфликтный Цзинь Чань. Но, если честно, он попал в класс Лань Циженя, так что решил временно перейти на сторону меньшего зла. — … — вся столовая уже была готова хлопать стоя. Даже некоторые ученики Лань…